Учебное пособие Красноярск Москва 2001


СТРУКТУРНОЕ ОПИСАНИЕ КОНФЛИКТА



страница2/17
Дата14.02.2016
Размер3,02 Mb.
ТипУчебное пособие
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

1.2. СТРУКТУРНОЕ ОПИСАНИЕ КОНФЛИКТА

И смирительная рубашка должна соответствовать размеру безумия.

СТАНИСЛАВ ЕЖИ ЛЕЦ



Вопросы для изучения темы:

1. Почему возникает вопрос о структуре конфликта?

2. Какие элементы входят в структуру и каков смысл их уровне -вого строения?

3. Чем, кроме феноменальных характеристик, отличаются внут­ренние и внешние конфликты?

Особенность современной ситуации в подходах к конфлик­ту и его описаниям состоит в кризисе монопредметных попы­ток. Становится все более очевидно, что никакая предметная об­ласть, ни социология, ни психология, ни математика не в состо­янии «ухватить» и достаточно операционально описать в своем языке это явление.

Этот кризис, по-видимому, пользуясь выражением Л.С.Выгот­ского, вошел в открытую фазу, так как появились попытки кри­тически пересмотреть общую теорию конфликта (см., например, Хасан Б.И., 1986 [1]; Дружинин В.В. и кол., 1989 [2]; Лефевр В.А., 1991 [3]). Анализ этих попыток приводит к мысли, что выход из кризиса современной конфликтологии связан с необходимос­тью разработки и построения целостной полной структуры кон­фликта, включающей три уровня:

1. основание столкновения, т.е. то противоречие, актуализация которого являет нам конфликт как феномен;

2. действительность столкновения, которая представляет собой взаимодетерминированные действия, стремящиеся к автоно­мии путем доминирования, приспособления, элиминации и др.;

3. метаконфликтные феномены: переживание отношений к предмету противоречия и/или конфликтного действия, меж­личностных отношений участников, аутоотношения субъек­та конфликтного действия, ожиданий и т.д.

Только реконструкции на всех трех уровнях описания могут представить полную структуру и динамику конфликта. Такой подход имеет смысл как практико-ориентированный, посколь-

44

ку назначение конфликта состоит в том, чтобы через его разре­шение произошло снятие актуализировавшегося в нем проти­воречия.



Проблема, однако, состоит в том, что каждый из этих уров­ней имеет свои языки описания, которые пока не интегрируют­ся в целостную модель.

К этому обстоятельству можно прибавить еще одно препят­ствие - довольно устойчивое негативное отношение к конфлик­ту, стремление дистанцироваться от него. Как бы удивительно это не выглядело, но мы по-прежнему, как справедливо замеча­ет МДжСмит, «...также, как животные, прибегаем к универсаль­ным для живого мира способам разрешения конфликтов: драке и бегству. Как и животные, мы нападаем или бежим друг от дру­га. Иногда это происходит не по нашей воле; иногда мы делаем это осознанно, иногда открыто; но чаще - в замаскированном виде. Но мы, однако, лишены клыков, острых когтей и той силы мускулов, которые позволяли бы нам столь же эффективно ре­шать проблемы с позиции физической силы» [4, с. 11].

По-видимому, задача оформляющейся сейчас конфликтоло­гии и состоит в том, чтобы, преодолев сложившиеся стереоти­пы, традиционный страх и негативизм по отношению к фено­мену конфликта, построить такие языки описания, пользуясь которыми, можно было бы разрабатывать и применять эффек­тивные психотехники.

Прежде всего, надо еще раз оговорить то обстоятельство, что здесь рассматривается конфликт не в его обыденном понима­нии, то есть как однозначно разрушительный тип взаимодей­ствия или переживания внутреннего рассогласования.

Отойти от стереотипов обыденных представлений означа­ет, прежде всего, отказаться от субстанционального отношения к конфликту. Такое отношение создает иллюзию, что конфликт как бы есть сам по себе, что в него можно попасть почти как в яму. Для обыденного сознания такой образ характерен и весьма распространен. В связи с этим распространено и переживание «попадания в конфликт».

Конфликт не существует, как вещь, независимо от нас. С ним нельзя столкнуться, как с другим человеком, на него нельзя на­толкнуться, как на стенку. В него нельзя попасть, как в темную

45

комнату, и т.д. и т.п. Конфликт - это одна из необходимых атри­бутивных сторон-характеристик любого взаимодействия, как внешнего - с другим человеком, другими людьми (интеракция), так и внутреннего - с собой (интроакция). Вместе с тем не любое взаимодействие можно квалифицировать как конфликтное. Все зависит от того, представляет ли какую-либо трудность его осу­ществление.



Если взаимодействие реализуется по известным схемам и с автоматизированным привлечением имеющегося ресурса, мы не фиксируем его конфликтный аспект. Он просто не нуждает­ся во внимании, так как конфликт разрешается как бы сам со­бой. Точно также мы не фиксируем операциональный аспект любого действия. Он выступает как условие этого действия. Это ведь не значит, что его нет.

Любопытную картину пришлось наблюдать одному из авторов. Наверное, в опыте многих людей есть подобные случаи. ... В магазине продавец пытается объяснить покупателю-иностран­цу характеристики и разницу в стоимости товара. Интересны из­менения, которые происходят во взаимодействии, когда обнару­живается, что покупатель плохо понимает по-русски, а некоторые обороты, привычные для продавца, не понимает вообще. Снача­ла продавец некоторое время действует по инерции, затем замед­ляет темп речи, дополняет пояснения усиленной жестикуляцией и начинает говорить все громче и громче...



Комментарий. Понятно, что любая встреча внутренне противо­речива, поскольку ее участники имеют разные позиционные и ин­дивидуальные интересы. И чтобы привести к согласию эти инте­ресы, встреча должна быть специально организована. Использо­вание во время встречи определенного ресурса - общих правил торговли (для данного случая) и единого языка взаимодействия -делает встречу ненапряженной вследствие автоматизированного использования имеющихся адекватных ресурсов всеми участни­ками. В приведенном же примере один из участников не распола­гал согласованным ресурсом, что немедленно привело к напря­жению и, соответственно, обнаружению взаимодействия как кон­фликтного.

Но разве оно не было таким по сути, а не по характеристикам ин­тенсивности?

Если для реализации взаимодействия необходимы какие-либо новые формы и/или имеющийся ресурс не удовлетворяет требованиям данного взаимодействия, мы фиксируем его как конфликтное. Оно просто представлено нам своей трудной, тре­бующей внимания и особых энергетических затрат стороной. Иными словами, вопрос о появлении феномена конфликта свя-

46

зан не только со спецификой взаимных действий, но и с их ин­тенсивностью. Существует такая граница в столкновении, когда взаимодействие становится «видимым» и требует на себе спе­циального сосредоточения. Эту видимую часть интенсивного взаимодействия обычно и называют конфликтом.



Неправомерность отождествления конфликта исключитель­но с отягчающими взаимодействие характеристиками подчер­кивал Л.Козер, который еще в 1956 году писал: «В то время как старшее поколение было в целом согласно с Кули в том, что «кон­фликт в любом его виде - это жизнь общества и прогресс берет свое начало в борьбе, в которой индивид, класс или институт стре­мится реализовать свою собственную идею добра», современное поколение социологов заменило анализ конфликта изучением «напряженностей», «трений» и психологической дезадаптации» [5, с.40].

Значит, независимо от качественных характеристик струк­туру конфликта составляют внутренние и/или внешние дей­ствия, образующие единство взаимодействия.

Отсюда конфликт - это такая характеристика взаимо­действия, в которой не могущие сосуществовать в неизмен­ном виде действия взаимодетерминируют и взаимоизменяют друг друга, требуя для этого специальной организации.

В качестве примера внутренних столкнувшихся действий бо­лее всего подходит ситуация выбора при равносильных альтер­нативах. Подобные ситуации замечательно описывают в своих эссе на тему завершения школы наши ученики.

«...Самую большую трудность в настоящее время для меня пред­ставляет выбор между двумя возможностями:

1. Поступить в соответствии с давней мечтой в институт искусств и учиться петь. Для этого у меня вроде бы все есть: и голос, и вне­шние данные, и я уже не без успеха пробовала участвовать в кон­курсах, но...

2. Поступить в соответствии с давней мечтой бабушки на юриди­ческий. Для этого тоже вроде бы немало есть: сравнительно не­плохие знания в области общественных наук, в т.ч. права.

Если действовать по п.1 - это разрыв с родственниками, лишение материальной и моральной поддержки и туманные перспекти­вы. Актерская судьба непредсказуема, а быть просто провинци­альной певичкой в местной филармонии - не очень привлека­тельно.

Если действовать по п.2 - это спокойствие близких, материаль­ное благополучие, поддержка, но вместе с тем зависимость и пла­та мечтой за сытость».

47

Самым богатым «банком» образцов внутренних конфликтов является психоаналитическая литература и соответствующая практика.



Внешние и внутренние конфликты по своей структуре прин­ципиально не отличаются, но во внешнем конфликте действия, образующие единство взаимодействия, буквально принадлежат разным персонам или группам, реализующим совокупное дей­ствие. Здесь важно обратить внимание на то обстоятельство, что внешние взаимодействия всегда имеют одновременно и внут­ренний план и, следовательно, структуры таких конфликтов су­щественно сложнее и образуют как минимум два уровня.

Любопытный образец такой «двойной» структуры приводит Анатолий Берштейн.

«...(Я мог безболезненно срезать на улице «бомбошки» с австрийс­ких мокасин безропотно подчинившегося моему вкусовому дес­потизму паренька; мог дарить парфюмерный набор, снабжая по­дарок идиотскими гигиеническими комментариями; снимать де­шевые самодельные перстни с пальцев, проверять наличие носо­вых платков в карманах, придирчиво осматривать выбритый заты­лок и прилюдно высмеивать белые носки.) Я убеждал себя, что все это во имя него, что на «отца» не обижаются, что в конце концов, если это испортит наши отношения, все равно ему будет польза. Обида, казалось мне, пройдет, а дурновкусие будет посрамлено».

[6, с. 128]

Итак, структурное описание конфликта предполагает оп­ределение тех действий, индивидуальных или совокупных, вне­шних или внутренних (мыслимых), образующих конфликт как действительность. В свою очередь, любое действие представ­ляет собой сложный акт, также имеющий свое структурное стро­ение. Для того чтобы преобразующая активность получила свое воплощение во внешнем поведении или в мысли, необходимо потребностно-мотивационное основание. Поэтому в структур­ном описании конфликта следует рассматривать не только столкнувшиеся и изменяющиеся в столкновении действия, но и лежащие за ними противоречивые основания этих действий. Например, отец и двенадцатилетняя дочь обсуждают степень ее самостоятельности и при этом, разумеется, исходят из суще­ственно различающихся картин подросткового возраста. Без ре­конструкции этих картин структура данного частного конфлик­та будет, безусловно, ущербной.

В современных учебных пособиях по конфликтологии струк­туру конфликта предлагают понимать «как совокупность устой-

48

чивых связей конфликта, обеспечивающих его целостность, тождественность самому себе, отличие от других явлений со­циальной жизни, без которых он не может существовать как динамически взаимосвязанная целостная система и процесс» [7,с.230].

Мы полагаем, что структурой, конечно же, определяется связ­ность элементов строения явления в целое. Вместе с тем мы не хотели бы путать, смешивать структурное, процессуальное и мор­фологическое описания, поскольку каждое из них задает спе­цифическое отображение конфликта, что и требуется для каче­ственного анализа. И только последующая «сборка» образует це­лостную системную картину.



Источники:

1. Хасан Б.И. К разработке прикладной психологии конфликта// Методологические проблемы оснований науки. - Киев: Нау-кова думка, 1986.

2. Дружинин В.В., Конторов Д.С., Конторов М.Д. Введение в тео­рию конфликта. - М.: Радио и связь, 1989-

3. Лефевр В.А. Формула человека. Контуры фундаментальной психологии. - М.: Прогресс, 1991.

4. Смит М. Дж. Тренинг уверенности в себе. - СПб.: Речь, 2000.

5. Козер Л. Функции социального конфликта. - М.: Идея-пресс, 2000.

6. Берштейн А. Оставайтесь после уроков. - М.: АО «Акрон», 1997.

7. Анцупов А.Я., Шипилов АИ. - М.: «ЮНИТИ», 1999.

49

1.3. ФУНКЦИОНАЛЬНОЕ ОПИСАНИЕ КОНФЛИКТА

Человек с человеком от века ведут один монолог.

СТАНИСЛАВ ЕЖИ ЛЕЦ



Вопросы для изучения темы:

1. В чем основные причины приписывания конфликтам нега­тивных функций?

2. Каковы основные аспекты функционального описания кон­фликта, и в чем их практический смысл?

Конфликт представляет собой актуализировавшееся проти­воречие, то есть воплощенные во взаимодействии противосто­ящие ценности, установки, мотивы. Можно считать достаточно очевидным, что для своего разрешения противоречие непремен­но должно воплотиться в действиях, в их столкновении. Только через столкновение действий, буквальное или мыслимое, про­тиворечие себя и являет.

Поэтому можно утверждать, что предназначение и позитив­ная функция конфликта в том и состоит, чтобы через него пред­ставлялась возможность разрешать противоречия нашей жиз­ни (об этом см. подробней [1, с.бО-63]).

Практически все исследователи конфликтов, начиная с К. Маркса и Г.Зиммеля, считали, что главной функцией конфлик­та является «обеспечение единства столкнувшихся сил (дей­ствий) в их стремлении к преодолению «любого дуализма, даже если оно достигается ценой уничтожения одного из участни­ков взаимодействия» [Зиммель, 1956]. Однако позитивная фун­кция довольно скоро отошла на второй план, а то и вовсе пере­стала замечаться, несмотря на постоянные напоминания наи­более последовательных и щепетильных исследователей.

Ведущее место в функциональном подходе заняла разруши­тельная, деструктивная функция конфликта как в изучении со­циальных конфликтов, так и в описаниях и попытках терапии внутриличностных конфликтов. Самыми распространенными являются попытки сведения конфликта к психологическим про­явлениям противоборства ущемленных в своих намерениях и

50_


интересах и поэтому испытывающих чувство неудовлетворен­ности и раздражения субъектов.

Такое устойчивое одностороннее представление, на наш взгляд, обусловлено явлением конфликтобоязни, своеобразной конфликтофобии, имеющей свои глубокие корни в жизни прак­тически каждого человека. Интересно, что даже понимание не­состоятельности, а главное непродуктивности подобных пред­ставлений не является достаточным основанием для формиро­вания более адекватных представлений о функциях конфликта.

Примечательно в этом отношении довольно стереотипное противопоставление конфликтов и эффективного общения, ко­торое приводит в брошюре с таким названием Е.Н.Иванова. Она, в частности, пишет: «Конфликты между людьми - явление обыч­ное, а иногда они даже имеют положительное значение (вы­деление наше Б.Х., П.С.) [2, с. 60].

В общем плане возможность конфликта выступать в конст­руктивной функции обычно связывается с тем, что конфликт пре­дотвращает «застой» индивидуальной и групповой жизнедеятель­ности и стимулирует их движение. М.Дойч, например, указывал, что «позитивные последствия конфликта для отдельного челове­ка могут состоять в том, что посредством него будет изжита внут­ренняя напряженность и канализирована фрустрация» [3, с.9].

Согласно МДойчу - автору одного из самых авторитетных на Западе пособий по разрешению конфликтов, деструктивным конфликт является в том случае, «если его участники недоволь­ны исходом конфликта и чувствуют, что что-то потеряли». Если же все участники удовлетворены - конфликт конструктивен. От­личительной чертой - признаком деструктивного конфликта, предполагающего конфронтацию сторон, является тенденция к расширению и эскалации конфликтных действий.

Дискуссия о функциональных характеристиках конфликта перешла с теоретического на практический уровень с события, уже упоминавшегося нами в самом начале этой книги. Это было выступление Маргарет Фоллет с тезисом о том, что «если конф­ликта все равно не избежать, то давайте попробуем определить и использовать его полезные стороны».

Можно считать, что с этого момента конфликтология сдела­ла серьезный шаг в своем развитии, не просто поставив под со­мнение однозначно деструктивную функцию конфликта, но

51

прямо указав на его позитивную роль и положительные след­ствия. Прежде всего, отмечались диагностические возможнос­ти конфликтов. «Их главным позитивным итогом, - пишет А.И.Донцов, - является необходимо происходящая в процессе конфликта объективация предметно-деятельностной основы межличностных коммуникаций. Такая объективация служит предпосылкой оптимизации функционально-ролевой структу­ры трудового коллектива и, как следствие, повышения эффек­тивности совместной деятельности» [4,с.149].



На одном из интенсивных семинаров по разработке и согласова­нию образовательных программ, который традиционно прохо­дит в начале учебного года в гимназии «Универс», выступила уче­ница 10-го класса с категорическим требованием от имени груп­пы учащихся: «Исключить из планирования воспитательные ме­роприятия». Заявлено это было примерно так: «Обучать нас - это, пожалуйста, а воспитывать - не ваше дело». Это заявление потре­бовало уточнения содержания понятия «воспитание». Учителя и учащиеся в своих группах проделали специальную работу на эту тему и представили ее на общую дискуссию. В результате удалось различить воспитание как участие в выращивании нравственной и социальной компетентности учащихся от воспитывания как стремления учителей навязать свои нормы и способы поведения школьником, исходя при этом из предположения об их безуслов­ной вневременной ценности.

В дальнейшей совместной работе удалось выделить критерии «вос­питания» и «воспитывания» и заключить конвенцию о нормали­зации учебных отношений в этой сфере взаимодействия. Комментарий. Понятно, что выступление девочки носило явно выраженный агрессивный характер. Оно, безусловно, задевало привычную для учителей область деятельности и претендовало на ограничение одной из профессиональных функций. У учитель­ской группы был вариант реализации защитной формы в данном взаимодействии. Скорее всего, в таком случае конфликт развивал­ся бы как деструктивный. Участники могли пойти по пути не раз­работки и формирования согласия, а мобилизации ресурсов для защиты привычных форм поведения и скрытых и явных взаим­ных атак.

Таким образом, можно выделить три аспекта функциональ­ного описания конфликта:

1. Это его функционирование как целостного явления в опре­деленном контексте. В этом описании конфликт можно рас­сматривать как конструктивный, выполняющий полезную функцию для личности, коллектива, сообщества и т.д. или деструктивный, выполняющий функцию разрушительную, вредную, приводящий к появлению невротической симпто­матики, ухудшению межличностных отношений, дестаби­лизации общественных отношений и др.

52_

2. Это внутреннее функциональное описание или иными сло­вами - какие функции имманентны самому конфликту. С этой стороны мы имеем в виду переорганизацию деятельности для отыскания имеющегося или создания нового ресурса для преодоления обнаруженных затруднений. Это функция пре­образования-оформления ситуации трудности в задачу.



3. Это обобщенная функция удержания противоречия в опре­деленной процессуальной форме, позволяющей осуществлять операции разрешения.

Источники:

1. Дмитриев А.В. Конфликтология. - М.: Гардарики, 2000.

2. Иванова Е.Н. Эффективное общение и конфликты. - Рига-СПб.: Педагогический центр «Эксперимент», 1997.

3. Deutsch М. The resolution of conflikt: Constraktive and destrak-tive processes. - New Haven and London: Vale Univ / Press, 1973.

4. Донцов А.И. Психология коллектива. - M.: МГУ, 1984.

53

1.4. ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ОПИСАНИЕ КОНФЛИКТА

Чтобы добраться до истоков, надо плыть против течения.

СТАНИСЛАВ ЕЖИ ЛЕЦ



Вопросы для изучения темы:

1 В чем состоят основные изменения деятельности, обусловлен­ные появлением конфликта?

2 Какие новые процессы появляются в конфликтной деятель­ности по сравнению с доконфликтной и каково их практи­ческое назначение?

Для того чтобы описать конфликт как процесс, нужно отве­тить на вопрос: что изменяется в деятельности людей, когда она приобретает конфликтный характер, и как протекают эти из­менения.

С того момента, когда действие встречает помеху и его осу­ществление становится невозможным без преодоления этой помехи, тес того момента, который принято называть столк­новением, действие теряет свою автономию, становится зави­симым от другого действия, собственно составляющего поме­ху. Это обстоятельство и задает новые процессуальные характе­ристики деятельности. Она становится более сложной по струк­туре, поскольку одновременно с инерцией предшествовавшей столкновению направленности начинает действовать преобра­зование, связанное с помехой и появлением зависимости.

Я веду урок, объясняю новый материал. Сейчас я в монологе и стараюсь представлять текст развернуто и вместе с тем так, чтобы в нем содержались <вызовы> 7 классникам, которые, по моему, пока довольно внимательно меня слушают. Вижу, что что то произошло между В и А, сидящими за третьей партой в первом ряду. Понимаю, что сейчас это маленькое локаль ное происшествие станет достоянием всего класса. Ловлю себя на том, что произношу текст как то автоматически, почти не контролирую, что говорю. Придется оставить объясне ние и заняться урегулированием их отношений. Чувствую раздражение и досаду на ребят и одновременно лихо радочно соображаю, как ухитриться «включить» происходящее в содержание моего сообщения.

Итак, происходит переход от до-конфликтной организован­ности действия к конфликтной, т е. обусловленной возникшей

54_


помехой. Такая переорганизация предполагает еще один про­цесс - объективации новых условий и собственно помехи для ее преодоления.

Мне важно понять, что случилось за третьей партой в первом ряду. Это важно потому, что иначе вряд ли удастся эффективно восста­новить ту замечательную обстановку взаимного внимания, кото­рая теперь нарушена.

Значит, наряду с приостановлением до-конфликтной дея­тельности начинает разворачиваться новая деятельность по оформлению нового предмета преобразования.

Это обстоятельство является чрезвычайно важным при ана­лизе конфликтов, поскольку разделение до-конфликтной на­правленности деятельности и появившейся новой подразуме­вает и привлечение других также новых для данной ситуации ресурсов. А это, в свою очередь, означает, что можно зафикси­ровать еще одну процессуальную характеристику конфликта -привлечение новых ресурсов. Этот процесс может представлять собой инвентаризацию уже имеющихся ресурсов и выбор сре­ди них (сюда же можно отнести и стереотипное реактивное поведение) либо переход к разработке, созданию действитель­но нового ресурса, такого, которого раньше не было в опыте. В этом случае мы можем при определенных условиях говорить о развитии.

Если следовать в русле размышлений о развитии Б.Д.Эльконина, то построение нового средства, преобразующего ситуацию, и от­крытие для себя именно этой способности - к «построению дей­ствия» есть то условие, при котором в конфликте, в его разреше­нии совершается творческий акт и, значит, развитие [1, с. 123-131].

Таким образом, конфликт или в данном случае, точнее - кон-фликтование представляет собой некоторый процессуальный комплекс, образованный из процессов: переорганизации дея­тельности в связи с новыми обстоятельствами; оформления новых предметов деятельности для их преобразования; моби­лизации ресурсов для овладения ситуацией.



Примечание. В данном случае мы предлагаем процессуальное описание конфликта безотносительно качественных характери­стик деятельности, т.е. независимо от того, продуктивно или дест­руктивно в функциональном отношении разворачивается конф­ликт. Такие процессы атрибутивны для любого конфликта. При этом важно заметить, что может происходить мобилизация со­вершенно различных типов ресурсов. Выбор типа ресурса прямо зависит от того, что и каким образом оформлено в качестве ново-

55

го предмета преобразования. Это может быть поведение другого человека, свое собственное поведение или отношение, некоторые объективные обстоятельства и т.п.



Источники:

1. Эльконин Б.Д. Введение в психологию развития. - М.: Тривола, 1994.

56


Каталог: book -> practic psychology
practic psychology -> Антон Николаевич Кошелев Синдром «белого воротничка» или Профилактика «профессионального выгорания»
practic psychology -> Роман Калугин Законы выдающихся людей
practic psychology -> Книга охватывает наиболее значимые теории личности в современной психологии. Содержание Предисловие к русскому изданию
practic psychology -> Евгений Александрович Тарасов Как преодолеть свои страхи и комплексы. 10 тестов + 14 правил
practic psychology -> Сергей Владимирович Петрушин Счастья в личной жизни… Советы психолога
practic psychology -> Хенрик Фексеус Искусство манипуляции. Как читать мысли других людей и незаметно управлять ими
practic psychology -> Москва, 1998 Введение
practic psychology -> Маруся Светлова Деньги в твоей жизни
practic psychology -> Преодолей жизненный кризис. Развод, потеря работы, смерть близких… Выход есть!


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница