В. И. Вернадского В. В. Буряк Динамика культуры в эпоху глобализации: ноосферный контекст Монография


Раздел 5. Глобализированная культура и консюмеризированное общество



страница27/38
Дата31.07.2022
Размер1,59 Mb.
#174507
ТипМонография
1   ...   23   24   25   26   27   28   29   30   ...   38
Раздел 5.
Глобализированная культура и консюмеризированное общество

5 .1. Маркетизация социокультурной сферы
в эпоху глобализации

Как показано многими исследователями, глобальные трансформации – это многоуровневое историческое явление. Наряду с экономическими, миграционными, технологическими, информационными, социально-политическими потоками наиболее значимы культурные потоки образов, идей, артефактов и услуг. Все глобализированные потоки имеют потребительскую стоимость, и их планетарное движение, скорость продвижения от производителя к потребителю определяется сегодня качеством и эффективными маркетинговыми стратегиями. Философская и психологическая тематизация потребления как значительного культурного явления связана с именем Эриха Фромма, поскольку именно он ввёл в оборот понятие «общество потребления». Но только после начала постиндустриальной революции, в конце 60-х и в 70-е годы двадцатого века концептуально и системно учёные различных специальностей (экономисты, социологи, психологи и философы), в том числе и в рамках междисциплинарных исследований, изучают консюмеризм и консьюмеристское поведение.
Проблема избыточного потребления впервые была поднята американским экономистом и социологом Торстейном Вебленом в конце девятнадцатого века. В первом десятилетии двадцать первого века общество потребления стремительно трансформируется в связи с ускорением глобализационных процессов, поскольку система электронных покупок посредством Интернет позволяет многократно увеличить «рыночную площадь» и позволяет реально получить любую продаваемую в мире вещь, будь то сексуальные услуги on-line или остров в Тихом океане, притом в кратчайшие сроки. Кроме того, повышение жизненных стандартов благодаря профессиональным сетевым маркетинговым стратегиям заставляет людей всё чаще совершать демонстративные покупки, «быть в стиле», то есть «как все».
Очевидно, что историко-культурные, социально-экономические, политические особенности глобальных трансформаций отражают многообразие новых явлений на локальном, региональном и глобальном уровнях. Системный кризис в экономике, исчерпание природных ресурсов, загрязнение природной среды обитания послужили причиной сдвигов в отношении чрезмерного потребления и могут дать импульс для формирования новой системы ценностей. Синдром постэмоционального общества может быть преодолён, в том числе также и за счёт утверждения системы ценностей «постматериализма». Постматериалистические ценностные установки (postmaterialism) начинают формироваться в самом начале постиндустриальной эпохи, уже в 1970-х годах двадцатого века. Термин был впервые введен американским социологом Рональдом Ингелхартом в работе «Тихая революция: смена ценностей и политических стилей западной общественности» (1977) [Inglehart, 1977]. Американский учёный показывает на обширном историческом и экономическом материале, что вплоть до начала семидесятых годов фактически универсальным критерием благосостояния для граждан всех западноевропейских стран стало достижение совокупности основных легитимизированных благ, то есть приоритетом стали материалистические ценности. Это означало демонстративно высокий уровня жизни, включая значительный рост доходов, владение недвижимостью, экономический рост. Наряду с этим также были важными общественные цели и ценности, такие как: защита окружающей среды, права человека, доступность среднего и высшего образования, свобода слова и гендерное равенство.
Продвижение идеи государства всеобщего благосостояния усилило ощущение того, что комфортная жизнь в мире материалистических ценностей гарантирована, и качество жизни для всех членов общества будет и впредь постоянно возрастать. Появление социальных и политических противоречий в 1970-е годы вызвало рост ряда политических движений, в результате чего чисто материалистические ценности были смещены, если и не на периферию, то всё же не остались в центре системы ценностей. Большую роль в этом аксиологическом сдвиге и конституировании новых смысложизненных нематериалистических ценностей сыграл социально-экономический и культурный поворот. Также немаловажное значение имела глобальная демографическая ситуация, сложившаяся в ходе смены поколений. «Бебибумеры» в Соединённых Штатах Америки стали социальной и производительной основой послевоенной экономики, претендуя на свою долю собственности и власти, потеснив поколение, находящееся у власти позднеиндустриальных обществ в 1950-е – 1960-е годы. Оживление экономической деятельности, «переоценка ценностей» и новые маркетинговые стратегии привели к тому, что большая часть амбиций индивидуумов оказалась в ловушке послевоенного общества потребления.
Одним из симптомов стагнации современного общества потребления является так называемый «вещизм», философские основания которого могут быть раскрыты благодаря методологии Эриха Фромма. Ключевыми темами Фромма являются: авторитарное сознание (authoritarian conscience), непродуктивные ориентации (nonproductive orientations), гуманистическое сознание (humanistic conscience). Фромм также исследовал «ориентацию характера» человека в своей книге «Человек для себя» (1947, 1981) [Fromm, 1981], в которой описаны и систематизированы способы отношений индивидуумов к окружающей среде. В результате их изучения и описания, считал он, может быть конституирован общий характер личности. Принципиальными являются две базовые стратегии, два типа отношений человека к миру: «ассимиляция» (assimilation), то есть приобретение и ассимиляция вещей, и «социализация» (socialization) – ответственное реагирование на людей. Эти два фактора не проявляются в чистом виде, но существуют в виде четырёх негативных типов: рецептивного (receptive), эксплуататорского (exploitative), накопительного (hoarding) и маркетингового (marketing). Позитивный тип характера он называет продуктивным (productive). Эта типология во многом определяется радикальной критикой общественных отношений эпохи зрелого капитализма (впервые работа опубликована была в 1947 году). Этот фрейдо-марксистский подход, в большой степени пронизанный экзистенциалистской риторикой, объясняется тогдашней ещё недостаточной проявленностью феномена массового потребления, хотя доминирующий уже в то время «присваивающий» характер мироотношения и связанный с этим «дух вещизма» стали достаточно распространённым явлением в западной культуре.
Понятие «общество потребления», ставшее частотным в конце 80-х годов ХХ века, прежде всего в социологической литературе, отражало научный интерес к новому социально-экономическому феномену. В этом понятии на первый план выдвигалась идеологическая коннотация, указывающая на негативные моменты потребления. Жан Бодрийар в своём исследовании «Общество потребления. Его мифы и структуры» (1970, 2006) [Бодрийар, 2006] сделал акцент на исследовании мифологической коннотации, поскольку чисто рационалистический подход, по его мнению, не схватывает сути происходящего, где бессознательные мотивы и следующие за ними действия имеют источник в мифе. «Потребление – это миф, то есть это слово современного общества, высказанное им в отношении самого себя, это способ, каким наше общество высказывается о себе. И в некотором роде единственная объективная реальность потребления – это идея о потреблении, рефлексивная и дискурсивная конфигурация, бесконечно воспроизводимая повседневным и интеллектуальным дискурсом и приобретшая значимость здравого смысла» [Бодрийар, 2006: 242]. Проблемой потребления, генезисом, динамикой и систематикой общества потребления занимались и продолжают заниматься социологи, экономисты, психологи, этнографы, культурологи и философы. В междисциплинарном исследовании под общей редакцией Арджуна Аппадураи «Социальная жизнь вещей: предметы потребления в социальной перспективе» (1988) [Appadurai, 1988] авторы рассматривают и анализируют процесс продаж в целом и локализованную торговлю самыми разными товарами в различных социальных и культурных средах – как в прошлом, так и в настоящем. При этом учитываются базовые механизмы, которые в конечном счёте регулируют вкус, способы торговли и производство желаний в ходе консьюмеристских практик, а также проясняются способы, благодаря которым люди в повседневной жизни придают ценность каким-либо объектам.
Проблемы, связанные с потреблением вещей, изучают с помощью методов социальной истории, культурной антропологии, экономической теории и других социальных дисциплин. Главное качество современной вещи, вернее вещей, функционирующих в режиме общества потребления, заключается в том, что они представляют собой мощную систему, функционально и символически завязанную на постоянно возрастающее потребление. В наибольшей мере этому способствует институционально организованная система кредитования. Каждая вещь, произведённая в системе культурной индустрии, непосредственно связана с системой финансов, а если актуализировать это положение, то все вещи находятся на поверхности глобальных финансовых потоков, и их объективация требует не только культурного анализа, но также некоторых политэкономических экскурсов. Вещь, взятая в кредит, только отчасти принадлежит человеку, в то же время этот человек испытывает зависимость как от самой вещи, так и от кредитно-финансовой системы. Это убедительно показывает Жан Бодрийар: «При покупке в кредит человек одновременно с приобретаемой вперёд вещью поглощает и принимает на свой счёт миф о магической функциональности общества, способного предоставить ему такие возможности немедленной реализации желаний» [Бодрийар, 1995: 134]. Развивая дальше свою мысль о своего рода социальной «магии вещей», Бодрийар уточняет, что через кредит «и через порождаемую им стратегию вещи начинают играть роль ускорителя и множителя задач, потребностей и расходов; они становятся чем-то вроде автомобильного тренажёра – самая их неподвижность превращается в центробежную силу, внося в нашу повседневную жизнь ритм убегания вперёд, незавершённости и нестабильности» [Бодрийар, 1995: 135]. При чтении книги Бодрийара, конечно же, вспоминается название книги братьев Стругацких «Хищные вещи века». Это «коварство» мира вещей, производимого в позднекапиталистическом обществе потребления, отметил ещё в конце XIX века Торстейн Веблен.
В конце последнего десятилетия ХХ столетия Жан Бодрийар произвёл анализ общества потребления в контексте культуры постмодерна. И, наконец, в начале XXI века Джордж Ритцер исследовал отношения между человеком и вещами (услугами) в условиях глобализирующегося мира [Ritzer, 2001]. Феномен консюмеризма характерен для обществ с индустриальной и постиндустриальной экономикой и исторически соотносится с эпохами европейского модерна и постмодерна. В консьюмеристском обществе созданы условия для того, чтобы процесс покупки / потребления вещей и услуг автоматически вызывал чувство удовольствия, удовлетворения и эти практики потребления становились бы неотъемлемой частью повседневности, способом социальной, гендерной и темпоральной идентичности. Однако эти, казалось бы «общезначимые» ценности не могут быть приняты на региональном и локальном уровнях культуры. Конфликт между горизонтальным и вертикальным трендами трансфера ценностей ведёт к гибридизации и мозаичности культуры. Ноосферная реальность обусловливает некий симбиоз культурных практик, в основе функционирования которых находятся меметические механизмы.

Каталог: wp-content -> uploads -> 2017
2017 -> Пояснительная записка к рабочей программе профессиональной подготовки водителей транспортных средств категории «В» в ооо «Учебный комбинат»
2017 -> Основная профессиональная образовательная программа
2017 -> Родительская семья как форвард процесса профессиональной социализации учащейся молодёжи в регионе
2017 -> Вопросы по нейропсихологии
2017 -> Холостова Е. И. Генезис, методологические основы и современная практика социальной работы // Отечественный журнал социальной работы. 2016. №3


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   23   24   25   26   27   28   29   30   ...   38




База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница