Сто великих казней москва "вече" 2004



страница20/57
Дата01.06.2016
Размер3.64 Mb.
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   57

но, услышав голос коменданта, он вскочил, поспешно оделся и вышел из комнаты. В

дверях его встретил брадобрей Питер

"Сэр, - сказал он. - Мы еще не завивали вашей головы сегодня". Рэйли отвечал с

улыбкой: "Пускай ее причешет тот, кто. ее возьмет".

Питер последовал за ним до ворот, и Рэйли все время продолжал шутить

"Питер, - сказал он. - Можешь ты мне дать пластырь, чтобы прилепить голову,

когда ее отрубят?"

На эшафоте он вел себя с обычным бесстрашием и равнодушием к смерти Толпа

открыто сочувствовала Рэйли. Когда все было кончено, в толпе чей-то голос громко

произнес:

"Где мы найдем еще такую голову, чтобы снести ее с плеч?"

Яков I не задавался подобными вопросами. Так окончилась жизнь одного из

прославленных англичан - храброго солдата и пытливого ученого, сына бурного

времени, которое является потомству в образе шекспировской Англии.

ДЖУЛИО ЧЕЗАРЕ ВАНИНИ

Мудро презирать дни нашей короткой жизни, неопределенной, полной тяжелых трудов,

чтобы добиться бессмертного имени среди потомков.

Д.Ч. Ванини "Диалоги", стр. 359

fjSra-¦

Джулио Ванини (1585-1619) - итальянский философ и мыслитель начала XVII века,



автор книг "Амфитеатр" и "Диалоги", в которых он критиковал основы христианской

веры, даже образ Бога, созданный ортодоксальным научным учением.

"Понятие Бог древними философами понималось широко: одни говорят, что это вода,

другие - воздух, третьи - солнце, луна и звезды, четвертые - небо и солнце и

т.д. . .природа и есть Бог, так как она является началом движения... Бог, или,

лучше сказать, природа, создала небо и землю..." - "Диалоги"

"Положение, на котором, - писал Ванини, - современные атеисты строят свои

главные рассуждения, гласит "Бог или знает о заблуждениях людей, или не знает.

Если он знает о них, следовательно, он их творец, так как для Бога знать и

хотеть - это одно и го же, если же он их не знает, он не берет на себя никаких

забог в руководстве миром, так как не может им управлять, не зная его". И далее:

"Бог не все знает, например, он не знает формы греха". - "Диалоги"

210

100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ



И все это в самом начале просвещенного XVII века! Во все времена существовали

предметы, о которых лучше не задумываться. Например, во времена Нерона - о

порядочности Цезаря, во времена Гитлера - о его состоятельности как политика, во

времена Ленина - о необходимости коммунизма, во времена Трумэна - о

необходимости маккартизма. Примерно столь же опасным предметом во времена

инквизиции было рассуждение о сущности Бога. И прежде всего потому, что на эту

тему уже высказались почтенные люди, которые за эти свои мысли были удостоены

приставки св. перед своими именами, ну в крайнем случае преп. или дост.

Оспаривать их мнение в глазах церкви значило уже совершить смертный грех.

Упорствовать же в своем мнении - означало быть отступником, еретиком, пособником

дьявола, а значит, врагом всего живого на земле. Разумеется, ни богословы, ни

инквизиция не могли спокойно терпеть столь возмутительные нападки на основы

христианской веры. И это в то время, когда гораздо меньшие прегрешения карались

спасительным костром или, в крайнем случае, пыточной камерой!

Когда доктора Сорбонны вынесли решение о сожжении книг "Амфитеатр" и "Диалоги",

Ванини вынужден был бежать из Парижа. Среди церковников ходил слух о том, что

якобы Ванини, угнетенный постоянной бедностью, решил покончить с ней

своеобразным способом: он послал папе римскому требование срочно предоставить

ему бенефиций, угрожая в противном случае за три дня подорвать всю христианскую

веру. Возможно, кстати, он действительно написал такое письмо-памфлет, ознакомив

с ним узкий круг друзей.

В 1617 году Ванини оказался в Тулузе. В Европе его имя было уже настолько

известно, что в Тулузе ему пришлось скрываться под именами Лючилио или Помпео

Училио.


Вначале Ванини жил уединенно, но постепенно вавел знакомства, начал преподавать

медицину, философию и теологию широкому кругу тулузской молодежи.

В 1618 году в Тулузу приехал некий молодой дворянин по имени Фракон, или

Фракони. Через месяц после знакомства с Ванини, Фра-кон, догадавшись, кем на

самом деле является его наставник, написал на него донос.

Осенью 1618 года Ванини был арестован. При аресте среди его вещей был обнаружен

хрустальный сосуд с большой живой жабой, что давало возможность обвинить Ванини

в колдовстве.

Следствие вел президент тулузского парламента Габриель Гра-мон. Современный

событиям источник так рассказывал историю аре-

ДЖУЛИО ЧЕЗАРЕ ВАНИНИ

211


ста Джулио Ванини "В ноябре месяце прошлого (1618) года был арестован и заключен

в городскую тюрьму Тулузы некий итальянец, философ и очень ученый человек Он

придерживался мнения, что наши тела не имеют души и что, умирая, каждый из нас

становится мертвым, как и грубые животные; что Дева Мария знала телесную

близость, как и другие женщины, и произносил другие постыдные, недостойные ни

написания, ни произношения слова... Когда сведения об этом дошли до ведома

парламента, последний вынес решение против нового магистра. Будучи схвачен и

допрошен, он утверждал, что придерживается правильного учения"*.

Французский парламент славился своей жестокостью и прежде всего - своими

суровыми приговорами в делах веры. Католические круги с целью смягчить

жестокость действий тулузского парламента пытались объявить Ванини сумасшедшим.

В "Историческом словаре", вышедшем в Неаполе в 1741 году, было написано: "Если

бы Ванини не был сожжен, он бы все равно умер в сумасшедшем доме".

9 февраля 1619 года Ванини был объявлен смертный приговор.

Приговор гласил: "9 февраля 1619 года Великая палата вместе с Палатой по

уголовным делам, в присутствии первого председателя суда Лемазюрье и других, по

заявлению генерального прокурора короля произвела судебное следствие над Помпео

Училио, неаполитанцем по национальности, заключенным в городскую тюрьму. Великая

палата заслушала обвинения, выдвинутые против него, свидетельские показания,

очные ставки, сведения и доносы о рассмотренных и установленных фактах, речь и

заключение генерального прокурора короля против указанного Училио.

Было решено, что процесс находится в таком состоянии, когда может быть принято

окончательное постановление без дальнейшего расследования истинности указанного

процесса. Установив это, суд объявляет, что указанный Училио обвинен и признан

виновным в атеизме, кощунстве, нечестии и других преступлениях, рассмотренных на

этом судебном процессе.

В наказание и в качестве возмездия за эти преступления суд приговаривает

указанного Училио к передаче в руки палача уголовного правосудия. Палач должен

будет протащить его в одной рубахе на циновочной подстилке, с рогаткой на шее и

доской на плечах, на которой должны быть написаны следующие слова. "Атеист и

богохульник".

Палач должен доставить его к главным воротам городского собо-

* Mercure Francois, ann 1619 TV P. 63-64.

212


100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ

ДЖУЛИО ЧЕЗАРЕ ВАНИНИ

213

ра Сант Этьен и там поставить на колени, босым, с обнаженной головой. В руках он



должен держать зажженную восковую свечу и умолять о прощении Бога, короля и

суд... Затем палач отведет его на площадь Сален, привяжет к воздвигнутому там

столбу, вырвет язык и задушит. После этого его тело будет сожжено и пепел

развеян по ветру".

Общая формула обвинения - в "атеизме, кощунстве, нечестии и других

преступлениях" и вмешательство королевского прокурора говорят о том, что процесс

Ванини фактически не носил характера только местного события. По своей сути это

был процесс против крупнейшего после Бруно идеологического бунтаря.

После оглашения приговора, как писал судья Грамон (это также подтверждается

"Дневником Эскироля", хранящимся в Парижской национальной библиотеке), Ванини

заявил, что он католичества не признает.

Казнь состоялась в день вынесения приговора, - очевидно, таково было пожелание

церковных властей. Да и судьи спешили замести следы. Не случайно материалы

процесса были сожжены одновременно с казнью Ванини. Судья Грамон пытался

всячески очернить Ванини и его поведение в последние минуты жизни. Современник и

наблюдатель этих событий, писавший в газете "Меркюр Франсуа", точно передал

картину казни и поведение Ванини: "Так, выходя из тюрьмы веселым и радостным, он

произнес такие слова на итальянском языке: "Пойдем, пойдем весело умирать, как

подобает философу!"". В одежде кающегося грешника, под охраной множества

вооруженных стражников, Ванини шел к вратам собора Сант Этьен, а оттуда на

площадь Сален. Там под балдахином сидели представители церкви в парадных

облачениях, соответствующих этой мрачной церемонии, и другие почетные лица. Дамы

были одеты в праздничные одежды. Толпа горожан запрудила всю площадь. Колокола

звонили, как по умершему. С веревкой на шее, с зеленой восковой свечой в

связанных руках появился осужденный. Все было подготовлено для аутодафе. Когда

сопровождавший Ванини монах из ордена кордельеров стал его утешать, напоминая о

милосердии божьем и страданиях Христа, он резко ответил ему: "Христос потел от

страха в последние минуты, я же умираю неустрашимым".

"Он умер с таким твердым убеждением, спокойствием и твердой волей, как никакой

другой человек, которого когда-либо видели, - сообщала "Меркюр Франсуа". - Чтобы

показать свое твердое убеждение перед смертью и неверие в душу, он произнес

такие слова в присутствии тысячи людей, когда ему сказали, чтобы он просил про-

щения у Бога: "Нет ни Бога, ни дьявола, так как если бы был Бог, я попросил бы

его поразить молнией парламент, как совершенно несправедливый и неправедный;

если бы был дьявол, я попросил бы его также, чтобы он поглотил этот парламент,

отправив его в подземное царство; но так как нет ни того, ни другого, я ничего

этого не делаю". Это были последние слова Ванини. По сигналу Грамона палачи

приступили к исполнению страшной процедуры казни. Ванини отказался высунуть

язык, и ему отсекли его клещами насильно. После этого, согласно приговору, как

писал Грамон, "его должны были задушить, перед тем как предать огню на костре".

Однако даже Грамон не упомянул о том, что его задушили. "Меркюр Франсуа"

уточнила: "...ему должны были отрезать язык, а сам он должен был быть сожжен

живым, что было исполнено в начале февраля". Таким образом, суд нарушил

собственное постановление и сжег Ванини живым. Пепел сожженного был развеян по

ветру...

ФЕЛЬТОН И БЭКИНГЕМ

Народ поддержит лишь процветающий режим

Франсуа де Нешато

В 1628 году ненависть английского народа и парламента к фавориту короля Карла I

герцогу Бэкингему (он же Джордж Вильерс) достигла предела Несмотря на то, что в

романе А Дюма-отца "Три мушкетера" о романтичном герцоге было сказано много

теплых слов, в реальной жизни это был казнокрад, развратник и интриган,

пользовавшийся расположением короля, который в нем души не чаял. Прибрав к рукам

всю власть в королевстве и должность первого министра правительства, Бэкингем

поневоле взвалил на себя и всю полноту ответственности за неустроенность дел в

стране Английский парламент выступил против первого министра Член парламента

Элиот разразился пламенной речью, назвав Бэкингема "врагом королевства", и речь

эта была опубликована

Армия и флот были в очень напряженном состоянии духа Они желали сразиться с

кардиналом Ришелье, как их отцы сражались против кардинала Альбрехта Копия

протеста палаты и речь Элиота ходили по рукам солдат и моряков Командовать ими

должен был "враг королевства". Можно ли было доверить такому человеку свою

жизнь? Многие из солдат не имели оружия и обуви Ирландский отряд, состоявший из

диких распущенных молодцов, был послан в

ФЕЛЬТОН И БЭКИНГЕМ

215


провинцию и грабил днем и ночью фермеров Повсюду произошли столкновения В

Госпорте солдаты взбунтовались, и четверо было убито Повсюду шли аресты

В Спитхэде какой-то матрос оскорбил Вильерса, тот его арестовал и велел

повесить. Товарищи матроса окружили дом, в котором он был заперт, но потом

отступили, чтобы не возбудить мятежа. Когда Карл с Бэкингемом в Дептфорде

осматривал корабли, он шепотом произнес- "Джордж, многие желают, чтоб эти

корабли погибли вместе с тобою, не думай об этом, если ты погибнешь, то мы

погибнем вместе". Действительно, они оба погибли и за одно дело, но не вместе,

как предсказывал король.

"Не лучше ли, - спросил Трогмортон у герцога накануне отъезда в армию, - вам

надеть под платье тайную кольчугу?"

Однако люди часто бывают слепы, когда идут на погибель, и Вильерс, обращаясь к

своему осторожному другу воскликнул: "Нет более римлян1"

В Портсмуте для герцога был приготовлен небольшой каменный двухэтажный дом,

стоявший на главной улице города и принадлежавший капитану Масону В этом доме в

субботу утром 23 августа 1628 года собралась знать - адмиралы, генералы,

государственные чиновники, молодая герцогиня леди Англьси и другие дамы. У

дверей стояла карета. Лорд Дорчестер только что приехал от короля, и герцог

Бэкингем с веселым лицом отправлялся на свидание к Карлу. Он объявил, что

получены хорошие вести об освобождении Ла-Рошели от осады, следовательно,

отпадала необходимость отправляться в поход Но Субиз, зная, что эти вести были

ложные, явился к герцогу и вступил с ним в горячий спор, требуя немедленного

отплытия английского флота, если Англия хотела спасти Ла-Рошель

Пока в доме обсуждали этот вопрос, на улицах происходило волнение Толпа матросов

бегала по городу, называя Вичьерса тираном и убийцей за повешение их товарища На

их усмирение был послан отряд солдат Солдаты стали стрелять, и весь город

превратился в кровавое поле битвы Герцог во главе кавалерийского отряда бросился

на мятежников и отбросил их в гавань, где они искали спасения на кораблях Двое

было убитых и множество раненых

Герцог знал очень хорошо, что ему было не безопасно отправляться на корабли.

Экипаж его был готов, а свита садилась на коней Герцог пошел на улицу, но,

проходя по узкому коридору, вдруг остановился и закачался Лорд Клевеланд, шедший

рядом с ним, услыхал глухой удар и слова, произнесенные кем-то вполголоса.

"Помилуй, Господи, его душу" Герцог снова пошатнулся, пробормотал

216

100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ



чуть слышно "злодей", выхватил из груди нож и грохнулся на землю. Кровь брызнула

из его рта, глаза закатились, сердце перестало биться. Бэкингем умер.

Вначале свита подумала, что его убил гугенот. Сотни шпаг блеснули в воздухе, и

раздался крик: "Француз! Француз!". Когда они поднимали принца, офицер

небольшого роста, смуглый, без шляпы, в запыленной одежде и со шпагой в руке,

вышел из какой-то двери во двор и воскликнул: "Я убийца". Все взгляды

устремились на него. "Это я!" - прибавил офицер и отдал свою шпагу.

На допросе он назвался Джоном Фельтоном и признался в совершении убийства,

сказав, что он был лишь орудием провидения. Он служил офицером в армии и имел

чин поручика, участвовал во многих битвах во Фландрии, на Рейне и под Ла-

Рошелью. Ему не заплатили положенное жалованье и не дали роты, но убить герцога

он вздумал вовсе не из личных интересов. Он прочел протест палаты,

провозглашавшей главнокомандующего общественным врагом, и какой-то внутренний

голос призвал его исполнить приговор. Никто его не подстрекал, и он не имел

сообщника. Один только внутренний голос побудил его к этому. Парламент указал

всей стране врага общества. Преступный сановник открыто нарушал закон, и земное

правосудие не могло до него добраться. Власть выше человеческой избрала его

орудием справедливого возмездия. Убив Бэкингема, доказывал Фельтон, он исполнил

лишь свой долг и надеялся снискать мученический венец.

Лорды, допрашивавшие его, объявили между прочим, что герцог вовсе не убит. На

мрачном, смуглом лице Фельтона появилась улыбка. "Этот удар убил бы его даже

сквозь кольчугу", - сказал опытный воин. Шляпа, потерянная им в толпе, была

найдена, и в ней оказалась записка, писанная его рукой, в которой он заявлял,

что не имел никаких личных обид против герцога, что решился убить врага

общества, объявленного таковым высшим судом в Англии - парламентом.

Услыхав весть об убийстве Бэкингема, стоя на коленях за утренней молитвой, Карл

объявил, что у Фельтона должен был быть соучастник, и прямо указал на этого

участника. Это, решил он, был Элиот, тот самый красноречивый трибун, который

назвал Вильерса преступником и предал его народной мести, заявив: "Се человек".

Карл приказал привезти убийцу в Лондон, поместить в Лондонскую Башню и

подвергнуть допросу. Сэр Лод, наследовавший после герцога доверие короля, принял

на себя большую часть трудов по расследованию заговора.

Как только по городу разнеслась весть, что офицера, убившего герцога, везут в

Лондон, громадные толпы народа вышли к нему

ФЕЛЬТОН И БЭКИНГЕМ

217


навстречу, чтоб выразить ему свою благодарность. По дороге он слышал крики: "Да

благословит тебя Господь, маленький Давид", а в Сити из всех лавок и окон

раздавались одни и те же слова: "Да помилует тебя Господь!" Когда он проходил в

мрачные своды Лондонской Башни с достоинством мученика, то из тысячи сердец

вырвался вопль: "Да благословит тебя Господь!" Для народа этот бедный убийца был

героем, поднявшим меч за святое дело, подобно Матфею на горе Модине, и

освободившим свое отечество от чужестранного ига. В эту ночь за его здоровье

пили во всем городе, в тавернах и частных домах, а на другой день за его

здоровье пили в Оксфордском университете с завистью к такому классическому

подвигу. Никто, кроме короля и двух или трех женщин, никто не был огорчен

случившимся. Даже лорды были довольны смертью герцога, ибо, по их словам,

наконец-то исчезла причина распри между королем и народом и Англия насладится

миром. Даже те, которые не могли выпить за здоровье убийцы, видели во всем

происшедшем десницу Господню. В эту ночь имя Фельтона было у всех на устах:

некоторые его прославляли, но большинство за него молилось.

На следующий день и в продолжении многих недель народ толпился у тюрьмы, чтобы

взглянуть на своего "Маленького Давида", на своего "Освободителя".

Небольшого роста, слабого сложения, с опущенными глазами, бледным лицом и

тяжелой поступью, Джон Фельтон был типичным фанатиком. На одном из его пальцев

был отрублен кончик и всякий, спрашивавший у него, как это с ним случилось, с

ужасом отворачивался, когда Фельтон спокойным голосом рассказывал свою

трагическую повесть. Однажды какой-то сосед его оскорбил, он потребовал

удовлетворения, и когда сосед усомнился в его искренности, то он отрубил себе

палец и послал его своему сопернику в знак его готовности с ним драться.

Выведенный из себя, Фельтон был способен на все, а тем более когда он считал

себя призванным небом на какое-нибудь особое дело.

Вся страна рукоплескала подвигу Фельтона. Поэты воспевали его в стихах, а

досужие остряки составляли анаграммы из его имени. В этом отношении были

особенно замечательны Таунли, друг Камдена, и Джиль, друг Мильтона. Гимн Таунли

в честь убийцы был так великолепен, что Джонсона заподозрили в его сочинении.

Джонсона призвали в суд, но поэт под присягой показал, что стихи были не его, а

Таунли. Таунли был его другом, он ужинал с ним недавно и получил от него в

подарок кинжал. Джиль был арестован, а Таунли бежал в Гаагу.

218


100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ

ФЕЛЬТОН И БЭКИНГЕМ

Вскоре случилось еще более знаменательное событие Некий Роберт Саведж публично

похвастался, что он друг Фельтона, помогал ему в его подвиге и намерен был сам

убить герцога, если бы попытка Фельтона не увенчалась успехом. Арестованный и

представленный в Королевский совет, Саведж подтвердил свое участие в заговоре.

Лод решил, что он уже напал на следы громадного заговора, и тотчас заточил его в

Лондонскую Башню. Но он не moi сообщить никаких подробностей, а Фельтон объявил,

что никогда не видал этого человека. Тогда Лод придумал испытание. Он приказал

удалить Фельтона из Башни и на его место посадить другого арестанта, когда в

комнату ввели Саведжа, он подошел к арестанту и пожал ему руку со словами:

"Здравствуйте, мистер Фельтон". Саведжа тотчас удалили из Лондонской Башни, как

обманщика, и подвергли унизительному наказанию; он был прогнан сквозь строй от

Флит-стрита до Вестминстера, выставлен к позорному столбу, заклеймен на обеих

щеках и под конец у него были отрублены уши.

Но жестокость Лода встретила себе достойного соперника в хитрости Фельтона. "Вы

должны во всем признаться! - восклицал Лод. - Или я вас подвергну пытке". -

"Если я буду подвергнут пытке, милорд, - отвечал Фельтон, - то в агонии могу

обвинить и вас".

Все, что Лод узнал о своем узнике, не имело ничего общего с заговором. Джон

Фельтон был бедным, одиноким человеком; он вечно был сосредоточен, мало говорил,

постоянно читал Библию и ходил в церковь; страстно любил Англию и всей душой

ненавидел Рим и Испанию. Лишь за месяц до того, войдя в лавочку уличного писца в

Голборне и увидав копию парламентского акта, которым Вильерс был признан врагом

общества, он почувствовал в себе призвание исполнить этот приговор народных

представителей. Не сразу поддался он этому внутреннему голосу. В продолжении

нескольких недель он сопротивлялся ему и горячо молился. Но все было тщетно; он

должен был повиноваться небесному голосу. Тогда Фельтон снова отправился в

лавочку писца, чтоб еще раз прочесть роковой документ; писец, занятый своим

делом, отказался ему дать копию иначе, как если он ее купит. "Позвольте мне ее

прежде прочесть?" - сказал Фельтон. "Хорошо", - отвечал писец и послал своего

мальчика с Фельтоном в таверну "Мельница", где будущий убийца в продолжение двух

часов читал и перечитывал документ. Наконец он заплатил за него мальчику и унес

с собой. Целых пять недель он изучал и обдумывал приговор высшего суда Англии,

горячо молясь о лучшем его понимании. Небесный голос продолжал его призывать к

совершению великого дела, и он в глубине души отвечал, что готов исполнить свое

призвание.

219


Отправляясь на кровавый подвиг, он зашел в церковь и попросил, чтобы в следующее

воскресенье его упомянули в молитве, как человека, особенно нуждавшегося в

милости неба; потом он купил простой нож за два пенса и написал несколько слов

на бумажке, которую приколол внутри своей шляпы.


Каталог: download
download -> Объект исследования
download -> Выпускных квалификационных работ
download -> Выпускных квалификационных работ
download -> Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, изучающих курс «Концепции современного естествознания»
download -> Пояснительная записка 4 1 Цели и задачи реализации основной образовательной программы основного общего образования 4
download -> Проект концепция образования детей с ограниченными возможностями здоровья
download -> Программа формирования универсальных учебных действий у обучающихся на ступени начального общего образования
download -> Старший воспитатель


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   57


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница