Универсалии культуры Выпуск iv


Раздел 3 Язык периодической печати



страница22/32
Дата31.03.2021
Размер3,2 Mb.
ТипМонография
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   32
Раздел 3

Язык периодической печати:

история и современность

УДК 811.161.1’38: 070



Е.А. Кудрявцева

Речевые предпочтения в современных печатных СМИ:

некоторые наблюдения
Язык российских средств массовой информации за прошедшие двадцать лет сильно изменился и продолжает меняться на наших глазах. Динамические процессы в СМИ вызвали рост исследовательского интереса к ним. В последнее время такой интерес можно наблюдать и в отношении языка газеты.

В свое время В.Г. Костомаров определил специфику языка газеты как чередование стандарта и экспрессии1, этот тезис в дальнейшем был взят на вооружение многими лингвистами. В частности, преобладание того или другого выделено в качестве одного из параметров разграничения публицистического и информационного подстилей2. Обозначена связь между экспрессией и социальной оценочностью3. Выделены критерии анализа языка СМИ (в частности печатных): тип автора, характер речи, совокупность концептуальных слов, – на основании которых определено несколько периодов в истории функционирования языка газеты4. С когнитивных позиций исследована метафора как элемент организации текстового пространства СМИ (публицистической картины мира)5. Предпринята попытка определения типов речевой культуры, характеризующих современную газету6. По мысли исследовательницы, тип речевой культуры связан с характером издания и его коммуникативными установками, в этом случае автор предстает «в максимально обобщенном виде» и транслирует позицию издания (или даже типа изданий).

Ряд работ посвящен частным явлениям в языке печатных СМИ7. Тезис об открытости публицистического стиля и высокой скорости обновления речевых единиц газеты делает целесообразными краткосрочные, «текущие» наблюдения за речевыми особенностями печатных СМИ, которые при опоре на имеющуюся методологическую базу могут подтверждать или корректировать представления о речевом пространстве современной газеты, а также служить источником для дальнейших обобщений.

Именно такого рода наблюдения представлены в данной работе. Некоторые речевые явления характерны не только для языка СМИ, но и для других функциональных сфер. По наблюдениям исследователя, к ним относятся «американизация» языка СМИ, следование речевой моде, сознательный отход от литературно-языковой нормы1.

Говоря об «американизации» языка газеты (как и вообще русского языка), нужно иметь в виду не только многочисленные лексические заимствования и их дериваты, но и калькирование целых конструкций (лексико-синтаксические заимствования). При этом некоторые из них могут органично включаться в «концептуальную базу русской картины мира». К таким калькам можно отнести конструкцию со словом шанс(ы): иметь / есть / получить/ дать и т. д. шанс(ы). Активизация данных выражений обязана влиянию английских формул take a chance / give a chance / have a chance. Конструкции типа дать шанс встречаются в газетных текстах регулярно, особенно часто в интервью (как в речи журналиста, так и в речи интервьюируемого).

Например: «10 декабря – без сомнения, первый день новой страны. И последний? Есть ли шансы у него стать началом новой эпохи в жизни России?»; «Пока выбор не сделан, хотя события 4, 10, 24 декабря повышают шансы второго варианта»; «…в России очень много талантливой молодежи, и ей надо дать шанс проявить себя. Еврохоккейтур предоставляет отличный шанс для экспериментов, и просто глупо им не воспользоваться» (Собеседник. 2012. № 50). «Четыре с лишним года Березовский добивался, чтобы Высокий суд принял к рассмотрению его иск против Абрамовича, и он полон решимости не упустить шанс»; «…появятся шансы когда-нибудь превратить в реальность всю нынешнюю фантастику о межзвездных перелетах» (Комсомольская правда. 2012. 11 янв.). «Если назвать список картин прошлого года, у которых есть шанс остаться в истории кино, наверняка в нем найдется место «Гавру» финского «классика» Аки Каурисмяки» (Известия. 2012. 11 янв.).

Предложения типа У него есть шансы, несмотря на свое происхождение, оказались включенными в структуру одного из базовых русских концептов  концепта судьба2. Однако механическое воспроизведение синонимического ряда со словом шанс(ы) привело к его семантическому опустошению. Поэтому появляются такие нетипичные ситуации, когда шансы могут быть не только у оппозиции, молодежи, спортсмена, но и у дня или фильма.

Еще одним продуктом влияния англоязычной традиции, вероятно, нужно признать употребление глагола сделать в значении «произвести какой-либо творческий продукт» (ср. английские выражения to make a film «снимать кино,» to make music «создавать музыку»). Мода на подобное функционирование, очевидно, возникла в разговорной речи, что привело к трансляции конструкций с глаголом сделать в интернет-коммуникации, печатных и других СМИ. Этот глагол явно предпочитают глаголам «конкретного действия». Хотя нужно заметить, что, как правило, так выражаются «нежурналисты», реплики которых передает газета:

«Изначально идея была моя – сделать совместную пластинку» (ср.: выпустить, записать); «Но гораздо больше, чем выпустить диск, я хочу сделать что-то в кино» (ср.: сняться в кино, написать сценарий для кино и т. п.); «Либо люди, которые делали этот фильм, вообще не понимают, и не чувствуют то время и что такое был Высоцкий» (ср.: снимали этот фильм); «Считаю, что популярную музыку нужно делать хорошо» (Собеседник. 2012. № 50). «Умные блокбастеры могут делать только за рубежом. Те, кто этого делать ТАМ не умеет, делают плохой блокбастер по схематичному сценарию» (Российская газета. 2012. 11 янв.). «Интересно, а когда вы делали кино со своей бывшей женой Мадонной, какие это были ощущения?» (Московский комсомолец в Красноярске. 2012. № 3). «Я даже сделал несколько тестовых показов, чтобы посмотреть на реакцию публики в финале фильма». Ср. здесь же: «Если бы зрители не улыбались, я бы понял, что я снял фильм напрасно» (Известия. 2012. 11 янв.). Последний пример представляет перевод высказывания финского режиссера.

К речевым предпочтениям пишущих журналистов можно отнести словоформы реально, реальный, в реальности. Реально, в реальности соответствуют более привычным русскому языковому сознанию действительно, в действительности, а прилагательное реальный эквивалентно словам настоящий, истинный. Действительно в качестве характеристики предмета, признака или события указывает на пресуппозицию «собеседник не уверен в истинности сообщаемого». То есть высказывание Это действительно интересный фильм означает Можешь не сомневаться, что этот фильм интересен. Как же ведут себя обозначенные словоформы в газетных текстах?

Рассмотрим примеры: «За 30 млн. рублей можно сделать реально интересную игру уровня «Ботвы онлайн» или «Легенды драконов», с огромным количеством элементов» (Известия. 2012. 11 янв.). «Виртуальный флирт не только вытеснял реальное общение с супругом, но и заменял в какой-то степени интимные отношения»; «В реальной жизни сейчас это сложно сделать, но если интернет-сообщество внесет мораторий на показ роликов определенного содержания,… тогда не будет спроса и не будет предложения» (Российская газета. 2012. 11 янв.). «Оппозиция перестала быть декоративной и реально настроена на борьбу за смену власти» (Московский комсомолец в Красноярске. 2012. № 3). «Несмотря на то, что исполнительная власть края публично всячески отстраняется от возможности влиять на политическую ситуацию в муниципалитетах края, в реальности для этого она имеет все рычаги»; «Только тогда она (инфляция. – Е.К.) будет отражать реальное изменение стоимости жизни»; «…становится понятным, почему этот «бумажный» рост цен в 23 раза ниже реального» (АиФ на Енисее. 2012. № 12).

Семантически уместными можно считать словосочетание реальное общение, которое контекстуально противопоставлено виртуальному флирту, и выражение оппозицияреально настроена, поскольку в высказывании содержится скрытая полемика с читателем.

В последнем примере реальный имеет значение «истинный, настоящий». Словосочетание в реальности могло бы быть эквивалентным в действительности, если бы в высказывании не было противопоставления, которое делает избыточным использование указанного словосочетания. Избыточность наблюдается в сочетаниях реальная жизнь, реально интересная игра, в последнем случае сомнения в «интересности» игры «снимаются» замечанием уровня «Ботвы онлайн» или «Легенды драконов».

Семантически избыточные конструкции – еще одна черта современной газетной речи. Можно отметить несколько условий появления избыточности:



  • Избыточные слова выражают различную степень проявления качества или состояния, которое обозначено словом, имеющим сему «полнота признака», некоторые из таких словосочетаний имеют характер штампов: натуральные тревоги, такой довольно брутальный образ, полное впечатление (ощущение), огромное удовлетворение (удовольствие), дела обстоят довольно печально, (муж) мне полностью доверяет, категорически не нравится;

  • Избыточные слова обозначают степень проявления признака, хотя основное слово уже содержит сему «интенсивность проявления чего-либо»: более радикальные требования, наибольшее предпочтение, огромный резонанс, большой прорыв, он так неуловим.

  • «Лишнее» слово «оживляет» штамп, при этом порождая новый штамп: подобрать правильный ключ, поставить финальную точку: «Финальную точку в этих дебатах поставил директор ХК «Сокол» Денис Луговик» (Комсомольская правда. 2012. 11 янв.).

Современная газета активно использует элементы дискурса предшествующих эпох. Речь идет прежде всего о штампах советского и перестроечного времени. Устойчивыми оказываются, по-видимому, те единицы, которые являются своеобразными десемантизированными знаками соответствующего времени.

Штампы могут воспроизводиться в своем основном виде, в качестве готовых форм, минимизирующих «творческий поиск» пишущего. Но чаще они трансформируются, например, путем включения в специфический контекст, в результате создаются оригинальные оценочные высказывания (обычно иронического характера). О.Н. Григорьева отмечает, что штампы и стандартные речевые блоки могут служить для создания публицистической метафоры1. Стоит заметить, что в отличие от периода 1990-х, когда трансформация советских штампов использовалась для снижения всего, связанного с советской эпохой2, сейчас «разоблачению» подвергается описываемая в тексте ситуация.

Рассмотренные тексты обнаруживают наряду с воспроизводимыми формулами яркие, авторские метафоры:

«Американская армия способна нанести удар, который уничтожит все ядерные объекты Ирана. Американский военный удар может стереть с лица земли ядерную программу Ирана»; «Недавние «подвиги» олигархов нанесли удар по их имиджу»; «В то время, когда все прогрессивное человечество ждет падения на свои головы обломков автоматической станции «Фобос-Грунт…»; «Оно (телевидение. – Е.К.) легко могло бы сеять разумное, доброе, вечное, но вместо этого показывает истеричных женщин и вечно стреляющих следователей со звериными лицами…» (Комсомольская правда. 2012. 11 янв.). «Военная гениальность нового вождя Северной Кореи развивается с космической скоростью»; По местам отгремевших когда-то скандальных тусовок ходят, как по музею русской олигархической славы (Комсомольская правда. 2012. 10 янв.). «Эпизодические роли тонут в шквале театральных штампов и банальностей»; «Пропагандистская машина Пхеньяна незамедлительно начала компанию, направленную на подъем авторитета нового лидера»; «Локомотивом продаж в нашей стране, как и во всем мире, стала модель Ghost…» (Известия. 2012. 11 янв.). «…их глаза буквально светились от счастья при виде больших коробок с машинами, роботами и конструкторами» (АиФ на Енисее. 2012. № 12). «Правда ли, что ФСБ возбудила против вас уголовное дело… – за разжигание национальной розни?»; «Ямал по праву является гордостью, опорой и надеждой России» (Собеседник. 2011. № 50). «Смерть тунисского юноши… стала искрой, разжегшей пламя революции по всему Ближнему Востоку от Марокко до Ирана» (Московский комсомолец в Красноярске. 2012. № 3).

Высказывание в последнем примере отсылает нас к строчке из стихотворения А. Одоевского «из искры возгорится пламя», однако, как известно, клише, возникшее на его основе, распространилось в революционную эпоху.

Стертые метафоры, относящиеся к «популярным» метафорическим моделям3 часто служат источником для авторских вариаций. Например, при описании ситуации нестабильности в различных сферах жизни общества актуальна натурморфная модель (по А.П. Чудинову), включающая метафоры природной стихии:

«Это наверняка вызовет в мире очередной всплеск антииранских настроений» (Известия. 2012. 11 янв.). «Подземные толчки, раскалывающие региональную политическую кору, были зафиксированы сразу после выборов, и трещины лишь продолжали расти»; «В августе по Лондону, а потом и по другим английским городам прокатилась волна беспорядков с поджогами, грабежами магазинов и мародерством» (Московский комсомолец в Красноярске. 2012. № 3). «Интернет захлестнуло обилие роликов, снятых на видеокамеру или с мобильного телефона…» (Российская газета. 2012. 11 янв.). «Однако когда об уголовном деле стало известно, пошла мощная обратная волна: сотни обращений, миллионы звонков…»; «Протестное цунами, несомненно, будет разрастаться» (Собеседник. 2011. № 50).

Другая метафора, позволяющая описывать «потрясения» в политической или экономической сфере – «болезнь, смерть». По данным исследователей, она входит в число ключевых метафор, функционирующих в публицистических текстах. Это подтверждают рассмотренные примеры:

«Страна оказалась на грани политического коллапса и потери субъектности» (Известия. 2012. 11 янв.). «И все-таки откуда возникли эти разговоры про скорую смерть села Куршевелино, если столько платежеспособной крови поступает?» (Комсомольская правда. 2012. 10 янв.). «А есть ли симптомы того, что в России начал появляться рынок дешевого жилья, что развивается строительство жилья эконом-класса?»; «Высокие цены могли бы сыграть оздоровительную роль» (Собеседник. 2011. № 50).

Политическая жизнь традиционно ассоциируется с игрой (в том числе спортивной): «Сегодня у нас демократическое общество и другие правила игры, в том числе и для ученых» (Российская газета. 2012. 11 янв.). «Мяч сейчас на стороне Кремля, и люди ждут, когда он сделает свой ход»; «Ведь всех объединяет одно: желание игры по честным и прозрачным правилам» (Собеседник. 2011. № 50). «Вряд ли он (Роман Абрамович. – Е.К.) окажется в нокауте или хотя бы в нокдауне…» (Комсомольская правда. 2012. 11 янв.).

Популярной, судя по имеющимся примерам, является «механистическая» метафора, называющая известных людей из политики, искусства, спорта, шоу-бизнеса, – (звезда / знаменитость) крупного / мелкого калибра. Однако частота использования и скудность вариаций стирают ее оригинальность:

«Впрочем, иные звезды разных калибров пока не верят в очевидное и продолжают заламывать за свои услуги вовсе не кризисные цены» (Московский комсомолец в Красноярске. 2012. № 3); «Монстры калибра Аллы Пугачевой или Максима Галкина…» (Комсомольская правда. 2012. 11 янв.). «Понятно, что знаменитости разного калибра, но справедливо будет говорить о том, что все они и есть цвет нации» (Собеседник, 2011, № 50).

Определенный интерес представляют характеристики-оценки, которые СМИ дают современным «героям нашего времени». Речевые предпочтения здесь, безусловно, связаны с ценностными представлениями сегодняшнего общества. Правда, выбор характеристики определяется и характером издания, здесь можно наблюдать то, что называют «дифференциацией газет по стилевому признаку»1. Ценностная шкала в серьезных нейтральных изданиях выглядит несколько по-иному, нежели в «демократичной прессе», для которой характерна повышенная оценочность, например, в газетах «Собеседник» и «Московский комсомолец».

Судя по примерам, в характеристике артистов, музыкантов, спортсменов, юристов и т. д. преобладает оценка «уровня оплаты» и «востребованности», которая выражается в количестве записанных дисков, концертных выступлений, снятых фильмов и т. д. Частое использование журналистами в определениях превосходной степени формирует своеобразный рейтинг соответствующих этой характеристике героев:

«Он (Стас Михайлов. – Е.К.) стал самым богатым в номинации «шоу-бизнес и спорт», обойдя даже высокооплачиваемых спортсменов Марию Шарапову и Александра Овечкина… Поговорить… с такой востребованной звездой, согласитесь, большая удача»; «Вас уже не первый год называют одним из самых высокооплачиваемых музыкантов России»; «Какого сюрприза может ждать от Нового года миллионер, который, если доверять «Форбс», является самым высокооплачиваемым в стране телеведущим?»; «“Самый издаваемый некоммерческий писатель” был как-то органичнее» (Собеседник. 2011. № 50). «Как были артисты нищими, так и остались… – И это говоришь ты, хорошо зарабатывающий, востребованный актер?» (о С. Шакурове); «Самыми востребованными и вне конкуренции…в этот раз оказались Елена Ваенга, Стас Михайлов и Григорий Лепс» (Московский комсомолец в Красноярске. 2012. № 3). «Защитниками… командует Джонатан Сэмпшэн, один из самых высокооплачиваемых юристов Соединенного Королевства» (Комсомольская правда. 2012. 11 янв.).

Указанные определения вытесняют привычные прежде характеристики, связанные с известностью (известный, популярный, знаменитый) или профессиональными качествами (выдающийся, великий). Формируется оппозиция богатый / бедный, первый член которой заключает в себе, скорее, положительную оценку, а второй – отрицательную (ср.: нищие артисты, скромная учительница).

В этой связи обращает на себя внимание публикация об Андрисе Лиепе в «Российской газете». Приведенная в ней характеристика акцентирует внимание именно на профессиональных качествах артиста: «Танцовщик, педагог, балетмейстер, артист театра и кино, режиссер, общественный деятель – все это ипостаси одного Андриса Лиепы… Андрис Лиепа – сын великого танцовщика «эпохи Григоровича» Мариса Лиепы…» (Российская газета. 2012. 11 янв.).

Другим фактором в характеристике известных людей является восприятие их аудиторией (как правило, внешнее): Он был и откровенно светской персоной, и стопроцентным ведущим-шоуменом, и блестящим светским журналистом, и великолепным автором ток-шоу… (Комсомольская правда. 2012. 11 янв.). «Гай Ричи – импозантный, неприступный, с сильным характером, и что-то сволочное в хорошем смысле слова во взгляде» (Московский комсомолец в Красноярске. 2012. № 3).

В качестве средства характеристики пишущие активно привлекают прилагательное легендарный, реже существительное легенда. Данное слово имеет в русском языке три значения, два из которых переносные: относящийся к легенде; овеянный славой, вызывающий восхищение; вымышленный1. Текущие наблюдения показывают, что прилагательное легендарный (как и соответствующее существительное) частотно во втором значении и обычно характеризует выдающихся спортсменов.

Однако отдельные примеры свидетельствуют о «размывании» этого значения: «Лионель Месси повторил уникальное достижение легендарного француза Мишеля Платини…» (Комсомольская правда. 2012. 11 янв.). «Легендарному форварду «Спартака» и сборной СССР Александру Сергеевичу Якушеву исполняется 65»; «Даже такой легендарный клуб… оказался на хоккейной обочине» (Московский комсомолец в Красноярске. 2012. № 3). «Поводов для встречи в редакции обозревателя «Российской газеты» Юрия Богомолова с живой легендой отечественного ТВ было два…» (Российская газета. 2012. 11 янв.).

Ср. характеристику «не лица»: «Уже в ближайшее воскресенье мы увидим пародию на легендарную компьютерную игру Mortal Combat (“Смертельная битва”)» (Комсомольская правда. 2012. 10 янв.).

Определения, дающие отрицательную оценку, содержат информацию о поступке (поступках), сформировавшем отрицательный имидж:

«Самый главный злодей и террорист планеты Усама бен Ладен был ликвидирован “морскими котиками”…»; «В мае главным сексуальным разбойником планеты сделался респектабельный директор-распорядитель Международного валютного фонда Доминик Стросс-Кан (Московский комсомолец в Красноярске. 2012. № 3).

В приведенных примерах прослеживается «двойная» оценочность: сформировавшаяся общественная оценка «героя» и оценка (с налетом иронии) этого общественного отношения журналистом (ср. главный злодей, главный разбойник планеты).

Наконец, отметим еще две речевые особенности, свидетельствующие о демократичности языка печатных СМИ, точнее, о «псевдодемократичности». Это, во-первых, хорошо известный глагол озвучить. За последнее время появился ряд научных и научно-популярных публикаций1, в которых объясняется вредность этого слова во всех значениях, кроме «произвести запись фонограммы к кинофильму (музыки, дикторского текста, шумов)»2.

Однако, несмотря на желание филологов «вытравить это слово дустом, как вредное насекомое», современные СМИ (это касается, конечно, не только газет, но и телевидения и радиовещания) по-прежнему «предпочитают» его глаголам конкретного речевого действия, уместным в той или иной ситуации. Нужно ли говорить, что то же самое наблюдается в разговорной речи.

«Но размер ее (материальной компенсации.  Е.К.) пока не озвучивается по просьбе потерпевших…» (Комсомольская правда. 2012. 11 янв.). «Нынешний рост напряжения в регионе можно назвать следствием озвученных в декабре 2011 года угроз Запада ввести эмбарго на покупку иранской нефти…» (Известия. 2012. 11 янв.). «И у нас был талантливый парень, который эти тексты озвучивал…» (Российская газета. 2012. 11 янв.). «Полонский сам сумму не озвучивает, но его адвокат Добровинский называл цифру  10 млн фунтов. За то, что я сто раз предлагал то, что озвучил президент в послании»; «Выступаю скорее как американский стендапист, озвучивая свои мысли, мимоходом кого-то изображая…» (Собеседник. 2011. № 50).

Во-вторых, пишущие активно употребляют грамматическую форму про + винительный падеж, имеющую разговорный характер в соответствии с о + предложный падеж. Контексты дают основания для предположения о сознательном использовании данной формы, с целью «бо́льшего приближения к читателю». Эта особенность «захватила» газеты независимо от характера издания:

«Суд напомнил Рублевке про гигиену»; «Так и хочется вспомнить про ленинское учение, которое должно было быть вечным, потому что оно якобы верно…» (Российская газета. 2012. 11 янв.). «Про бандитов в Сагре никто и слышать не хотел»; «…то, что он говорил про выборы губернатора, дает надежду…» (Собеседник. 2011. № 50). «Уверена, таких слов он и не знает, и про Раскольникова, а также про его душевные метания вряд ли слышал…» (Комсомольская правда. 2012. 11 янв.).

Беглый обзор отдельных речевых особенностей, отраженных на газетной полосе, да еще взятых на коротком временном промежутке, конечно, не позволяет делать масштабных обобщений. Но некоторые замечания сделать можно. Отмеченные явления свидетельствуют не только о тесной связи публицистической и разговорной речи (что хорошо известно), но и об общей тенденции к экономии языковых ресурсов за счет большей нагруженности языковых единиц смыслом. Иными словами, в речи отражается желание говорящего (пишущего) выражать разные смыслы при помощи одной языковой единицы.

Это наблюдается в случаях, когда один заимствованный глагол заменяет несколько русских, в случаях использования речевых стереотипов, в том числе для порождения новых смыслов, появления ненормативных, но «универсальных» единиц типа озвучить. С другой стороны, воспроизводство готовых, стереотипных форм часто приводит к семантическому опустошению, что, в свою очередь, вызывает противоположное явление – лексико-семантическую избыточность.

Предпочтения в использовании некоторых эпитетов, характеризующих современных «медийных лиц» отражают шкалу ценностей современного общества. Важное место в этой шкале занимают «уровень доходов», а также восприятие обществом «внешнего» образа. Пожалуй, эти характеристики формируют социальный престиж «героев нашего времени».




Каталог: upload -> files
files -> Методические рекомендации по организации исследовательской и проектной деятельности младших школьников
files -> Дискурсивно-стилистическая эволюция медиаконцепта: жизненный цикл и миромоделирующий потенциал
files -> Столяренко Л. Д. Психология
files -> Примерная тематика курсовых работ
files -> Социальная установка: понятие, структура, формирование Понятие аттитюда
files -> Детство как предмет психологического исследования. Самоценность детства
files -> 1974 Кокорина Наталья Петровна Некоторые вопросы клиники и социально-трудовой реабилитациии больных приступообразно прогредиентно-протекающей шизофрениии
files -> Методические рекомендации по формированию содержания и организации образовательного процесса в общем образовании


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   32


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница