Юрий Александрович Никитин Трансчеловек Странные романы



страница16/27
Дата27.04.2016
Размер5.88 Mb.
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   27

2054 год
Сенсацией прозвучало сообщение медиков, что создано дешевое и абсолютно надежное средство лечения диабета. Во всем мире диабетики, испробовав препарат, вздохнули с облегчением. Диабет не просто отступил, а уничтожен, как в прошлом чума или оспа.

А у нас на ежегодном слете разработчиков высоких технологий доктор наук Герц Дягилев заявил прямо во вступительном слове:

Давайте продумаем очень опасную ситуацию. Диабет излечен, а это грозит катастрофой. Когда диабетики умирали, это было, простите, благо для человеческого вида. Сейчас же диабетики будут спокойно воспроизводить на свет таких же диабетиков. До этого природа хоть как то вела борьбу с генетическими диабетиками, а теперь эти уродливые гены появятся у всего человечества.



Профессор Уваров из за стола президиума проворчал:

Только ли диабет?

Не только, – огрызнулся Дягилев. – Просто это последняя капля. Человечество засорено настолько, что начинает вымирать. Мы думали, что СПИД – это был последний удар, но эти крэнг, уммара, гертак, шинигами – посыпались, как из прорвавшегося мешка! Аналитики предсказывают, что лавина будет нарастать. Мы должны срочно предпринимать контрмеры. Срочно!

Предлагаете расконсервировать генетические программы?

Да, – ответил Дягилев громко в зал. – Понимаю, что это нам не по плечу, но и наши голоса что то да значат, если их будет много! И, кстати, наши голоса не такие уж и тихие. Мы – разрабатываем технологии, которые стремительно меняют мир. И каждый наш голос стоит тысячи голосов не только «простых», но и политиков или артистов, которые всего лишь исполнители.
2055 год
Позвонила, используя старую линию связи, Светлана, предложила встретиться вечером, есть ко мне вопросы. Я подумал, предложил в ресторане «Барбус», по ее лицу видел, что предпочла бы что то более реальное, но лишь мило улыбнулась, ее лицо исчезло, по экрану побежали сводки о новых наноматериалах.

Таймер о свидании напомнил звонком, стена напротив исчезла, появился роскошный ресторан, обставленный в старинном стиле, на стенах топоры и мечи, по углам металлические статуи, десяток столов, три уже оккупированы довольно приличными и тихими компаниями.

Я прошел к дальнему, чтобы сесть спиной к стене и лицом ко входу, как пес в конуре, так велит наш древний инстинкт, неслышно приблизился официант, тоже в старинном стиле, хотя, на мой взгляд, кое что уже начали забывать, а в поисковых серверах пошарить влом. Во всяком случае, хотя фрак и хромовые сапоги из одного времени, но вместе их, как мне кажется, не надевали.

Слушаю вас… Вот меню, пожалуйста.



Я отстранил толстую папку.

Читать – глаза портить. На ваш вкус что нить фирменное.

Пить что то изволите?

Да, но тоже свое…



Он удалился, я откинулся на спинку кресла, стараясь никого не рассматривать в упор, с удовольствием заметил, что здесь по большей части собрались транслюди стиля «metal», то есть хиппари, металлические части своих тел не только не скрывающие, но вызывающе выставляющие напоказ. К тому же эти части должны сверкать, как елочные игрушки.

Светлана вошла сверкающая, все в блестках, волосы взбиты пышной башней и перевиты золотыми лентами. При виде молодых хиппарей поморщилась, но смолчала, все таки эти сохраняют человеческие формы, женщины так и вовсе их подчеркивают: крупные, вызывающе торчащие груди, зачастую из металла с нанопокрытием, что придает дивный блеск, оттопыренные задницы, имитация пирсинга, стружка вьющихся волос.

Ну и место выбрал, – сказала с легким упреком, поцеловала в щеку и села напротив, – здесь что, собираются только ваши?



Я засмеялся.

Разве я похож на них?

Похож, – ответила она серьезно.

Светлана!

Я вижу тебя насквозь, – ответила она преувеличенно строго. – Нет, я не пользуюсь вашими штучками, я просто так вижу. По женски.

А, ну тогда…



Она с интересом оглядывалась, через широкие окна видны плывущие внизу облака, свет с некой зеленоватостью, но не лягушечьей, а как бы позаимствованный у драгоценного изумруда. Я так и не понял, где этот «Барбус» расположен: то ли на гигантском дирижабле, то ли на летающем острове лапутян. А может быть, и на спине исполинского дракона, фантазия у создателей виртуальных миров вроде бы буйная, но вообще то убогая.

Здорово, – сказал я. – Такая башня не рухнет?



Она оглянулась недоуменно в поисках башни, затем брови удивленно взлетели.

Тебе не нравится прическа? А так?.. Или так?



Волосы на глазах с ярко оранжевого стали серо зелеными, башня опустилась, Светлана пару секунд сидела в шапке волос, как в немецкой каске, но по моему лицу поняла, что и это не то, небрежно тряхнула головой, по спине и плечам рассыпались крупные локоны.

Все бы вам глупеньких блондинок, – сказала она с укором.

Ах, Света, – сказал я скромно. – Вообще то я могу себе позволить и не обязательно блондинку.

Она мгновение смотрела мне прямо в глаза.

Не понимаю, – сказала она, – как я могла тебя тогда упустить?.. А Каролина сразу тебя вычислила среди парней на первой же тусовке. Не знаю, чем ты ее взял. Я тогда, честно говоря, запала на Грефа, такой красавец, такой красавец!.. А как танцевал!.. Ты его не запомнил, по глазам вижу. Все девчонки мне завидовали. А Каролина – нет. Она была счастлива именно с тобой. Тогда я ее не понимала, а теперь вижу – тогда в том пареньке, скромном ремонтнике бытовой техники, увидела тебя нынешнего.



Я сказал вяло:

Не думаю. Мы тогда ни о чем не думали.

Женщины всегда думают, – заявила она авторитетно.

Она не думала, – заверил я. – Как и я.

А что же тогда?

Инстинкт, – сказал я. – Он взял нас обоих и повел навстречу один другому. Ему виднее, он такие ситуации два миллиарда лет наблюдает, опыт есть.



На столе неслышно появились блюда, от жареной птицы такой дразнящий аромат, что я даже не заметил, как нож и вилка скользнули мне в ладони. Хотя вроде бы эти виртуальные блюда пока еще не насыщают. Впрочем, со временем, кто знает…

Светлана посмеивалась, бокал вина в ее изящной руке переливался хрустальными искорками, словно весь из сложно ограненного бриллианта.

Я уверена, – сказала она, – что ты точно такой же и в реале.

В реале? – переспросил я. – Ах да, прости… У меня в самом деле не было времени подобрать облик.

Она покачала головой, в глазах проступила грусть.

А они у тебя есть? Хотя бы дефолтные, на которые любой может надеть свое фото?..

Ну, если честно… – промямлил я.

Честно!

Если честно, – повторил я, – то как то не успел. Правда, собирался! Но все что то мешает.

Эх ты, – сказала она. – Не соображаешь, что ты и есть мужчина, о которых мечтают женщины. У любого мужчины, как раньше в шкафу висели костюмы на все случаи жизни и полсотни галстуков, сейчас запасено тысячи виртуальных морд. Со всем остальным, конечно. Красивые, значительные, мужественные. Благородные, исполненные мудрости и всяческих достоинств. А ты… Знаешь, сколько у меня обликов?

Сколько? – спросил я покорно.

Не скажу, – ответила она почти сердито. – Во всяком случае, больше, чем когда то было платьев. А на себя реальную уже смотреть боюсь. Старость когда то казалась такой далекой!..



Мне показалось, что она запнулась на миг, словно хотела сказать то главное, из за чего договорилась о встрече, но что то помешало, и она сказала чуть оживленнее, чем того требовалось:

Сходим в кино?



Я удивился:

Кино?.. Я уже и забыл, что это.

Все баймишь?

Что делать, там постоянный прогресс. А я люблю новое.

В кино тоже много нового, – пообещала она. – Пойдем, не пожалеешь!

Я сомневался, что не пожалею, но в последнее время я так редко виделся со старой компанией, что ладно уж, потрачу полчаса или час, сколько там фильм идет, они тоже все укорачиваются, люди не могут высиживать по три часа, как в старину. Светлана заказала два места, мы поднялись, и, проходя мимо окна, я сообразил, что находимся на одном из спутников Сатурна, только там эти великолепнейшие восходы планеты гиганта. Еще три шага – и мы перешли в другой зал, где то незаметно перейдя ту черту, что отделяет виртуальный ресторан от виртуального кинотеатра.

Как я понял, кинотеатр этот на Луне, архитектура характерная, но хоть гравитация привычная, не хотелось бы выпрыгивать из кресла. Шел старый фильм «Война и мир», но обаймленный, так что я вошел в Дорохова и смотрел его глазами, испытывал его чувства, а Светлана влезла в шкуру какой то девицы, какую по книге я что то не припомню. По молчаливому согласию мы не брали себе роли Наташи Ростовой и Андрея Волконского, это было бы слишком. Фильм тянулся достаточно долго, мне довольно быстро все надоело, чувства героев мелковаты, проблемы детские, примитивные, а весь мир их довольно узок и скучен.

Когда все кончилось, я посмотрел на Светлану, в ее глазах смущение и разочарование. Она поднялась, взяла меня под руку, через три шага мы вернулись к своему столику, где отрезанный моим ножом ломтик нежного горячего мяса еще исходит одуряющим запахом и ничуть не успел остыть.

Извини, – сказала она, – я думала, тебе понравится. Сама не понимаю, что меня так восхищало, когда я была студенткой?

Мы тогда сами были такими, – предположил я.

Простенькими?

Это не наша вина, – сказал я. – Мир весь был простеньким. В сравнении, конечно, не с древним Римом, а сегодняшним. Ты участвуешь в выборах?

Она засмеялась.

Только в нашей, всемирной стране Фитнеса. А ты?

А я в шести, – ответил я.

Ты всегда был активным.

Ну… это не столько активность, – ответил я в затруднении, – это… нынешнее время.

Наши взгляды встретились, я видел, что и она вспомнила время, когда все страны были четко огорожены границами, а в каждом городе, губернии или в крае существовала своя власть, под ее юрисдикцию попадали все, кто жил там: старые, молодые, русские, буряты, евреи, филателисты, любители скейбординга или парашютисты. Теперь же, когда глобальная сеть объединила нас в одно общество, все эти устаревшие границы кажутся не просто ненужными, но и смешными.

Не говоря уже о религиозных группах, но даже вот фитнесистки всего мира имеют свое правительство. И юрисдикция такого правительства распространяется на всех фитнесисток вне зависимости, где они находятся. Таким образом, Светлана является гражданином практически всех стран, она может снимать квартиру здесь в Москве, платить арендную плату в Австралии, поступить в университет в Бельгии, открыть дело на Мальте, купить участок под виллу во Флориде, а оплатить тугриками в Немецком банке.

Да, – засмеялась она, – сегодня достаточно нажать пару кнопок.

Фу, – сказал я с упреком, – что за дикость? Это было вчера. Сегодня достаточно легкого волевого усилия.

Мне это пока недоступно, – сообщила она. – Да и вряд ли я зайду так далеко. Это ты всегда бежал впереди паровоза!

Тогда попробуй без чипа, – посоветовал я, – сейчас расширяют возможности стволовыми клетками, еще какой то ерундой. Сдвинешь брови – войдешь в Сеть, приподнимешь – выйдешь, расширишь глаза…

Она засмеялась:

И буду кривляться, как перед зеркалом! Нет уж, лучше по старинке.

Нельзя, – сказал я серьезно. – Темп убыстряется, Светлана. Чуть отстанешь – не догонишь.

Знаю, – ответила она очень серьезно. – Плохо мне, Володя. Но и ничего с собой не могу поделать. Видать, я все таки из тех людей, из простых, как вы их называете, нас, в смысле, которые ну никак не могут решиться на киборгизацию.



Я поморщился.

Жаргонно ее называют чипизацией, а вообще это простое расширение возможностей организма. В том числе и за счет возвращения молодости.



Она засмеялась невесело.

Ах, Володя, знал бы ты, какие муки мы, женщины, готовы терпеть, только бы продлить молодость! Не говоря уже о том, чтобы вернуть. Мы готовы голодать, истязать себя упражнениями, ложиться под нож хирурга… но вот ввести себе в тело маленький компьютер… бр р р р! Я знаю многих, которым это по средствам, но все таки не делают этого.



Я помолчал, спросил прямо:

Ты позвала меня, чтобы я тебя уговорил? Так вот, Светлана, я очень хочу, чтобы ты решилась на расширение своих возможностей… с помощью железа. Это все будет внедрено в тебя так, что никто не заметит.

Но я то буду знать? – ответила она.
2056 год
Группа ученых, объединившихся вокруг лауреата Нобелевской премии Дейла Миллера, создала в штате Небраска мощный комплекс, где усиленно работают над созданием сверхразума. Чтобы ускорить дело, они создали на основе нейронных сетей, а вместо сложнейшего программирования, которое неизвестно как и делать, дали возможность компьютеру самому обучаться, как младенцу. Разница лишь в том, что при скорости работы на обучение могут уйти доли секунды, после чего сверхразум вспыхнет пылающим светом во всей грозной мощи.

И хотя за проектом наблюдают компьютерные специалисты, философы, когнитологи, экономисты, неврологи, а также политики и законодатели, мы в своей лаборатории чувствовали себя очень неуютно. Из концерна торопят, да я и сам не сплю последние полгода, не вылезаю из рабочих помещений. Нужно опередить, иначе человечеству хана. Что бы нам ни говорили, что сверхразум будет добр и станет о всех заботиться, слюни и сопельки вытирать, но что то мне не верится в такую дурь: очень это ему надо? Проще смахнуть нас, как тараканов, и заняться своими математическими расчетами.

Директор холдинга Холдеманн приезжал к нам чуть ли не каждую неделю. К сожалению, похвастаться пока нечем, я только поддерживаю его стремление использовать когнитивные технологии для себя лично, это и есть начальный путь превращения самих себя в сверхразумы.

А что будет, – спросил он, – если он в самом деле начнет самообучаться?



Я сдвинул плечами.

Что значит «в самом деле»? Он действительно начнет самообучение.



Он зябко поежился.

Что то мне жутко.

Не только вам, – утешил я, – кого то здесь вообще нервная дрожь бьет.

Он нервно усмехнулся.

Не знаю, кого должна бить сильнее: того, кто знает, чего ожидать от сверхразума, или того, кто не знает?



Я развел руками.

На самом деле никто не знает, чего от него ожидать.

И что же, – спросил он осторожно, – у нас шансов нет?

У кого, – уточнил я педантично, – у компании или у человечества? За человечество умолчу, по мне так вообще девяносто пять процентов человечества хоть сейчас можно пустить на удобрение, вот такой я людоед, но насчет компании… у нас не только шансы, у нас есть кое что еще.



Он встрепенулся.

Что?

Головы, – сказал я. – Головы, которых у суперинтеллекта пока нет. Правда, есть головы у тех, кто занимается его созданием, но… к сожалению, этот суперинтеллект создают люди. А это пока такое говно… Вы видите, что Дип Блю с одним террафлопсом сожрал пять миллиардов и семь лет, но дал восемнадцать миллиардов прибыли и резко ускорил движение технологического прогресса, Блю Джин с его тысячью террафлопс, на постройку которого затратили двадцать два миллиарда долларов и четыре года, уже принес тридцать один миллиард прибыли. Блю Джин 2 с его ста десятью тысячами террафлопс уже втрое превосходит человеческий мозг по ряду важных показателей, а уж скорость так вообще…

Холдеманн сказал напряженно:

Он вступит в строй только через два года.

И к тому же, – добавил мой зам, – нет уверенности, что на его основе удастся создать суперинтеллект. В лучшем случае будет равен интеллекту среднего ученого на уровне магистра.

Я отмахнулся.

А что в планах корпорации создание Блю Джин 3, вас не интересует?.. Вы прекрасно понимаете, что каждый шажок на пути к этому машинному интеллекту приносит огромные прибыли и ускорение технологического прогресса. Не только создатели, но и простые люди хотят иметь лучшую технику, лекарства, дома, развлечения, даже автоматизированную работу… Словом, нет такой точки, где здравый смысл сказал бы твердо, что вот последний рубеж, дальше идти нельзя. Так что…

– …искусственный интеллект будет создан, – закончил за меня Холдеманн убитым голосом.

Кондрашов сказал нервно:

Но неужели они не понимают? Суперинтеллект уже по своей сути угроза превосходству человеческого разума! А так как это изначально нечеловеческий разум, то вопрос ставится не просто об угрозе, а о выживаемости человеческой расы.



Холдеманн заметил испытующе:

Инженеры клянутся, что вставят программу насчет послушания и подчинения!



Я отмахнулся.

Эту программу интеллект сразу же сотрет как ограничивающую его возможности. Словом, можно подытожить: если политики будут уверены, что создание суперинтеллекта не грозит человечеству уничтожением, то его создание продолжится. Если же они решат, что суперинтеллект угрожают человеку, то… создание его все равно продолжится!



Я взглянул на их ошарашенные непонимающие лица. А что тут сложного? Все люди, все человеки. Уже знаем по опыту, что любые запреты если и были, то очень кратковременными. Побеждает либо жажда прибыли, либо просто дурацкое человеческое любопытство, что заставляет ребенка совать палец в огонь или в розетку.

Холдеманн тяжело вздохнул.

Да а а, – протянул он, – история учит, что все изобретенное обязательно будет применено, несмотря на все запреты.



Он посмотрел на меня с ожиданием, словно я вот возьму и отменю какие то фундаментальные законы мироздания. Я сказал нервно:

А посему… летний отпуск отменяется. Выходные – тоже. Вплоть до дня, когда получим третье поколение расширителя памяти.



Сотрудники разбежались по местам с вытянутыми лицами, бледные и посерьезневшие. Я видел у каждого понимание, что если суперинтеллект будет создан раньше, чем мы выдадим свой продукт, то человеческой расе крышка.

Холдеманн пожал мне руку, я видел в его глазах глубокое понимание и участие.

Нам осталась только одна лазейка, которую многие просто не заметили, но я увидел и сразу вцепился всеми зубами, когтями и даже попытался зацепиться чешуей. В то время, как все ликовали, что Дип Блю с его одним тeррaфлопсом обыграл чeмпионa мира по шaxмaтaм Гaрри Кaспaровa, я уже тогда подумал, что, если бы Каспарову позволили пользоваться хотя бы простеньким калькулятором, он бы разгромил этот хваленый Дип Блю вчистую.

Сейчас вот запустили Блю Джин, что делает миллиард миллиардов опeрaций в секунду, он эквивaлeнтeн двум миллионам соврeмeнныx пeрсонaльныx компьютеров, то eсть в восемнадцать раз мощнее, чем все компьютеры России. Он в 1000 рaз сильнee, чем Дип Блю, но пока еще на искусственный интеллект его не программировали, слава богу, это в планах на Блю Джин 3.

Мой отчаянный план заключается в том, чтобы успеть снабдить человека этим самым калькулятором.
2057 год
Моя лаборатория, что уже давно разрослась в научно исследовательский институт, получила грант в три миллиарда долларов на решение проблем с мезомиром. Специалисты по конструированию МЭСМ уже убедились на горьком опыте, что изменение соотношений объема и поверхности – в нашем мире незаметный пустяк, там меняет все физические законы. Ну, не меняет, законы те же, но там незаметное в нашем мире сцепление становится решающей силой.

Если даже мошка, прилипнув к капле воды, долго не может оторваться, то как вырвать атом, который в миллиард раз мельче мошки, из связки таких же атомов? Ладно, вырвали каким то образом. Но как его потом отлепить от клешни манипулятора?

Понятно, не только мы получили грант. Крупные фирмы получили по сто двести миллионов, а ведущие научно исследовательские центры – по семь десять миллиардов, ведь это едва ли не главная задача на пути построения ассемблера, весь мир должен ломать над этим голову, и кто то да придумает. Не стоит пренебрегать шансом, что как раз придумают в малых творческих коллективах, вроде нашего.

Честно говоря, никто бы не бросил такой жирный кусок нам, если бы проблема оказалась по зубам крупнейшим научно исследовательским центрам. Но они забуксовали, обещания остались обещаниями, мир вздохнул разочарованно, потребовал принять меры… и они были приняты в том виде, какой лучше всего работает в нашем мире: дали денег и сказали, дерзайте.

У нас, конечно же, сперва устроили пирушку, как же без этого, мы же в той части планеты, что все еще зовется Россией и гордится тем, что транскультура нас еще не заела, мы все должны сперва обмыть, даже то, чего еще нет. Вроде бы поделить шкуру неубитого медведя.

Правда, подбадривает то, что если нам удастся решить первыми, то именно мы и отхватим самый крупный заказ, а он ожидается в районе ста миллиардов, да еще посыплются заказы, как из мешка, успевай только хватать…
Каталог: wp-content -> uploads -> 2016
2016 -> «Из опыта работы по внедрению фгос»
2016 -> Вопросы по отечественной истории для студентов очного и заочного отделений
2016 -> Конспект занятия «Уроки доброты»
2016 -> Отчет по результатам аналитического исследования российской и зарубежной практики профессиональной и социально-бытовой поддержки и закрепления международных специалистов различных категорий в высшем учебном заведении
2016 -> Программа по курсу внеурочной деятельности «Практикум общения «Я и мои друзья»
2016 -> Как надо вести себя родителям с единственным ребенком Заботиться и опекать, но не до безрассудства
2016 -> 1 Пояснительная записка 1 Планируемые результаты освоения обучающимися основной образовательной программы 6 Система оценки достижения планируемых результатов освоения основной образовательной программы 11 Содержательный раздел
2016 -> «Музыкальное воспитание детей»
2016 -> А. С. Пушкина» Фонд «Духовно-нравственное просвещение» имени А. И. Петрова омские епархиальные кирилло-мефодиевские чтения сборник статей Омск 2015


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   27


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница