Трансформация правящей политической элиты Веймарской Германии



страница1/5
Дата02.06.2016
Размер0.85 Mb.
ТипАвтореферат
  1   2   3   4   5
На правах рукописи



Евдокимова Татьяна Васильевна

Трансформация правящей политической элиты Веймарской Германии

(на примере рейхсканцлеров и состава их кабинетов)

Специальность 07.00.03 – всеобщая история

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Волгоград – 2012

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном


образовательном учреждении высшего профессионального образования
«Волгоградский государственный социально-педагогический университет»

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Ерин Михаил Егорович,

профессор кафедры всеобщей истории

(ФГБОУ ВПО «Ярославский

государственный университет);

доктор исторических наук, профессор

Черноперов Василий Львович,

профессор кафедры новой, новейшей

истории и международных отношений

(ФГБОУ ВПО «Ивановский

государственный университет»);

доктор исторических наук, профессор

Стрелец Михаил Васильевич,

профессор кафедры

социально-политических

и исторических наук

(Брестский государственный

технический университет).

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО

«Российский государственный

педагогический университет

им. А. И. Герцена».

Защита состоится 29 мая 2012 г. в 10-00на заседании диссертационного совета Д 212.029.02 при ФГБОУ ВПО «Волгоградский государственный университет» по адресу: 400062, Волгоград, пр. Университетский, 100.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Волгоградский государственный университет».

Автореферат разослан ________________________ 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат исторических наук, доцент А.В. Луночкин

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Демократизация России, начавшаяся в 1990-х гг., делает проблему перехода от авторитарных структур к демократическим исключительно важной. Это обусловило рост интереса к практической значимости различных сторон германского опыта для российской действительности, из которых на новый уровень выходит научная полемика по объективным и по субъективным факторам крушения первой германской демократии. В последнее время важной научной проблемой стало изучение микроуровня политических процессов в условиях переходного периода, в частности поведение правящей политической элиты на уровне высшей исполнительной власти, несущей главную ответственность за реализацию намеченных государственных программ. Результат этой деятельности во многом обусловлен компромиссом, заключаемым между представителями старой и новой элит, вошедшими в демократические органы власти. Германский исследователь Д. Пойкерт подчеркивал, что «как всякий успешный компромисс в дальнейшем имеет много отцов, компромисс неудачный, “развалившийся” остается круглым сиротой»1.

К последнего рода относят компромисс, положивший начало веймарской демократии. Исход Веймарской республики традиционно актуализирует проблему причин прихода национал-социалистов к власти и сосредоточивает внимание на деятельности тех политических сил, которые этому способствовали. Однако для выяснения причин крушения Веймарской республики требуется дифференцированный анализ деятельности политической элиты в целом, в том числе представителей из числа потенциальных антагонистов традиционным элитам, так как переход от авторитарного общества к обществу свободных и политически ответственных граждан предполагает возникновение «новых элит», пытающихся реализовать провозглашенные демократические лозунги.



Степень изученности темы. Анализ трансформации правящей политической элиты Веймарской Германии на уровне глав кабинетов и их составов не являлся предметом специального исследования ни в германской, ни в российской историографии. Выясняя степень изученности указанной темы, диссертант исходит из анализа работ двоякого рода. Первая группа научных публикаций включает исследования по истории Веймарской республики, которые косвенно касались обозначенной проблемы; вторая – по проблеме германских элит.

Ученые ГДР и ФРГ выделяли разные аспекты при изучении истории Веймарской Германии. Если первые считали создание Веймарской республики следствием предательской политики социал-демократии и реакционных кругов империалистической буржуазии (В. Бартель, В. Руге и др.), то вторые исследовали больше проблемы парламентаризма, историю политических партий, выявляя причины гибели германской демократии в условиях наступления правого и левого радикализма.

Именно работы западногерманских ученых по истории политических партий веймарского периода (В. Хартенштайн2, Р. Морсей3), содержавшие наряду с анализом деятельности партий также характеристику и типологию партийных руководителей, побудили автора диссертационного исследования предложить свою типологию веймарских политиков, представлявших исполнительные органы власти. В 2006 г. в Штутгарте при поддержке фонда Т. Хойса был проведен коллоквиум4, в центре внимания которого находилось понятие «Vernuftrepublikanismus», являющееся, по мнению современных германских историков, своеобразным феноменом, «элитным направлением Веймарской Германии».5 Данное понятие, означавшее «республиканизм по разуму» (или «республиканизм по принуждению»), произошло от производного «Vernuftrepublikaner» («республиканец по разуму»), которое первоначально употребил немецкий историк Ф. Мейнеке6. С учетом результатов дискуссий коллоквиума по данному вопросу в области политики данное понятие используется в диссертации.

При написании диссертации определенный интерес представляли работы, в которых рассматривались такие аспекты, связанные с деятельностью правительства, как конституционно-правовые условия существования первой германской демократии (В. Апельт, Э.Р. Хубер, Р. Куне и др.); проблемы деятельности президентско-парламентского механизма (А. Курц, Э. Шанбахер и др.) и отдельных партий (Л. Альбертин, Б. Бухнер, Э. Кольб, Х. Гизи, В. Хартенштайн, Э. Ёнас, А. Кастинг, Д. Ленерт, В. Либе, С. Миллер, Р. Морсей и др.), конкретные профессиональные аспекты деятельности некоторых министерств и ведомств (П. Адлофф, Г. Арнс, В. Хубач, К. Шробер, С. Шене, Б. Зендлер, М. Штюрмер, Х. Витт, Б. Вундер и др.). Однако комплексная характеристика представителей исполнительной власти отсутствовала.

В отличие от широкого круга литературы по истории Веймарской Германии, научные исследования германских историков, посвященные деятельности тех личностей, которых можно отнести к представителям демократически мыслящей государственной и политической элиты этого периода, немногочисленны. Правда, еще в веймарский период появились первые публицистические работы, в которых предпринимались попытки сделать политические зарисовки портретов видных парламентариев, рейхсканцлеров, рейхсминистров, партийных руководителей (Й. Фишарт, К. фон Райбниц и др.7).

Процесс исследования истории Веймарской республики западногерманскими учеными постепенно и объективно приводил к эволюции взглядов и оценок: от рассмотрения этого периода на консервативной основе с элементами фатального предопределения, роковой неизбежности фашизма (Ф. Фишер) к изучению не только социально-экономических, но и ментальных представлений и предрассудков того времени (В. Моммзен). На смену «старой» социальной истории, изучавшей структуры, пришла «новая», поставившая в центр внимания не обстоятельства, а людей. Новые подходы к изучению истории, где главное внимание стало уделяться людям, которые и делают эту историю, способствовали росту интереса к биографиям.

В 1988 г. был издан «Биографический лексикон Веймарской республики» под редакцией В. Бенца8, содержавший информацию о широком круге лиц, принадлежавших к различным сферам общественной жизни. Это были краткие биографические справки. Своеобразной попыткой представить портрет Веймарской Германии в лицах с учетом научных изысканий последних лет стал сборник статей под редакцией М. Фрёлиха9, посвященный видным политикам, ученым, изобретателям, литераторам, жившим в условиях первой германской демократии. Новизной подхода отличается монография Ф. Депката10, который через анализ судеб определенной группы лиц, родившихся во второй половине XIX в., представил три периода истории Германии: Веймарскую республику, нацистскую Германию и Боннскую республику. Среди аналогичных работ, содержащих очерки о жизнедеятельности рейхсканцлеров Веймарской Германии, следует выделить сборники с краткими биографиями канцлеров Германии. Если Э. Дойерляйн11 дает характеристику канцлерам от Бисмарка до Гитлера, то В. Штернбург12– от Бисмарка до Г. Шмидта, от Бисмарка до А. Меркель.

Что же касается политических биографий конкретных рейхсканцлеров Веймарской Германии, то в германской историографии монографии такого рода являются достаточно редкими. Исследователи чаще всего называют в качестве причины наличие ограниченного круга источников или их отсутствие.

Если к анализу деятельности рейхсканцлеров президиальных кабинетов – Франца фон Папена13 и Курта фон Шлейхера14 – германские историки периодически возвращались в силу хронологической близости их кабинетов к приходу нацистов к власти, то рейхсканцлеры – члены СДПГ длительное время были обойдены вниманием. Монографии о первом рейхсканцлере Веймарской Германии Филиппе Шейдемане единичны. Х. Шмерзаль15, автор биографии о Ф. Шейдемане, уже в названии работы «Филипп Шейдеман. 1865–1939. Забытый социал-демократ» дал четко понять, каково отношение германского общества к этому государственному деятелю. Единственная монография написана о рейхсканцлере Густаве Адольфе Бауэре, имевшем клеймо нечистоплотного политика, которого одно время социал-демократы хотели исключить из партии. Работу К. Ринтелена16 о нем считают достаточно спорной, категоричной в оценках. Несмотря на то, что рейхсканцлер Герман Мюллер находился у власти по сравнению
с другими рейхсканцлерами Веймарской Германии наиболее продолжительный срок, работа о нем17 появилась только в 2001 г.,
к 125-летию со дня рождения.

Не только рейхсканцлеры-социал-демократы относились к числу забытых. Единичные работы написаны о беспартийном Гансе Лютере18 и представителе партии Центра (ПЦ) Вильгельме Марксе19. Биографические сведения о беспартийном Вильгельме Куно содержатся только в редких статьях. О Константине Ференбахе (ПЦ) появилась единственная монография только в 2006 г. Ее автором является А.Л. Маннес20, историк, член ХДС, обер-бургомистр г. Мюльталя (Гессен).

Однако среди государственных деятелей Веймарской Германии есть и такие, которые всесторонне изучены в германских научных исследованиях. Это, прежде всего, Густав Штреземан, член Германской народной партии (ГНП), занимавший пост рейхсканцлера и рейхсминистра иностранных дел. Среди политических биографий о нем следует отметить работы М. Берга, Ф. Хирша, К. Косцика, А. Тимме, Х. Турнера, А. Валентина21. Характеристика его деятельности на посту рейхсканцлера дается в общем контексте его государственной деятельности.

Наиболее дискутируемыми и спорными являются оценки деятельности рейхсканцлеров Йозефа Вирта (ПЦ) и Генриха Брюнинга (ПЦ), во многом обусловленные политической ориентацией авторов исследования. В


1990-е гг. появились первые политические биографии о Й. Вирте: если Х. Кюпперс22, несмотря на стремление создать «реалистический образ Й. Вирта», достаточно субъективен при оценке его личности, то германская исследовательница У. Херстер-Филлипс23 в первой полной политической биографии Вирта дает ему объективную оценку. Среди огромного количества трудов о Г. Брюнинге следует выделить двухтомную политическую биографию о нем профессора Х. Хемига24, который стремился уйти от односторонности и выйти за рамки традиционной оценки личности и деятельности канцлера.

Германскими историками также созданы биографические портреты рейхсминистров. Однако данные работы имеют разноплановый характер: от серьезных научно-исследовательских с использованием разнообразного круга источников до публицистических. Достаточно редкими среди них являются труды, посвященные конкретно периоду пребывания этих лиц на государственном посту в составе кабинета министров.

У германских историков, с точки зрения объекта исследования, самой популярной личностью является рейхсминистр иностранных дел В. Ратенау, прошедший путь от «аусензайтера» до «республиканца по разуму»25. К числу наиболее спорных фигур среди рейхсминистров относятся Г. Носке и М. Эрцбергер. Германский историк В. Ветте, написавший фундаментальную монографию о первом рейхсверминистре Веймарской республики, считает, что роль Носке несомненна, но вопрос заключается в другом: какую роль сыграл Носке: «спасителя Германии» или «кровавой собаки», «палача рабочих»?26 Не менее спорной является фигура рейхсминистра финансов
М. Эрцбергера, которого К. Эпштайн назвал «самым нелюбимым немцем за последние 100 лет» .

Исследования советских и российских авторов по отечественной и зарубежной историографии Веймарской республики27 позволяют говорить о их существенном вкладе в изучение данного периода германской истории. Вместе с тем советский и постсоветский периоды изучения Веймарской Германии отличались между собой по кругу рассматриваемых проблем и методологии исследования.

Первые работы по истории Веймарской республики носили публицистический характер и были посвящены, главным образом, представителям социал-демократии. Характеристика рейхсканцлеров и рейхсминистров давалась исключительно в контексте скорой мировой революции, которой препятствовали германские социал-демократы28. Яркий пример категоричных оценочных суждений – работа Я. Кантэра «Король республиканской Германии – Гуго Стиннес»29. Имеющаяся в ней характеристика рейхсканцлеров как марионеток в руках финансового капитала в немногочисленных отечественных работах по истории Веймарской Германии сохранилась надолго.

Исследования по партийно-политическим структурам Веймарской Германии, появившиеся в 1980-х гг., содержали острую критику буржуазно-демократических основ парламентско-партийной системы и политики правящих кругов, неспособности ведущих политиков к компромиссам. Имелись зарисовки некоторых глав кабинетов, главным образом, в контексте анализа отдельных политических партий (СДПГ, ГДП, ГНП, ПЦ), революционных событий (1918–1919 гг., 1923 г.). Клише «сторонники буржуазной демократии» определяло характеристику всей их деятельности как малоэффективной, обусловившей приход Гитлера к власти.

Советские исследователи прошли сложный путь от определения Веймарской Германии как «колыбели фашизма» к осознанию этого явления как первого опыта германской демократии. Одним из первых эту проблему поставил И.Я. Биск30, заявивший о необходимости иного подхода к освещению истории Веймарской республики с точки зрения нового политического мышления, что он и предпринял в своих последующих работах31.

В начале 1990-х гг. в связи с демократизацией России снова проявился угасший было интерес к истории Веймарской Германии. Во многом этому способствовала конференция, проведенная в 1996 г. в Челябинске, где российские историки-германисты предприняли научную попытку сравнения двух демократий – Веймарской и Боннской32. На обновленных теоретико-методологических основах за счет внедрения принципа методологического плюрализма расширился круг источников и изучаемых проблем, появились новые глубокие исследования по истории Веймарской Германии.

До начала 1990-х гг. единственной работой обобщающего плана по Веймарской Германии была монография Я.С. Драбкина33. В новых условиях в общегерманском контексте историю Веймарской республики рассматривали А.Ю. Ватлин, коллектив западносибирских ученых под руководством Ю.В. Галактионова, А.И. Патрушев34. Попытка пересмотра негативной оценки советскими историками политики ведущих партий веймарского периода и их лидеров была предпринята М.Е. Ериным,
А.Р. Давлетовым, С.М. Горшковым, С.М. Ткачевым. Особый интерес представляет монография О.Ю. Пленкова по исследованию национальных мифов в Веймарской Германии35.

Из последних работ по истории Веймарской Германии примечательна монография Г.М. Садовой, в которой автор приходит к выводу, что в годы Первой мировой войны «произошла не только смена политической парадигмы, но и родился новый политический менталитет германской элиты»36. Достаточно обоснованной представляется ее мысль о том, что в настоящее время «в отличие от прежних времен ученые более объективно исследуют характер демократии и республики, хотя по-прежнему демократию Веймара обвиняют в приходе Гитлера к власти. На наш взгляд, более правомерен другой путь – изучение позитивных процессов политической истории…»37. И, продолжая мысль Г.М. Садовой, можно добавить: изучение тех деятелей, кто являлся создателем первой германской демократии. Их судьба, как в зеркале, отразила всю сложность и противоречивость политического развития Веймарской республики.

В отечественной историографии имеются немногочисленные исследования в этой области. Среди них, в первую очередь, следует назвать монографию В.А. Артемова и Е.В. Кардашовой38 о первом рейхспрезиденте Веймарской Германии, социал-демократе Фридрихе Эберте. В работе показана трагедия политика, который в условиях острых классовых противоречий попытался стать надпартийным, народным президентом, к чему общество было не готово.

Среди рейхсканцлеров Веймарской Германии советская историография отдавала предпочтение Й. Вирту (ПЦ), политический портрет которого представлен в документальном очерке Л.И. Гинцберга39. В первую очередь ценились его приверженность республике, демократические взгляды и искренние симпатии к Стране Советов. О том, что он являлся сторонником тайных военных связей рейхсвера и Красной Армии, стали писать позже, в 1990-е гг.40 Вопрос о соотношении национальных и патриотических идей у Й. Вирта начали рассматривать молодые отечественные исследователи41.



В центре внимания советских исследователей был также представитель умеренного крыла ПЦ Г. Брюнинг. Многолетняя научно-исследовательская деятельность М.Е. Ерина, длительный период занимавшегося историей партии Центра, вывела Г. Брюнинга из широкого круга представителей этой партии в центр изучения42. В первой в отечественной историографии монографии о рейхсканцлере Веймарской Германии Ерин показал
Г. Брюнинга как спорного политика, представлявшего собой национально-консервативный тип государственного деятеля Германии. М.Е. Ерин первым проанализировал работы германских историков о рейхсканцлерах Веймарской Германии.

В отличие от германской историографии, в отечественной имеется единственный документальный очерк о Густаве Штреземане российского историка Н.В. Фарбмана43. Очеловеченный образ Г. Штреземана, лауреата Нобелевской премии мира, был создан благодаря переписке с сыном Г. Штреземана, который прислал Фарбману неопубликованные документы из личного архива отца. Это была одна из первых публикаций отечественных авторов, которая сняла стереотип восприятия с образа «другого», «чужого». Примером научного анализа источников можно считать статью Л.И. Гинцберга44 о Франце фон Папене, где автор с помощью различного рода документов показал степень достоверности фактов, изложенных Папеном в своих мемуарах.

Работа российского исследователя А. Патрушева45 продолжает серию изданий германских ученых о рейхсканцлерах. В ней представлены жизненный путь и деятельность канцлеров Германии от Бисмарка до А. Меркель.

Среди рейхсминистров Веймарской Германии наибольший интерес вызывал рейхсминистр иностранных дел Вальтер Ратенау, подписавший Рапалльский договор с Россией. Оценка его деятельности и личности эволюционировала у отечественных германистов от «монополиста, политика, идеолога буржуазии», «идеолога военно-государственного монополистического капитализма в Германии» до оценки его как «человека успеха, сумевшего перешагнуть вызванный войной надлом цивилизации и предложившего своему поколению собственное понимание настоящего и будущего, свободное от левого и правого радикализма»46.

Краткий анализ наиболее значимых работ о рейхсканцлерах Веймарской Германии (что ни в коей мере не умаляет работы других историков) позволяет сделать вывод о том, что в отечественной историографии затрагивались лишь отдельные аспекты проблемы исследования. Комплексное видение отсутствует. Заслугой отечественных исследователей является то, что они смогли посмотреть на этих государственных деятелей из прошлого, выйдя из прежней, удобной схемы «черно-белого» видения мира, упрощавшей взгляд на историю Веймарской Германии. Недаром К. Зонтхаймер писал, что в этот период существовал «калейдоскоп политических возможностей». Продолжая данную мысль, можно сказать: калейдоскоп личностей и характеров.

Что же касается использования самого понятия «элита» и его рассмотрения в рамках исторического контекста, то следует подчеркнуть, что данными вопросами занималось незначительное число германских историков. В ГДР немногочисленные исследователи фиксировали свое внимание исключительно на сращивании интересов капиталистических монополий и представителей общественных и политических кругов47. Ученые ГДР исходили из того, что понятие «элита» связано исключительно с буржуазными теориями господства Моски, Парето, Сореля, Михельса и др. Они использовали другой термин – «кадры». В историческом плане ученые ГДР применяли его к национально-консервативной элите 1920–1930-х гг. Накануне 50-летия начала Второй мировой войны велся германо-германский диалог о роли национально-консервативной элиты армии, дипломатии, экономики, академического сообщества в создании ее материальных и духовных предпосылок, о степени их ответственности за развязывание войны. Совместные усилия ученых ГДР и ФРГ по решению данной проблемы закончились безрезультатно: они не смогли найти точки соприкосновения (немаловажную роль в этом сыграла оценка роли финансового капитала). В результате историки ФРГ48 и ГДР49 опубликовали не совместный сборник, а два отдельных с общей вводной статьей М. Бросцата.

В ФРГ эмпирически-описательные исследования по элитам практически отсутствовали. В 1900-х–1945 гг. существовало понятие «Adel» (дворянство, знать, аристократия), а не «элита». Вопрос об элитах в Германии после 1945 г. долгое время являлся табуированным. Объективно и открыто говорить об элитах во главе общества и о целенаправленном их формировании в Германии запрещалось. Опыт господства национал-социалистической системы с гипертрофией культа фюрера осложнял оценочно-нейтральный переход к теориям элит. В 1950-х гг. ученые ФРГ, следуя заявленным социально-психологическим демократическим традициям, стремились не затрагивать эту проблему. Книги К. Притцколяйта, имевшие скорее публицистический характер, получили в то время широкое распространение, но были оценены как непрофессиональные, так как содержали много ошибок и спорных суждений. При рассмотрении же темы элит в научном плане господствовал абстрактный подход.

Исторический подход к изучению германской элиты частично был проявлен в конце 1950-х – начале 1960-х гг. Он стимулировался в рамках большого американского проекта RADIR (Revolution and the Development of International Relations). Среди германских исследователей, которые занимались этими проблемами, можно назвать представителей научного тюбингенского кружка вокруг В. Цапфа и Р. Дарендорфа50. Они изучали развитие германских правящих слоев с конца эпохи Вильгельма II до середины 1960-х гг. Главным вопросом являлось выяснение вклада определенных общественно-политических правящих групп (далее – «фюрунгсгруппен») в дестабилизацию Веймарской республики и их роли в приходе нацистов к власти. Цапф уделял главное внимание циркуляции элит. Положение Цапфа о том, что «изменения в циркуляции политической элиты происходили чаще, чем во всех других группах»51, способствовало определению предмета данного исследования.

С молодежной революцией «новых левых» 1968 г. начались дискуссии о преодолении прошлого, которые привели к дебатам о вине и ответственности Германии в мировых войнах. В связи с этим в 1969 г. появилось расширенное издание доклада Ф. Фишера под названием «Союз элит» по проблеме континуитета властных структур в Германии с 1871-го по 1945 г., прочитанного на XXXII конгрессе германских историков. В своей монографии Ф. Фишер указал на наличие двух линий преемственности, непрерывности в германской истории, которые он проследил с момента образования второго рейха до падения третьего52. Идея «зондервега» («особого пути») и союза традиционных элит, фактически оставшихся у власти в Веймарской республике, с нацистами оказывала огромное влияние на исторические исследования в целом вплоть до начала 1990-х гг. Но, несмотря на дискуссию о «зондервеге», германские элиты не ставились в центр исторического исследования.

В 1990-е гг., после долгого затишья, уже в объединенной Германии была высказана идея о поворотах в развитии элит. В 2000 г. германский исследователь Х.У. Велер53 поставил вопрос о том, что происходит с элитами во время переломов, в том числе и в веймарский период, и как широко они могут влиять на трансформационный процесс перелома. Проблема была озвучена, но конкретного решения применительно к рассматриваемому периоду не получила, хотя некоторые германские исследователи (Х. Меллер и др.) заявили о необходимости более широкого взгляда на элиту веймарского периода. Появилась потребность рассмотреть в историческом плане ту часть правящей политической элиты, которая пыталась развить демократические традиции германской истории.

В отечественной историографии исследования элиты веймарского периода в целом и правящей политической элиты в частности отсутствуют. В связи с уточнением концептуального аппарата исследования, проведенного на стыке истории, социологии, политологии, элитологии, в диссертации используются труды отечественных авторов (Г.Л. Ашина, Е.В. Охотского, О.В. Гаман-Голутвиной, П.Л. Карабущенко, О.В. Крыштановской, А.В. Лифанова, А.А. Паутова и др.), где содержатся важные положения по понятийно-категориальному аппарату исследования.

Подводя итог анализа степени изученности поставленной научной проблемы, необходимо отметить, что при наличии широкого круга научных исследований по истории Веймарской Германии, тем не менее в германской и российской историографии отсутствуют работы, посвященные комплексному анализу деятельности рейхсканцлеров и рейхсминистров Веймарской республики как части властной элиты. Выделение из правящей политической элиты рейхсканцлеров и рейхсминистров в качестве предмета исследования имеет следующее обоснование:

– среди трудов германских и российских историков нет комплексного исследования о рейхсканцлерах и рейхсминистрах Веймарской Германии, за исключением отдельных биографий. Даже в отличие от справочно-библиографических изданий о бундесканцлерах ФРГ и составе их кабинетов54 аналогичные публикации о представителях исполнительной власти Веймарской Германии отсутствуют;

– численный и даже поименный состав правящей политической элиты представлен в уже названном историко-социологическом исследовании


В. Цапфа. В настоящей диссертации представители других составных частей правящей политической элиты включены в анализ процесса трансформации, однако внимание акцентируется на исполнительной власти в лице рейхсканцлеров и рейхсминистров.

Остается неисследованным целый комплекс проблем, в частности, что представляли собой политические акторы Веймарской Германии, действовавшие на уровне верховной исполнительной власти, какова их эволюция, могли ли демократически ориентированные правящие круги оказать действенное сопротивление наступавшему национал-социализму, были ли действия властной элиты фатально предопределены обстоятельствами или политики имели собственные убеждения, на основе которых и принимали соответствующие решения. Постановка этих вопросов и обусловила объект и предмет исследования.




Объект исследования:
Глава 4 «республиканцы по разуму»

Каталог: avref -> media -> djcatalog
djcatalog -> Государственная политика в сфере школьного образования в калмыкии в ХХ веке: компаративный анализ и оценка
djcatalog -> Цитата как вербальный инструмент манипуляции в англоязычном политическом дискурсе США
djcatalog -> -
djcatalog -> Научно-педагогическая интеллигенция нижнего поволжья в 1956-1964 гг
djcatalog -> Стратегии речевого воздействия в дискурсе англоязычного протестантизма
djcatalog -> Лингвосемиотика английской сказки: жанровое пространство, знаковая репрезентация, дискурсивная актуализация
djcatalog -> Влияние социальной ответственности бизнеса на формирование социального качества экономического роста 08. 00. 01 экономическая теория
djcatalog -> Взаимодействие власти и общества в сфере социальной поддержки детей-сирот


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница