Сто великих казней москва "вече" 2004



страница35/57
Дата01.06.2016
Размер3.64 Mb.
1   ...   31   32   33   34   35   36   37   38   ...   57

карете один.

"Карета быстро неслась по набережной Екатерининского канала и уже миновала

Рысакова, когда тот бросил под нее бомбу, - читаем у С.С. Татищева в книге

"Император Александр II. Его жизнь и царствование". - Последовал страшный взрыв.

Несколько человек упало - казак конвоя и мастеровой мальчик, тяжело раненные.

Государь приказал лейб-кучеру остановить экипаж и, выйдя из кареты, направился к

месту взрыва, где толпа уже схватила Рысакова. На вопросы обступивших его

офицеров, не ранен ли он, император отвечал: "Слава Богу, я уцелел, но вот"...

указав при этом на лежавших на мостовой раненых. Государь подошел к Рысакову и

спросил его, он ли стрелял и кто он такой? Террорист отвечал утвердительно, но

назвал себя вымышленным именем. "Хорош!" - молвил император и повернул назад в

направлении к своей карете. Гриневицкий бросил бомбу в ту минуту, когда

Александр II проходил мимо него, под самые ноги. Произошел второй оглушительный

взрыв. Дым рассеялся, и пораженным взорам присутствующих предстало ужасное

зрелище: прислонившись спиной к решетке канала, без шинели и фуражки лежал

окровавленный монарх. Обнажившиеся ноги его были раздроблены; кровь сильно

струилась по ним, тело висело кусками, лицо было все в крови. "Помоги", - едва

внятным голосом произнес государь, обращаясь к лежавшему возле него тяжело

раненному полковнику Дворжицкому. Прохожие, в их числе несколько юнкеров

Павловского военного училища и солдат 8-го флотского экипажа, возвращавшиеся с

караула, стали поднимать царя. К тому времени он уже потерял сознание. По

распоряжению прибывшего из Михайловского дворца великого князя Михаила

Николаевича истекающего кровью императора повезли в Зимний дворец.

Государя внесли на руках в его кабинет и положили на постель. Подоспевший лейб-

медик Боткин на вопрос наследника: долго ли проживет император, ответил: "от 10

до 15 минут". В 3 часа 35 минут пополудни император Александр II умер, не

приходя в сознание".

Схваченный на месте преступления Рысаков не выдержал допросов и выдал Перовскую

и Михайлова, а также конспиративную квартиру. Желябов присоединился к

арестованным по собственному желанию. Из тюрьмы он послал прокурору судебной

палаты следующее заявление: "Если новый государь, получив скипетр из рук

революции, намерен держаться в отношении цареубийц старой системы, было бы

вопиющей несправедливостью сохранить жизнь мне, многократно покушавшемуся на

жизнь Александра II и не принявшего физического участия в умерщвлении его лишь

по глупой случайности. Я требую приобщения себя к делу 1 марта и, если нужно,

сделаю уличающие меня разоблачения. А. Желябов. 2 марта 1881 года".

Опасаясь отказа властей, Желябов в конце заявления приписал: "Только трусостью

правительства можно было бы объяснить одну виселицу, а не две".

Находкой для следствия оказался Рысаков. Из всех народовольцев ему одному

неминуемо грозила смерть - первую бомбу бросил именно он. И Рысаков давал

показания днем, а ночью требовал бумаги, чернил и лихорадочно писал доносы,

боясь не успеть до суда.

26-29 марта 1881 года особым присутствием Сената было рассмотрено дело об

убийстве Александра II. Процесс первомартовцев происходил при открытых дверях,

однако в зал судебного заседания допускалась лишь избранная публика.

Подсудимые прекрасно сознавали, что будет представлять собою суд, в состав

которого входили шесть сенаторов, два титулованных представителя дворянства,

городской голова и волостной старшина. "Желябов, протестуя против такого суда, -

писал Гернет в "Истории Царской тюрьмы", - указывал, что судьей между

революционной партией и правительством должен быть всенародный суд или, по

крайней мере, суд присяжных заседателей, то есть избранных представителей от

общества. Едва ли приходится сомневаться, что Желябов своим протестом хотел

подчеркнуть свой взгляд на суд особого присутствия Сената как на расправу с ними

пристрастных и заинтересованных в исходе процесса царских чиновников.

Подсудимые облегчили задачу обвинителя: на суде они сами говорили каждый о своем

участии в тех действиях, которые были перечислены в обвинительном акте. Они ни в

какой степени не заботились о смягчении своей участи. Очень характерно заявление

Кибальчича. Его беспокоила мысль не о предстоящей смерти, а о судьбе его проекта

воздухоплавательного аппарата, и он заявил суду о передаче им этого проекта

защитнику. Известно, что этот проект отмечен как крупное явление в истории

русского воздухоплавания".

374

100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ



Кровожадные требования государственного обвинителя были удовлетворены полностью

особым присутствием Сената. Все подсудимые, в том числе несовершеннолетний

Рысаков, не достигший 19 лет, были приговорены к смерти. Защита указывала на

недопущение законом смертной казни для несовершеннолетних. Суд не согласился с

этим. Все обвиняемые были признаны виновными в принадлежности к тайному

сообществу русской социал-революционной партии, имевшей целью ниспровержение

государственного и общественного строя в Российской империи путем

насильственного переворота и в посягательствах на государя и других лиц. Софья

Перовская была первой русской женщиной, казненной по политическому делу.

Эта казнь 3 апреля 1881 года стала последней публично исполненной казнью в

Петербурге. Для отправки на казнь осужденные были посажены на две "позорные

колесницы". На груди осужденных были повешены черные доски с крупной надписью

"цареубийца". Руки были связаны за спиной веревками. Вера Фигнер писала: "Руки

Перовской были так туго скручены веревкой, что она сказала: "Мне больно,

отпустите немного". "После будет еще больней", - грубо буркнул жандармский

офицер".


Вслед за позорными колесницами ехали две кареты с пятью священниками в траурных

ризах и с крестами в руках. Конные жандармы окружали процессию, которая медленно

продвигалась по улицам города к месту казни. Эшафот представлял собою помост в

два аршина высотой с тремя позорными столбами и виселицей в виде буквы "П". Это

была общая виселица для пяти цареубийц. Позади эшафота находились пять черных

деревянных гробов.

"Невозмутимое спокойствие отражались на лице Кибальчича. Желябов казался нервным

и часто поворачивал голову в сторону Перовской.

Вскоре после того, как преступники были привязаны к позорным столбам, раздалась

военная команда "на караул", после чего градоначальник известил прокурора

судебной палаты, господина Плеве, что все готово к совершению последнего акта

земного правосудия.

Палач и два его помощника остались на эшафоте, пока обер-секретарь Попов читал

приговор. Чтение краткого приговора продолжалось несколько минут. Все

присутствующие обнажили головы. Осужденные почти одновременно подошли к

священникам и поцеловали крест, после чего они были отведены палачами, каждый к

своей веревке.

Бодрость не покидала Желябова, Перовскую, а особенно Кибальчича. Перед тем, как

наденут на них саван с капюшоном, Желябов и

ДЕЛО 1 МАРТА 1881 ГОДА

375

Михайлов, приблизившись к Перовской, поцелуем простились с нею. Рысаков стоял



неподвижно и смотрел на Желябова все время, пока палач надевал на его

сотоварищей саван висельников.

Палач Фролов "начал" с Кибальчича. Надев на него саван и наложив вокруг шеи

петлю, он притянул ее крепко, завязав конец веревки к правому столбу виселицы.

Потом он приступил к Михайлову, Перовской и Желябову.

Последний по очереди был Рысаков, у него подкосились колени, когда палач быстрым

движением накинул на него саван и башлык.

В 9 часов 20 минут палач Фролов, окончив все приготовления к казни, подошел к

Кибальчичу и подвел его на высокую черную скамью, помогая взойти на две

ступеньки. Палач отдернул скамейку, и преступник повис на воздухе. Смерть

настигла Кибальчича мгновенно; по крайней мере, его тело вскоре повисло без

конвульсий.

После казни Кибальчича вторым был казнен Михайлов, он дважды срывался с веревки.

При первом падении Михайлов сам поднялся и при помощи палача встал на скамейку.

Он сорвался вторично и окончательно был повешен лишь в третий раз.

За ним последовала Перовская. Четвертым был казнен Желябов, последним - Рысаков.

Он несколько минут боролся с палачом, не давая столкнуть себя со скамьи.

В 8 часов 30 минут казнь окончилась. Трупы казненных висели не более 20 минут.

Затем на эшафот были внесены пять черных гробов, которые помощники палача

подставили под каждый труп. Военный врач в присутствии двух членов прокуратуры

освидетельствовал снятые и положенные в гроб трупы казненных. По

освидетельствовании трупов гробы были немедленно накрыты крышками, заколочены и

отвезены под сильным конвоем на станцию железной дороги, для предания тел

казненных земле на Преображенском кладбище"*.

"Вся процедура окончилась в 9 часов 58 минут. В 10 часов градоначальник дал

приказ к разбору эшафота, что и было немедленно исполнено тут же находившимися

плотниками, после того, как палач Фролов, или, как он себя называл, "заплечных

дел мастер", так и его помощники были отвезены в арестантских "хозяйственных

фургонах тюремного ведомства" в Литовский замок.

В начале одиннадцатого часа, войска отправились в казармы; толпа начала

расходиться. Конные жандармы и казаки, образовав летучую цепь, обвивали

местность, где стоял эшафот, не допуская к

* "Былое", книги № 4-5, Л., 1918 год.

376


100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ

нему подходить черни и безбилетную публику. Более привилегированные зрители этой

казни толпились около эшафота, желая удовлетворить своему суеверию - добыть

"кусок веревки", на которой были повешены преступники"*.

После революции 1917 года в бумагах Плеве, известного сподвижника Александра

III, было найдено письмо, написанное Кибальчичем 2 апреля 1881 года, накануне

казни Автор этого письма писал царю, что террор прекратится, если царь даст

свободу слова, отменит смертную казнь и дарует амнистию политическим осужденным.

Александр III сделал на этом письме надпись такого содержания: "Нового ничего

нет. Фантазия больного воображения и видна во всем фальшивая точка зрения, на

которой стоят эти социалисты, жалкие сыны отечества".

3 марта председатель кабинета министров П.А. Валуев предложил новому царю

Александру III назначить регента, на случай, если его тоже убьют. Царь

оскорбился, но Г4 марта все же назначил регента.

СТЕПАН ХАЛТУРИН

Но страшись, грозный царь1 Мы не будем, как встарь, Терпеливо сносить свое

горе

"Машинушка"



* Там же

Степан Халтурин родился в Вятке в семье бедных мещан. В детстве посещал школу, а

затем был отдан в ученье к столяру. В начале 1870-х годов приехал в Петербург,

где поступил на завод. Неизвестно, когда именно и при каких обстоятельствах

увлекся революционными идеями. В 1875-1876 годах он был уже деятельным

пропагандистом... "Он был из тех людей, наружность которых не дает даже

приблизительно верного понятия об их характере... Близко сойтись с ним можно

было только на деле .. Степан Халтурин стал увлекаться террором Уже с осени 1879

года он входит в деловые сношения с народовольцами".

"Александр II должен быть убит рабочим, - считал Халтурин, - пусть не думают

русские цари, что рабочие - болваны, не понимающие их истинного значения для

народа"*.

Речь шла о взрыве всей царской фамилии в Зимнем дворце. Исполнительный Комитет

согласился на его предложение; Халтурин поступил во дворец столяром Сношения с

Исполнительным Комитетом он вел главным образом через Желябова, кроме того, ему

помо-


* Все это передано со слов Желябова, который был, по нашим сведениям, просто

восхищен самообладанием Халтурина

378

100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ



СТЕПАН ХАЛТУРИН

379


гали Кибальчич, Квятковский и Исаев. С октября 1879 года вплоть до самого взрыва

5 февраля 1880 года Халтурин занимался минированием Зимнего дворца

5 февраля Зимний дворец потряс страшный взрыв, мина взорвалась. Огни во дворце

потухли. Черная Адмиралтейская площадь стала как будто еще темнее. Но что

скрывалось за этой темнотой там - на другом конце площади? Ни Желябов, ни

Халтурин не могли ждагь разъяснений, несмотря на жгучее любопытство. Ко дворцу

сходились люди, прибежали пожарные. Оттуда выносили трупы и раненых. Их казалось

ужасно много. Но что с самим виновником этой бойни с Александром II?

"Желябов и Халтурин быстро удалились. Для последнего уже готово было верное

убежище, насколько, конечно, они вообще существуют в России. И только по

прибытии туда нервы Халтурина будто сразу размякли. Усталый, больной, он едва

мог стоять и только немедленно справился, есть ли в квартире достаточно оружия.

"Живой я не отдамся!" - говорил он. Его успокоили: квартира была защищена такими

же динамитными бомбами".

"Известие о том, что царь спасся, подействовало на Халтурина : самым угнетающим

образом. Он свалился совсем больной и только рассказы о громадном впечатлении,

произведенном 5 февраля на всю Россию, могли его несколько утешить, хотя никогда

он не мог примириться со своей неудачей и не простил Желябову того что называл

его ошибкой".

Угнетенный своей неудачей, Халтурин уехал на юг России, где около двух лет

занимался пропагандой среди рабочих, но чрезвычайное осадное положение,

введенное в Одессе, а особенно деятельность Стрельникова, предназначенного

Александром III производить следствия по политическим делам на всем юге России и

снабженного особыми полномочиями, вскоре стало сильно мешать Степану. Он

известил об этом "Исполнительный Комитет", который и поручил ему организовать

убийство всесильного и всем ненавистного прокурора. Поручение это было удачно

выполнено 18 марта 1882 года Халтуриным и его товарищем Желваковым.

Подробности об этом убийстве описаны в корреспонденции из Одессы, напечатанной в

№ 3 "На родине", в 1883 году.

"18 марта господин Стрельников, пообедавши по обыкновению во французском

ресторане, вышел на бульвар для обычной послеобеденной прогулки и, пройдясь

несколько раз по средней аллее, сел на скамейку у прохода из крайней аллеи на

среднюю, от которой она отделяется изгородью, окружающей ряд деревьев. Рядом с

ним сел


один подозрительный субъект, который в Новороссийском университете выдавал себя

то за студента Энгельгарда, то за вольнослушателя Смирнова. Когда Желваков, все

время следивший за Стрельниковым, подходил к скамейке, нащупывая в кармане

револьвер, Стрельников встал и пересел на соседнюю скамейку, оглядывая

вполоборота средние аллеи. Желваков остановился у конца изгороди, за которой

сидел Стрельников, вынул револьвер и, прицелившись в правую сторону затылка,

спустил курок. Голова Стрельникова мгновенно склонилась на правый бок и оперлась

о спинку скамейки. Публика так и замерла на месте: никто не шевельнулся даже и

тогда, когда через мгновение на крайней аллее появился человек с револьвером в

руке и, перепрыгнув через изгородь, пустился вниз по крутому спуску к Гаванной

улице. Он поравнялся уже с зданием думы, когда Смирнов, подбежав к краю аллеи и

махая руками, стал кричать вниз: "Ловите! Держите!.. Убили среди бела дня!.."

Тогда ожила и публика на бульваре; послышались голоса: "за доктором!". . Одна

барыня решилась даже подойти к Стрельникову и приложить платок к ране, но ее

заботы оказались напрасными: он был уже мертв. Через несколько минут появился

Гурко (роковая скамейка стоит как раз против его дворца) и воскликнул: "какие

беспорядки!", приказал отнести еще теплый труп Стрельникова в ближайшую

больницу. Появилась, наконец, и полиция, начавшая свою деятельность с отобрания

адресов у присутствующих". "Желваков между тем бежал вниз, отстреливаясь от

нагонявших его или пытавшихся преградить ему путь. Все, кто видал этот бег и эту

необычайную защиту на узком и крутом спуске, не могли хладнокровно говорить о

силе, ловкости и самообладании молодого героя. Выпустив все заряды из двух

револьверов, он выхватил кинжал и, продолжая отбиваться, приближался все более к

белой лошади, запряженной в пролетку, на которой поджидал его Халтурин у конца

узкого спуска, выходящего на Гаванную улицу. Между тем внизу перед спуском

собралась уже кучка прохожих. Они не знали, конечно, что совершилось там

наверху, но с изумлением смотрели на несущегося к ним вооруженного человека,

поранившего уже многих, пытавшихся задержать его. Им скоро стала заметна цель

этого отчаянного бега; многие бросились к выходу спуска, чтобы в этом узком

месте задержать бегущих, и окружили пролетку. В эту критическую минуту Халтурин,

убедившись, что Желвакову пробиться к пролетке невозможно, соскочил с нее и,

выхватив револьвер, хотел поспешить на помощь к товарищу, но на первых же шагах

он споткнулся. Еврей, приказчик из угольного склада, околоточный надзиратель и

несколько карантинных рабочих бросились его задерживать. "Оставьте! Я

социалист! Я за

380


100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ

вас!" - крикнул Халтурин. Рабочие инстинктивно остановились. "Чтобы ты так жил,

как ты за нас!" - ответил приказчик, здоровенный негодяй, вместе с околоточным

всею тяжестью навалившийся на Халтурина. "Конечно, не за таких мерзавцев как ты,

а за рабочий несчастный народ!" - проговорил тот, с трудом переводя дыхание.

Подоспевшая полиция помогла им связать Халтурина и зверски скрутить ему руки

глубоко впившимися в тело веревками.

Желваков увидал, что делается около пролетки и, почти у самого прохода, свернул

в сторону по направлению к Карантинной площади, все продолжая бежать, хотя силы,

должно быть, уже начали оставлять его. Столкнувшись с чиновником Игнатовичем,

тоже бросившимся преграждать ему путь, он приостановился немного; тогда погоня

мгновенно окружила его и обезоружила, повалила и связала. Обоих арестованных

тотчас же увезли в полицию. А оставшаяся на месте толпа, разбившись на кучки,

толковала о происшествии. "Что тут случилось?" - спрашивали вновь пришедшие. "Да

вот девушку на бульваре убили", - отвечали в одном месте; "старика какого-то

убил один", - говорили в другом; "невесту свою убил один, молодой такой", -

сообщали в третьем. Никто не знал еще истинного смысла происшествия.

Но постепенно распространяясь с бульвара, вести дошли и до нижних улиц. Сперва

разноречивые: "Стрельников убит!" - "Градоначальника пристрелили!" - "Самого

Гурко". Но к ночи всюду было уже известно, что убийство "политическое" и убит

именно Стрельников. Отношение тотчас изменилось: "Если б знали, отбили бы", -

говорили карантинные рабочие. Говорят, даже сам Игнатович заболел от угрызений

совести, что помог задержать убийцу Стрельникова. В городе стало заметно

возбуждение. Одни спешили на бульвар, посмотреть место происшествия, кровь,

скамейку; другие толпились у полиции, куда привезли арестованных. Сочувственное

отношение к событию можно было подметить повсюду. Не говоря уже о восклицаниях:

"собаке собачья смерть!" - "так ему сукину сыну и нужно!" - мне случилось

натолкнуться на такие сцены: на бульваре у самого спуска группа публики окружает

очевидца происшествия. Тот с жаром и размахивая руками рассказывает, как

отбивался Желваков, как он бежал, и в восторге беспрестанно прерывает свою речь

восклицаниями: "вот герой-то! вот молодец!" Публика сочувственно слушает, затаив

дыхание.


У квасной лавочки, против полиции, я заметил маленький кружок, состоявший из

лавочницы, нескольких подмастерьев-сапожников и серого мужичка, что-то шепотом

говорящего остальным. При

СТЕПАН ХАЛТУРИН

381

моем приближении разговор смолкает. "Что случилось?" - спрашиваю я. - "Енерала



убили". - "Кто?" - "Да двое каких-то... молодые". - "Поймали?" - "Поймали

бедных", - отвечает мужичок и, тотчас же спохватившись, прибавляет, меняя тон:

"Как же, поймали... привезли уже". - "За что же они его убили?" - спрашиваю я.

Мужичок пристально посмотрел на меня и тихо произнес: "Да звестно... говорить-то

нынче нельзя", - и таинственно умолкает. У всех грустные лица...

Полиция вся на ногах. Пешие и конные патрули попадаются на каждом шагу. По

тротуару перед зданием полиции запрещено ходить; сюда то и дело подъезжают

придержащие власти: генерал-губернатор, градоначальник и другие. А в самом

здании идут допросы. Желваков отказался отвечать, пока ему не скажут, убит ли

Стрельников. "Убит", - ответили ему. - "Ну теперь делайте со мной, что хотите".

Допросы ни к чему не приводили. Узнали, где была куплена лошадь, узнали и

квартиры арестованных, так как при них были паспорта, но ни их личности, ни

настоящие фамилии констатированы не были. Поздно ночью под сильным конвоем их

перевели в тюрьму и поместили в подвальном этаже. Допросы шли беспрерывно, и до

самой казни арестованным не дали ни одного часа отдыха. По городу шли слухи, что

их пытают, но фактических доказательств этому у нас нет.

В ночь с 20-го на 21-е собрался у нас суд, невиданный даже и в России.

Вообразите себе глухую ночь, неизвестное публике место суда, и в заседании

никого кроме Гурко, им самим избранных судей, да подсудимых. Даже высшие чины

военного и судебного ведомств не были допущены. И все-таки нам известно в общих

чертах, что происходило на суде, что говорили подсудимые. Халтурин заявил, что

приехал в Одессу с целью заняться организацией рабочих, но в деятельности

Стрельникова встретил сильное препятствие. Он сообщил об этом Исполнительному

Комитету и получил от него поручение организовать убийство Стрельникова, что и

было им выполнено.

Желваков, говорят, сказал: "Меня повесят, но найдутся другие. Всех вам не

перевешать. От ожидающего вас конца ничто не спасет вас!"

Из Гатчины было получено предписание немедленно повесить убийц Стрельникова, и

ввиду такой поспешности Гурко решил, не беспокоя Фролова, выбрать палача из

содержащихся в Одесской тюрьме приговоренных к каторге арестантов. Интересны

подробности этого выбора.

Весть о том, что Стрельников убит и арестованные убийцы привезены в тюрьму,

быстро разнеслась между уголовными арестантами.

382


100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ

Факт убийства был встречен всеобщим одобрением, а арестованные вызвали живейшее

сочувствие, особенно Желваков своим удальством и молодостью. Поэтому предложение

повесить, за известное вознаграждение, убийц Стрельникова было встречено

арестантами решительным отказом. Некоторые выражали его в самой резкой форме:

"Да не сойти мне с этого места, подохнуть совсем, если я их хоть на столько


Каталог: download
download -> Объект исследования
download -> Выпускных квалификационных работ
download -> Выпускных квалификационных работ
download -> Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, изучающих курс «Концепции современного естествознания»
download -> Пояснительная записка 4 1 Цели и задачи реализации основной образовательной программы основного общего образования 4
download -> Проект концепция образования детей с ограниченными возможностями здоровья
download -> Программа формирования универсальных учебных действий у обучающихся на ступени начального общего образования
download -> Старший воспитатель


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   31   32   33   34   35   36   37   38   ...   57


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница