Сто великих казней москва "вече" 2004



страница18/57
Дата01.06.2016
Размер3.64 Mb.
1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   57

За вторым ударом последовал третий, настолько сильна была

ненависть убийцы к своему королю.

Р. Амбелен

14 мая 1610 года король Франции Генрих IV отправился в открытом экипаже на

прогулку по Парижу. Оставалось всего пять дней до отъезда его на войну. Этот

ставший легендой человек, в котором сочетались черты развеселого гуляки,

дамского угодника и мудрого государственного деятеля, решил приступить к

осуществлению главного дела своей жизни - ликвидации гегемонии в Европе

испанских и австрийских Габсбургов, с трех сторон зажавших в клещи Францию.

...На узкой парижской улице, по которой ехала королевская карета, путь ей

неожиданно преградили какие-то телеги. Затем к экипажу подбежал рослый рыжий

детина и трижды нанес королю удары кинжалом. Раны оказались смертельными.

>

По приказу жены Генриха флорентийки Марии Медичи, провозглашенной регентшей при



ее малолетнем сыне Людовике XIII, убийца был вскоре предан суду. Он не отрицал

своей вины, утверждал, что никто не подстрекал его к покушению на жизнь короля,

все содеянное им было совершено по личному усмотрению, без чьего-либо наущения

или приказания. Установить личность преступника не составило труда. Это был Жан

Франсуа Равальяк, стряпчий из города Ангулема, ярый католик, неудачно пытавшийся

вступить в иезуитский орден и не скрывавший недовольства той терпимостью,

которой стали пользоваться по приказу Генриха его бывшие единоверцы - гугеноты.

.Равальяк несколько раз стремился добиться приема у короля, чтобы предостеречь

его против такого опасного курса, и, когда ему это не удалось, взялся за кинжал.

Убийца даже под пыткой продолжал твердить, что у него не было соучастников.

Судьи парижского парламента терялись в догадках, их мысль пошла по привычному

пути: не подстрекал ли Равальяка к злодеянию сам дьявол, известный враг рода

человеческого? Ведь свидетель обвинения Дюбуа, ночевавший некоторое время в

одной комнате с подсудимым, утверждал, что сатана появлялся там в виде

"огромного и страшного пса".

В то же время исповедник погибшего короля, иезуит отец Кот-тон, увещевал убийцу:

"Сын мой, не обвиняй добрых людей!" На эшафоте Равальяк, даже когда ему угрожали

отказать в отпущении

РАВАЛЬЯК

грехов, если он не назовет своих сообщников, снова и снова повторял, что он

действовал в одиночку. Равальяк искренне был убежден, что от этих слов,

сказанных им за минуту до начала варварской казни, зависело спасение его души.

Но соответствовали ли они действительности?

В 1610 году судьи явно не имели особого желания докапываться до истины, а

правительство Марии Медичи проявляло еще меньше склонности к проведению

всестороннего расследования. Но уже тогда задавали вопрос: не приложили ли руку

к устранению короля те, кому это было особенно выгодно? Через несколько лет

выяснилось, что некая Жаклин д'Эскоман, служившая у маркизы де Верней, фаворитки

Генриха (которой неисправимый ловелас даже дал письменное обещание жениться и

семейство которой уже устроило однажды заговор, угрожающий жизни короля),

пыталась предупредить Генриха о готовившемся на него новом покушении. В

организации покушения, помимо маркизы де Верней, по утверждению д'Эскоман-,

участвовал также могущественный герцог д'Эпернон, мечтавший о первой роли в

государстве.

Жаклин Д'Эскоман старалась предупредить обо всем этом короля через его супругу

Марию Медичи, но та не успела сообщить об этом мужу - в последний момент уехала

из Парижа в Фонтенбло. Отец Коттон, к которому хотела обратиться д'Эскоман,

также отбыл в Фонтенбло, а другой иезуит посоветовал ей не вмешиваться не в свои

дела. Вскоре после этого разговора Жаклин обвинили в том, что она, не имея

средств на содержание своего сына в приюте, пыталась подбросить малыша. Жаклин

д'Эскоман была немедленно арестована, по закону ей угрожала смертная казнь. Но

судьи оказались мягкосердечными; они посадили ее ненадолго в тюрьму, а потом

отправили в монастырь. Не была ли эта снисходительность платой за то, что на

суде Жаклин ни одним словом не упомянула о заговоре против Генриха IV?

Почему же Мария Медичи не сообщила королю о встрече с Жаклин д'Эскоман? У этой

упрямой и взбалмошной женщины и особенно у ее фаворитов - супругов Кончини были

свои причины желать устранения короля. Генрих сильно увлекся молоденькой

Шарлоттой Монморанси, ставшей женой принца Конде. Этот бурный роман вызвал

серьезные опасения флорентийки. Зная характер Генриха, она допускала, что он

может пойти на развод с ней или приблизить принцессу Конде настолько, что

последняя приобретет решающее влияние при дворе. В случае смерти Генриха Мария

Медичи становилась правительницей Франции до совершеннолетия ее сына Людови-

188

100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ



РАВАЛЬЯК

ка XIII, которому тогда было всего девять лет. Фактическая власть в таком случае

досталась бы супругам Кончини, которые имели огромное влияние на Марию Медичи

(так оно и произошло впоследствии, хотя герцог д'Эпернон в первые дни после

смерти Генриха IV также стремился прибрать к своим рукам бразды правления).

В январе 1611 года Жаклин д'Эскоман вышла из монастыря и попыталась опять

вывести заговорщиков на чистую воду. Ее снова бросили в тюрьму и предали суду.

Однако этот процесс принял нежелательное для властей направление. Слуга Шарлотты

дю Тилли (которая была близка к маркизе де Верней и находилась в придворном

штате королевы) показал, что не раз встречал Равальяка у своей госпожи. Это

подтверждало свидетельство д'Эскоман, также служившей некоторое время у дю

Тилли, которой ее рекомендовала маркиза де Верней. Судебное следствие срочно

прервали, "учитывая достоинство обвиняемых". Президент суда был заменен

ставленником двора. Несмотря на давление со стороны правительства, требовавшего

вынести смертный приговор Жаклин д'Эскоман за лжесвидетельство, голоса судей

разделились поровну. Подсудимая была приговорена к вечному тюремному

заключению...

Ее продолжали держать за решеткой и после падения Марии Медичи (1617): так

опасались показаний этой "лжесвидетельницы".

Генрих IV

189

Жаклин д'Эскоман утверждала, что заговорщики поддерживали связь с мадридским



двором. Об этом же сообщал в своих мемуарах Пьер де Жарден, именовавшийся

капитаном Лагардом.

Они были написаны в Бастилии, куда Лагард был заключен в 1616 году. Он вышел на

свободу после окончания правления Марии Медичи. О связях заговорщиков Лагард

узнал, находясь на юге Италии, откуда энергичный испанский вице-король граф

Фуэнтос руководил тайной войной против Франции. Лагард, приехав в Париж, сумел

предупредить Генриха о готовившемся покушении, но король не принял никаких мер

предосторожности. В мемуарах Лагарда имеются не очень правдоподобные детали -

вроде того, будто он видел Равальяка в Неаполе, куда ангулемец привез письма от

герцога д'Эпернона.

Показания Жаклин д'Эскоман были опубликованы в правление Марии Медичи, когда она

боролась с мятежом крупных вельмож и хотела обратить против них народный гнев.

Характерно, что эти показания не компрометировали королеву-мать. Мемуары Лагарда

были написаны после падения Марии Медичи и явно имели целью очернить королеву и

ее союзника герцога д'Эпернона. Таким образом, оба эти свидетельства могут

внушать известные подозрения. Вполне возможно, что Генрих IV пал жертвой

"испанского заговора", в котором участвовали какие-то другие лица. В пользу

этого предположения говорят слухи об убийстве французского короля,

распространившиеся за рубежом еще за несколько дней до 14 мая, когда быд убит

король, а также то, что из государственных архивов Испании кто-то изъял важные

документы, относившиеся к периоду от конца апреля и до 1 июля 1610 года. О том,

что французский король пал жертвой заговора, руководимого испанцами,

впоследствии говорили такие осведомленные лица, как герцог Сюлли, друг и первый

министр Генриха IV, а также кардинал Ришелье.

В дальнейшем супругам Кончини эти подозрения вышли боком. Остается лишь отдать

должное Равальяку, который даже под пыткой не выдал никого из своих сподвижников

и унес свою тайну в могилу. Наверное, орден иезуитов и впрямь владел какими-то

секретами, которых люди боялись даже больше, чем смертной казни на колесе...

ВОРЁНОК - СЫН МАРИНЫ МНИШЕК

Москва цепенела в страхе. Кровь лилася; в темницах, в монастырях стенали

жертвы. .

Карамзин


Некоторые ученые утверждают, что время от времени на нашу планету опускается

некое время пасионарий, вызванное либо пятнами на Солнце, либо невесть каким

звездным излучением, и тот участок планеты, который оказывается ему подвержен,

испытывает период политической нестабильности, подвергается катастрофам,

социальным катаклизмам, пандемиям и прочим кошмарам. Порой кажется, что

территория России особенно часто оказывается объектом внимания этих

пасионапастей.

Чаще всего за потрясениями такого рода следовали важные изменения в

политическом, общественном и нравственном строе той страны, которая их

испытывала. Впрочем, смутная эпоха на Руси ничего не изменила, не внесла ничего

нового в государственный механизм, в государственный строй, в быт общественной

жизни, в нравы и стремления; ничего такого, что направило бы течение русской

жизни на новый путь, в благоприятном или неблагоприятном для нее смысле.

Страшная встряска перебаламутила все, принесла народу неисчислимые бедствия; не

так скоро можно было поправиться после того Руси...

Центральными фигурами смутного времени была польская красавица Марина Мнишек и

два ее мужа, один из которых выдавал себя за русского царя Димитрия, а когда его

растерзали до неузнаваемости возмущенные его бездарным правлением московские

жители, то явился и второй претендент на его место. Он тоже назвался Димитрием.

Хотя Марина могла давно удалиться в Польшу, ей очень хотелось оставаться русской

царицей. Да и не просто так она оказалась на троне - ее правление и брак с

Лжедимитрием - все это были последствия польской агрессии против России.

Впрочем, и Лжедимитрий был парень хоть куда Марина разделила с ним ложе и вскоре

зачала ребенка, прозванного народом еще во чреве матери "воренком". Правда,

ребенок не был виноват, что его папашу звали "вором" В те времена так на Руси

называли не только представителей криминальных структур, а вообще всех

злоумышленников, бунтовщиков, экстремистов. Первый Лжедимитрий был про-

ВОРЁНОК - СЫН МАРИНЫ МНИШЕК 191

зван Тушинским вором (за то, что ставка его была в подмосковном Тушине), второй

- Калужским вором, за то, что правил Русью из Калуги.

Там его и настигла смерть от руки татарского княжича. Татарин отсек ему голову и

отомстил за своего отца, так называемого "касимовского царя", татарского князя,

убитого "вором". Впрочем, сделал он гораздо большее - открыл путь к престолу

первому царю из династии Романовых - Михаилу Федоровичу. Полякам некого было

больше предложить на российский престол. Плюс ко всему ополчение Минина и

Пожарского сыграло не последнюю роль в изгнании поляков.

Но в тот момент в Калуге весь народ возмутился. "Бить всех татар", - кричали

калужане. Марина, которая должна была вот-вот родить, с боярами отправилась в

санях за обезглавленным телом мужа и привезла его в город. Ночью, схватив факел,

Марина бегала с обнаженной грудью посреди толпы, вопила, рвала на себе одежду,

волосы, и, заметив, что калужане не слишком чувствительно принимают ее горе,

обратилась к донским казакам, умоляя их о мщении. Командовал ими некто Иван

Заруцкий, неравнодушный к Марине. Он воодушевил своих казаков; они напали на

татар, которых встретили в Калуге, и до двухсот человек убили.

Через несколько дней Марина родила сына, которого назвали Иваном. Она

потребовала, чтобы армия и народ присягнули ему как законному наследнику. Но

поспешивший к ней по ее письменной просьбе Ян Сапега с войском не смог взять

Калуги. Уберегли свой город калужане. Не любили они Марину, колдуньей ее в

народе прозвали...

Смерть "вора" стала переломным моментом в смутной эпохе и была событием,

неблагоприятным для польского короля Сигизмунда. Королем были недовольны все

противоборствующие стороны. Теперь у Сигизмунда не стало такого серьезного

соперника, как Дмитрий, и все недовольные поляками соединились, воодушевленные

одной мыслью - освободить Русскую землю от иноземцев.

Для Марины Мнишек началась полная приключений жизнь в стане казацкой вольницы,

там, в шатре агамана, нашел свои первые игрушки ее ребенок, трехлетний мальчик,

которого Заруцкий со товарищи, не долго думая, провозгласили царем. Однако

всерьез эту кандидатуру, кроме казаков, никто не рассматривал.

В октябре 1612 года Москва была освобождена от польских войск. 11 июля 1613 года

Михаил Федорович венчался на царство. Дмитрий Михайлович Пожарский был пожалован

боярином; Минин получил

192


100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ

ВОРЁНОК - СЫН МАРИНЫ МНИШЕК

193

звание думного дворянина. Но более их и более всех был награжден Димитрий



Тимофеевич Трубецкой, бывший боярин "тушинского вора", сподвижник Заруцкого. Он

не только сохранил при законном царе сан, пожалованный ему "вором", но еще

получил во время безгосудар-ное от великого земского собора Вагу, богатую

область, которая была некогда у Годунова и Шуйских. И государь, еще не твердый в

своей власти, утвердил ее за ним в награду за его великие подвиги и пользу,

оказанную земле Русской.

Тем не менее смута, которая поднимала голову на юге государства, не могла не

волновать нового государя. Разбойничье отребье со всей Руси стекалось к

Лебедяни, где разбил свой стан Ивашка Заруцкий. Поддерживал Ивашку и народ

черкасов.

На подавление восстания царь назначил князя Ивана Никитича Одоевского. Ему было

велено помогать воеводам городов - Михайлова, Зарайска, Ельца, Брянска, а также

Суздаля и Владимира. Послали сборщиков собирать нетчиков,.детей боярских, в

Рязань, Тарусу, Алексин, Тулу и другие города. В конце апреля 1613 года

Одоевский с собранными силами двинулся к Лебедяни. Заруцкий со своими черкасами

ушел к Воронежу. Одоевский погнался за ним, и под Воронежем, в конце мая,

произошел между ними бой, который длился целых два дня. Заруцкий был разбит.

Взяли у него обоз, коши, знамена. Заруцкий убежал за Дон, к Медведице.

Одоевский воротился в Тулу, решив, что дело сделано. Но весной следующего года

Заруцкий очутился в Астрахани и там себе нашел убежище. Осенью он утвердился в

этом городе*.

У Заруцкого были далеко идущие планы; он задумал накликать на Русь силы

персидского шаха Аббаса, втянуть в дело Турцию, поднять юртовских татар, ногаев,

волжских казаков, стянуть к себе все бродячие шайки Московского Государства и со

всеми идти вверх по Волге, покорять своей власти города. При крайнем недостатке

средств, необходимых для защиты, при общем обнищании государства он имел большие

шансы на успех. Вскоре Заруцкий захватил приволжские рыбные угодья и промыслы и

обратил их доходы в свою пользу, лишив, таким образом, Московское Государство

этого источника. Астраханский воевода Иван Хворостинин воспротивился было

заводимой смуте, но Заруцкий убил его, перебил с ним вместе многих лучших людей.

Овладев Астраханью, он освободил содержавшегося в тюрьме ногайского князя Джан-

Арслана, врага начальствовавшего над юртовскими татарами Иштерека. Последний

признал уже избранного Русью царя и отправил своего мурзу бить ему челом, как

вдруг Заруцкий послал против него татар джан-арслановых и воров своих, и они

сказали ему: "Весь христианский мир провозгласил государем сына царя Димитрия.

Служи и ты, дай подписку, дай сына своего аманатом, да смотри не хитри, не веди

с нами пестрых речей, не то - мы подвинем на тебя Джан-Арслана с семиродцами,

твоими врагами, и пойдем сами на тебя". Взяв у татар заложников, Заруцкий теперь

располагал и внушительными союзниками. Он требовал от астраханцев присягнуть

ему.


"Перед зимним Николиным днем Заруцкий, постоянно находившийся в Каменном городе,

послал на посад казака Тимофея Чулкова с грамотой и велел всяких чинов людям

прикладывать руки, но никому не дозволил посмотреть в грамоту; астраханские попы

и дьяконы подписывались, а за ними прикладывали руки безграмотные миряне, и

никто не знал, к чему пристают они все. Тех, которые противились или после

показывали свое нерасположение к Заруцкому, хватали

Марина Мнишек

* Есть подозрение, что он называл себя царем Димитрием. По-видимому, ему под

этим именем писались и подавались челобитные, хотя, конечно, все должны были

знать, что он Заруцкий, лицо чересчур известное по всей Руси. Челобитные эти

писались не на одно его имя, рядом с его именем были и обращения к государыне

царице, великой княгине Марине Юрьевне, и государю царевичу, великому князю

Ивану Димитриевичу. Но, быть может, эти челобитные писаны еще прежде к тому

"вору", который прежде прибытия в Астрахань Заруцкого назывался Димитрием и

которого судьба неизвестна.

7 Б 132


194

100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ

ВОРЁНОК - СЫН МАРИНЫ МНИШЕК

195


ночью, мучили огнем и бросали в воду. Каждый день кого-нибудь казнили; кровь

лилась. Зато каждый день Марина думала о возможности внезапного восстания.

Она не велела звонить рано к заутрени, как будто для того, что ее сын полошится

от звона. Это у ней делалось оттого - как пояснил один из убежавших астраханцев

- что она боялась "приходу". Заруц-кий отправил посольство к шаху* и отдавал

Персии в подданство Астрахань: этим он думал втянуть Персию с Московским

Государством в войну. Посланы были "прелестные" письма к волжским казакам и к

донским. Донские решились оставаться в верности избранному, по желанию казаков

наравне с земскими людьми, московскому царю, но между волжскими, состоявшими из

сброда разных беглецов, живших станицами по берегам Волги, ниже истребленного

тогда Саратова, и по волжским притокам, произошло разделение: люди молодые

увлеклись "прелестью" и готовились весной идти вверх по Волге до Самары. "Нам, -

говорили они, - куда ни идти, лишь бы зипуны наживать".

Двое волжских атаманов, Неупокой-Карга и Караулко, находились в Астрахани у

Заруцкого, и оттуда волновали своих собратий на Волге. Были из волжских атаманов

и такие, что не хотели идти с Заруцким, но обманывали его: надеялись выманить у

"вора" жалованье и дожидались прихода персидских судов.

Зима подходила к концу. В Московском Государстве принимались меры к подавлению

воровства. Царь поручил очищение Астрахани боярину князю Ивану Никитичу

Одоевскому; товарищем ему дан был окольничий Семен Васильевич Головин, некогда

шурин и сподвижник Скопина; дьяком у них был Юдин. В марте они отправились в

Казань собирать войско.

Тем временем царь послал письма Заруцкому, обещая ему полное прощение в случае

прекращения бунта. Однако авантюрист решился играть до конца.

Подозревая, что Заруцкий собирается учинить расправу с безоружным населением,

астраханцы решили упредить его и подняли бунт против самозванца. Юртовские

татары, как только узнали, что астраханцы отпали от воровства, да к тому же

услыхали, что с верху под Астрахань идет царская рать, - сами отпали от

Заруцкого и изрубили присланных им трех человек. Из Астрахани, в первый день

усобицы, убежал стрелец Никита Коробин с восемнадцатью товарищами в Самару и дал

знать Одоевскому. Воевода тотчас отправил под Астрахань

* Посланы были Иван Хохлов, Яков Гладков, Богдан Некрачеев-Караган

на судах отряд стрельцов, приказав им идти днем и ночью, а сам намеревался

выступить за ними.

Тем временем против Заруцкого выступили и другие силы, в частности, отряд

Хохлова из Терка, который рассеял остатки "воровского" войска. Заруцкий с

Мариной и ребенком бежали, некоторое время они на двух стругах прятались в

камышах. Но про это узнали рыбаки и сообщили властям.

Стрельцы осадили казаков; те никак не ожидали гостей, не приготовились их

встретить, и, увидев, что деваться некуда, на другой же день "связали Заруцкого

и Маринку с сыном и каким-то чернецом Николаем, отдали их стрелецким головам, а

сами объявили, что бьют челом и целуют крест царю Михаилу Феодоровичу. Взяли

также захваченных Заруцким и находившихся у него в атаманах детей ногайского

князя Иштерека и мурзу Джан-Арслана. Только атаманы, Тренка Ус да Вирзига, ушли

как-то и несколько времени занимались разбоями, но уже не во имя воровских

властей".

6 июля пленников привезли в Астрахань. Казаки, бывшие "в воровском деле,

целовали крест царю Михаилу". Держать Заруцкого и Марину оказалось опасным в

Астрахани, чтобы не произошло смуты. 13 июля Одоевский отправил их в Казань.

Заруцкого провожал стрелецкий голова Баим Голчин. С ним для бережья было 130

стрельцов и 100 астраханцев. Маринку с сыном провожал другой стрелецкий голова,

Михайло Словцов: с ним было пятьсот человек стрельцов самарских. В наказе,

данном им, было сказано так:

"Михаилу и Баиму везти Марину с сыном и Ивашка Заруцкого с великим береженьем,

скованных, и станом ставиться осторожливо, чтобы на них воровские люди безвестно

не пришли. А будет на них прийдут откуда воровские люди, а им будет они в силу,

и Михаилу и Баиму - Марину с "ворёнком" и Ивашку Заруцкого побити до смерти,

чтоб их воры живых не отбили".

В таком виде их привезли в Казань, а оттуда, по царскому указу, в таком,

конечно, виде прибыла Марина в ту самую Москву, куда с таким великолепием

въезжала когда-то в первый раз в жизни, надеясь там царствовать и принимать

поклонения.

Вскоре после того за Серпуховскими воротами народ наблюдал последнюю сцену своей

многолетней трагедии.

Заруцкого посадили на кол.

Четырехлетнего сына Марины казнили - его публично повесили.

О дальнейшей судьбе Марины Мнишек говорят различно. Польские историки

утверждают, что ее умертвили. Русские, напротив,

196

100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ



ВОРЁНОК - СЫН МАРИНЫ МНИШЕК

197


сообщали полякам при размене пленных, что "Маринка умерла в Москве в тюрьме от

болезни и от тоски по своей воле". Неизвестно, какие кары и проклятия шептала в

своей темнице мать, пережившая столь чудовищное горе. Надеемся, что небеса

сжалились над ней, послав скорую кончину. "Нам и надобно было, чтоб она была

жива, для обличения неправд ваших", - говорил полякам в конце 1614 года

Желябужский. Скорее всего, власти готовили еще какой-нибудь шумный процесс.


Каталог: download
download -> Объект исследования
download -> Выпускных квалификационных работ
download -> Выпускных квалификационных работ
download -> Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, изучающих курс «Концепции современного естествознания»
download -> Пояснительная записка 4 1 Цели и задачи реализации основной образовательной программы основного общего образования 4
download -> Проект концепция образования детей с ограниченными возможностями здоровья
download -> Программа формирования универсальных учебных действий у обучающихся на ступени начального общего образования
download -> Старший воспитатель


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   57


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница