Сопротивление материала



страница3/3
Дата19.04.2016
Размер0.91 Mb.
1   2   3

Интенсивная физическая деятельность, подаваемая под маркой «авторских стилей йоги», для подавляющего большинства людей, безусловно, является перегрузкой и вызывает неконтролируемый стресс со всеми его последствиями, в том числе – подрывом иммунитета. Если субъект молод и здоров, организм его адаптируется к экстриму, но лишь на время, иногда достаточно длительное. В процессе занятий псевдойогой накапливаются нарушения когнитивной, аффективной и моторной функций, которые затем переходят в соответствующие расстройства. Кроме того, экстремальные физические воздействия, так или иначе, ведут к нарушениям психики.

В тех же случаях, когда исходные физические кондиции не слишком высоки, стадия истощения наступает довольно быстро. И тогда с поклонниками большой лжи, именуемой «современная йога» происходит то, о чем написал в школьном сочинении безграмотный старшеклассник: - Анна Каренина бросилась под поезд, и он долго влачил ее жалкое существование.

Уменьшение стрессорных реакций при последовательных предъявлениях одного и того же стимула происходит только в том случае, если организм может приспособиться к такому изменению среды. Если же нет, то уменьшения этой реакции не происходит, и стресс становится неконтролируемым. Например, при регулярном погружении в ледяную воду, или «моржевании», имеет место постепенная адаптация тела к переохлаждению. Человек перестает простужаться зимой. Но общего укрепления здоровья не происходит. Более того, поскольку к холоду организм привыкнуть не может, развивается хронический стресс. Основная причина смерти «моржей», особенно экстремальных, ходящих по снегу босиком, - воспаление легких вследствие подавленного иммунитета. Вскрытие показывает почти полностью исчезнувший корковый слой надпочечников.

Другая крайность – увлечение баней, т.е. перегревом организма, которое также сопровождается хроническим стрессом. У финских женщин, особенно у любительниц сауны, посещающих ее несколько раз в неделю, частота расстройств репродуктивной системы значительно выше чем у тех, кто бывает там раз в неделю и реже (2).

(Большой привет поклонницам так называемой «бикрам-йоги»! А также поклонникам, поскольку эта байда глушит еще и сердечно сосудистую систему – ВСБ).

Кроме того, при хроническом физическом стрессе – Айенгар-йога образца 1980-х, Аштанга-виньяса, Y-23 – происходит усиленная секреция эндогенных опиатов, доставляющая ощутимую эйфорию. Амбициозная молодежь спортивного склада, охотно идущая во все эти «стили», не подозревает, что параллельно с такой эйфорией тормозится секреция инсулина, происходит сужение магистральных сосудов мозга и так далее, что отнюдь не есть хорошо, особенно при систематическом повторении. Опиаты обладают и обезболивающим действием, что мешает своевременному восприятию начинающейся травмы и позволяет ей развиваться неощутимо вплоть до проявления острой фазы. Кроме того, самоубийственный процесс получения эйфории вызывает привыкание!

Я спрашиваю человека, который насквозь травмировал себя за несколько лет занятий в одной из «студий» Айенгар-йоги и теперь с трудом передвигается даже в повседневности:



- Зачем вы продолжали делать то, отчего телу становилось хуже?

- Мне это нравилось!

- Нравилось, когда кроме коленей начали болеть еще и плечи!?

- Нет, я любил отличное настроение после тренировки!

Что тут скажешь? Можно лишь повторить фразу супермена Кирилла из «Охоты на пиранью»: - Ну, это нормально…

Все упирается в силу (интенсивность) воздействия, каким бы оно не было. Самое время вспомнить известную градацию нагрузок и их физиологические следствия:

1) слабые нагрузки заметного эффекта на организм не оказывают;

2) умеренные стимулируют работу органов и систем

3) сильные угнетают жизнеобеспечение;

4) очень сильные разрушают.

Однако в свете сегодняшних представлений науки выясняется, что слабые воздействия работают, да еще как! И крутые парни, которые снисходительно нарекли занятия в нашей Школе йогой для инвалидов, сильно ошибаются. Это их «йога» превращает здоровых людей в инвалидов, а классика работает в диаметрально противоположном направлении, приводя организм в состояние неспецифически повышенной сопротивляемости!

Первый полезный ответ на воздействие слабых раздражителей, найденный Гаркави и ее коллективом получил название реакции тренировки. Посмотрим, что это и сопоставим с классикой.

В природе и повседневности встречается громадное количество раздражителей, на которые организм реагирует, хотя они и слабые. Но может ли эта реакция быть такой, как на сильные? Есть ли смысл, например, в подавлении иммунной системы и защите ценой повреждения, ведь слабые воздействия не угрожают жизни, и, может быть, целесообразно не реагировать на них вообще. Но организм должен вначале понять, что это раздражитель слабый, т.е. «сориентироваться» и «на всякий случай» привести защитные системы в «боевую готовность». Это первый этап реакции на слабое воздействие, названный стадией «ориентировки». Как и стадия тревоги стресса, она формируется через 6 ч и длится 24-48 часов после воздействия. Однако характер изменений совершенно иной. В ЦНС, где формируется первая (нервная) фаза реакций, в стадии ориентировки преобладает состояние охранительного торможения.

Поскольку оно уменьшает чувствительность, то, если действующий фактор в дальнейшем не увеличивается, организм перестает реагировать. Таким образом, он защищен от действия малых, несущественных раздражителей первичным охранительным торможением; от истощения и гибели при стрессе - вторичным запредельным торможением.

Для поддержания в организме реакции тренировки необходимо ежедневно применять тренировочные воздействия. Для этого следует ненамного повышать интенсивность раздражителя, чтобы он снова достиг пороговой величины, вызывающей реакцию тренировки. При этом развивается второй этап этой реакции — стадия «перестройки». Активность защитных подсистем организма при каждодневных целенаправленных тренировочных воздействиях медленно и постепенно увеличивается. В головном мозге после каждого воздействия какое-то время преобладает состояние охранительного торможения, т.е. идет как бы тренировка торможением, и абсолютная величина минимального раздражителя, вызывающего эту реакцию, постепенно возрастает.

После стадии «перестройки», которая длится месяц, а иногда и более, развивается третья стадия реакции тренировки — стадия «тренированности». Здесь преобладают процессы анаболизма с накоплением пластического материала – аминокислот и белков. При этом в ЦНС также преобладает охранительное торможение.

Систематическое повторение слабых, но постепенно нарастающих раздражителей со временем приводит к повышению активности защитных подсистем, поэтому и организм становится устойчивым к повреждающим воздействиям уже не только за счет развития торможения в ЦНС в стадии ориентировки. Особенно интересно то, что каким бы воздействием не «тренировали», повышение устойчивости происходит не только к этому воздействию, но и ко множеству других (1).

Итак, слабая либо умеренная нагрузка в виде классической практики асан вызывает в организме полезные физиологические изменения, в корне отличающиеся от таковых при занятиях Айенгар-йогой, Аштанга-виньясой и прочими потогонными «системами».

Гаркави и соавторы утверждают, что если интенсивность раздражителя малой силы одна и та же, он перестает вызывать реакцию тренировки. Иными словами, для выработки и поддержания этой реакции должна иметь место новизна изменений и определенный ее градиент. Но если какое-то событие повторяется регулярно, то доля стрессовой реакции на него постепенно уменьшается, а специфического ответа – растет. В итоге то, что повторяется, перестает быть стрессом! Если, конечно, это не фактор такого свойства, к которому организм не может адаптироваться в принципе. Но в классике мы работаем с воздействиями малой размерности, которые вообще не коррелируют с определением стресса, поскольку с самого начала освоения йоги тела:

- нет ощущений, т.е. оптимизировано воздействие формы и времени ее выдержки;

- сразу же делается акцент на полном расслаблении, мышечном и ментальном;

- что обеспечивает постоянный спонтанный и гомеопатический прирост сначала формы, а позже, когда он прекращается, времени выдержки.

На одно только освоение грамотной практики уходит от нескольких месяцев до года. А если имеются ограничения, вызванные состоянием здоровья, то процесс усложняется и требует еще больших сроков. Параллельно нарабатываются навыки глубокой релаксации, устойчивая привязка внимания к триггерным точкам и начальные изменения сознания. Охранительное торможение, поначалу вызываемое в ЦНС учеников новизной того, что они делают, по мере привыкания постепенно исчезает и замещается торможением, возникающим в глубокой релаксации.

Когда в паузах между асанами релаксация возникает автоматически, это признак того, что работа с формой освоена и для каждой позы у адепта йоги определилось время выдержки. Как в данном случае повысить интенсивность воздействия, чтобы реакция тренировки либо активации сохранялась постоянно?

Есть две долгоиграющие переменные – прирост гибкости и времени выдержки асан при развитии охранительного торможения, вызванного ментальной релаксацией.

Сначала о гибкости. Известно, что по мере успокоения ума в некоторых асанах (прогибы назад, сгибания вперед, скручивания, Сиддхасана, Падмасана с вариантами и т.д.) начинается спонтанное движение формы, тело «стекает» к предельным ее границам, добраться до которых старанием и силой в обычном состоянии сознания – невозможно. Эффект «текучести» возникает в каждом качественном занятии, а на длинных отрезках времени заметно, что гибкость растет в целом. Конечно, не у всех и не бесконечно. У каждого имеется природный ее предел, который обычно уменьшается с возрастом, не подвержен влиянию окружающих условий и передается по наследству. Другое дело, что пока человек не начал осваивать йогу он не имеет представления о параметрах этого предела.

Некоторые доходят до абсолютного предела гибкости достаточно быстро, другие - годами. Как правило, она растет лет до пятидесяти. И потом задача индивида меняется: теперь он должен сохранять этот уровень долгие годы, обеспечивая молодость тела.

Прирост гибкости не линеен, но, если занятия грамотны, существенных откатов не бывает.

Итак, постоянное и непрерывное, хотя и малое по величине изменение формы асан (прирост гибкости) обеспечивает необходимую новизну воздействия. По этому параметру динамика интенсивности раздражителя, необходимая для развития второй стадии реакции тренировки обеспечена.

Но как быть тем людям, у которых резерв изменения формы невелик? Как обеспечить нужный прирост нагрузки для них? Его дает увеличение полезного времени выдержки. По мере адаптации к асанам, оно также начинает спонтанно расти! Если у новичков сигналом к выходу из позы является появление ощущений в теле, то у тех, кто выполняет асаны в ЧВН, такой признак - прояснение сознания!

Время выдержки растет спонтанно и двояко. Вначале за счет привыкания тела к необычной деятельности, затем – на фоне появления и отстройки ментального молчания. Как только измененное сознание из пауз между асанами «просочится» непосредственно в асаны – время полезной работы в них заметно возрастает. Например, в «стоячих» позах ощущения начнут возникать не через минуту, а через две с половиной – три. В позах с выпадами – через две вместо сорока пяти секунд. И так далее. Пребывание в ЧВН приводит к тому, что и на длинных выдержках физиологический покой в асанах сохраняется, а сердце и дыхание не слышны.

Итак, при ментальной релаксации экспозиция асан растет, это заметно на длинных временных отрезках. В конце концов, практически в любой позе практикующий входит в ЧВН и способен зависать в этом состоянии надолго.

Таким образом, спонтанный прирост времени экспозиции является второй переменной, обеспечивающей стойкое наличие реакции тренировки.

Третья переменная - постепенное «перетряхивание» выполняемого ежедневно комплекса. Это делается по мере увеличения гибкости заменой простых асан на более сложные. Хотя это и не обязательно, вполне достаточным для получения реакции тренировки будет одно только увеличение выдержки.

Итак, по крайней мере, три раздражителя в йоге тела меняют интенсивность, оставаясь в рамках слабых воздействий. Можно еще сказать об изменении топологии внутренних органов, работы системы кровообращения, суставно-связочного аппарата и т.д. Таким образом, практика однозначно обеспечивает реакцию тренировки.

Теперь посмотрим, насколько коррелирует йога ЧВН с воздействиями средней силы, которые вызывают реакцию активации.



Она возникает в ответ на раздражители промежуточной интенсивности, не такие сильные, чтобы организму было целесообразно подавлять защитные силы для снижения реакции на них. Вместе с тем, они и не слабые.

Спокойная и повышенная активация - общие неспецифические адаптационные ответы на раздражители средней величины. Реакция спокойной активации - на нижний диапазон таких раздражителей, повышенной активации - на верхний. Обе они сопровождаются умеренным ростом противовоспалительного потенциала и препятствуют переходу острого воспалительного процесса в хронику. Биологическая целесообразность их заключается в разной степени выраженном повышении активности регуляторных и защитных подсистем. Реакции активации, особенно повышенной, характеризуются преобладанием процессов анаболизма и средней величины энергозатратами. В ЦНС преобладает умеренное возбуждение.

Неспецифическая и противоопухолевая сопротивляемость при реакциях как спокойной, так и повышенной активации растет быстро и значительно (при повышенной активации больше) за счет стимуляции защитных подсистем. Систематическое повторение воздействий соответствующей размерности формирует стадию стойкой активации. В таком состоянии происходит омоложение организма.

Если проанализировать комплекс изменений при развитии адаптивных реакций тренировки, активации и стресса, будет ясно, что представлениям о подлинном здоровье соответствуют режимы активации и тренировки. Именно при них отмечается высокая функциональная активность защитно-приспособительных механизмов, хорошая согласованность работы различных систем, быстрое восстановление функциональных резервов, отсутствие напряженности и признаков внутреннего повреждения. Причем реакции эти вызываются малыми по абсолютной величине воздействиями! (1).

И тут возникает интереснейший момент: ведь можно выполнять асаны как в состоянии ЧВН, так и без него, не погружаясь в молчание ума, а ограничивая внимание телом! И тогда это будет уже йога не медитативная, но релаксационная. И вместо тренировки мы получим активацию! Наука говорит о такой возможности следующее:



Анализ суммы всех фактов показал, что для перехода в любую «соседнюю» реакцию необходимо и достаточно изменить дозу (интенсивность или силу воздействия - ВСБ) на 10-20%. Эту величину мы назвали коэффициентом реакции. Таким образом, закономерность ответа на слабые воздействия - реакция тренировки, на средние - активация, на сильные - стресс, оказалась действительной только в пределах таких диапазонов, где шаг между реакциями составляет от десяти до двадцати процентов (1).

Отсюда вывод: людям с выраженными функциональными расстройствами, хроникой либо преклонного возраста показана чисто медитативная практика йоги, для остальных, после освоения ЧВН, будет оптимальной релаксационная.

Итак, работа по антистрессовым реакциям прояснила ряд закономерностей и нюансов практики, найденных эмпирически. Например, у меня в какие-то дни занятия автоматически проходят с полным погружением и в ключе медитативном, в других случаях – с погружением частичным. Тогда внимание растворено в теле, непроизвольное мышление остается на периферии и не отсвечивает. Таким образом, реакция тренировки переходит в активацию простую, либо повышенную, со всеми вытекающими последствиями. Но при этом оба варианта практики возникают и развиваются в русле йоги ЧВН, при физиологическом покое и парасимпатическом преобладании, несмотря на то, что по мере адаптации абсолютная величина воздействия растет! И адепт йоги постепенно приходит к такому времени выдержки поз, которое для новичка оказалось бы самоубийственным. Но для тех, кто занимается долго, многократно возросшая работа в асанах так и остается в ранге воздействий слабых!

Скажу больше: достаточно проработанная йогой психосоматика индивида с какого-то момента сама диктует в повседневных занятиях вид практики, вызывающий тот либо иной вариант реакции, необходимой организму именно здесь и сейчас!



Теперь надо сказать об информационных воздействиях, которые хотя и значительно слабее энергетических, но обладают не меньшим, а в ряде случаев и большим влиянием. Это объясняется тем, что по мере усложнения организации роль этих воздействий растет, более того - они становятся управляющими.

Одним из фундаментальных свойств неравновесных и открытых живых систем, является их колебательная природа. Имеется в виду одновременное наличие разных частот на множестве уровней функциональной иерархии. Существование системы как единого целого обеспечивается резонансными взаимодействиями, синхронизирующими эти колебания.

Живые системы синхронизированы не полностью, поскольку в них регистрируются и процессы неритмичные, но именно регулярные обусловливают упорядоченность и гармонию. В здоровом организме поддерживается относительная согласованность спектра колебательных процессов - составляющих гомеостаза, в то время как при патологических состояниях наблюдаются разные степени десинхроноза.

Таким образом, организм человека - это нелинейная динамическая когнитивная сеть, состоянием которой можно управлять с помощью минимальных воздействий, направляя ее к желаемому аттрактору (сценарию развития событий – ВСБ).

Дискретность реакций и приоритетная роль слабых (информационных) воздействий для живых систем объясняет принципиальную возможность получения реакций на слабые раздражители в присутствии влияния сильных (1).

Известно, что мозг использует для поддержания гомеостаза две системы: эндокринную и вегетативную (ВНС). Главная функция ВНС - сохранение постоянства внутренней среды, осуществляемое посредством изменения активности симпатической и парасимпатической частей ВНС, которая контролируется гипоталамусом, а он, в свою очередь, корой головного мозга.

Практикуя асаны в режиме слабых воздействий, мы влияем через двигательные структуры на тонус коры, снимая симпатическое преобладание, вызванное деструктивным давлением среды и погрешностями поведения, которые сказываются на состоянии организма. Находясь в глубоком покое, вызванном специфической нагрузкой в виде практики йоги, система сама выбирает тип реакции, при котором запускается и протекает оптимизация ее гомеостаза.

Предлагаемая в цитируемой здесь работе активационная терапия не нашла широкого применения потому, что кроме длительного и сложного курса стационарной коррекции его необходимо проводить чуть ли не ежегодно. С йогой ситуация принципиально иная: человек лишь однажды осваивает ее с инструктором, но в дальнейшем, занимаясь самостоятельно, ни от кого не зависит и отвечает за себя сам.

Итак, уяснив виды реакций организма на воздействие йоги, обратимся к результатам ее практики. Сообщение с форума realyoga от 29 ноября 2003: Притча: - К известному учителю йоги пришел молодой человек и попросился в ученики. Гуру сказал: - Иди за мной к бассейну. Потом взял парня за шею и погрузил головой в воду. Через какое-то время, тот вырвался и, хватая воздух, крикнул: - Ты, старик, утопить меня собрался, что ли?!

Гуру спросил: - А зачем ты вырывался?

- Как это зачем? Мне нужен был воздух!

- Вот когда ты захочешь заниматься йогой так же как хотел вздохнуть – приходи, и достигнешь успеха!

Как известно, живет лишь то, что повторяется. Определенная часть наших повседневных действий всегда направлена на то, чтобы завтра и послезавтра мы могли воспроизвести их еще и еще. Неизменным условием является ритмичное повторение организмом дыхательных циклов, сердечных сокращений, получения еды, сна и т.д., пока эти процессы продолжаются – длится и жизнь.



Отсюда и тема дальнейшего анализа - регулярность занятий и ее следствия.

- …Исследователями было отмечено, что стрессорные воздействия, первоначально вызывавшие соответствующую реакцию, после многократного повторения перестали оказывать видимое влияние, хотя характерный для стресса гормональный фон в организме сохранялся.

Такие стойкие состояния, не меняющиеся под влиянием внешних воздействий даже довольно большой (а иногда и очень большой) величины, лишь по сигнальному показателю соответствовали наличной реакции, все другие изменения были более благоприятными. Учитывая, что организм при этом на внешние воздействия не реагировал вообще (не изменялась адаптационная реакция), мы назвали это явление ареактивностью.

В экстремальных зонах проживания развиваются неспецифические адаптационные реакции - особенно вначале, например, при переезде людей на Крайний Север. Уровень этих реакций задается постоянно действующим количеством раздражителя, который становится как бы «фактором среды». А состояние ареактивности как раз и возникает при долгом действии экстремальных факторов, развиваясь при длительном поддержании в организме одной и той же реакции. Мы считаем, что основные черты ареактивности - стойкость, высокий уровень синхронизации внутренних процессов, более выгодная энергетика - связаны с тем, что в этом состоянии осцилляцией охвачено значительно большее количество структурных элементов на всех иерархических уровнях, чем при аналогичной реакции.

Фактически, ареактивность создает условия для оптимального получения энергии извне резонансным путем. Вся эта энергия обеспечивает организму восстановление и поддержание его структуры, т.е. трансформируется во внутреннюю работу. Живым (неравновесным) объектам присуща структурная, или свободная энергия, за счет которой они осуществляют работу против равновесия с окружающей средой. Эта работа идет постоянно, даже при неизменной внешней среде и лежит в основе «принципа устойчивого неравновесия». При ареактивности это, главным образом, и происходит, приводя к восстановлению структур, что является основной задачей состояния покоя. Нужно подчеркнуть, что это состояние в живых системах является еще более далеким от состояния неподвижности, равновесия, чем реакция. Результаты внутренней работы уничтожаются внешней работой, а она производится живыми системами лишь в том случае, когда они подвергаются повреждающим влияниям извне, или, иначе говоря, реагируют на воздействие. Развитие адаптационных реакций, даже самых благоприятных, сопровождается тратой структурной энергии, т.е. производством внешней работы по адаптации живого организма к изменениям среды.

При этом система разрушается либо дрейфует в сторону равновесия, а поступающая извне энергия идет на структурное восстановление, т.е. на внутреннюю работу. В этом отношении реакции и ареактивность используют разные источники энергии, соответственно получаемую извне и структурную. Иными словами, при наличии реакций энергия расходуется более интенсивно, она идет и на внешнюю работу, доля которой больше, и на внутреннюю (поддержание устойчивого неравновесия) для компенсации разрушительного влияния раздражителя.

Происходящий в определенных случаях переход системы в режим ареактивности усиливает внутреннюю работу создания структур (ассимиляцию) при снижении доли внешней работы (диссимиляции).

Так как переход в ареактивность происходит при долгом, повторяющемся действии сходных по величине раздражителей, вызывающих стойкую адаптационную реакцию, логично подумать, что это связано с привыканием или адаптацией в полном смысле этого слова.

Однако в таком случае реакцию вызывало бы изменение силы (дозы) воздействия. Но именно потому, что этого не происходит, такие состояния и назвали ареактивностью.

Если длительно и многократно действуют раздражители, вызывающие одну и ту же реакцию, то организм в дальнейшем воспринимает только раздражители, адекватные этой реакции. В ареактивности он работает как бы по инерции - реакция отсутствует, но память о ее долгом предыдущем наличии сохранена.

Возникает вопрос: как научиться вызывать ареактивность?

Самый простой, но длительный способ — это создание повышенной активации и длительное поддержание ее с помощью малых по абсолютной величине доз нагрузки. Через довольно длительное время (от трех месяцев и более), ареактивность развивается автоматически. Мы считаем, что это происходит из-за улучшения синхронизации и подключения множества структурных элементов на разных иерархических уровнях организма.

Таким образом, в основе рассматриваемых процессов лежат явления резонанса. С этим связана открытость живых систем для тех частот, которые соответствуют данному типу ареактивности, и закрытость для всех других.

Мы считаем, что основную нагрузку по резонансной подпитке энергией даже при развитии реакции несут живые структуры, находящиеся в состоянии покоя, т.е. состоянии ареактивности. В связи с этим открытость живых систем при реакциях меньше, чем при ареактивности.

На основании многолетнего изучения перехода одной реакций в другую, реакций в состояние ареактивности и наоборот, мы подразделяем все возможные состояния организма на два основных: деятельности (система адаптационных реакций) и покоя (система ареактивности).

Состояния ареактивности настолько устойчивы, что не подчиняются управляющему действию даже больших по абсолютной величине раздражителей. Есть стойкое состояние здоровья, которое в настоящее время встречается крайне редко и соответствует повышенной активации, совершенно не меняющейся под влиянием воздействий. Среди пяти с лишним тысяч обследованных нами людей, считавшихся практически здоровыми, состояние стойкого здоровья, которое соответствовало повышенной физиологической активации, наблюдалось всего у семи человек (1,4% - ВСБ)! Исследуемая в динамике лейкоцитарная формула крови, которую ежедневно определяют у каждого такого индивида, при ареактивности абсолютно неизменна, словно сделана под копирку. В обычном же случае элементы этой формулы меняются в пределах реакции.

Эти люди в течение нескольких лет вообще ничем не болели, даже простудными заболеваниями, чувствовали себя отлично, выглядели молодо. Кроме того, стойкие состояния ареактивности встречаются при глубоком старении, и мы думаем, что это также своеобразный путь адаптации организма (1) (кстати, о долгожителях – ВСБ).

Итак, ареактивность определяется как необычно стойкое состояние организма, которому сопутствует высокий уровень здоровья и безразличие к любым, даже очень сильным воздействиям.

Это ничего не напоминает? Конечно же, сиддхи Хатха-йоги в ее классическом варианте! (под Хатха-йогой мы подразумеваем здесь два этапа классики – асану и пранаяму, хотя, на самом деле в них одновременно реализуются элементы и более высоких ступеней – пратьяхары, дхараны и дхьяны – ВСБ).

Каковы же условия и результаты формирования йогической ареактивности?

- прежде всего, регулярная практика асан и пранаям в медитативном режиме, хотя поначалу (особенно для людей больных и ослабленных) даже он является стрессом, но «мягким», постепенно переходящим в реакции тренировки и активации. Непреклонная регулярность уравнивает йогу с другими постоянными факторами внешней среды, как, например, смена дня и ночи;

- йогическая ареактивность это состояние, в котором организм накапливает энергию и восстанавливает ресурс, растрачиваемый в повседневности;

- со временем регулярность делает занятия ведущей частотой, синхронизирующей деятельность организма на всех функциональных уровнях;

- минимизируется расход энергии на любую внешнюю работу;

- организм «не замечает» воздействий, воспринимаемых обычными людьми как экстремальные, и на них не реагирует, будучи управляем только дозировкой практики.

Отсюда становится понятным факт долгожительства «йогов», упомянутых в статье «Дао ВСБ», они исповедовали абсолютную регулярность нагрузки в пределах средних значений своих физических возможностей. Аната Рао, равно как и Тирумалай Кришнамачарья в отличие от атлета Сандова, никогда не увлекался рекордами.

И представитель западного культа силы Георг Гаккеншмидт всегда был умерен в тренировках, не стремясь превзойти самого себя, отчего и стал долгожителем. Безусловное влияние на величину жизни оказывает наследственность, но, к сожалению, далеко не всегда определяющее. Мы не видим у всемирно известных силачей возрастного преимущества перед людьми неойоговской когорты, скорее наоборот.


  1. Василий Костенецкий (1768 - 1831), умер от холеры – 63 года;

  2. Джеймс Кеннеди (1860 – 1894) – 34;

  3. Луи Юни (1862 – 1928) – 66 лет, в 1915, во время удержания едущих в разные стороны автомобилей оторвалась левая грудная мышца и левый бицепс;

  4. Луи Сир (1863 – 1912) – 49;

  5. Евгений Сандов (1867 - 1925) – 48. В 1925 его автомобиль съехал с дороги, и спутники уговорили Сандова вытащить машину из кювета одной рукой. Он выполнил просьбу и получил кровоизлияние в мозг.

  6. Петр Крылов (1871 – 1933) – 62;

  7. Иван Поддубный (1871 – 1949) – 78:

  8. Георг Лурих (1876 - 1920), умер от сыпняка в 44;

  9. Сергей Елисеев (1876 - 1937) – 61;

  10. Гаккеншмидт Георг (1877 - 1968 – 91;

  11. Иван Шемякин (1877 – 1952) – 75;

  12. Артур Хенниг (1878 – 1921) - 43;

  13. Якуба Чеховской (1879 - 1941) – 70;

  14. Иван Заикин (1880 – 1949) – 69;

  15. Александр Аберг (1881 – 1920), умер от сыпняка – 39;

  16. Людвиг Чаплинский (1881 - 1917), погиб в боях Первой мировой – 36;

  17. Александр Засс (1882 – 1962) – 80;

  18. Николай Вахтуров (1882 – 1917) – 35;

  19. Клементий Буль (1888 - 1953) – 65;

  20. Григорий Новак (1919 - 1980) – 61.

Все эти уникальные люди постоянно подвергали себя экстремальным нагрузкам, что нередко сопровождалось травмами и всегда – усиленной выработкой ресурса.

На их фоне Айенгар и Паттабхи Джойс выглядят гораздо предпочтительней, они, безусловно, поймали в акробатике, которую называли йогой, ту самую ведущую частоту, которая обеспечила, по крайней мере, одну из сиддх – долгожительство. Но, несмотря на исключительную природную гибкость, Айенгар многократно травмировался, настойчиво пытаясь повысить ее. Но в целом для организма гуру его «йога» оказалась полезной. И если бы он не пытался выйти за пределы своих возможностей и замедлить естественный темп возрастного снижения гибкости, то не исключено, что прожил бы намного дольше. Он даже в старости занимался по шесть часов в день, что достойно уважения. И однажды сказал:



- Я хочу умереть с сознанием того, что сделал все возможное с телом, которое у меня есть.

Каким на самом деле было ментальное состояние Айенгара в течение его практики, мы никогда уже не узнаем. Но резкость выполнения асан, которую я наблюдал, и быстрота смены поз никак не могла вызвать и, тем более, сохранить молчание ума. Айенгар-йога вообще не по этой части. Вот выдержка из «Core of the Yoga Sutras. The Definitive Guide to the Philosophy of Yoga».



- При выполнении асан нужно обязательно отслеживать искажения в теле и тут же корректировать их. В связи с этим, ум и разум должны быть постоянно включенными, чтобы наблюдать за каждым суставом, костью, мышцей, волокном, сухожилием и даже клеткой и поддерживать с ними тесный контакт.

Как данная сентенция может коррелировать с главным определением Сутр: - Йога есть прекращение деятельности сознания – пониманию недоступно, по крайней мере – моему.

В Айенгар-йоге фиксация асан, как и паузы между ними – минимальны, но они хотя бы существуют, в отличие от Аштанга-виньясы, где идет непрерывный поток движения, перемежаемый дрыганьем «собака мордой вниз» - «собака мордой вверх». Для Айенгара собственный стиль практики был не энергозатратен – учитывая тот момент, что его тело свободно двигалось в естественных пределах – и, очевидно, воздействие на организм было как раз такой размерности, которая вызывала активацию, судя по жизнеспособности гуру – повышенной. А при абсолютной регулярности практики сформировалась мощнейшая ареактивность.

Для бесчисленных же учеников гуру по всему миру старания выполнить то, что для него являлось обыденным, вызывают лишь тяжелый стресс. Комплексы и курсы асан, приведенные в «Прояснении йоги» бессмысленны, поскольку Айенгар составил их исходя из личных возможностей, а, следовательно – для себя самого. Для человека типового уровня здоровья и физической конституции эти позы непосильны, попытки «научиться» либо «научить» их выполнению приносят только вред, чистый вред и ничего, кроме вреда.



Что же такое система ареактивности и каковы принципы ее участия в регулировке функционального состояния организма? Решающее значение имеет фактор повторяемости в течение длительного времени, приводящий к стабилизации состояния. Чтобы сформировать любое состояние ареактивности необходимо длительное поддержание в организме одной и той же реакции (иными словами – одного и того же по характеру и величине воздействия – ВСБ).

Наличие такой системы в организме до сих пор кажется удивительным. Мы привыкли считать основой высокой сопротивляемости функциональную подвижность, ареактивность, кажется, должна быть свойственна скорее неживой природе. Повышение сопротивляемости в ареактивности, как при стойком состоянии здоровья, так и при стойких состояниях болезни, когда организм как бы перестает реагировать на воздействия, даже довольно большие, казалось противоестественным.

Понять, что это не так, что состояния ареактивности, если можно так сказать, «еще более живые», чем реакции, помог подход с позиций представлений об организме как о нелинейной осциллирующей системе. Уже говорилось выше о роли синхронизации и резонанса в формировании функциональных состояний организма. При длительном поддержании одной и той же реакции развивается синхронизация все большего числа уровней и подуровней организма, вплоть до молекулярного.

Учитывая, что при стойких реакциях управляющий фактор выбирается резонансным путем, можно думать, что при состояниях ареактивности резонанс работает на множестве иерархических уровней и обеспечивает стабильность и стойкость данного состояния. Любые другие факторы, отличающиеся по частотному спектру, организмом не воспринимаются, т.е. на него не действуют.

Отсюда понятно, что регулировка и сохранение гомеостаза осуществляется и системой реакций, и «антисистемой» ареактивности.

Однако состояния последней, хотя и сходны с соответствующими реакциями, более благоприятны. Это относится к изменениям в подсистемах нейроэндокринной, иммунной, и в метаболизме. Ареактивность, возникшая на основе стойкой повышенной активации, является наиболее устойчивым состоянием здоровья.

Ареактивность же стрессорная, переактивационная, сформировавшаяся на фоне резко напряженных антистрессорных реакций, является неспецифической основой стойких патологических состояний. Вместе с тем, поскольку они более благоприятны по сравнению с исходной реакцией, то их развитие можно считать мерой защиты, хотя и крайней. То же относится к ареактивности, которая возникает в процессе старения.

Имеет место парадоксальный факт наличия большей открытости живой системы в ареактивности, несмотря на видимое отсутствие реакций на внешние воздействия.

Мы считаем, что основную нагрузку по резонансной подпитке энергией даже при развитии реакции несут живые структуры, находящиеся в состоянии покоя, т.е. ареактивности (1).

Вот описание повышенной активации, которая при регулярном и длительном повторении раздражителя, переходит в соответствующее состояние ареактивности.



Для неё характерна картина пребывания тимико-лимфатической и эндокринной подсистем организма на уровне верхней трети зоны нормы или несколько выше; преобладание более выраженного возбуждения в ЦНС; метаболизм, в котором очень активны и процессы катаболизма, и анаболизма, но существенно преобладает анаболизм. Уровень синхронизации работы подсистем организма высокий. У здоровых людей такая реакция - самая стойкая.

Психоэмоциональный статус при повышенной активации характеризуется очень высокой активностью (жажда деятельности); оптимизмом, отличным настроением, иногда даже с оттенком эйфории, но без потери правильной оценки ситуации, высокой работоспособностью, особенно по скорости и точности работы, несколько меньше - по длительности. Однако происходит быстрое восстановление и работу можно начинать вновь. Сон и аппетит - отличные.

Исследования у животных и наблюдения у людей показали, что для выработки ареактивности необходимо долгое, систематическое поддержание в организме одной и той же реакции с помощью действующих факторов, довольно близких по абсолютной величине (1).

Итак, выводы:



  1. По определению йога молчания ума (ЧВН) может реализоваться лишь при такой работе тела в асанах, которая вызывает это молчание и поддерживает его;

  2. Подобная работа реальна только в состоянии парасимпатического преобладания, то есть при глубокой полной - ментальной и мышечной - релаксации;

  3. Будучи освоена, релаксация превращает практику йоги в физическое воздействие слабой размерности;

  4. Подобные регулярные воздействия, как утверждает наука, вызывают в организме неспецифические антистрессорные реакции тренировки и активации, которые характеризуются полным функциональным восстановлением;

  5. Каким бы воздействием (скажем – практикой йоги – ВСБ) эти реакции не вызывались, повышение иммунной сопротивляемости распространяется на все иные влияния;

  6. Поскольку на первых этапах упомянутых выше реакций двух типов в мозгу развивается охранительное торможение, оно дополняет и усиливает аналогичное торможение, уже вызванное ментальной релаксацией;

  7. Если имеет место даже грамотная в исполнительском смысле практика асан, но нет ментального релакса, переходящего впоследствии в молчание ума, то это полезная до какой-то степени физкультура, но никак не йога;

  8. Как я ощутил в процессе личного эксперимента, при такой практике организм избавляется от любых функциональных расстройств, а затем переходит в состояние ареактивности, что дает возможность сделать жизнь максимально насыщенной;

  9. Кроме того, как выяснилось, йога увеличивает сопротивление психосоматики деструктивному давлению времени, что и является темой данной статьи.

Но сама по себе долгая жизнь ради жизни, ИМХО, не может быть целью, это чересчур тоскливо. Другое дело, когда имеет место самореализация в пределах возможностей, отпущенных индивиду природой.

После распада империи к перечню душевных расстройств добавились следующие:

- поиски смысла жизни;

- погоня за духовностью;

- дремучее невежество, вызванное несварением информационного изобилия.

На форуме realyoga я с изумлением наблюдаю ужасную энциклопедичность, проявляемую отдельными его участниками. И непробиваемую уверенность в ее качестве, то есть стопроцентную авидью.

Со всей ответственностью заявляю, что возможность самореализации, постижение смысла жизни, а также то, что именуют духовностью, неотвратимо приходит к тому, кто освоил практику йоги и пребывает в ней постоянно. С оговоркой: если к началу занятий человек не стал законченным мерзавцем. Но, как правило, дальше физического воздействия, т.е. терапии, подобные субъекты продвинутся не могут.

Безусловно, есть иные способы постижения себя и мира, но я могу судить достоверно только о том, который реализую.

В дискуссиях об аспектах воздействия йоги на человека и его бытие, которые регулярно проходят в группах по субботам и вторникам, совершенно разные люди высказывают поразительно сходные суждения, как то:

- с йогой жизнь комфортней, чем без нее;

- когда занятия прерываются на долгое время, начинает разлаживаться неощутимая структура самоорганизации, сформированная регулярной практикой, и ты чувствуешь, как время начинает ускользать бесцельно;

- йога – системообразующий фактор личного существования;



Вот фрагмент письма одного из пациентов – без купюр, с минимальной литературной правкой. Длительные стрессы сформировали у него нерегулярную, изматывающую, мерцательную аритмию, т. е. сбой в проводящей системе сердца, и йога излечить это не могла. Но все-таки он заниматься начал.

- Накачал я семинаров и бесед, и слушал в дороге. И как-то запали слова о необходимости эффективной практики. А эффективность определяется качеством отключения головы. Поскольку с этим по-прежнему были трудности, возникли сомнения в целесообразности продолжения занятий. Некий проведённый анализ показал, что ни изменений в ментальном плане, ни прироста гибкости не наблюдается. И как-то йога начала уходить. Занимался всё реже и реже. И началось…

Сначала напомнил о себе сон, напомнил бессонницей. И тут-то я понял, что проблема со сном, когда-то бывшая одной из основных, не беспокоит уже так долго, что я о ней забыл. За последний год нормальной практики было два случая раннего пробуждения. Один раз очень удивился, чего это я так рано подскочил и уехал так рано на работу. Второй раз сказал: "Вот и отлично, позанимаюсь тогда утром". А тут и долгие засыпания, и ранние пробуждения… В общем, начали появляться подозрения по поводу того, что эффект-то присутствовал, просто изменения шли настолько медленно, что их не замечал. Затем как-то на работе в достаточно неприятной ситуации я почувствовал, как внутри просто клокочет ярость. Это очень удивило, т. к. я понял, что очень давно подобного не испытывал. Дальше ещё стали замечаться мелочи. Хоть вы и говорите, что йога не может исправить характер, но я почувствовал, что стал более вредным. Если можно придраться к фразе, обязательно это сделаю. Причём тут же осознаю, что зря. Даже домашние заметили повысившиеся занудство и вредность. Кроме того, были робкие попытки возвращения неких вегетативных приступов, не знаю точно, как это состояние называется. Возможно, паническая атака. По ощущениям как будто неконтролируемый и беспричинный выброс адреналина с сопутствующими ощущениями паники, сердцебиением, порывами куда-то немедленно бежать. Лекарство от них было в своё время найдено: бодрая ходьба. Через какое-то время, видимо, адреналин сгорает, накатывает слабость - всё, можно жить.

И ещё одно, не знаю, с йогой это связано или нет, но эффективность траты свободного времени упала ниже плинтуса. Если раньше выходные были заполнены чем-то полезным, то стал замечать участившиеся в последнее время абсолютно бесполезно проведённые временные отрезки. Если раньше утром в субботу поёжился - и вперёд шуршать по дому или кататься на велосипеде или просто сходить/съездить куда-нибудь, то теперь включил компьютер - и очнулся через полдня, с пониманием, что сидение было это было с нулевой пользой.

В начале этого года снова попал в больницу (без реанимации), где посоветовали проконсультироваться у аритмолога в Пироговке. Сходил, проконсультировался, сдал документы на квоту - и в прошлую среду была сделана операция. Извините за многословное письмо, но более кратко не удалось.

Если более внимательно проанализировать личную практику, то эффекты всё же есть. Это нормализация сна и состояния вообще. Большая инерция в стрессовых ситуациях, то есть нужно гораздо более сильное воздействие, чтобы вывести из себя. Гармонизация характера, уход излишней раздражительности. Тихий и незаметный уход алкоголя из (уж и не вспомню, когда именно). Более насыщенная жизнь - не растекаешься, как амёба, а бодро успеваешь всё и даже больше. Изменение отношения к работе (не факт, наверное, что связано с йогой) - если раньше хотелось, как в "Понедельнике…" Стругацких интересную работу с возможностью самореализации, то теперь пришло понимание, что это просто рынок, где продают свои знания и навыки. Я перестал воевать с бюрократами в поиске интересных задач и решил, что нет тут возможности самореализации - ну и ладно, найдём её в другой области. Список не впечатляющий, однако, весьма ощутимый, если всё это происходит с тобой.

И все это – замечу – на фоне основного заболевания и не очень хорошего, в силу особенностей ЦНС, качества ментальной релаксации.

Когда человек с проблемами здоровья либо без них входит в йогу и в ней остается, то первоначально практика очищает и перестраивает его. Он начинает трезво оценивать свои возможности и реальное положение в этом мире, а также направление и способы самореализации.

Хронические заболевания длительного течения, разумеется, не проходят, но негативная симптоматика значительно слабеет, появляется дополнительная жизненная энергия, которой раньше просто не было. И человек становится более активным в социуме. Когда процесс очищения и самонастройки завершен, начинается калибровка – наступает ареактивность. И тогда возможности индивида повышаются настолько, что превращаются в сиддхи.

О себе в этом плане я уже говорил, приведу несколько характерных примеров по ученикам и бывшим пациентам. Случай первый.

Вот письмо от 17 октября 3013.



Здравствуйте, Виктор Сергеевич. Ну, вот вроде обещался отчитываться...

Случилась со мной любопытная штука по здоровью. Где-то пару лет назад заметил, что потихоньку начал лысеть. Ну как бы возраст, подумал я... И в то же время стал замечать, что в «стоячих» снова появился тремор. Я подумал, что забросил «стоячие». Дело в том, что дети мои пару лет как занялись хоккеем. А это на двоих в сумме даёт 6-8 часов ледового времени в неделю, когда мне их надо ждать и заняться решительно нечем, ибо к хоккею я равнодушен чуть больше, чем совсем. В результате я пристраиваюсь на галёрку в угол и там ЧВНю себе на скамейке. Это даёт много покоя, но маловато асан... В общем, их я добавил, но это не помогло. Тремор усилился и стал замечаться вне практики, после чашки кофе. А затем уже и по-взрослому, без всякого кофе и нагрузки. Как раз тут среди моих "болезных знакомых" (о них чуть позже) появился парень с паркинсонизмом... В общем, я почти испугался уже. Замаячил призрак трясущейся старости...

Помнится, я упоминал как-то, что после того, как занялся йогой, пару раз случалось что-то непонятное с желудком (году, эдак, в 2004). Так вот, в июле я схлопотал ещё один такой приступ. Однако на этот раз проходить он не стал и асаны ничего не облегчили. Утром следующего дня я отправился в местную неотложку и там, часов через пять, эскулапы определили, что болит как-то неправильно лежащий воспалённый аппендикс. К полуночи меня взяли на операцию. Аппендикс тут удаляют лапароскопией. Делают три крошечных разреза, почти прокола, загоняют туда камеру свет и щипцы и аккуратненько достают красавца на свет. Операция несложная и не тяжёлая по последствиям. Выписка происходит по контрольным параметрам. Если давление - пульс - температура не выходят за определённые границы некоторое время - тебя выписывают. Обычно через 36 часов после операции. Меня выгнали утром, через 10 часов. Поскольку параметры вообще не изменились. Полежав пару дней дома, я обнаружил, что тремора нет. Практику я, конечно, не делал, да и вообще месяца два чувствовал слабость. Сейчас восстанавливаюсь - тремор в «стоячих» в пределах моей нормы. Вот такая странноватая история. За тремором я ещё понаблюдаю, а волосы, похоже, со временем вылезут.

Теперь насчёт "болезных знакомых". Помнится, закончили мы на том, что преподавать мне не очень-то удаётся. А дело было так... В какой-то момент к нам с женой потянулись "проблемные" люди. Я тогда подумал, что это за йогой и стал потихонечку их обучать, но оказалось, что не совсем. Люди приходят, слушают, но сами не включаются и не занимаются. Это привычный тут формат обучения. Выглядит примерно так: - Мы пришли, денег дали, тело принесли, а ты инструктор - занимайся теперь. Всё получается, вот только навык самостоятельной работы не приходит. Ну, а не мне Вам рассказывать какие получаются при таком подходе результаты. Они просто поглазеть-покайфовать идут. Поскольку в гуры меня не тянет, в клоуны тоже, то я такую лавочку свернул по-тихому. Но люди всё равно появляются, хотя теперь более адекватные. Я провожу с ними какое-то время, но практику не афиширую. Как-то так получается.

А в остальном всё без изменений. Дети растут. Жена передаёт наилучшие пожелания. Все здоровы, всё нормально.

Мой ответ.



Здравствуйте, Саша!

Да, любопытная история! Прикачал я ее по извилинам, и получается, что в данном случае йога сработала отрицательно, то есть законсервировала опасную ситуацию.

Благодаря долгой практике организм оказался фундаментально сбалансирован, и когда на периферии – в кишечнике, еще в 2004 возникла проблема, то, во-первых, развитие процесса шло крайне медленно, во-вторых, система держала отклонение равновесия до тех пор, пока могла. А сопротивлялась она, как видите, очень долго. Кстати, именно медленное и длительное нарастание общей интоксикации могло запустить процесс утраты волос. Это цена приспособления к текущему состоянию. То же и тремор. У человека с обычной устойчивостью гомеостаза, все проявилось бы намного быстрее и конкретней. А практика сформировала такую степень устойчивости, что и развитие патологии шло крайне медленно, и проявления ее оказались нестандартными.

Примерно так. Вы уж простите йогу, а заодно и меня, который ее Вам когда-то преподавал.

С облысением не факт, возможно и обратное развитие, поскольку источник интоксикации, наконец, устранен. Только процесс восстановления – если он запустится (вероятность 50/50) – будет, скорее всего, медленным и затянется во времени. Но если у Вашего отца данная проблема существует, то, скорее всего, Вам ее тоже не миновать.

По «болезным знакомым» соображения такие: когда интерес к работе с людьми у Вас станет подлинным, то все будет развиваться само собой. А не появится, так и не разовьется. Не мне говорить Вам, что к этому надо относиться хладнокровно, чему быть – того не миновать.

Привет супруге, здоровья и хорошей практики!

Случай показательный. Мало того, что воспаление аппендикса никак не проявлялось девять лет, но даже операция не изменила контрольных параметров (классическая картина ареактивности – ВСБ). А послеоперационная слабость затянулась потому, что организм чересчур долго противостоял стрессу и пришел в стадию истощения.

Случай второй.

А.Л. Отчет о практике в Школе йоги Виктора Бойко – стр. 17, можно прочесть на сайте, но здесь я хочу рассказать об эволюции этого человека, как она виделась мне со стороны. Поначалу А. начал занятия в одной из субботних групп. Цвет лица у него был лимонный, кроме того, при малейшем наклоне головы вниз начинала отчаянно болеть шея и глаз, я уж не помню какой, наливался кровью. Барахлил ЖКТ, болели суставы, быстро падало зрение. Как пояснили врачи – синдром Жильбера, семейная холемия, билирубин за сотню. Интересно, что это за синдром, который возникает только после двадцати пяти лет на фоне мощнейших и длительных перегрузок и не проявлен больше ни у кого из семьи? Как сказал бы несравненный Ходжа Насреддин: - Муха сомнения ползает по блюду моего ума.

Месяцев несколько практика А. сводилась к двухчасовому расслаблению лежа на коврике в зале – на спине, на правом боку, на животе. То же самое исполнял он и дома в пределах часа, а потом слушал Нидру. Потом начал подниматься и попробовал что-то делать, мы начали подбирать асаны, доступные для практики. Из всего двухдневного комплекса их оказалось три, и то, форма походила на образец весьма условно. И вот эти простейшие позы, к которым постепенно добавилось еще три или четыре, он выполнял около двух лет, не продвинувшись в гибкости ни на миллиметр! Все попытки хоть как-то модифицировать скудный комплекс заканчивались неудачей, печень была как стеклянная, не допуская ни малейшего изменения терпимого ею набора поз и времени выдержки асан. Но за это время А. замечательно овладел глубоким расслаблением, по мере его освоения и кумуляции уровень билирубина начал стабильно падать. Года три продолжалась подгонка практики под человека, и адаптация человека к доступному варианту практики. И только после этого позитивные изменения начали стремительно распространяться на все аспекты жизни.

- билирубин вошел в пределы нормы;

- сама собой упразднилась диета;

- заметно выросла переносимость холода, что указывает на явное улучшение функции печени;

- полностью прекратились респираторные заболевания и влияние внешних инфекций;

- самочувствие стало отличным и стабильно устойчивым;

- полностью гармонизировался внутрисемейный климат;

- изменились цели и приоритеты, отношение к работе и бытию в целом. Затем А. сменил и работу;

- перестали беспокоить проблемы экзистенции – смысл жизни и прочая ерунда;

- пропал интерес к литературе, стало ясно, что достаточно «Йога-сутр» Островской и Рудого, все остальное приходит только из опыта;

- при отъезде А. в командировки, семья стала реагировать на его отсутствие, у жены нарушался сон, у детей - настроение, когда он был дома, дети периодически прибегали к отцу прижаться, обнять его, просто побыть рядом;

- еще через какое-то время в процессе различных социальных контактов он заметил, что стал «жилеткой», в которую норовили излить свои проблемы самые разные, порой даже слабо незнакомые люди;

- проблема достаточного количества общения для души решилась сама собой;

- начались постоянные мелкие происшествия с неизменным позитивным исходом, например, после прибытия ранним утром в Хельсинки семья оказалась в спящем, пустом и незнакомом городе. Надо искать отель, но в какой стороне – непонятно. Глава семьи прислушался к себе, и они двинулись наобум, а через два квартала увидели у перекрестка одинокое такси с дремлющим шофером;

- мой бывший пациент начал помогать рекомендациями по йоге и своим друзьям – тем, кто интересуется, почему он поразительно изменился и так великолепно выглядит;

- значительно выросла переносимость к нагрузкам, если в начале освоения йоги у него не хватало сил на получасовую прогулку с детьми, то теперь, в процессе работы по трем разным направлениям он месяцами находится в разъездах;

- как говорит он сам, с точки зрения исходного состояния, которое было до йоги, вся нынешняя жизнь – сплошные сиддхи, и ничего более;

- и к сорока годам его возможности стали неизмеримо большие, нежели в тридцать три.

Пример третий.

Бывший мой пациент, практикующий йогу больше десяти лет, задал вопрос: что делать с энергией, которая никак не расходуется до конца?



- Все уже на себя навьючил, что можно, дальше фантазии не хватает! А к вечеру хоть день заново начинай. Поспал чуток, и надо что-то делать. Позанимаешься, естественно, а потом, пока семья не проснулась, можно читать литературу художественную, в Интернете побродить, зайти на тот же сайт realyoga или по работе. Я прошлой зимой финт изобрел – тут у нас спортсмены тренируются, лыжники, олимпийский резерв, что ли, не помню уже, да и без разницы. Прицеплюсь я к ним, и двадцать пять кэмэ в темпе, без отставания и с удовольствием. Чувствую, что еще и прибавить могу.

А у них глаза на лоб, заметно ведь, что мне уже не двадцать лет, и даже не тридцать. Говорят: - Мужик, ты кто и откуда? Может, из чемпионов бывших или спецназа?

Надо же, почти в масть попали, только вариант моего спецназа им не угадать, а скажешь – не поверят.

- Да я просто, - говорю, - люблю лыжи…

- Может оно и так, конечно, - отвечают мне, - многие любят, но чтобы человек в годах ломился, как лось – это странно, первый раз такое видим.

- Видимо, придется открывать еще один бизнес.

Пример четвертый, короткий.

Один из бывших моих пациентов в начале двухтысячных перенес операцию по поводу запущенной меланобластомы кожи, а затем облучение, химиотерапию и т.д. Не будучи в силах переносить процесс, он сбежал в другой город, а после того, как стало худо совсем, вернулся обратно в клинику. Когда посмотрели биохимию, сказали, что у живого человека такой крови не бывает. Ад лечения затянулся еще на полтора года, и все-таки человек выжил. Доктора сказали, что после всего этого, если он женат и детей нет, то эту тему надо забыть навсегда.

Попал он ко мне по поводу перегрузок, а учитывая сумасшедшее его здоровье, которое использовалось на всю катушку, накопилось их более чем достаточно. – Чтобы мне хоть как-то расслабиться, - пояснил он, - надо принять два литра водки. Правда, не отвечаю потом за то, что будет с окружающим пространством…

Через три года практики у них родилась дочь.

Все эти примеры, здесь показанные, огромное количество других, оставшихся за кадром, равно как и мой собственный опыт подтверждают удивительный эффект регулярной практики. Все, что становится возможным для людей, занимающихся йогой от трех лет и дольше, без этих занятий не стало бы возможным ни при каких условиях. Йога полностью изменяет вектор бытия и ощутимо увеличивает сопротивление человеческого материала натиску времени – это проверено на опыте.

Оглядываясь на прошлое, ощущаю порой легкую досаду – кто бы в семидесятых годах прошлого века рассказал мне о йоге то, что я сегодня пытаюсь передать другим! Тогда не пришлось бы выбираться из тупиков, делать лишнее и ненужное, порой травмироваться и, самое главное – тратить массу невозвратного времени на то, чтобы понять. Но с другой стороны, а она всегда есть, эта сторона, без такого разнообразного опыта вряд ли бы удалось разобраться в том, что такое йога.

- Мы пробьемся с боем через реку к утреннему розовому веку (И.Эренбург).

Зато сохраняется возможность оставаться и дальше полезным, а человек жив, пока он востребован, нужен еще кому-то, кроме себя и близких. Притом, замечу, я никогда не был подвержен ложному чувству собственной уникальности.

Что еще сказать о себе? Пожалуй, словами поэта, лучше не придумать:

- А я живу, не как надо. Печалюсь, горю неярко. Не уважаю стадо. Плюю свысока на бедность. И удаляюсь в вечность, словно в аллею парка, бегущую в неизвестность.

- Я не стал ни лучше и ни хуже, под ногами тот же прах земной, только расстоянье стало уже между вечной музыкой и мной.

- Чуть помедлив, вздохнешь, уходя, в темноту безнадежно кивая на распятое тело дождя, на расколотый череп трамвая, на его обнажившийся мозг искореженный временем, ржавый, на разбитый газетный киоск и звезду над российской державой.

Пока я работал над статьей, прошла почти половина осени.



- Снова птицы в стаи собираются, ждет их за моря дорога дальняя, яркое, веселое, зеленое, до свиданья, лето, до свидания. За окном сентябрь провода качает, за окном с утра серый дождь стеной…

- Вот и осень с ног до головы в драпировке рваной синевы…

- Мир устроен не так нелепо, как нам чудится в дни печали, ведь земля — это то же небо, только в самом его начале.

Вспомнилось пятое ноября 1969, когда мы вышли из штаба части с военными билетами, где командир приемного радиоцентра поставил отметку об увольнении из рядов срочной службы в советской армии. Винницу накрыл тогда небывалый холод. С запада неслись лохматые туши облаков. Ветер и дождь со снегом сбивали остатки листьев на аллее вязов, которая вела к пищеблоку. Их прозрачные вершины усеяны были графитовой россыпью раскачивающегося воронья. Слева от казарм втягивалась в аллею колонна подразделений – наш и передающий центры, взвод радиоконтроля, ЗАС, кросс телеграфа, рота МТО, рота охраны, расчеты боевых смен, дежуривших с трех ночи до утра.

На подходе к штабу, старшины и сержанты зычно командовали: - На дембелей слева – р-р-равняйсь! Рота!! И солдаты переходили на строевой шаг, лязгая подошвами по мокрому асфальту. Румяные лица, повернутые к нам, улыбались. Экспансивный одессит Саня Лобань хлестнул пилоткой по бедру: - Мужики, не верю! Два с половиной года ждали, и вот едем домой. А вокруг то же, что и было! Как же так?!

- Все вокруг еще изменится к лучшему, - сказал жизнерадостно кто-то из нас, - вот мы этим и займемся.

И до сих пор я пытаюсь заниматься этим, правда, не уверен, что получается.

В древней Индии бытие человека складывалось из четырех стадий - ашрамов:

- ученик (брахмачарья) – до 24 лет - жизнь под руководством наставника, посвящённая приобретению знаний, самоконтроля и накопления жизненной энергии, обучение действиям в русле дхармы;



- Это что ж под тобой все плавится и кренится – хочется значительнее казаться? – Столько Бога вокруг, что хочется три страницы, а не получается и абзаца?

- грихастха (семьянин) – 24 – 49 лет - создание семьи, рождение детей, выполнение обязанностей домохозяина и пребывание в миру;



- И жить в этой серой обычности, пока не остынут конечности, пытаясь для собственной личности найти хоть немножечко вечности.

- варнапрастха – 50 – 74 года – постепенный отход от мирских обязанностей, подготовка к полному отречению от мира;



- Там, у отмелей дальних - белых лилий ковши, там, у рек беспечальных, жизнь и смерть хороши.

- саньяса – от 75 и до конца - полное посвящение себя Богу, медитация, подготовка к смерти и освобождению.



- Я прощаюсь со всем, чем когда-то я был, что я так презирал, ненавидел, любил. Начинается новая жизнь для меня, и прощаюсь я с кожей вчерашнего дня. Больше я от себя не желаю вестей и прощаюсь с собою до мозга костей, вот уже, наконец, над собою стою, отделяю постылую душу мою, в пустоте оставляю себя самого, равнодушно смотрю на себя - на него.

Здравствуй, здравствуй, моя ледяная броня, здравствуй, хлеб без меня и вино без меня, сновидения ночи и бабочки дня, здравствуй, все без меня и вы все без меня! Я читаю страницы неписаных книг, слышу круглого яблока круглый язык, слышу белого облака белую речь, но ни слова для вас не умею сберечь, потому что сосудом скудельным я был и не знаю, зачем сам себя я разбил. Больше сферы подвижной в руке не держу и ни слова без слова я вам не скажу. А когда-то во мне находили слова люди, рыбы и камни, листва и трава.

Но если мы не хотим терять этот чудный мир раньше урочного времени, что же тогда остается?



Ну конечно – йога!

- Делай что должно, и будь что будет.
Июль – октябрь 2014, Москва
Примечания:


  1. ЙИК – книга «Йога – искусство коммуникации», находится в свободном доступе на главной странице сайта http://www.realyoga.ru/

  2. Йога-сутры – см. «Классическая йога: Йога-сутры Патанджали с комментариями Вьясы – «Бхашья» и «Таттва-вайшаради» Вачаспати Мишры (перевод с санскрита, введение, комментарий и реконструкция системы – Е.П.Островской и В.И.Рудого, ППВ, М.: Наука, ГРВЛ, 1992)».

  3. ЧВН – читта вритти ниродхо – «молчание ума» - базовое определение йоги, данное в Сутрах.

  4. В тексте приведены стихотворные и текстовые отрывки следующих поэтов и прозаиков:

Р.Абельская; И.Алексеев; Д.Андреев; И.Анненский; Ю.Батяйкин; В.Берязев; В.Блаженный; И.Бродский; Д.Быков; В.Высоцкий; А.Галич; Р.Гильфанов; Л.Гинзбург; С.Городенский; Н.Гумилев; В.Ерофеев; Ефрем Сирин; Н.Заболоцкий; Г.Иванов; С.Кекова; В.Коркия; А.Кухлятин; Ларошфуко; К.Левин; М.Лермонтов; В.Набоков; Н.Озерицкая; В.Пелевин; В.Полозкова; Сент-Экзюпери; А.Тарковский; Л.Толстой; Ф.Тютчев; И.Царёв; М.Цветаева; Г.Шпаликов; И.Эренбург.


1   2   3


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница