Спутник классного руководителя №7-2011



Скачать 141.5 Kb.
Дата24.04.2016
Размер141.5 Kb.
Спутник классного руководителя № 7-2011

О случаях жесткого обращения с детьми регулярно говорят средства массовой информации. Однако семейное насилие бывает не только физическим, ребенка можно унизить морально - оскорблениями, угрозами, эмоционально холодным отношением. Казалось бы, психическое насилие не так страшно, как физическое, но его последствия для ребенка могут быть очень серьезными, а порой - необратимыми.

Т.В. Панкова,

психолог, психоаналитически-ориентированный

психотерапевт, автор и ведущий сертификационных программ по детской психотерапии,

автор научно-популярных публикаций по детской

и семейной психологии;

О. Г. Калина,

психолог, канд. психол. наук, доц. каф. Клинической

психологии и психотерапии Московского городского психолого-педагогического университета, специалист высшей категории отдела психоэмоциональной

коррекции и реабилитации ЦППРиК «Строгино»
Видимое и «незаметное» насилие в семье
Насилие видимое и невидимое
Насилие бывает видимым (физическим, очевидным) и невидимым (скрытым, психическим). Физическое, видимое насилие легче идентифицировать, побои - это вполне реальный факт, ребенку о нем проще рассказать, да и родители легче признаются в "физических наказаниях", порой их самих гнетет факт их "несдержанности", а иногда они не считают это предосудительным и не скрывают. Формально поводом для оскорблений или акта насилия может быть любой проступок ребенка: от самых мелких, вроде невыполненного домашнего задания, до более значительных, например, случая кражи в школе. Часто наказание объективно не соответствует тому поводу, по которому оно применяется к ребенку. Со стороны это выглядит так, будто родителю просто нужен рациональный повод, чтобы выместить свое раздражение, гнев на ребенке.

Насилие может принимать более изощренную и неявную, невидимую форму, связанную с систематическим нарушением родителем границ ребенка, не только физических, но и личностных, психологических. Мать, которая сама моет ребенка в ванной, хотя ему уже 10 лет, нарушает главное правило: "Тело подростка принадлежит только ему"! Или родители, которые выворачивают содержимое сыновнего портфеля в поиске сигарет или "чего похуже", также грубо вторгаются в мир своего отпрыска, хотя и руководствуются заботой. Чтение личного дневника, запреты на дружбу с "неугодными" сверстниками, слишком длительные и слишком частые физические ласки, поцелуи в губы, постоянное вождение за руку, совместное посещение дискотек, переодевание на глазах ребенка, запрет запираться в ванной, полупрозрачные двери в спальне или в туалете, посвящение ребенка во все взрослые подробности своей личной жизни... Все это - индикаторы спутанной семейной атмосферы, в которой ребенку так трудно обрести свою личность и независимость.



Учителям также следует быть внимательными к своим поступкам: можно ли требовать, например, отдать записку, которая адресована другому человеку, и, более того, прилюдно ее зачитать?
Женщина, помня о пренебрежении к ней собственной матери, стала строить со своей дочерью такие любовно-контролирующие отношения, что 15-летней девочке было очень тяжело выносить эту смесь нежной заботы и вездесущего контроля и подавления. Мать все еще провожала дочь в школу, часто ведя за руку, отчего той было неловко перед одноклассниками; все время приводила ей в поучение свой негативный жизненный опыт, в тревоге, что с ней случится то же самое, если она хоть на секунду выйдет из-под опеки матери, в чем-то не послушается ее. Это было похоже на программу: "с тобой неминуемо должны случиться те же беды, что и со мной". Девочку мучили апокалиптические фантазии и суицидальные мысли, она наносила себе самоповреждения и делала множественный пирсинг.

Другая мама все время вспоминала при 10-летнем сыне о своем слабом здоровье, говоря, что от его поведения у нее откажут почки, и она умрет. Причем "плохим поведением" считалось все, что хоть как-то ее могло огорчить. Например, невежливость или малейшее проявление его недовольства или гнева. В результате мальчик испытывал огромную психологическую нагрузку, изо всех своих детских сил пытаясь "неубить случайно маму".

Еще в одной семье отчим слишком рьяно взялся за воспитание старшей дочери, которая в тот период переживала потерю внимания матери (та в новом браке родила ребенка). Отчим, пытаясь обрести авторитет у 10-летней девочки, действовал гестаповскими методами, пресекая "детские пороки" -лень, невоспитанность, несобранность. Девочка приходила в ужас, когда мужчина, разъяренный фактом забытой не в том месте тетрадки, замахивался на нее. Приглашенная для беседы с психологом мать выслушала историю девочки с волнением и согласилась с тем, что дочь нужно поддерживать, защищать. Но потом запретила девочке подходить к специалисту, убедив ее в том, что "психолог гипнотизирует детей и внушает им плохие мысли". Сама же не отвечала на телефонные звонки, а классному руководителю говорила, что у них "все в порядке".
Насилие реальное и фантазийное
Когда ребенок говорит о насилии, которому нет свидетельств, разобраться в ситуации нелегко. Сообщение ребенка, скорее всего, взволнует того взрослого, которого он выберет для доверительной беседы. И весьма вероятно, что возникнет желание "немедленно спасать бедного ребенка от опасности". И также вероятно, что в противовес этому желанию возникнут сомнения: а правда ли это? Действительно ли имело место насилие, или же ребенок выдумал историю от начала до конца с какой-то целью? Может быть, он сердит на кого-то из взрослых и хочет отомстить? Может, он просто что-то не так понял в действиях взрослого? Может, украсил подробностями вполне допустимую воспитательную сцену так, что она превратилась в сцену насилия? А может, он и сам верит в свою собственную фантазию про какое-то насилие, не происходившее в действительности?

Надо быть очень внимательным и осторожным в такой ситуации. Если ребенок выдает фантазию за действительность - взрослый поверенный должен поговорить с ребенком по душам и направить к психологу, чтобы тот помог ему преодолеть фантазии.

Но что, если ребенок нашел в себе силы рассказать о событии, которое его действительно мучает, а взрослый не поверил? Тогда ситуация усугубится: мало того, что ребенок не может надеяться на понимание, его еще начинают дополнительно обвинять во лжи и клевете.

Можно вспомнить о том, какую бурю общественного негодования вызвало введение в России ювенальной юстиции. В метро висели листовки такого содержания: "Ювенальная юстиция подрывает моральные устои семьи! Дети будут клеветать на собственных родителей!.. Родители лишатся авторитета в глазах детей!" Даже собирали подписи против ювенальной юстиции. Почему взрослые испытали страх перед фактом, что ребенок будет иметь юридически подтвержденные права, за соблюдением которых сможет проследить государство? Быть может, многие родители боятся, что их дети подадут на них в суд за плохое обращение? Что это, тревога за свою безопасность? Или у этих мам и пап нет доверительных отношений со своими детьми, и их авторитет строится в основном на власти или на манипулировании ребенком? Или эти родители не умеют признавать и обсуждать свои ошибки?


Семьи, где случается насилие
Жестокому обращению ребенок может подвергаться со стороны родителей и любого члена семьи, кто обладает над ним властью. Если насилие исходит от отца, то обычно с молчаливого согласия матери: она чаще всего сама подчиняется безграничной власти мужа, как бы отдавая ребенка в жертву тирану. У таких женщин на глазах словно шторы, которые не позволяют им видеть и осознавать происходящее с их детьми: тревожные сигналы игнорируются, мать не замечает подавленного состояния детей, не верит их словам о жестокости другого родителя, считая это фантазиями (особенно, если речь идет о сексуальном насилии), не придает значения даже следам побоев на теле ребенка. Или же мать оправдывает поведение отца, утверждая, что таким образом он "заботится" об этих "несносных" детях, пытается их поркой "уберечь от беды", к которой их несомненно приведет "порочное" поведение. И делает он это потому, что "по-другому они не понимают". И даже может сама настаивать, чтобы отец физически наказывал "провинившегося" ребенка.

12-летний мальчик попал к психологу после того, как, получив двойку, взобрался на подоконник и пообещал выброситься в окно, если оценка будет выставлена в журнал. Объяснял он это тем, что за двойку ему так влетит от отца, что лучше уж сразу умереть. Разговор с мамой свелся к тому, что "да, действительно, отец его сурово наказывает за двойки, но что я могу поделать, я ведь не работаю, я не могу ему слова поперек сказать, а то вся жизнь рухнет, зато вот за пятерки он ему по 100 рублей дает, только не вызывайте отца в школу, он все равно не придет".
Так происходит "соучастие в насилии", когда близкие люди, зная о факте физического, психологического и особенно сексуального насилия, не придают ему значения и не желают огласки. "Борьба со злом" рушит будничный уклад жизни, вызывает страх самим пострадать или лишиться каких-то благ, требует сил. Возникает необходимость что-то менять, пересматривать свои отношения с агрессором, рискуя их разрушить - а это так трудно. Как говорится, "знакомый черт милее незнакомого святого". Теперь единственный, кто страдает, - это жертва. Но так ли это важно для ребенка, думают родители, он все забудет через пять минут, он же несмышленый ребенок.

В фильме "Торжество" на пышном семейном празднике - 60-летии отца большого семейства - его взрослый сын начинает открывать страшные тайны о насилии в своем детстве. Но - агрессия в ответ обрушивается на него самого: его пытаются выгнать с праздника, обвиняют в безумии и фантазировании, высмеивают и стыдят, пытаются заставить извиниться за свои слова. И он действительно выглядит как бы безумцем среди этой милой публики - своих родных и близких.

Если насилие исходит от матери, то позиция отца в такой ситуации, как правило, пассивная. Либо он не живет с семьей, чему предшествовал болезненный разрыв. Материнское насилие - гремучая смесь вины, мести, триумфа и любви без границ.

В крайних случаях ребенок начинает получать от насилия удовольствие. Один мальчик говорил: "Правильно, что мама меня бьет", а мать потихоньку приходила в ужас оттого, что теперь ребенок как будто сам вынуждал ее поколотить его: это стало для него чем-то вроде наркотика, без которого он не мог жить. Получилась такая патологическая пара, в которой уже никто из ее участников не мог существовать друг без друга. И не было в семье третьего, мужчины, чтобы помочь перестроить эти страшные отношения.

Властная мать может ставить очень благородные воспитательные цели относительно ребенка-мальчика: "хочу, чтобы он стал настоящим мужчиной", "чтобы был самостоятельным и ответственным". Для достижения этих целей она может критиковать его за "не мужское поведение" и применять физические наказания, показывая, что он не таков, каким она могла бы его любить. Мать начинает считать, что сын "весь в отца", унаследовал его недостатки. Единственным способом добиться от ребенка соответствия своим требованиям мать считает необходимость "выбить из него дурь". Такое воспитание мальчика может потом отразиться на его мужественности: он будет ее лишен.

В одной семье мать и старшая сестра "воспитывали" мальчика, пытаясь добиться от него проявления позитивных мужских качеств. Воспитывали с помощью постоянных упреков, оскорблений и высмеивания. Мальчик вел себя все хуже с каждым годом взросления, жалобы от учителей сыпались градом. В ответ дома ему доставалось все больше "воспитательных воздействий". В 13 лет он попался на школьной краже. Отца в этой семье не было. Сын внешне напоминал матери ее бывшего мужа, которого она ненавидела. И мальчик настолько вжился в свою роль, что ни с кем из взрослых не мог уже наладить позитивного контакта. Конечно, ребенок никому не доверял и не показывал своих слез, ни у кого не просил помощи и поддержки. Он вел себя так, будто он на войне, а все вокруг него - враги. Учителя же видели лишь "плохое поведение", "испорченность", и действовали с помощью угроз и взываний к совести.
Когда взрослый начинает применять насилие, это, прежде всего, говорит о том, что он не знает или забывает о существовании физических и психических границ между ним и ребенком. Родитель относится к ребенку так, будто это вещь, принадлежащая ему, либо какая-то дополнительная часть его собственного тела, забывает, что ребенок - это отдельная личность со своими желаниями и чувствами, а не "объект воздействия", от которого нужно добиться правильного поведения. Такая позиция родителя препятствует взрослению ребенка, обретению им собственной целостности, идентичности. Часто родителям кажется, что сын или дочь способны соблюдать правила только из страха, и - прибегают к насилию.
В одной семье было введено такое правило - если 10-летний ребенок не убирал вовремя свою вещь, отец мог вышвырнуть ее в окно, а потом жестко отругать сына за пролитые над разбитой вещью слезы. В объяснениях отца была четкая логика. Не было только сочувствия и человечности.
Когда родители обсуждают с психологом проблему физических наказаний, многим из них даже не приходит в голову, что это может значить для ребенка, какие чувства может вызывать у него. Для многих родителей является открытием, что своим "плохим" поведением ребенок что-то сообщает им, только по-своему, с помощью поступков, а не слов.

Откуда же берутся родители, проявляющие жестокость по отношению к своим детям? Да ведь это те самые люди, которых в их собственном детстве не уважали, нарушали их права, не любили, а семейные нормы и ценности были искажены. Они выросли и, не отдавая себе в этом отчета, повторяют вновь и вновь ту же патологическую схему взаимоотношений.

Ребенок может вызывать разные чувства, и не обязательно всегда позитивные. И если взрослые будут стараться понять, откуда у них берутся негативные чувства по отношению к детям, они сделают огромный шаг к исправлению ситуации. Но если нет - когда-нибудь они не смогут сдержаться и нарушат границу.
Последствия злоупотребления в отношении ребенка
Что чувствует ребенок, которого бьют самые близкие и любимые люди? Страх, отчаяние, ненависть, гнев, безысходность, вину, стыд, одиночество, бессилие. Ребенок, ставший жертвой насилия, никогда уже не будет прежним, даже если все осталось в прошлом. Насилие навсегда оставляет раны в душе. Чтобы облегчить душевную боль, некоторые дети стараются забыть не сами жестокие события, а только те чувства, которые с ними связаны. Но в итоге ребенок может стать бесчувственным и эмоционально закрытым, ведь если воспоминание о плохом осталось, а сопровождающих его страха, гнева, унижения, стыда больше нет в сознании, то человек становится неспособным сопереживать другим людям. "Раз я ничего не чувствую, почему другие должны иметь чувство?" Другой способ забывания - это "вычеркивание" из сознания самих событий. Теперь человека не беспокоят воспоминания. Его беспокоит их отсутствие. Провалы в истории, неспособность воспринимать свою жизнь как непрерывную череду событий, невозможность вспоминать прошлое - все это может быть косвенным признаком психической травмы в результате насилия.

Еще один способ справиться с чувствами, возникшими в результате насилия, - это "передать" их другим. Психика ребенка совершает "кувырок" - он начинает ощущать себя не жертвой, а самим агрессором, как бы "меняясь ме-стами" со своим мучителем. И он направляет агрессию на внешний мир, заставляет страдать других. Ему становится легче - страдает не он, а кто-то другой. И ребенок ломает и уничтожает вещи, мучает животных, бьет других детей, обзывает и унижает их, грубит учителям. Исследователи-психологи выяснили и еще один факт. Люди, подвергающиеся насилию, и особенно дети, как бы впускают агрессора в свой внутренний душевный мир. Насилие настолько сильно воздействует, что ломает психологические защиты индивида. Жертв преследуют кошмарные сновидения, мучают мысли о собственной никчемности, постоянно звучит тема самообвинений, часто возникают желания причинить себе боль - повредить свое тело, совершить суицид, они страдают от депрессий. Пережившие насилие чаще других становятся жертвами нового насилия, словно "притягивая" к себе неприятности, проявляют рискованное поведение, втягиваются в разрушительные пагубные привычки - злоупотребление алкоголем, наркотиками, компульсивное переедание. Жертвы сексуального злоупотребления часто оказываются втянуты в проституцию.

Опасность насилия заключается также в возникновении психологического явления, получившем название "стокгольмский синдром" (в 1973 г. в Стокгольме, при освобождении заложников вдруг обнаружилось, что они вступили в союз со своими захватчиками, стали поддерживать и оправдывать, несмотря на их жестокость). Механизм срабатывает сам собой - жертва, чувствуя вначале бессилие, полную зависимость и ужас, постепенно начинает "подключаться" к своему мучителю, принимая его позицию и методы как правильные и хорошие, тем самым приспосабливаясь к агрессору и снижая степень своего страха и беспомощности. Теперь жертва "в сговоре" с агрессором и направит свой гнев на тех, кто будет пытаться ее освободить от гнета мучителя. То же самое может происходить и в семье, это явление называется "бытовой стокгольмский синдром". Так, жертвы насилия впоследствии могут быть "соучастниками" жестокости, которую совершают другие. Например, ребенок может найти себе агрессивного "друга", чтобы под его защитой наблюдать, как тот бьет других.
Как быть?
Парадоксально, но наше общество проявляет терпимость к насилию. Людей возмущает жестокость фильмов и телепередач, насилие в целом - как некий феномен человеческого существования. В то же время люди редко вступают в борьбу с повседневным бытовым насилием и задумываются о собственном поведении по отношению к близким.

Стереотипы рисуют портрет агрессора - маньяк с отталкивающей внешностью, грязный и подозрительный. Но в реальной жизни насилие может осуществлять любой, даже самый милый и обходительный с посторонними человек. Что же касается сексуального насилия, то в подавляющем числе случаев - это "домашнее" насилие, т. е. совершаемое ближайшими членами семьи.

Кому может пожаловаться ребенок, если его права на физическую и психологическую безопасность нарушаются самыми близкими людьми, от которых он полностью зависит? Почти все дети, которых бьют, ощущают чувство вины, страха и ненависти, а часто и стыда. Как тут жаловаться, если чаще всего человек, применяющий физическую силу к ребенку, налагает запрет на раскрытие тайны? Причем запретить "выносить сор из избы" можно с помощью и простого запугивания: "будешь жаловаться - еще получишь!", и более тонких манипуляций. Например, раскаяние, которое демонстрирует родитель после наказания, заставляет ребенка верить в то, что мама или папа просто не справляется со своими эмоциями. И он взваливает на себя ношу - заботится о чувствах своих родителей, давая им возможность "разрядки раздражения" на себе и прощая после слез раскаяния, подтверждая, что он любит своих родителей даже такими "плохими", причинившими ему боль. И чувствует себя обязанным поддерживать сложившуюся ситуацию, не прося помощи у окружающих. Или же взрослый абсолютно уверен в своей правоте: то, что он делает с ребенком, - это "воспитание", "это ему на пользу", "для его же блага" и транслирует свою позицию окружающим (учителям, друзьям, самому ребенку), вынуждая их верить в то, что это неотъемлемая часть заботы о ребенке.

Есть мнение, что с человеком, подвергшимся насилию, будь то физическое, сексуальное или психологическое, лучше поменьше говорить об этом, самым правильным кажется - забыть и отвлечься на другие, позитивные темы. Это неверно. Страдающий ребенок остается наедине со своими переживаниями и убеждается во мнении, что факты жестокости и насилия настолько ужасны, что никто не в состоянии о них даже слышать, даже вслух говорить об этом нельзя, иначе все слишком испугаются и перестанут с ним иметь дело.

Наверное, каждый учитель хотя бы однажды сталкивался с такой ситуацией: ученик приходит в школу с синяками и ссадинами, и когда педагог интересуется, что произошло, ребенок признается, что его побил кто-то из родителей. Что делать учителю? Вызвать родителей в школу для серьезного разговора? "А имею ли я право вторгаться в семейные дела? А что, если я только усугублю ситуацию своим вмешательством? И ребенку влетит еще больше? Теперь уже за разглашение семейной тайны?" – теряется в сомнениях учитель. Идея о перевоспитании агрессивного родителя при помощи душеспасительной беседы -утопическая. Учителю не удастся справиться с этим в одиночку: слишком уж щепетильная и конфликтная ситуация. Да и разбушевавшийся родитель вряд ли согласится мирно разговаривать с учителем. Скорее в школу придет второй родитель и будет оправдывать супруга, объяснять, жаловаться, пытаться добиться сочувствия. В этом случае учителю нужно обратиться за помощью к другим школьным работникам - к психологу и социальному педагогу. Не помешает и помощь специалиста по защите прав ребенка. Психолог сможет выяснить причины* которые привели к насилию, предложить психологические способы работы с семьей и ребенком. Социальный педагог возьмет на себя правовую сторону вопроса. И вместе со специалистом по защите прав ребенка обеспечит, если понадобится, взаимодействие с представителями власти. Конечно, закон на стороне ребенка, который не может сам за себя постоять. Он защищает его права на безопасность. Однако трудностей на этом пути немало. Начиная с того, что в школе должности социального педагога и специалиста по правам ребенка зачастую заняты людьми, которые эти функции не выполняют. Да и администрация школы может проявить пассивность. Причины разные. Например, 11 -летний мальчик пришел в школу с кровоподтеками на руках. Признался, что отец побил его ремнем с пряжкой. Но мальчик - сын высокопоставленного чиновника, публичной персоны... А сколько еще родителей, покорно посещающих психолога, но ничего не собирающихся менять в отношениях с детьми? Выправлять опасную ситуацию должна команда специалистов под руководством директора школы.
Общероссийский детский телефон доверия 8-800-2000-122
В 2010г. Фондом поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, в рамках общенациональной информационной кампании по противодействию жестокому обращению с детьми был создан единый общероссийский номер детского телефона доверия 8-800-2000-122.

Любой ребенок, находящийся в сложной жизненной ситуации, может позвонить по этому номеру бесплатно и получить консультацию.

"Необходимость существования телефонной психологической помощи не вызывает сомнений. Фонд поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, направил свои усилия на то, чтобы данный вид помощи стал доступен детям и родителям во всех субъектах Российской Федерации. Единый федеральный номер детского телефона доверия заработал с 1 сентября 2010 г., - сообщила в ходе пресс-конференции зам. председателя правления Фонда Елена Куприянова. - Фонд приобрел номер и оплачивает телефонный трафик, а также организовал и профинансировал обучение телефонных консультантов и обеспечил рекламу телефона в федеральных СМИ. Такой проект реализуется в России впервые, и результаты деятельности стали видны сразу - консультанты психологических служб отмечают, что после подключения их к системе единого номера количество обращений увеличилось в 5-10 раз".

В настоящее время в 82 субъектах РФ работает 200 служб детского телефона доверия под единым общероссийским номером. За период с 1 сентября 2010 г. по 31 марта 2011 г. на телефон доверия поступило 396 563 обращения от детей и взрослых: более 210 тыс. звонков от детей, более 44 тыс. от родителей и более 141 тыс. от иных граждан (соседей, бабушек, учителей и воспитателей). Все обращения анонимны и бесплатны. Самыми актуальными проблемами являются сложности в отношениях детей со сверстниками (конфликты в школе, ссоры с друзьями, отсутствие друзей, первая любовь и др.) - около 45% звонков, и проблемы детско-родительских отношений (развод родителей, непонимание и др.) - около 35%. Около 3% поступающих звонков - о жестоком обращении с детьми в семье, в среде сверстников и о случаях сексуального насилия. Около 17% обращений касаются самых разных тем - от беременности до профориентации подростков.



Специалисты телефона доверия:

  • оказывают консультативную психологическую помощь детям и родителям, в т. ч. в случаях жестокого обращения и насилия, включая сексуальное, как в семье, так и вне ее;

  • осуществляют сбор сигналов о нарушении прав детей и передачу их в органы и учреждения по защите прав детей;

  • способствуют получению психологической помощи детьми и взрослыми, проживающими в отдаленных районах, в сельской местности, где затруднено обращение в стационарные службы.

Телефон доверия для детей - это:

  1. Оперативность. Если телефонная линия занята, звонок переадресуется на другой телефон, и вам обязательно ответят.

  2. Анонимность. Вы можете не называть свое имя, просто расскажите о своей проблеме.

  3. Бесплатность. Звонок с любого телефона - стационарного, мобильного, уличного - бесплатный для всех звонящих в любом регионе.

Работа телефонов доверия с единым общероссийским номером поддерживается Администрацией Президента РФ и Уполномоченным при Президенте РФ по правам ребенка.

Как преодолеть конфликты с одноклассниками
В любом коллективе, в т. ч. детском, формируются и закрепляются определенные нормы и ценности, которые в той или иной степени должны разделять все его участники. Групповые нормы - это определенные правила, выработанные группой, принятые большинством, и регулирующие взаимоотношения между членами группы. Группа либо поощряет своих членов, исполняющих ее требования (повышается уровень их эмоционального принятия, растет статус и т. д.) либо наказывает тех, чье поведение не соответствует нормам. Виды наказаний бойкот, снижение интенсивности общения с провинившимся, понижение его статуса, исключение из структуры коммуникативных связей и даже регулярные издевательства над подростком. Что могут сделать родители и ребенок, чтобы защитить себя?
Рекомендации родителям

  1. Следует заранее предупредить учителя об особенностях своего ребенка (заикание, необходимость принимать лекарства по часам, нервные тики и пр.) и самим не запускать такие проблемы - заболевания необходимо отслеживать и по возможности лечить.

  2. Если травля уже началась, можно пожаловаться классному руководителю или любому другому педагогу. Учитель постарается разобраться во взаимоотношениях детей, поговорит с обидчиками, если нужно - вызовет в школу их родителей и попросит провести воспитательную работу со своими детьми. Все претензии и жалобы желательно оформить письменно и направить их классному руководителю, администрации школы, в кабинет по защите прав несовершеннолетних; или обратиться лично. Не старайтесь справиться с ситуацией в одиночку, обязательно привлеките в союзники учителей, школьного психолога и других родителей.

  3. Задача родителей - обеспечить ребенка всем необходимым в соответствии с общими школьными требованиями. Если для уроков физкультуры требуется белая футболка, не предлагайте дочери или сыну розовую. Учителю это, может быть, и не важно, а одноклассники станут дразнить ребенка.

  4. Если ребенок регулярно становится жертвой издевательств со стороны одноклассников, то его нужно изъять из той среды, в которой он находится. Чтобы ребенок лучше адаптировался и преодолевал трудности, он должен сохранять позитивное представление о себе. Если насилие со стороны сверстников уже произошло, или начался процесс постоянного морального давления, издевательств, это означает, что психика ребенка либо слаба, либо имеет серьезные изъяны, которые срочно нужно исправлять. И только когда эта работа будет успешно выполнена, ребенка можно будет вернуть в реальную агрессивную среду. Выбор же, менять или не менять школу, зависит от конкретных обстоятельств: позиций обидчиков, наблюдателей, педагогов и пр.

Не надо бояться конфликтов со сверстниками - они неизбежны. Надо быть готовым к тому, что дети могут испытывать неприязнь к вашему ребенку или будут к нему равнодушны. Подготовьте его к тому, что не все окружающие будут его любить.
Правила психологической самообороны для школьников


  1. Не поддаваться на провокации. Ребенок должен уметь отказать сверстнику, если что-то ему неприятно, не нравится, или если его заставляют делать то, что не разрешают родители. Например, сыну запрещено выходить за пределы двора. Найдется ребенок, который поднимет на смех "маменькиного сыночка". Заранее обсудите с ребенком подобную ситуацию. С достоинством выйти из нее можно, сказав: "Мои родители очень волнуются за меня. Я дал слово не уходить со двора, а я свое слово всегда держу".

Нужно обязательно научить ребенка отстаивать свою позицию, уметь прогнозировать поступки других людей, отсекать провокации в их интонациях и действиях, отслеживать все значимые поведенческие моменты в коллективе, уметь различить манипуляцию, распознать ложь до того как он станет жертвой.

  1. Не дать застать себя врасплох. Действуйте по принципу: предупрежден - значит вооружен. Ребенка могут дразнить из-за внешности, фамилии и т. д. Обсудите это с сыном или дочерью заранее. Придумайте вместе всевозможные варианты дразнилок, тогда в исполнении других детей они прозвучат уже не так обидно.

  2. Уметь ответить. Ребенка надо "тренировать" дома, учить его, что сказать или сделать в той или иной ситуации. Во многих конфликтах важно, чтобы последнее слово осталось за ребенком. Это позволит ему "сохранить лицо" в неприятной ситуации и избежать дальнейших нападок. Нет ничего страшного в том, что родители с ребенком заранее придумают несколько ответов на обзывательства. Например, если дразнят "толстым", можно ответить тем же: "Сам такой!" или "А ты - скелет ходячий!" Или дать понять, что его это ни капельки не задевает: "И горжусь этим! Хорошего человека должно быть много! Ты не понимаешь, я не толстый - я солидный". Главное не что ребенок скажет, а как он это скажет. Лучшая защита - спокойная, насмешливая интонация.

  3. Менять тактику поведения. Разберите с ребенком типичный конфликт со сверстниками. Обычно он ведет себя по заданной окружающими схеме, каждое его действие предсказуемо - в этом особая радость для преследователей. Предложите ему в следующий раз на стандартную ситуацию отреагировать неожиданным для обидчиков образом и тем самым испортить им все удовольствие. Например, можно начать смеяться вместе с задирами.

5. Не быть пассивной жертвой. Сверстники часто испытывают товарища "на прочность". Приставать к ребенку обычно начинает кто-то один, а другие "подхватывают эстафету" позже. Дать отпор важно именно на первом этапе. Иногда полезно ответить обидчику тем же - грубостью на грубость, а иногда и ударом на удар. Например, отнимают вещи - не давай отнять, забери их силой. Защищай себя. Не начинай драку первым, но на удар ответь ударом, пусть неумелым, но дай понять, что с тобой не так просто справиться.
Но главной и самой надежной защитой для ребенка является чувство собственного достоинства и уверенность в себе. Родительская любовь и поддержка при этом - самые надежные союзники.

Подготовила Н. Бублик

О.В. Долгих,

учитель начальных классов МОУ "Кваркенская средняя общеобразовательная школа", с. Кваркено

Оренбургской обл.
Педагогический такт родителей
Педагогический такт - это соблюдение педагогом и родителями принципа меры в общении с детьми в самых разнообразных сферах деятельности, умение выбрать правильный подход к воспитанникам и быть осторожными, касаясь их внутренних состояний. По силе эмоций, по тревожности впечатлений, по чистоте и красоте волевых напряжений детская жизнь несравненно богаче жизни взрослых - вот почему так важно быть особенно чуткими и внимательными по отношению к подрастающему поколению.

В чем же проявляется педагогический такт? Прежде всего, в умении говорить с ребенком так, чтобы слово его не ранило, не оскорбляло, не обижало. К несчастью, с грубым, нечутким отношением к детям мы сталкиваемся во многих семьях.

"Грубое слово - отрицательный раздражитель. Оно сказывается на нервной системе человека и через нее отрицательно влияет почти на все органы и ткани. При этом в первую очередь страдают сердце и сосуды. Вот почему в ответ на неприятный разговор организм человека нередко реагирует резкими спазмами сосудов сердца и мозга. И, заметьте, раздражитель может действовать несколько минут, а реакция на него продолжается многие часы, даже дни!" - пишет лауреат Ленинской премии профессор Ф.Г. Углов.

Почему же родители, оберегая детей от инфекционных, простудных заболеваний, так жестоко относятся к состоянию их нервной системы?


Убирая со стола посуду, Нина задела локтем вазу. Ваза упала и разбилась.

Что я наделала? - в ужасе воскликнула девочка, с отчаянием глядя на осколки. Лицо матери, только что приветливо разговаривавшей с гостями, теперь выражало гнев.

Убирайся сейчас же вон! Такой растяпе здесь не место! - закричала она. Девочка со слезами выбежала из комнаты. Огорченные гости стали расходиться по домам.

Мне тоже очень жалко вазу... Я ведь не нарочно ее разбила, - всхлипывая, говорила Нина.



Было очень трудно успокоить девочку, найти оправдания ее маме. Но мама тоже нуждалась в утешении.

Сколько раз я давала себе слово, - говорила она, - не срываться, да еще в присутствии посторонних. И опять не получилось... Это ужасно!

У родителей очень часто не хватает элементарной выдержки, а потому бестактное, оскорбительное слово становится безобразной привычкой учить детей уму-разуму.

Грубые слова и бесконечные окрики плохо воспитывают. Задевая самолюбие, унижая человеческое достоинство, они только усложняют отношения взрослых и детей в семье, вызывают ответную грубость, внутреннее сопротивление требованиям старших, а значит, и новые конфликты, которые еще больше расшатывают нервную систему и детей, и взрослых, омрачают жизнь.

Наши советы будут полезны каждой семье, в которой хотят покончить с оскорбительными криками, бранью.
Рекомендации для родителей
Во-первых, попробуйте не говорить с ребенком сразу же после проступка.

Например, ваша дочь пришла с вечеринки не в 22.00, как вы просили, а за полночь. Конечно, за 2,5 ч ожидания все в семье разволновались. И если разговор о причине позднего возвращения начнется в возбужденном, нервном состоянии, то обязательно будет сказано много резких, обидных слов. Поэтому и переживания дочери сосредоточатся не на ее вине, а на обиде за эти оскорбления. Сгоряча нужный воспитательный разговор не получится.

Но если, открывая дверь, сказать дочери строгим и холодным тоном: "Завтра утром расскажешь, почему вовремя не пришла домой", - воспитательный эффект будет совсем другой.

Ожидание разговора взволнует ее, заставит задуматься над проступком, представить переживания родителей, принять решение больше так не поступать. Пусть дочь долго не заснет этой ночью, пусть "казнит" себя за то беспокойство, которое причинила родным. Это и будет самое эффективное наказание.

У родителей за ночь тоже пройдет первая вспышка гнева, и утром разговор состоится уже в другом тоне, будет иметь воспитательный характер.
Второй совет. Умейте выбрать место и время для серьезного разговора. Разговоры на ходу и у порога не дадут никакого эффекта.

Сын собирается на каток. Он уже в спортивном костюме и предвкушает удовольствие от встречи с друзьями на ледяной дорожке. В этот момент подходит отец и начинает расспрашивать о том, как прошел вчера в школе доклад о творчестве Репина. Мальчик отвечает нехотя, односложно. Отец обижен, раздражается. Сын уходит, хлопнув дверью. Разговор не получился. А кто виноват?

К дочке пришли подруги. Девочки о чем-то оживленно беседуют, смеются. Вдруг в комнату входит мать и, обращаясь к дочери, говорит: "Лена, как тебе не стыдно, ты опять съела печенье Алика!"

Лене очень стыдно. Но она думает не о том, что нехорошо брать чужое, а обижается на маму за то, что та отругала ее при девочках.

Замечания детям в присутствии их товарищей никогда не оказывают желанного педагогического воздействия.

Да и всегда ли за проступок нужно бранить, делать резкое замечание? Способы выражения недовольства могут быть разными, и дети лучше воспринимают тактичные замечания.


Ну, как можно не любить такого отца? Он у нас какой-то особенный. Если мы нашалим или совершим ошибку, он всегда приведет какой-нибудь случай из жизни. Иногда слушаешь его и думаешь, было это на самом деле или он все это для нас выдумывает? Но как бы там ни было, а только после этих разговоров становится как-то не по себе и хочется сразу же делать что-то хорошее.

Совсем недавно братишка получил по географии двойку. Когда он пришел домой, то стал оправдываться:

Не ответил только на один вопрос, а она поставила два!

А сколько тебе было задано вопросов? - спокойно спросил папа.

Два или три, а может быть, и четыре, - растерявшись, сказал братишка.

Ты считаешь, что твой труд оценили слишком низко. А какой же это серьезный труд, если ты даже не знаешь, сколько и какие тебе были заданы вопросы? Не ответил только на один вопрос, но ведь тебе и поставлена всего только одна отметка, - уже полушутя - полусердито продолжал отец. - Никогда не жалуйся и не оправдывайся. Получил - значит, заслужил, и нужно думать не о том, что получил, а за что получил, чего не знал и как исправить.

Вот такой у нас всегда папа.
Искренние строчки взяты из книги учительницы Л.Г. Григорян "Дети и родители". В этом небольшом произведении высказываются сами ученики, что позволяет нам, взрослым, посмотреть на себя, на сильные и слабые стороны семейного воспитания глазами наших подопечных.

Слишком часто причиной бестактного поведения взрослых бывает плохое настроение отца или матери. Неприятности на работе, с кем-то повздорили, что-то болит, и - как результат - срыв на детях.

Попробуйте посмотреть на себя глазами ребенка, и вы поймете, что в такие минуты не нужно начинать никакие разговоры, тем более с детьми.
И еще одно наставление. Стремитесь в разговоре с детьми к тону совета, старайтесь, чтобы было меньше категорических приказов, а больше просьб. Чем старше становятся дети, тем большая в этом необходимость. "Сделай одолжение", "У меня к тебе просьба", "Как ты думаешь?", "Что ты по этому поводу скажешь?", "Я не советую" - такие формы обращения подчеркивают уважение взрослых, способствуют теплым отношениям в семье, взаимопониманию.

Педагогический такт предполагает не только умение разговаривать с детьми, но и умение слушать их. А для этого нужно уважать личность ребенка, его мысли, переживания, чувства, увлечения, желания.

– Папа, какой писатель тебе больше всего нравится? - спрашивает 10-летний сын.

– Ты лучше расскажи о своем поведении сегодня в школе, - отвечает отец. Сын говорит об одном, а отец - совсем о другом.

– Мама, рассказать тебе о Ходже Насреддине? Он такой веселый, остроумный, с хохоту покатишься!

– Расскажи бабушке, мне сейчас не до Насреддина! - отвечает мама.


Если родители интересуются твоей жизнью, то, конечно, трудно от них что-то скрыть. Здесь, волей или неволей, приходится все им рассказывать, а рассказывая, открываешь свое сокровенное.

Ну, а как быть, если моих родителей интересует только моя учеба, вернее сказать, даже не учеба, а отметки?

Они никогда не просят, чтобы я им что-нибудь рассказал о школьной жизни или просто что-то о себе.

Даже посылая меня в кино или театр, не спрашивают потом, понравилось мне то, что я видел, или нет.

Все лето я отдыхал у бабушки в деревне. Со мной произошло много разных приключений. Думал, вернусь домой, у меня будет что рассказать. А когда приехал, папа с мамой нашли, что я поправился, но даже не спросили, хорошо ли мне было или нет. Пытался им рассказывать, как интересно мне было в деревне, но они прерывали меня и говорили:

Когда-нибудь потом расскажешь, сейчас некогда.



И я замолкал. А "когда-нибудь" так никогда и не наступало.
Это опять пишет один из учеников Л.Г. Григорян.

Если ребенок часто сталкивается в семье с таким обидным, бестактным нежеланием выслушать его, не перебивая, не отвлекаясь, то постепенно потребность рассказывать о своих радостях, горестях, сомнениях, так ярко выраженная в младшем возрасте, исчезает.

Очень скоро родители пожалеют об этом. Ведь когда их ребенок достигнет подросткового возраста, им уже не будет казаться пустяком все, о чем он думает, и что его волнует. Но для отца и матери дверь в его внутренний мир окажется закрытой.

В старшем возрасте почти все дети становятся замкнутыми. Но отчуждение ребенка можно еще и усугубить, если не быть ему чутким, внимательным и интересным собеседником.

Педагогический такт воспитателя проявляется и в стремлении при выборе приемов и средств педагогического воздействия учесть то лучшее, что есть в человеке.

"Обращаясь с ближними так, как они того заслуживают, мы делаем их только хуже. Обращаясь же с ними так, как будто они лучше того, что они представляют в действительности, мы заставляем их становиться лучше", - писал Гете.

"Ищи в других людях всегда хорошую сторону, а не дурную", - слова Л.Н.Толстого.

Этот важнейший педагогический принцип нарушается особенно часто в отношении детей.

– Саша, ты очень плохой мальчик! - Костя, Витя гораздо лучше тебя.

– Лена, ты такая медлительная, а вот Олечка делает все быстро и хорошо.

Такие бестактные упреки в иных семьях градом сыплются на детей, задевают их самолюбие, обижают, подрывают веру в себя, а также сеют неприязнь между сверстниками - кому понравятся нелестные сравнения? К тому же различные промахи детей часто вызваны особенностью темперамента или педагогическими ошибками самих же родителей. В этих случаях выправлять их без дружелюбной поддержки взрослых детям не под силу.

Той же Лене мама может сказать: "Дочка, ты уже научилась гораздо быстрее одеваться и завтракать. Теперь попробуй побыстрее писать. Вчера ты выполняла задание по русскому языку полчаса. Я уверена, что сегодня, если ты по-настоящему захочешь, сможешь его написать так же хорошо и за 25 минут".

Такой подход к ребенку, вера в него вызовет желание испробовать свои силы, удовлетворение оттого, что замечают его успехи в борьбе со слабостями, благодарность за доброжелательность и т. д. Может, девочка в первый же раз и не справится с заданием за 25 минут. Но мама ее подбодрит и скажет: "То, что не удалось сегодня, получится завтра".

Бестактное, неделикатное поведение родителей никогда не вызовет у детей стремления стать лучше.



Обидные насмешки, прозвища, пощечины, шлепки, бесконечные запреты, стремление вопреки справедливости настоять на своем необдуманном, высказанном сгоряча требовании, необоснованные подозрения - все это ожесточает детей. Подрастая, они чаще всего начинают платить родителям той же монетой.





Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница