ЭМОЦИЯ — ДОЧЬ ДВУХ СОПЕРНИКОВ



страница6/8
Дата01.06.2016
Размер0.51 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8

ЭМОЦИЯ — ДОЧЬ ДВУХ СОПЕРНИКОВ

«Вы говорите, что современные чувства притупляются нервных перегрузок. По-моему, причина этого притуп-!/чшя другая избыток информации.

189


У известного психофизиолога Симонова есть теория, по которой сила эмоций прямо пропорциональна потреб­ности человека в чем-либо и обратно пропорциональна информации о том, достижима ли эта потребность. Это значит, что нынешний взрыв информации несет с собой необратимое притупление эмоций.

Ведь чем больше у человека знаний, информации, тем больше он мыслит, а не чувствует. Следовательно, сего-сняшняя рационализация людей — это результат инфор­мационного взрыва и роста образованности. Следователь­но, всеобщее образование вызовет всеобщую рационали­зацию и отмирание эмоций, и человек будущего превра­тится в мыслящего робота, в ходячий мозг». (Обществен­ный институт ювенологии, март, 1980).

Теория эмоций П. В. Симонова — это, по-моему, очень крупный вклад n психологию чувств, хотя с ней и не соглашается кое-кто и.ч психологов. У эмоции, говорит эта теория, как бы два родителя, причем это родители-соперники: один усиливает ее, другой ослабляет, один служит для нее мотором, другой — тормозом.

Чем сильнее наша потребность в чем-нибудь, чем больше нам не хватает чего-то, тем сильнее и эмоция — желание, достичь этого чего-то, влечение к нему, тяга. Потребность — это главный родитель эмоции, родитель-мотор.

Но чем больше мы знаем, клк насытить эту потреб­ность, тем меньше нашей энергии идет и эмоцию и боль­ше — в действие или в мысль. И наоборот, чем меньше мы знаем, как насытить свою потребность, тем сильнее звучит в нас эмоция. Эмоция нужна человеку как усили­тель его энергии: она пробуждает его скрытые силы, вво­дит в строй резервы. Но если достичь цели просто, то ре­зервы не требуются, и эмоция может быть слабой.166



Информация о насыщении своей нужды — неосознан­ная или осознанная — второй родитель эмоции, роди­тель-тормоз. И накал эмоции, ее сила — это равноденст­вие обоих родителей, их силы '.

' У этой теории есть, видимо, слабое место, которое и вызыва­ет настороженность психологов. Исходя из нес, можно предполо­жить, что в ненапряжеппых, привычных положениях человек во­обще обходится без эмоций, одной «информацией». При таком подходе человек как бы становится мыслящей машиной, у кото­рой главный двигатель — сознание, а эмоции включаются лишь тогда, когда атому двигателю не хватает информации.

Впрочем, снять упрек в таком подходе к человеку нетрудно:

190


В теории П. В. Симонова речь идет о чувствах-откли­ках, а не о чувствах-состояниях, о сиюминутных эмоци­ях, а не о долгоиграющих чувствах. (Если говорить точ­но, это теория не чувств, а именно эмоций, не психоло­гическая теория чувств-состояний, а психофизиологиче­ская теория чувств-откликов). И она, по-моему, хорошо объясняет важные механизмы нынешней рационализации людей.

Вспомним: взрыв контактов у современных горо­жан — это и основном взрыв поверхностных, внешних контактов. Люди участвуют в них иношними, типовыми слоями души, ведут себя в них полуобезличеппо, а то и совсем обезличенно. И в делах у нас — домашних, ра­бочих — много шаблона, информационной ясности. Бу­дущие действия известны, расчислены, и это приглушает наши чувства-отклики, тренирует их на полголоса, ше­пот.

В личной жизтти — то ость в малолюдном, пе массо­вом общении — противостоит!, такому приглушению чупстп II ирощо, н сложпчо. Чем мо.иоЖ(1 люди, тем боль-iit" ii них ноного, iii'ii:ii«4"riioro друг для друга; в них ii,u[)ht «информационный голод» друг по Другу — ив то же время сильна потребность друг в друге. Оба эти родителя эмоций обостряют, а не притупляют чув­ства.

Но чем старше люди, чем однообразнее их жизнь, тем больше в пей информационной сытости и тем приглушен­нее их чувства-отклики, тем стесаннес их ощущен и я-ак-компанементы. А вместе с чувствами-откликами слабеют и чувства-отношения — любовь, влюбленность, симпа­тия...167

Информационная теория эмоций раскрывает вечный механизм чувствований: она позволяет тем самым понять еще одну глубинную причину нынешнего обеднения чувств. Но она не вытесняет других объяснений, о других причинах, а дополняет их, встает в их строй.

стоит только сказать, что эмоции живут в человеке псегда и при достатке информации они не исчезают, а просто слабеют.168

Кроме того, сила эмоций зависит от их биологической осно­вы, а она разная у людей разного темперамента, здоровья, воз­раста. Это, конечно, простейшая истина, и теория П. В. Симоно-1ч> учитывает ее, но она посвящена не азбуке, а алгебре наших эмоций.

191

ВЫТЕСНИТ ЛИ МЫСЛЬ ЭМОЦИЮ?

Вернемся еще раз к записке. Верно ли, что чем больше образованность, тем больше человек думает и меньше чувствует?169 И чем больше будет у людей знаний, тем больше будут угасать чувства?

По-моему, это не так. Число мыслей не состоит в об­ратной пропорции с числом ощущений, чувств. По своей глубинной природе человек — существо больше чувст­вующее, чем размышляющее; он больше homo sensualis (человек чувствующий), чем homo rationalis (человек думающий).

Эмоция — более властная, более автоматическая ос­нова человеческой природы. Она глубже, чем мысль, укоренена и биопсихологии человека, в самых глубин­ных органических устоях его жизни. Да и у нашей мыс­ли (кроме мысли механической, серийной) всегда есть эмоциональный шлеиф: мысль чаще всего сопровождает­ся эмоциями, вызывает их, рождается из них.

Влияет друг на друга не количество эмоций и мыслей, а их качество. Чем тусклее мысль, тем тусклее и ее шлейф — эмоция, чем она ярче, глубже — тем глубже и колокольное голос эмоций. И наоборот, только глубокие эмоции ведут к глубоким мыслям, а стертые эмоции рож­дают и стертые мысли.

Кроме того, знания — то есть мыслительная, логиче­ская информация, — это только часть того потока ин­формации, в котором мы живем. Главная часть этого не­стихающего потока — образная и чувственная информа­ция — зрительные и слуховые впечатления, двигатель­ные и осязательные сигналы... То есть большинство ин­формации, которую получает (и, видимо, будет получать) человек, — это информация эмоциональная, а не рацио­нальная.

Поэтому вряд ли стоит опасаться, что всеобщая обра­зованность приведет к отмиранию эмоций и человек бу­дущего станет двуногим мозгом. Впрочем, нынешнее об­разование, сухо логическое, явно вредит нашим эмоциям. Оно, как уже говорилось, имеет дело в основном с левым полушарием мозга, грубо отсекает знания от эмоций и этим гасит эмоции, делает десятки миллионов людей рассудочными рациопалами.

Паучпо-психологическая революция, наверно, создаст в корне повое образование, которое будет отвечать при-

192

роде человека: оно будет углублять его знания и его чувства, помогать, а не иссушать жизнь эмоций. Это, во всяком случае, одно из коренных стратегических тре­бований к новому образованию, и на него, видимо, со временем будет опираться вся образовательная ре­форма.



ПОЛНОКРОВНЕЕ И МАЛОКРОВНЕЕ

«Непонятно, с ростом нервных перегрузил, урбаниза­ции, и т. д. чувства стали глубже или примитивнее? Не­ужели любовь «среднего человека» средних веков была сильней, чем у нашего современника?» (Московский институт электронной техники, Зеленоград, октябрь,

1980.)

Попа шла речь только про обедняющие перемены в иыпгшисц ih'iixo.ikii'iiii. I In n iirii ('c,ti, и обогащающие пе-



ih'mi'iii.i II \ [КГ.И.1!;!!'!' Г1>Ц11|1ЛЫ1ЫИ, IHiy'1110 ТС X II 11 4(4'КИЙ И

i.v.'n. i \ inii.iii ii|iin |iriT 11 |i(ii'|)i'cc дг.шотсп (•••ii'l. »c все (;iii,hiirr, ни к,п. iii.i 11|и>11Итын.и'т соками сложности все lnt.iii.iiir кисгок fiiii,ii;i.iibiioi'o организма, все больше нитей обыденной жизни.

Эти стратегические перемены исподволь, из глубины иопышают требования к человеку, к его уму, нравствен­ности, психологии. Человеческая психология медлен­но перестраивается во всех своих звеньях, от вер­шин до подножия, и вся се ткань начинает делаться другой.

Углубляет человека и изнестппя всем сильная сторо­на НТР — рост образования, культуры, творческих слоев в поисковых видах труда. Так же действует и ощущение ценности своего «я», которое нарастает в людях (впро­чем, нередко до чрезмерности), и тяга к самовыявлению, саморазвитию.

Все эти пружины будней утончают и углубляют в че­ловеке личность, у многих людей нарастает своеобразие и сознании и подсознании, в чувствах и интересах, в при­вычках и в поведении. Идет, говоря языком психологии, но только обезличивание, но и индивидуализация челове­ка, появляется все больше людей-личностей, людей с ус­ложненной и обогащенной психологией.

Впрочем, и сама личность у многих, видимо, меняет­ся — делается более рассудочной, рациональной, менее170

193

сердечной, эмоциональной. Возникают как бы «полу-лич­ности» — люди, у которых развит ум, но приглушены, обезличены чувства.



Борьба личностного и обезличенного пронизывает все­го нынешнего человека: возможно, это главная борьба, которая идет в его психике. Все сильнее делается потреб­ность человека развивать свое «я», но сильнее делаются и глушители личности.171

В современном человеке как бы нарастают оба эти по­люса: быстро идет не только его индивидуализация, по и стандартизация многих слоев души.172 Развитие человека драматизируется, поляризуется — и это, возможно, об­щий закон XX века, закон обострения полюсов. Во мно­гих зонах жизни видна эта поляризация, по многим ли­ниям драматизируется — то ость революционизирует­ся — мировое развитии.

Эти двоякие перемены в человеческой психологии рождают и двоякие перемены в мире человеческих чувств. Любовь тоже как бы поляризуется, и перемены в ней, говоря упрощенно, идут по двум руслам.

У одних людей она внутренне обогащается и услож­няется, становится объемнее и полнокровнее (об этом — чуть позже). У других — это больше бросается в гла­за, потому что лежит на поверхности, — она делается малокровнее, любовный отношения беднеют, упроща­ются.173



«Я думаю, любовь сейчас немного израсходовала себя. Вы правильно отметили о скоростях нашего века. Мне надо успеть сходить с девчонкой в кино или в театр, от­дохнуть после этого, побыть с ней в постели и не опо­здать из увольнения. А если в институте я буду взды­хать о ней подобно средневековому рыцарю, то вылечу в первом же семестре.

Далее. Когда-то был не матриархат, а то, что до него, когда любовь = секс. Постепенно, с развитием человека, развивался его ум, обогащались его чувства, ну а секс, несмотря на получаемое от него удовольствие, он выгля­дит довольно грубо. Поэтому возникла необходимость ук­расить половой акт, появилась любовь, которую возвели в культ. В общем, писать можно много, но у меня нет времени, надо учить китайский.

Короче, я против вздохов, тем более, что большинство понимает'. любовъ=секс. (Курсант военного училища, Ле­нинград, 1976.)

194


Так, как этот курсант, думают, наверно, многие. Такие люди обычно довольствуются более простыми и менее, иго глубокими чувствами, они заменяют любовь влюбленностью, симпатией, влечением, просто сексом.174 Как / нлиявт это па их психологию?

Когда у человека больше действуют не очень глубоки о струны души, они ©т этого разрастаются, занимают в луни» нес больше места. Более глубокие струны оттосня-inn'H, слпПом»!', и их место в душе захватывают эти более



11|1()ГТ1>11» fl|iyHI,l.

Ч<'\) Гюлыпо мгл «спт.гтглписм какие-то чувства, тем u(|jii,||i() они лепят душу по своему образу и подобию; это, нидимо, простейший закон психологии. По такой схеме, но, конечно, сложнее, без этой гравюрной резкости, и идог у людей обеднение чувств, душ, отношений.



11<И\о;10|'Щ1 СОНГГ.М КИПОЙ ЛЮБВИ

ч I Kiin чг»( 'iii4i'4 •1Ц(1('1'ип ^tiii)cu, у ког1>1>!лх берет iii'ii.i ilyiiif'tiiitifi tiiiii.'iiiifi'tiuf!'» (И,ентральный клуб МВД, nil/mill,, l^li.)

Здесь очень много неясностей и загадок, и понять их, уны, опять-таки мало помогает нынешняя наука: психо­логи почти не изучают любовные чувства, а остальным семьеведам это просто пе под силу, так как им мешает непсихологический подход. Поэтому (повторюсь) ключик сегодняшним чувствам приходится искать и и прямом изу­чении жизни, и в тех психологических открытиях, кото­рые делает искусство.

В свое время Бальзак задался вопросом, кто больше дает человечеству — Прометей или Фауст. Прометей — это деятель, строитель, открыватель огня, то есть наука и техника; Фауст — созерцатель, мыслитель, искатель счастья и смысла жизни, то есть искусство, мораль, фи­лософия.

Наш технический век уверен, что главная из этих фи-г.УР — Прометей; это он кормит и поит человечество, он даот ему почти волшебные житейские блага. А Фауст — только дополнение к нему, необязательное третье блюдо, и без него вполне можно прожить...

Такой взгляд, наверно, естествен для человека мате-(•иальных запросов, технократических ценностей. Но на

13* 195



1 Получается, что по Рюрикову любовь все-таки соответствует тому, что сказал о ней Вольтер.

2 Здесь автор анализируемой книги рассматривает одну из трех счастливых семейных пар и показывает как же проявляется у них любовь. Рассказ о реальных и вдобавок счастливых парах весьма хорошо подходит не столько под рюриковское представление о любви, сколько под понимание Любви в Теории Любви Коперника.

3 Любовь всегда и должна быть за Любовь. Это соответствует Формуле Любви, изложенной в Теории Любви Коперника. Истинной причиной настоящей Любви является встречная Любовь.

4 Если это еще не Любовь, а влюбленность, то ей необходимо закончиться. Только после этого может открыться дорога в Любви. И идущие о ней, приобретают настоящую Любовь.

5 Любовь – именно такое чувство. Это соответствует Формуле Любви.

Но надо бы рассмотреть особенности действия такого зеркала при Любви и в ее отсутствие, например, когда влюбленность. В случае влюбленности зеркала может и не быть или оно очень искажено.



6 Опять видим Любовь за Любовь. Здесь Рюриков по-прежнему рассматривает одну из счастливых пар, поэтому опять идут совпадения с Теорией Любви. Но в других местах книги принцип зеркала чувств, кажется, не упоминается.

7 Рюриков начинает рассказ о тайнах любви.

8 Автор предлагает слова добавить образами. Но это опасно. Надо умело обращаться с образами. Так обращаться, чтобы они не заслоняли нам реальность, а том числе не заслоняли и настоящую (реальную) Любовь. Словесное выражение, в частности, тоже опасно тем, что слова заслоняют реальность, заменяют ее. От этого-то и возникает часто несоответствие сказанного словами и того реального предмета, о котором эти слова.

9 Здесь заметно не совсем правильное отношение к словам и не понимание того, как работает или должна работать теоретическая наука. Она стремится выразить все точно в конечном итоге, желательно даже математическим языком, а не образно. Надо стремиться определить как можно точнее, но всегда понимать, что это не окончательное определение и знание. (Не надо догматизировать полученное знание). Без тяги к такому познанию невозможно в больших трудах пробираться к истине. Легко так и застрять на каком-нибудь образе, даже на образе математическом. Как в когда человечество не хотело отказываться от математически выраженной птолемеевой системы мироздания даже уже после того, как было обосновано иное понимание мироздания, выраженное в теории Н. Коперника.

Рюриков в анализируемой книге не идет по такому пути, предпочел образы, поэтому не смог далеко уйти от описательного способа исследования проблем любви, отметил много загадок и тайн, но оставил их без ответа. И теперь мы попытаемся с помощью Теории Любви Николая Коперника дать на них ответы или по-иному объяснить их, не так, как это сделано Ю. Б. Рюриковым в его книге.



10 Опять не совсем точное понимание того, как работает наука. Всякая наука в начале всегда носит описательный характер и никогда не отказывается окончательно от описания – ни на начальном, ни на конечном пути. Определения используются также не только в конце, но и по ходу исследования, в том числе на стадиях описания. Но к этим определениям всегда надо относиться не как к окончательным итогам, а как к рабочим, шаг за шагом приближающим нас к истине. Но Рюриов хотел бы догматизировать, если не в начале, то в конце, на этапе подведения итога, когда будет установлено итоговое определение.

Впрочем, может быть он этого и не хочет, но тот способ познания, который он хочет применить при изучении любви, вполне вероятно, может закончиться именно формированием догмы. Похоже, что в конце пути познания Рюриков представляет себе догму.



11 Да, подход Рюрикова (как и, с его точки зрения, приведенные ниже слова Стендаля) может быть только полу-достаточным, и то не для науки.

12 Любить себя, слить все свои «я», да и «я» другого человека. Это понимание любви Рюриковым. И в этом понимание заложены дальнейшие расхождения с выводами, которые дает Теория Любви Коперника. Настоящая Любовь по Копернику – это прежде всего стремление способствовать развитию способностей другого человека. И тогда сближение становится не конечным результатом, а основой, определяющей дальнейшие отношения людей. Близость только создает условия для Любви, но еще не является ею. А чувства Любви формируются уже из этих отношений.

13 Хотя Рюриков в дальнейшем и стремится разделить любовь и влюбленность, но уже исходно он заложил в основу своего понимания любви такую позицию, которая так и не позволит ему довести разделение любви и влюбленности до конца.

14 Можно сказать, что это первая конкретная загадка, поставленная в книге Рюрикова. Эту загадку он пока не стремится отгадать. А она вызывает очень важную проблему – следует ли и в дальнейшем оставаться в состоянии, когда не совсем понятно, любишь ли ты образ или любишь самого человека. Теория Любви Коперника однозначно дает ответ такой – надо выяснить, что же ты любишь, и если окажется, что любишь образ, тогда надо прекратить эту «любовь». Надо научиться любить только человека. Рюриков же, как в дальнейшем читатель увидит, считает, что без такой путаницы между человеком и образом любви вообще не может быть. Путаница между образом и человеком и двойная оптика – извечные спутники любви, как ее понимает Рюриков.

15 И пока мы будем соглашаться, чтобы нас морочили, мы никогда не поймем, что такое Любовь как в теории, так и постоянно будем испытывать проблемы в практическом плане.

Теория Любви против таких заморочек. Рюриков же видит в этом нечто прелестное, поэтому и осталось для него много загадок без удовлетворительных ответов.



16 Не видит как на самом деле. А поэтому-то и не может разгадать ни одно загадки. Поэтому-то все для него загадочно. И эта загадочность многих сводит с ума, не позволяет прибегнуть к помощи разума.

Это к вопросу о доминанте, что доминанты не позволяют нам объективно воспринимать информацию без искажений. А пока ты не в Мире Коперника, ты почти всегда во власти каких-либо доминант. Поэтому здесь дело в том, что скорее всего и раньше человек не видел предметы такими, какие они есть на самом деле. Он воспринимал внешний мир через очки каких-то образов. А когда он влюбился, то просто поменял образ, то есть поменял очки и стал видеть предметы как-то по другому, но опять же не так, какие они есть на самом деле. Один обман сменился другим обманом. Поэтому точнее было бы сказать, что «Полюбив, человек не видит больше ни одного предмета таким, каким он видел его прежде».



17 Рюриков не понимает, что Любовь может быть без образов и фантазий.

18 Если образ придуман, то и возможности тоже придуманы. И Рюриков ошибается на счет того, что здесь есть какая-то особая интуиция относительно какого-то конкретного человека. Так что пока нет никакой загадки.

19 Вот именно, что и условия-то выдуманные, а не реальные.

20 Такой гибрид если и есть, то от него надо избавляться, ибо он не позволяет увидеть индивидуальности любимого человека. Реального гибрида обмана и прозрения не может быть, пока мы будем соглашаться на обман, а не стремиться к истинному познанию любимого человека.

21 На самом деле «гибрид прозрения и обмана» проник в человеческую влюбленность, а не в Любовь. И проник потому, что человек стремится к каким-то корыстным целям, порой даже не осознавая их эгоистическую природу. Страх перед тем, что тебя разлюбят заставляет подстраиваться под этот придуманный образ-идеал.

22 Страх, а не свобода «влечет в этом случае человека к высотам человечности». Поэтому в этом больше страдания, чем реального продвижения к вершинам, чем радости получения новых возможностей. Здесь движение к вершинам человечности действительно является только непрямой целью, а случайным или побочным результатом. Прямой целью такое движение выступает только тогда, когда любят по настоящему, без образов, изучая реального человека и помогая ему; словом тогда, когда Любовь ставит перед собой целью не сближение с любимым, а создание ему условий для развития его способностей.

23 Все это относится только к влюбленности. Но она есть иллюзия. И при взаимодействии с реальностью ей и приходится перепрыгивать из полюса к полюсу, иначе она вообще потеряет равновесие. Отсутствие правильной реакции на реальность у влюбленного и объясняется эта «загадка загадок». В этом причина превращений полюсов друг в друга. Реальное же содержание этих полюсов не имеет значения для науки, ибо это содержание – иллюзия. Может быть, психоаналитик и будет в них разбираться, но только с тем, чтобы избавить человека от таких переходов между полюсами и избавить от иллюзий. Пытаться же делать из их содержания «загадку загадок», искать в нем смысл, который не поддается пониманию, если человек пытается рассматривать явления без применения «двойной оптики», совершенно ни к чему. Даже сам влюбленный в этих переходах самого себя и своего партнера ничего не понимает.

24 Это разное.

25 Насколько это явление в физиологии связано с психологической двойной оптикой в случае «любви», - это еще не ясно. Ведь двойная оптика, согласно Рюрикова, есть не у всех, а только у тех, кто любит. А физиологи обнаружили упомянутое свойство у всех людей. Кроме того, физиологи имеют дело с объективно приятными или неприятными ощущениями, а не с приятными или неприятными партнерами, которые могут выступать то как в цело приятные, то как неприятные и даже ненавистные. Кроме того, как увидим позже, существует и психологическая отрицательная оптика, когда начинаешь видеть только плохие черты, и не замечать достоинства.


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница