Я давно намеривался описать свое Посвящение и подключение к «Работе», но, чувствуя сложность и многогранность темы, не решался взять ручку



страница28/39
Дата27.04.2016
Размер2.08 Mb.
1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   ...   39

ИНДУС


1999 год. Май Ко мне пришла Н.Д. После того сеанса, где она увидела себя негром-евнухом, прошла неделя. Она говорит: «Саша, ты можешь вылечить меня от астмы?» «Не знаю. Можно попробовать». По мнению некоторых целителей-оккультистов, астма – это телесное проявление блокированных эмоций, страха и ярости. При задержки эмоции происходит пережимание энергетического канала, проводящего эту эмоцию в сознание. На месте пережатия возникает энергомышечный спазм. Лечение заключается в разжатии энергетического канала и «канализировании» задерживаемой энерго-информации. А поскольку сознание пережимает каналы, то оно их и раскрывает, т. е. работа должна производиться на ментальном уровне. Я ввожу Н.Д. в транс с программой-вопросом к ее подсознанию: «Выйти на причину возникновения ее астмы». Н.Д. легко входит в транс и начинает комментировать свое видение: «Индия, середина восьмого века, нашей эры. Я танцую в большом, роскошном зале. Стены и пол облицованы мрамором. По периметру зала у стен на коврах полулежат смуглолицые мужчины в белых тюрбанах и богатых одеждах. Они с интересом наблюдают мой танец. Я легко и технично грациозно двигаюсь. Мои босые ноги приятно холодит мраморный пол. Я – девушка лет 18. Я красивая. У меня густые, длинные черные волосы, отливающие синевой. Прямой, среднего размера, правильной формы нос, не то, что сейчас. Рот небольшой, губки бантиком. Тонкая талия, немного округлый живот с глубоким пупком. Я смуглая. У меня высокая грудь, сквозь коротенькую не закрывающую живот, шелковую полупрозрачную, расшитую золотом кофточку видны соски моих грудей, они темного цвета, половые губы тоже, но тогда, в отличии этой жизни, я не считала их темный цвет некрасивым. Я себе нравлюсь. Мне приятны заинтересованные взгляды мужчин, но сами они мне не нравятся, все старые, но я должна понравиться им, чтобы кто-нибудь из них меня купил, потому что если в ближайшие несколько недель меня не купят в этом столичном пункте по продаже женщин, то перевезут в периферийный, где будут продавать по меньшей цене менее богатым, менее образованным, более грубым мужчинам, а если и там не продадут, то отвезут еще дальше, в еще худшие условия. А я хочу попасть в хороший дом. И буду там до конца моих дней Нас учили здесь, чтобы понравиться, женщина должна почувствовать, увидеть того мужчину, который проявляет к ней наибольший интерес, и танцевать преимущественно для него, завлечь его движениями, взглядом. Дать ему понять, что она испытывает страсть лично к нему, зажечь его, и тогда он ее купит. Я пытаюсь это делать, но у меня это получается слабо, к тому же я еще девственница и мои сексуальные чувства еще не разбужены. Меня никто не выбрал, я выхожу из зала, на мое место приходит другая. Вижу себя в другом зале, он в том же доме, большой, но не роскошный, простой. На полу лежат много матрацев, набитых соломой, на них сидят, лежат много женщин Их несколько десятков. Они разного возраста, есть зрелые тридцатилетние, а есть и двенадцатилетнне девочки-подростки. Все одеты просто, богатую одежду выдают перед танцем. Я невольница, а это распределительный пункт. Вижу входящих в зал евнухов. Они полуголые, в одних набедренных повязках. У них на серебряных блюдах много искусственных половых членов из слоновой кости. Они подносят и предлагают их женщинам. Многие берут. Мне и другим девственницам не подносят. Странно, я думала, что женщины берут члены для самоудовлетворения, но нет, они распределяются по парам и удовлетворяют этими членами друг друга. Вижу пожилую, полную, лежащую навзничь женщину. Это наша хозяйка, жена хозяина. Две девушки моего возраста сосут ее груди, две другие сосут большие пальцы ее широко раздвинутых ног. О! А мне хуже всех. Моя голова у нее между ног, я занимаюсь с ней оральным сексом». Я: «А ты можешь отказаться?» «Нет. Это необходимый элемент обучения. И вообще в то время девушек воспитывали в духе полного подчинения, она даже и думать не могла, о том что можно не подчиниться. Теперь вижу себя лежащей и теперь уже меня подобным образом сексуально удовлетворяют пятеро молодых девушек. Вижу входящего к нам нашего хозяина Он большой, тучный, пожилой, темнолицый с большими темными кругами под глазами в белом тюрбане. Он ласкает меня. Прикасается, поглаживая меня по спине, груди, животу. У него на удивление чуткие, мягкие, нежные руки. Он целует меня там, внизу! Он варьирует свои поцелуи от легких, едва ощутимых, до очень сильных засасывающе-сосуших, перемежая свои поцелуи движениями проникающе-сверлящими. Он очень искусен в этом. Но делает он это больше не для своего удовольствия, он импотент, а для проверки моей реакции на эти ласки. Он наблюдает за мной, но я слабо реагирую на его ласки. Новое видение, я спускаюсь со второго этажа из нашей жилой комнаты на первый этаж, там в дверях есть щель. Через нее виден двор! Я вижу как молодой индус-слуга на костре в большом чане варит еду. Мне он почему-то нравится, я чувствую к нему непреодолимое притяжение. Дождавшись, когда он остался один, я тихо позвала его. Он подошел. Мы разговаривали. Так мы несколько раз переговаривались. Я предложила ему бежать ночью, он согласился, но мои походы к щели не остались незамеченными. Моя хозяйка увидела меня там и, спрятавшись, оставаясь для меня незаметной подслушала нас Она доложила хозяину об этом, он устроил засаду. Ночью при попытке побега нас схватили стражники. Новый «кадр». Вижу, как хозяйка поставила меня на четвереньки и насилует меня в анус искусственным членом. Она грубо и резко с ожесточением толкает его у меня, льется кровь из ануса, но мне все равно. Меня все равно убьют. В голове звенящая пустота, грудь как тисками сдавил, сковал леденящий страх. Меня выводят во двор, там к вкопанному столбу привязывают того молодого индуса-слугу. Его начинают бить бичем, меня же насилуют несколько стражников. Они заставляют нас смотреть друг на друга. Мне трудно дышать, меня насилуют в рот. Я захлебуюсь. Слугу забили до полусмерти, но хозяин решает оставить его в живых в отличии от меня, мне прощения нет. Меня за руки на растяжку привязывают к двум лошадям. А-а-а-а... Мне холодно... А-а-а. Мне страшно! Я не хочу умирать!» Н.Д.: «Я не хочу это видеть! Не могу!»... Я: «Надо! Продолжай». Я вижу в каком страшном напряжении находится Н.Д. Мне хочется прекратить сеанс, но я знаю, что нужно продолжать, тогда и только тогда, когда Н.Д. переживет свою смерть, разожмутся энергетические каналы и «канализируется» ее заблокированная, «замороженная» энергия. «Стражники хлещут лошадей они рвутся в разные стороны. А-А-А!!! Ой-й-й!-ы-ы-ы. Я поднимаюсь... Я вижу свое растерзанное тело внизу. Рядом облака. Мне не больно. Мне спокойно и хорошо. Произошедшее меня больше не волнует. Я от всего от этого далека...» Н.Д.. «А знаешь, Саша, тот молодой индус-слуга – ты, а тот мой хозяин в теперешней жизни – мой сосед. Он же был моим хозяином и в жизни негра-евнуха». Вспоминаю, что первые симптомы астмы возникли у Н.Д. четыре года назад и причиной их был ее сосед. Пять лет назад Н.Д. потеряла работу, осталась без средств к существованию, а на руках у нее еще было двое малолетних детей. И тогда сосед предложил ей стать его платной любовницей. Чувствуя себя в тупике, она согласилась. Он был женат, на двадцать лет старше ее, работал на мясокомбинате шофером. Платил за секс деньгами, иногда мясом. Ей было неприятно отдаваться ему, но терпела, пока не нашла работу. Потом сказала, все, прощай. Он же вместо того, чтобы сказать спасибо и остаться благодарным ей, начал ее преследовать и шантажировать, угрожая рассказать всем соседям, что она проститутка. Страх и ярость вызвал спазм в груди Н. Д. ощущала его как комок, величиной с теннисный мячик».

14. 09. 1999 г.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   ...   39


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница