С. Горин нлп: Техники россыпью



страница1/25
Дата01.06.2016
Размер4.62 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   25

www.samorazvitie.ru www.soblaznenie.ru

Практические тренинги общения в реальных условиях

(095) 108-05-35, 108-03-73, 446-10-67, 195-22-42

С. Горин

НЛП: Техники россыпью


ПРЕДИСЛОВИЕ

В 1993 году на самых многочисленных в России со­браниях профессионалов -декадниках по психотерапии и практической психологии - уверенно заявил о себе и занял свое место Сергей Горин, врач из города Канска. Мне прият­но представить коллегам его вторую книгу и его самого.

Сергей имеет богатый врачебный опыт. После того как в 1981 году он с отличием окончил лечебный факультет Крас­ноярского медицинского института и получил в интернатуре специальность врача-психоневролога, ему довелось работать психиатром, невропатологом, наркологом, психотерапевтом; работать в стационаре, амбулаторной службе, на “скорой по­мощи”, и все это - одновременно...

Наверное, последнее слово подходит к Сергею лучше всего - он многое делает как-то одновременно. С 1991 года он - врач-психотерапевт и в то же время - исполнительный директор малого предприятия. Параллельно устанавливает и поддерживает контакт с такой загадочной для многих орга­низацией, как “Анонимные Алкоголики”. Там не любят чу­жаков, и Сергей, возможно, так и останется единственным врачом (не алкоголиком), которого приглашали на Всероссий­скую конференцию “АА” и который работал там в составе президиума.

В 1993 году С. Горин, заинтересовавшись работой с детьми, переходит в школу-интернат для детей-сирот; начи­нает в качестве школьного психолога. Вместе с этим Сергей пишет свою первую книгу “А вы пробовали гипноз?” - став­шую бестселлером и побившую все рекорды продаж на книж­ном рынке Красноярска. И (опять - одновременно) Сергей ведет авторские, ни на что не похожие семинары -для Управ­ления внутренних дел, для педагогов, банковских служащих,

180
коммерсантов; преподает психологию в вечернем техникуме... Это - единственный известный мне человек, качественно ра­ботавший в пяти местах одновременно!

В 1994 году на наших декадниках появились первые участники, приезжающие специально на семинары С. Гори­на. Его интересно слушать: эрудированный человек, который не подавляет собственной самодостаточностью, а приближа­ет к своему уровню, обучая с юмором, легко. Добавлю еще и то, что Сергей является автором 16 печатных работ (по диаг­ностике и лечению алкоголизма и наркомании, антинаркоти­ческой пропаганде, ораторскому искусству), две из которых были опубликованы на английском языке. Кроме того он уча­ствовал в нескольких международных семинарах и конферен­циях.

Мне хочется пожелать Сергею успехов! В каком же ка­честве ему больше нужны успехи? Мне он известен как врач, преподаватель, писатель, рекламист, бизнесмен, политичес­кий консультант... Сергей малопредсказуем, и я не удивлюсь, если узнаю его в роли политика или священника.

И последнее. Я могу согласиться далеко не со всеми положениями той книги, которую вы держите в руках - там есть весьма спорные утверждения. И, наверное, единствен­ное, с чем я согласен однозначно - Сергей дарит своим чита­телям и слушателям семинаров технологии, которые рабо­тают ...

В. В. МАКАРОВ, доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой психиатрии, психотерапии, наркологии, возрастной и медицинской психологии Красноярского медицинского института.

НЛП: Техники россыпью

181

Косте и Ире, всем ребятам, которые организовали Смоленский некоммерчес­кий семинар по психотерапии и практи­ческой психологии; и всем, кто работал в группах вместе со мной, считая, что чему-то учится у меня.



ВВЕДЕНИЕ,

которое можно прочесть до

приобретения книги,

после приобретения книги, а

можно вообще не читать

Со времен работы над талантливой компиляцией (это мнение читателей) под названием “А вы пробовали гипноз?” я мучаюсь тем, что написал книгу, которую приходится чи­тать последовательно, от начала к концу. Дело в том, что сам я так читать не люблю, мне больше нравится чтение “вразб­рос”. В “Техники россыпью” вошли фрагменты разных се­минаров, сгруппированные так, что эту книгу органически невозможно читать линейно. Зато ее можно читать с любого места - при условии, правда, что вы знакомы с терминами и понятиями НЛП и эриксонианского гипноза (если это не так, я буду периодически отсьшать вас к своей первой книге, кото­рая в тексте будет называться сокращенно - “АВПГ”).

Примечание для психотерапевтов. В тексте встре­чается профессиональный жаргон, понятный многим, но не всем. Я поясню два самых ходовых понятия. “Продвинутый

182


С.Горин. НЛП техники россыпью

специалист” (калька с английского “advanced”) - специалист, имеющий собственный опыт работы в изучаемом на семина­ре направлении психотерапии. “Нэлпер” или “энэлпист” -специалист, предпочитающий работать в техниках нейро-лин-гвистического программирования.

Семинары, давшие основу книге, проводились с пози­ций афоризма, который принадлежит не мне, но я с ним пол­ностью согласен: “Психотерапевт- это человек, который ре­шает свои проблемы вместе с проблемами пациента, за счет пациента и вместо проблем пациента”. В книге сказано о том, как можно делать это еще и легко, быстро, и к удоволь­ствию пациента.

Многое в книге является отражением моего увлече­ния - помещать психотерапевтические навыки в непсихоте­рапевтический контекст.

Примечание для пациентов. Есть мнение, что я пишу эту книгу исключительно в назидание потомкам -чтобы по­смотрели и ужаснулись, узнав, что в России девяностых го­дов жили и такие люди...

Примечание для тех, кто работал в группах вместе со мной. Если в каком-то из персонажей книги вы узнаете себя или меня, то учтите, что все совпадения случайны, и я вас только что об этом предупредил. И автор, и участники групп -литературные герои, ничего общего с реальной жиз­нью не имеющие.

Хочу особо подчеркнуть, что идеи многих техник и приемов, описанных в этой книге, принадлежат Валерию Николаевичу Хмелевскому -человеку, у которого я учился русскоязычной модели НЛП и у которого еще можно и нужно (как говорил некогда популярный, а ныне все реже и реже цитируемый В. И. Ульянов-Ленин) учиться, учиться и учиться...

Книга написана по материалам семинаров, проведен­ных в Канске, Смоленске, Красноярске, Казани, Одессе, Че­лябинске в 1993-1995гг. Я благодарен тем людям, общение с которыми было полезным мне в профессиональном плане, помогло в отборе материала для книги, и было значительным событием в моей жизни.

НЛП: Техники россыпью

183


Спасибо вам,

Сергей Левицкий, Валерий и Любовь Хмелев-ские (Красноярск, Россия), Маргарита Хафизова, Светлана Троицкая, Наталья Чумакова (Казань, Россия), Константин Коваленок, Ирина Лычак (Смоленск, Россия), Ирина Черепанова (Пермь, Россия), Сергей Быков (Челябинск, Россия), Па­вел и Наталья Беленко, Юрий Чекчурин (Новоси­бирск, Россия), Таисия Тадыка, Наталья Кадыше-ва, Алла Повереннова (Одесса, Украина).

I

Часть.


ОТСЛОЖНОГОК ПРОСТОМУ

Глава 1. ПРИТВОРЯЕМСЯ



ИСКРЕННИМИ (ПРИМЕЧАНИЯ К

ПОДСТРОЙКЕ)

Подстройка - специфическое согласование гипноти­зером своего поведения с поведением потенциального гипнотика для создания особого состояния подсознательного доверия при общении - раппорта

Ведение - возможность менять поведение гипнотика посредством изменений своего поведения, которую получает гипнотизер после качественной подстройки.

Начальные навыки

(стенограмма семинара)

С. Горин:.. .С позиций теории сверхбодрствования гип­ноз - не обязательно сон, даже вообще не сон, а только раз­личное состояние всей коры головного мозга и одного участ­ка коры. Вся кора бодрствует, а один ее участок сверхбодрствует - в терминах классического гипноза мы назвали бы такой участок очагом/раппорта, того самого специфическо­го общения гипнотизера с гипнотиком, когда критического осмысления внушений не происходит либо критика к высказываниям гипнотизера значительно ослаблена. Существует ряд приемов, которые позволяют быстро создать этот очаг раппорта или очаг сверхбодрствования. В эриксонианском гипнозе и НЛП такие приемы объединяются названием “подстройка” и “присоединение” (а также “на­стройка, отзеркаливание, отражение” - в основном, термины визуального ряда). В англоязычной литературе по невербаль­ной коммуникации почему-то принято аудиальное название подстройки - «эхо”: эхо-поза, эхо-жест. Еще одно аудиальное название подстройки я услышал от В. Б. Черных - “согласие тел”. Для того чтобы создать очаг раппорта в коре головного мозга, чтобы создать согласие умов, мы соглашаемся сначала своим телом с телом (в смысле - с поведением) нашего парт­нера по общению - пациента, клиента, ученика. Мы с вами изучим по отдельности компоненты такого согласия, начав с основного навыка - подстройки к позе. Ваша задача в упраж­нении - принять в точности такую же позу, которую принял ваш партнер.

С. Горин: Мне интересно, что у вас получилось лучше, какие были сложности или уникальные достижения...

Игорь: У меня были трудности.

С. Горин: В какой роли?

Игорь: Когда я отражал позу партнера, я испытывал очень сильный дискомфорт.

С. Горин: Поскольку это не первое наблюдение такого рода, я сразу скажу, что в подстройке (равно как и в упражне­ниях на подстройку) вашей целью не является почувствовать комфорт. Ваша цель - полностью отразить невербальное по­ведение партнера. Еще какие наблюдения?

Анна (педагог): Когда к моей позе стали подстраивать­ся, я спокойно сидела, и вдруг растеклась...

С. Горин: В каком смысле? (Смех в зале).

Анна: У меня было ощущение, что все во мне абсо­лютно расслабилось... Мне как-то понятней стал человек, бывший моим партнером в упражнении. А вот когда я отра­жала его позу, была какая-то внутренняя агрессия против него.

С. Горин: Человек стал понятней, прекрасно... Еще какие наблюдения?

Ответ из зала: Лучше относишься к человеку, который повторяет твою позу.

С. Горин: В основном, да. Есть пара контекстуальных примечаний... Ну, например, не рекомендуется отражать позу своего начальника, если он сидит вот так (откинулся на спин­ку кресла, вытянув ноги и сцепив руки за головой). По Алану Пизу эта поза называется “Т-образной” и интерпретируется так: “Я благополучен, я достиг вершин”. Если вы пришли к начальнику с просьбой и приняли такую же позу, это будет невербальным вызовом. И еще: обычно мужчины довольно сильно раздвигают ноги в положении сидя, и женщинам вов­се не обязательно делать так для отражения позы собеседни­ка. Это тоже будет невербальным вызовом в силу культуральных особенностей.

Что делать, когда вы по контексту общения не можете максимально точно отразить позу партнера? Отражайте ее частично. Вы можете отразить положение только верхней половины тела или только нижней; вы можете обратить осо­бое внимание на отражение перекреста рук или ног партнера. Можно только наметить отражение позы, сделав, к примеру, неполный перекрест своих конечностей, если ваш партнер сидит в полностью закрытой позе. Хотя в идеале, конечно, лучше добиваться абсолютно зеркальной подстройки, совер­шенно точной - по крайней мере, в большинстве терапевти­ческих ситуаций.

Один забавный момент, связанный с подстройкой: по­чему-то в группах после упражнений на подстройку возника­ют новые сексуальные, и даже семейные пары (смех в зале). Нет, я не говорю, что это плохо, просто это не является целью упражнений.

Некоторые предварительные выводы. Первый: если человек пришел к вам ругаться, а вы этого не хотите, начните потихоньку, постепенно подстраиваться к его позе. Второй: ваши аргументы в споре собеседник начнет воспринимать только тогда, когда вы подстроитесь к нему. Еще один вывод, следствие от противного: если вам в неизвестном коллективе надо вычислить симпатии и антипатии (вплоть до вычисле­ния любовной связи среди коллег), посмотрите, кто к кому подстраивается во время беседы - спонтанно и регулярно. Во влюбленных парах обычно женщина подстраивается к муж­чине.

Еще один момент, который вы уже заметили: к челове­ку, который к тебе подстраивается, начинаешь испытывать определенную симпатию... В психотерапии неоднократно ставились эксперименты вот такого плана: несколько групп больных с одной нозологией получают лечение разными ме­тодами, сравнивается эффективность методов. Я читал резуль­таты одного такого исследования: группу невротиков с фоби­ями пауков и змей разделили на три подгруппы, одну из кото­рых лечили психоанализом, другую - лекарствами, третью - не лечили никак. Через год улучшение самочувствия пациен­тов во всех трех группах оказалось одинаковым. Исследова­тель не делал из этого никаких выводов, просто предоставил информацию.

В других исследованиях выводы делались: в психоте­рапии (независимо от конкретного подхода) однозначно ра­ботает вещь, называемая эмпатией (сочувствием, вчувствованием). И разница в методах психотерапии, которые работают и которые не работают, сводится только к разнице в степени эмпатичности врача.

Но!.. Врач становится предельно эмпатичным (не толь­ко врач, это относится ко всем, кто работает с людьми), очень популярным - и постоянно приходит домой с чувством выжа­того лимона. Работая в психиатрии, вы через год начинаете понимать, что надбавку за вредность просто так не платят, а через пять лет это начинают понимать окружающие. Все это - тоже следствие эмпатии: чем легче общаться с больны­ми, тем труднее общаться со здоровыми...

Доктор В. Хмелевский на семинарах неоднократно предупреждает о том, что когда вы работаете с подстройкой (даже если вы делаете упражнение на подстройку), делайте это очень осторожно, потому что вы можете так подстроить­ся к субдепрессии, что придется принимать антидепрессан­ты. У меня на этот счет мнение несколько иное: и упражне­ния на подстройку, и сама подстройка предназначены не для того, чтобы создавать максимальную эмпатию, а для того, чтобы создать иллюзию максимальной эмпатии. Поэтому в дальнейших наших упражнениях и в дальнейшей работе, подстраиваясь ко всем аспектам невербального поведения ва­шего партнера, дайте себе возможность думать в это время о чем угодно еще. Вспоминайте своих подружек и их милые особенности, например. Чего вы этим достигаете? Отсутствия чувства выжатого лимона.

Для психотерапевта провести пять сеансов классичес­кого гипноза в день - все равно, что для хирурга провести пять операций. Но если вы подстраиваетесь к пациенту, ду­мая о чем-то своем, вы можете двадцать сеансов в день про­водить, и у вас еще останутся силы для общения с семьей. Именно для общения, а не для молчания.

Сделайте эти навыки автоматическими, осознавая, что вам совершенно не нужно входить во внутренний мир паци­ента, потому что вы этого все равно не достигнете. Вы може­те достичь галлюцинаций на эту тему, чего-то вроде: “Я по­чувствовал его напряжение или его покой” - и это может быть удачной догадкой о внутреннем переживании пациента, а может и не быть, такие вещи называются галлюцинацией - восприятием того, чего нет на самом деле.

Подстройка к дыханию и движениям

С. Горин: Я предлагаю вам сделать два упражнения на подстройку к дыханию. В первом случае вы занимаетесь пря­мой подстройкой, то есть дышите с той же частотой и глуби­ной, с какой дышит ваш партнер. Во втором случае вы согла­суете с дыханием партнера темп и ритм своей речи - говори­те только на выходе партнера.

Несколько примечаний. Вне контекста транса, вне упо­минания о том, что вам все это пригодится для наведения гип­нотического состояния, то, что вы делаете, может быть назва­но созданием подсознательного доверия к вам со стороны вашего партнера (термин приписывают мне). В ходе общения иногда бывает нужно провести “разговор по душам”, и это бывает нужно с пациентом, клиентом, учащимся, начальни­ком или подчиненным... Примените навыки подстройки. Не­зависимо от того, понимаете ли вы, о чем говорит собесед­ник, или не понимаете - ваш партнер воспринимает вас как человека понимающего. Да, есть и другие способы непрямого присоединения к дыханию: прикосновение к партнеру, погла­живание в такт его дыхания. Это хорошая находка для масса­жистов.

Вот еще несколько приемов создания подсознательно­го доверия, которые не имеют прямого отношения к гипнозу, но в практике хороши. Два самых простых приема - невер­бальные шаблоны создания иллюзии искренности и внима­тельного слушания. Один из этих шаблонов вам сегодня про­демонстрировали все ведущие групп на презентации: жест открытых ладоней, выполненный фрагментарно. Полный жест выглядит так (разводит руки в стороны, повернув ладони к аудитории), но он слишком откровенен и в российской куль­туре не вполне однозначен, поэтому лучше его делать неявно, примерно так (делает правой кистью кругообразные движе­ния от себя на уровне груди, периодически поворачивая кисть ладонной поверхностью к аудитории), как это и делалось на презентации. Включите этот жест в свой репертуар, он хоро­шо помогает в работе с большой аудиторией.

Второй шаблон - иллюзия внимательного слушания. Он состоит в следующем: вы наклоняете голову чуть вправо и периодически киваете, когда партнер говорит... И можете спокойно заполнять историю болезни, лишь изредка глядя на собеседника - он все равно будет считать, что вы его слушае­те. Я знаком с одной женщиной, врачом-педиатром, которая пользуется большой популярностью у родителей больных детей, причем, что самое странное, у мамаш. Я заинтересо­вался тем, как она этого достигает, и понял, что она спонтан­но использует именно этот шаблон. По-видимому, у нее то­нус мышц шеи справа выше, голова все время чуть наклоне­на вправо, и при этом она кивает, когда слышит чужую речь - мамаши в ней души не чают независимо от содержания ее рекомендаций. Я как-то попытался выяснить, почему коллега всем детям рекомендует сок алоэ с медом (при каждом забо­левании), вразумительного ответа не получил, но мое поло­жительное отношение к ней, как к врачу, не изменилось (смех в зале).

Несколько идей о подстройке к особым состояниям - имеются в виду в первую очередь смех и плач. Когда вы под­страиваетесь к этим состояниям, подстройка их закрепляет - то есть, если вы подстроились к плачу, то ваша пациентка будет плакать ровно столько, сколько вам того захочется. Ког­да вам надоест ее плач, вы можете резко прекратить подстрой­ку, и это вызовет резкое прекращение плача.

Для подстройки к особым состояниям лучше всего выбрать дыхание. Ясно, что смех и плач делают дыхание очень не ритмичным, поэтому сделать точную подстройку к дыха­нию трудно - достаточно подстроиться к вдоху или выдоху. По моим наблюдениям, при плаче лучше подстроиться к вдо­ху - он очень характерный, порывистый (двойной или трой­ной вместо сплошного вдоха в покое). И для подстройки до­вольно того, что вы сделаете “шваркающие” движения но­сом - по два на каждый вдох. Человек заканчивает плакать, но в подходящий момент вы делаете носом “швырк-швырк” - и он продолжает... Если вы это делаете с детьми, то они быст­ро понимают, что вы их дразните, но все равно ничего не мо­гут поделать - плачут после ваших провокаций. Ну, а взрос­лые вообще ничего не понимают (смех в зале).

Смех тоже сопровождается своеобразным ритмом ды­хания, и для подстройки надо выбрать какую-то ключевую точку - лучше использовать окончание выдоха. Когда выдох у партнера заканчивается, вы делаете утрированно резкий, неравномерный и продолжительный выдох - и партнер про­должает смеяться; и опять столько, сколько вам надо.

Хорошо. Напомню, что общая цель непрямой подстрой­ки к дыханию - вызвать у партнера иллюзорное восприятие вашей речи, как его собственной внутренней речи. Человек настолько привыкает говорить на выдохе, что когда вы гово­рите на его выдохе, он может перепутать ваши мысли со сво­ими. Это значимо и в психотерапии, и в педагогике - при ин­дивидуальных занятиях с отстающими учениками. Не только это, конечно, но и это тоже.
Подстройка к внутренним ритмам

С. Горин: Мы усвоили некоторые простые шаблоны, и возможно, во время перерыва у вас появились какие-то еще наблюдения, замечания, дополнения и достижения...

Не появились. Я хотел бы обратить ваше внимание на то, что каждое ваше достижение или трудность являются уни­кальными и могут помочь в чем-то всей группе.

Шаблоны подстройки к дыханию и движениям пред­назначены для индивидуальной работы на обычной дистан­ции делового общения - расстоянии вытянутой руки или что-то около того. Мне забавно бывает слышать, как некоторые коллеги (хотя чаще этим грешат экстрасенсы) начинают рас­сказывать, как они присоединялись к дыханию пациента на расстоянии 5-10 метров, а после этого вели и погружали партнера в транс невербально. Я, честно говоря, не очень в это верю, потому что подстройка к дыханию и движениям - шаблоны “ближнего действия”. Но есть шаблоны, которые на самом деле позволяют осуществлять подстройку и ведение на большом расстоянии.

Одним из таких шаблонов является подстройка к внут­ренним ритмам. Это упражнение я взял у В. Макдональда, немного упростив.

Упражнение 1. Выполняется в группах по трое. Парт­нер А идентифицирует некоторый свой внутренний ритм... Вам случалось когда-нибудь слышать внутри себя музыку, от которой невозможно отвязаться? Ритм музыкального произ­ведения на тот момент соответствовал какому-то из ваших внутренних ритмов, достаточно важных для вас. Так вот, в роли партнера А выберите подобный ритм из настоящего, прошлого или будущего и дайте открытое выражение этого ритма. Молча, без слов, движениями головы, движениями ноги, движениями рук... Просто сидите и выражайте свой внутренний ритм.

Партнер Б сидит лицом к партнеру А. Его задача - уло­вить этот ритм, подстроиться к нему и запомнить его. Може­те отстукивать такт рукой или ногой (у правшей лучше полу­чается делать это правыми конечностями, у левшей - левы­ми). Партнер В является режиссером и дает во время подстройки сигналы партнеру Б - ускориться или замед­литься.

После того как партнер Б считает, что он полностью подстроился к этому ритму и готов его воспроизвести, парт­нер А прекращает открытое выражение ритма, и партнер Б рассказывает партнеру А какую-либо историю, согласуя свою речь с этим ритмом. Это будет похоже на джазовую импрови­зацию голосом, наверное... Партнер В по-прежнему помога­ет партнеру Б, давая сигналы “ускориться-замедлиться”. Пусть каждый из вас побудет по одному разу в каждой роли. При­ступайте.

Обсуждение.

С. Горин: Я хотел бы услышать ваши самоотчеты при­мерно на такую тему: ваши ощущения, когда ваш внутренний ритм кто-то четко уловил.

Ответ из зала: У меня было такое ощущение, будто меня держат.

С. Горин: Прекрасное наблюдение, еще? Вообще-то подстройка к дыханию, движениям - это тоже подстройка к ритму. Все это достаточно ритмично, но в этом упражнении мы получаем более изящное выражение ритма. Трудность здесь в том, что вы подстраиваетесь по одному входу, а ре­зультат выдаете по другому. Подстраиваетесь вы кинестети­чески, а выход должен быть аудиальным, через речь.

Реплика из зала: Это действительно трудно.

С. Горин: Совершенно верно, но от учеников в школе этого требуют постоянно. Вход визуальный: “Посмотри на график”, а выход аудиальный: “Ответь мне на вопрос”. Де­тям приходится этим овладевать, так что вы это уже умеете делать со школьных времен.

Еще какие были наблюдения?

Игорь: Когда партнер начал говорить, это было как метафора моего внутреннего состояния.

С. Горин: Можно я предложу свою интерпретацию? Когда вы попадаете в такт чужого ритма, то все, что вы гово­рите, абсолютно все независимо от содержания восприни­мается партнером как метафора текущего состояния. Можно читать учебник психологии, газетную передовицу, эротичес­кий триллер - и это будет восприниматься так же, лишь бы вы попали в ритм.

Упражнение 1А. Партнер А идентифицирует и по оче­реди открыто выражает два ритма: один - соответствующий состоянию активного бодрствования, другой - соответствую­щий состоянию покоя. Дайте время партнеру Б для подстрой­ки к каждому из ритмов. Партнер В по-прежнему выступает в роли режиссера, помогая партнеру Б хорошо подстроиться к двум ритмам партнера А.

На втором этапе, когда подстройка достигнута (по край­ней мере, партнеры Б и В так считают), партнер А поворачи­вается спиной, партнер Б отходит на расстояние около 5 мет­ров, и хлопками в ладоши или собственной речью воспроиз­водит оба этих ритма по очереди. Воспроизводить ритмы надо достаточно громко, поскольку когда все начнут делать это упражнение, у нас будет довольно сильный шумовой фон.

Тема для обсуждения: влияет ли такое воспроизведе­ние ритмов (на фоне шумовых помех, на большом расстоя­нии) на ощущения партнера А? Каждый из вас вновь по 4-5 минут должен побывать в каждой роли. Задание понятно? Приступайте.

Обсуждение.

Самоотчеты участников: По-прежнему есть ощущение, что тебя держат. Воспроизведение ритмов действительно вы­зывает соответствующие этим ритмам состояния. Мы не по­пали в ритм... и удовлетворение не наступило (смех в зале).

С. Горин: Я специально просил вас установить боль­шое расстояние, чтобы вы увидели, что и на этом расстоянии возникает какой-то резонанс. Возможно, это была иллюстра­ция к теме: как самка пингвина узнает своего птенца среди тысячи таких же? По-видимому, она каким-то способом все время настроена на его внутренний ритм. Как радиоприем­ник узнает станцию “Европа-плюс”? Он на нее настроен. И такая настройка остается, к ней можно прибегнуть в другое время, позже.

В этой точке мы может выйти на некоторые более об­щие закономерности и более частные техники. Например, такая закономерность: если определенной проблеме соответ­ствует определенный внутренний ритм, то навязав другой ритм, вы уберете эту проблему. То же самое в виде техники описано тем же В. Макдональдом - предложите пациенту, думая о проблеме, идентифицировать музыкальное произве­дение, которое у пациента ассоциируется с этой проблемой. Пусть он думает о проблеме и слышит при этом определен­ную музыку. Потом пусть пациент услышит любое другое музыкальное произведение и попытается продолжать ду­мать о проблеме. Получится ли это у него? В. Макдональд называет эту технику “Разрушительные музыкальные якоря”, мне же она кажется очень близкой к шаблону взмаха в аудиальной системе. Ладно, это более сложные вещи, вернемся к простым.

Подстройка к интонации

С. Горин: Сколько бы рекомендаций нам ни давали кни­ги по НЛП, мы обращаем внимание в первую очередь на со­держание речи. Для того, чтобы научиться обращать внима­ние на ее форму, нам потребуется дополнительная трениров­ка, и начнем мы ее вот с чего... Это упражнение В. Хмелевского - нужно рассказать хорошо известное детское стихотворение, при этом все участники группы будут следить за той информацией, которую рассказчик предоставляет нам своей интонацией. Мы возьмем бессмертное произведение А. Барто:

Наша Таня громко плачет, Уронила в речку мячик. Тише, Танечка, не плачь, Не утонет в речке мяч.

Я попрошу, чтобы стихотворение сначала рассказала женщина, потом мужчина. Начинаем.

(Женщина и мужчина по очереди рассказывают сти­хотворение).

Теперь давайте сравним два интонационных подхода. Содержание было одно и то же, но интонационная информа­ция - отношение рассказчика к событию - отличалась. Каким был мужской подход к проблеме?

Ответ из зала: Оптимистичный, утешающий.

С. Горин: Утешающий - ничего страшного, это у всех бывает, все когда-то через это проходят (смех в зале)... А жен­ский подход?

Ответ из зала: Это была почти трагедия.

С. Горин: Да, интонация была трагичной. Вообще-то это стихотворение - о потере, и здесь была иллюстрация муж­ского и женского отношения к потере, переживаемой малень­кой девочкой, причем это отношение практически всегда вы­ражается именно так. Мужское отношение: “Ну, ничего страш­ного нет”. И женское: “Все так, но мяч в реке - когда его достанут, да и достанут ли?..” Многие женщины это стихот­ворение уже в детстве терпеть не могут, обязательно добавля­ют сердито: “Мяч вообще не тонет!”

Попрактикуйтесь еще в интерпретации интонационных подходов.

(Участники группы по очереди рассказывают стихот­ворение, анализируя интонацию).

С. Горин: Ну, не будьте столь суровыми к мужчинам, здесь был один очень интересный вариант, я такого давно не слышал... Был ответ настоящего мужчины: “Потеря состоя­лась, но если что - я тебе помогу” (смех в зале).

Теперь, когда вы привыкли следить за интонацией, по­пробуйте ее отражать.

Упражнение 2. Выполняется в группах по трое. Парт­неры А и Б садятся спиной друг к другу, партнер В (режис­сер) выбирает любую удобную для себя позицию. На первом этапе партнер А говорит несколько произвольных фраз, а парт­нер Б повторяет эти фразы, стараясь полностью воспроизвес­ти интонацию: повышение речи, понижение, темп, ритм, громкость. Потратьте на это 2-3 минуты.

На втором этапе партнеры А и Б беседуют - первый задает вопросы, второй отвечает, по-прежнему соблюдая под­стройку к интонации. Партнер В дает сигналы партнеру Б -ускорять речь, замедлять, повысить или понизить тон. Во вре­мя беседы не обязательно следовать стереотипу “вопрос-от­вет”; вы можете обмениваться впечатлениями, мнениями, ощущениями. Побудьте в каждой роли один раз, около пяти минут. Приступайте.

Обсуждение.

С. Горин: Итак, меня интересует, что вы смогли вынес­ти из этого упражнения?

Ответы из зала: По мере подстройки к интонации од­новременно происходит подстройка к дыханию и движени­ям, позе. Очень трудно бывает “упаковать” свое содержание в ту форму, которую предлагает партнер.

С. Горин: Это действительно трудно. Просто некото­рое время назад я перестал обозначать упражнения, как лег­кие и трудные. А потом немного пошутил с одной группой, обозначив технику рассеивания как легкую... Ее усвоили за три минуты. От словесных обозначений зависит очень мно­гое. Речь дана нам, чтобы скрывать свои мысли... По-моему, первым это написал Вольтер. Вы как-то обозначаете ситуа­цию, и все идет в соответствии с обозначением, а не с ситуа­цией. Забавно, правда?.. Чем старше мы становимся, тем боль­ше верим словам, хотя весь предыдущий жизненный опыт говорит, что этого делать не надо. А мы все равно верим!

В ходе присоединения к невербальным характеристи­кам речи (хочу вас предостеречь) не копируйте акцент. Отра­жение этой характеристики легко осознается партнером, обыч­но на это обижаются.

Подстройка к паре

С. Горин: Еще одно упражнение, которое должно вам помочь приобрести навыки подстройки к двум-трем пациен­там или партнерам в общении. Это бывает нужно в семейной терапии, когда у вас на приеме одновременно два-три челове­ка, и к каждому надо подстроиться, каждый должен ощутить эмпатию, идущую от вас. Это, конечно, нужно не только в психотерапии, это хороший навык для всех, кто работает с людьми: от психотерапевта до проститутки - главное, чтобы клиенты были удовлетворены, даже если их несколько.

Здесь существует несколько приемов. Допустим, у вас на приеме семейная пара: вы можете отражать верхней поло­виной тела позу одного, нижней половиной - позу другого. Можно отражать дыхание одного и движения другого. Дыха­ние одного и мимику другого. Позу одного, дыхание другого и слова-предикаты третьего. Потренируйтесь в этом.

Упражнение 3. Выполняется в группах по трое. Парт­неры Б и В ведут свободную беседу. Партнер А в течение трех минут подстраивается к двум собеседникам, при этом он тоже может участвовать в разговоре, особенно если он намерен присоединяться к предикатам. После присоединения резко прекратите подстройку и посмотрите, что произойдет в паре.

Обсуждение.

С. Горин: Здесь было много интересного... Какими были реакции пары на прекращение подстройки?

Ответ из зала: Был разрыв контакта в паре, они даже потеряли нить разговора.

С. Горин: А углубление контакта было?

Ответы из зала: В нашей группе было - я отсоедини­лась, прекратила подстройку, и пара стала беседовать гораздо оживленнее.

С. Горин: Понятно, как это можно использовать - пара пришла к согласию, взаимопониманию, люди в паре стали конструктивно реагировать друг на друга, и в этот момент вы метафорически уходите, и все, чего они достигли, останется с ними. Еще что было?

Ответ из зала: Была агрессия.

С. Горин: У кого на кого?

Ответ: У пары на меня. Я прекратил подстройку, и тог­да пара стала подстраиваться ко мне, я им этого не позволил, и они отреагировали на меня агрессивно.

С. Горин: Бить не стали? Хорошо. Это было инте­ресно - после того как вы резко отсоединились от пары, два человека отреагировали сначала состоянием замешательства, а потом стали подстраиваться к вам. Резкое отсоединение от пары часто вызывает состояние замешательства, и если вы этого состояния не хотите, не отсоединяйтесь резко. Но су­ществует масса ситуаций, когда нужно вызвать именно состо­яние замешательства... потому что замешательство и транс - близнецы-братья... - хотя оба среднего рода... (Несколько уча­стников семинара согласно кивают головами). Кто еще согла­сен, что оба - среднего рода? (Смех в зале). Итак, вы вызыва­ете замешательство и тогда говорите что-то очень значимое для пары.

Какие еще наблюдения?

Ответ из зала: Было ощущение того, что я мешаю сво­ей подстройкой женщине, беседующей с мужчиной.

С. Горин: И это возможно.

Реплика из зала: Если в реальном мире два члена се­мьи могут подстроиться друг к другу, они не приходят на те­рапию. Приходят те, кто ругается.

С. Горин: Пусть ругаются, это тоже интересно. А вы будете наблюдать за процессом, за тем, на что они реагируют, когда ругаются друг с другом.

Реплика из зала: Вот они друг на друга и реагируют.

С. Горин: Хорошо, прервите их, предложите нейтраль­ную тему. А потом спросите: “Правильно ли я понял, что у вас вообще нет точек согласия?”

Реплика из зала: А если ответ “да”?

С. Горин: “Ну, тогда разводитесь!” Вы думали, что это­го нельзя говорить? Но дело в том, что подстройка к паре, то ощущение у каждого из пары, что вы понимаете именно его, какими бы диаметрально противоположными ни были пози­ции у членов семьи - все это создает у пары подсознательное ощущение того, что их проблему решить можно.

Вопрос из зала: Как вы спрогнозируете реакцию дан­ной конкретной пары на прекращение вашей подстройки?

С. Горин: А зачем ее прогнозировать? Энергетически выгоднее использовать ту реакцию, которая получилась. Ис­пользовать любым способом. Пара не умеет читать мысли, не знает, к какому результату вы стремились и достигли ли вы его. Так что особой разницы в том, что произошло на сеансе, нет. А если произошло что-то, что вас не устраивает - сделай­те что-нибудь еще.

Вопрос из зала: А если я вижу полнейший разрыв кон­такта в паре и понятия не имею, что делать дальше?

С. Горин: Ну, по крайней мере, вы можете дать неопре­деленную инструкцию - мило улыбнуться и сказать (разво­дит руками в стороны и произносит с непередаваемой инто­нацией): “Ну... вот!” (смех в зале). Случай, который расска­зал Костя: обычно у них машину водит Ирина, а тут за руль сел Олег, ведет машину и спрашивает: “Ну что, Костя, я ведь лучше Ирины машину вожу - или Ирина лучше?” Костя от­ветил (разводит руки в стороны): “Ну, конечно>(смех в зале).

Если вы зашли в тупик и не знаете, что делать дальше, остановите сеанс и обозначьте ситуацию неопределенно - междометием, улыбкой авгура... И людям вновь будет непо­нятно, чего вы-то хотели? И вы останетесь мудрым челове­ком, который контролирует ситуацию. И потом вы сможете сказать: “Я же говорил!..” Кто вспомнит, чего вы там говори­ли?.. Самое главное в этих случаях - вовремя выпроводить пару из кабинета.

Уровни и дистанции общения

С. Горин: Вы могли слышать такое изречение - для искреннего общения необходим горизонтальный уровень контакта, необходим контакт на одном уровне. Обычно эту фразу воспринимают как метафору о том, что хорошее, от­крытое, “душевное” общение возможно только тогда, когда оба собеседника имеют равное общественное положение, интеллектуальный и образовательный уровни и так далее. Как и многое другое в НЛП, это положение можно воспринять не метафорически, а буквально: для создания иллюзии искрен­ности вам следует организовать контакт на одном простран­ственном уровне.

Это легко проверить, и многие знают об этом интуи­тивно, особенно женщины - они при разговоре с ребенком опускаются на корточки или берут ребенка к себе на колени, чтобы общаться “глаза в глаза”. Маленькое домашнее зада­ние для родителей и педагогов: попробуйте поговорить с ре­бенком, поставив его на стул. Не опускаясь к нему, не снисхо­дя до его уровня, а подняв его до своего. Как это изменит ваши ощущения от беседы и ваше мироощущение вообще?

Ирина: Моя дочь сама лезет на стол, чтобы со мной поговорить!

С. Горин: Прекрасно. Наследственный талант общения.

Мне нужен кто-нибудь из мужчин, готовый поучаство­вать в упражнении на общение с разных уровней (упражне­ние В. Хмелевского).

(Выходит Сергей). Давай, Сергей, начнем с этого уров­ня - попробуем пообщаться с группой, сидя на корточках (оба садятся на корточки, группа продолжает сидеть на стульях). Давай посмотрим на них с этого уровня... Насколько нам с тобой удобно смотреть на них снизу вверх?..

Почему бывшие заключенные так любят эту позу для общения друг с другом? Говорят, что их так воспитывают в местах лишения свободы - при остановке в пути их специ­ально ставят на корточки, чтобы предотвратить побег. Дей­ствительно, трудно вскочить и побежать, если хотя бы пять минут посидел на корточках - ноги затекают. Но предпочте­ние этой позы можно истолковать и как-то еще...

(Обращаясь к группе) Как мы выглядим с вашей по­зиции?

Ответ из зала: Как люди более приземленные.

С. Горин: А как мы к ним относимся, Сергей?

Сергей: Мне удобнее смотреть в пол, а не на людей... Но если я на них смотрю, у меня возникает мысль - может, дадут что-нибудь?... (смех в зале).

С. Горин: Установилось интереснейшее отношение к окружающим. Я ниже вас, вы смотрите на меня свысока - и у Сергея появляются просящие интонации, совершенно ему не свойственные. Мы с Сергеем остались друг для друга на од­ном уровне, мы друг другу доверяем, вот и у меня интонации изменились...

А что еще делают в этой позе? Сидя на корточках? Так вот это самое мы сейчас на вас на всех! Мы, конечно, ниже вас, но мы вас презираем, не так ли? Хорошо, оцените еще раз невербальное выражение жалости и сочувствия на ва­ших лицах... особенно на женских... “Бедненькие, за что же их так?”

Теперь, Сергей, давай опять сядем на стулья и окажем­ся на их уровне. Как теперь изменилось наше отношение к окружающим и отношение окружающих к нам?

Сергей: Я все еще в депрессии (смех в зале).

С. Горин: Кинестетика - самая инертная система, по­этому у нас пока ничего не изменилось, нам нужно время... А как у группы?

Сергей: Они успокоились.

С. Горин: Вот именно. Были даже улыбки после того, как мы поменяли свой уровень. Только уровень, ничего боль­ше! Мы уже приняты в их коллектив, мы уже с ними одина­ковы.

Реплика из зала: Сергей тоже стал спокойнее.

С. Горин: Небольшое добавление вы это обозначили словесно, и это произошло на самом деле. Хорошо, Сергей, мы с тобой уже стали членами коллектива?

Сергей: В общем-то, да.

С. Горин: Давай попробуем еще раз изменить уровень. (Оба становятся на стулья, смех в зале). Еще раз оцените не­вербальные реакции у нас и у группы. Группа улыбается, Сергей.

Сергей: На самом деле этой улыбкой они скрывают свое замешательство.

С. Горин: Конечно! Кто они такие с наших высоких позиций? Собрались тут...

Реплика из зала: Хочется вас снять оттуда.

С. Горин: Сергей, пойдешь вниз?

Сергей: Мне и тут нормально!

С. Горин: Ну, действительно, не хочется уходить, спус­каться к вам. Но придется...

Итак, здесь происходили какие-то смешные вещи, свя­занные только с уровнем общения. В детской психотерапии особенно важно соблюдать равенство уровней общения не метафорически, а буквально - причем не за счет своего при­нижения, а за счет возвышения ребенка. Это работает, про­верьте. У детей с пониженной самооценкой повышение уров­ня срабатывает тоже буквально и, вместе с тем, метафоричес­ки. Поставьте такого ребенка на стул перед классом (или даже в одиночестве) и посмотрите, что получится... Получиться могут самые неожиданные вещи, особенно если вы обозна­чите ситуацию словесно.

Появилось тут одно воспоминание... Очередная повер­хностная ассоциация. Однажды в классе я перевел одну де­вочку из разряда периферийных особей в центр мужского внимания. Я сделал это очень просто... Ладно, начну издале­ка - вы помните ваших школьных красавиц? Понятно, что помните, как же не помнить - первая любовь, первый поце­луй в городском саду! Все это запоминается. Так вот, попро­буйте найти их на школьных фотографиях. Уверяю вас, это получится далеко не сразу. Ибо красавица не есть понятие статическое. Красавица есть понятие динамическое, понятие поведенческое, и на фотографиях вы увидите самые обыч­ные лица. Рядовые, ничего особенно красивого...

Так вот, в классе тогда я с этой девочкой сделал следу­ющее - я взял ее в качестве субъекта для того, чтобы показать мальчикам, как надо будет целовать женщинам руки, когда они станут взрослыми. Это были подростки, десятый класс. У нас шла какая-то игра, я защитился цитатой из какого-то фильма о Джеймсе Бонде, сейчас уже не помню какого, и проде­монстрировал.. . Это можно и сейчас продемонстрировать.

(Берет за руку сидящую рядом женщину). Алла, можно с то­бой?.. (Алла встает со своего места).

Как целует руку женщине нормальный советский му­жик? (Берет руку Аллы и подносит к своему рту, прикасаясь губами к тыльной поверхности кисти).

Алла (обиженно): Ну, вообще-то мои нормальные му­жики целуют по-другому.

С. Горин: Да, конечно. А как это делает воспитанный советский или нормальный французский мужик? (Вновь бе­рет руку Аллы, чуть приподнимает, наклоняется к руке и прикасается губами к тыльной поверхности кисти).

Ну, а совсем утонченные делают так. (Очень осторож­но берет руку Аллы, низко наклоняется к руке, разворачивает руку ладонной поверхностью к своим губам, смотрит налицо Аллы и прикасается губами к ее ладони).

Алла (смущенно): Неплохо для начала...

Реплика из зала: Самоотчет давай (смех в зале).

Алла: Ну, первый вариант - тот, который нормальный советский - это захват какой-то, самбистский, дзюдоистский... Я почувствовала жесткость, у меня сразу появилась агрессия... Меня повлекли куда-то, я этого не хочу... Второй вариант - он вежливый, конечно, но какой-то нейтральный, обычный... В общем, никакой. А третий вариант, там добавился взгляд, зрительный контакт... В этом есть что-то романтичное! Это мои ощущения.

С. Горин: А теперь - для чего это делалось. Сравните свое отношение к Алле до упражнения и после него. Вот это и было сделано в школе.

Хорошо, теперь давайте поговорим о дистанциях об­щения. О личных пространствах человека вы знаете (см. схе­му), вопрос в том, как это можно использовать.

В первую очередь вам нужен навык определения той минимальной дистанции, на которой вашему партнеру, па­циенту, клиенту будет все еще комфортно общаться с вами.

Упражнение 4 Выполняется в парах. Партнер А сто­ит на месте, партнер Б поочередно подходит к нему спереди, слева и справа. При каждом подходе партнер Б старается про­читать невербальную информацию, свидетельствующую о том, что дальше двигаться нельзя, что он подошел к границе личного пространства партнера А. После того как партнер Б решил, что он правильно определил эту границу, он спраши­вает у партнера А его мнение. Если партнер А имеет отлича­ющееся мнение, он показывает партнеру Б, где на самом деле была граница личного пространства. После этого партнеры меняются ролями.

Обсуждение.

С. Горин: Понятно, что ошибок у вас в этом упражне­нии должно было быть очень мало. Давайте попробуем выяс­нить некоторые общие закономерности. В каком направлении граница личного пространства находится ближе всего к парт­неру А?

Ответы из зала: Слева. Слева. В нашей паре - справа.

С. Горин: Понятно, что исключение из правил вы тоже должны были заметить. Кто кого ближе подпускает... ну, ска­жем так, в гетеросексуальных и гомосексуальных парах? (Смех в зале).

Ответ из зала: Ближе всего подпускает женщина жен­щину.

С. Горин: Один из моих учителей как-то поделился та­ким наблюдением. Он сказал: “Сергей, обрати внимание - почему на рекламе женского белья изображают обнаженных женщин? Реклама ведь предназначена для женщин, а не для мужчин!” Он сделал из этого вывод, что женщины более го­мосексуальны, чем мужчины, и с ним в какой-то степени мож­но согласиться. Например, дружеские поцелуи в паре “жен­щина-женщина” распространены гораздо больше, нежели в

паре “мужчина-мужчина”. Вернее, в последних парах поце­луи вообще не встречаются. Даже среди родственников, даже при прощании надолго, прикосновение небритой мужской щеки вызывает мысль о том, что ты - труп и тебе отдают пос­леднее целование (смех в зале). Для тех из вас, кто иногда занимается рекламой, это наблюдение может иметь смысл: хотите заинтересовать чем-то женщину - показывайте ей жен­щину.

В повседневной клинической практике решение воп­роса о комфортной дистанции для общения можно упростить, предоставив его самому пациенту. Это легко сделать, если в вашем кабинете - несколько стульев, расставленных по все­му кабинету. Тогда вы, сидя на своем месте, делаете неопре­деленный жест и говорите пациенту: “Садитесь, пожалуйста”. Пациент сам выберет дистанцию, а потом сам же сможет со­кратить ее или увеличить - и это будет для вас информацией о том, насколько вам доверяют.

В семейной терапии обращайте внимание на то, какие дистанции устанавливают между собой пришедшие на прием пары, и кто является инициатором установления именно та­ких дистанций. Я вспоминаю одну мамашу с дочкой: у дочки диагностировали шизофрению, мама изображала сверхозабо­ченность по поводу заболевания дочери, но когда они вошли в кабинет, между ними установилась дистанция метра в три, причем установила ее мама. Когда я обратил внимание мама­ши на эту неконгруэнтность и попросил ее сократить дистан­цию, это сразу привело к заметному потеплению их отноше­ний.

Хорошо. Как человек обозначает границу своего лич­ного пространства?

Ответы из зала: Изменением дыхания - делает более глубокий вдох. Жестами, выражением лица.

С. Горин: Наверное, не обязательно более глубокий вдох - просто изменением ритма или глубины дыхания. По­зой - партнер отклоняется назад, если вы подошли слишком близко к его границе. Жестами рук - человек часто заканчи­вает жест как раз на границе личного пространства.

Сергей: В нашей паре было парадоксальное обозначе­ние границы - наклоном тела ко мне.

С. Горин: В какой паре?

Сергей: В гетеросексуальной (смех в зале).

С. Горин: А почему оно парадоксальное?

Вопрос из зала: Мы попробовали в паре определить границу личного пространства при подходе к партнеру А сза­ди, и у моего партнера личное пространство сзади оказалось очень большим. С чем это может быть связано?

С. Горин: Наверное, это профессиональная деформа­ция личности психиатра...

Несколько приемов сокращения дистанции... Один вы уже знаете - подход слева. Второй прием - если вы начнете постепенно (не резко!) понижать громкость своей речи, парт­нер будет стараться подвинуться ближе к вам. И можно про­сто спросить разрешения у партнера занять место поближе к нему.

Приведу такой пример из близкого мне сейчас страхо­вого бизнеса. Два деятеля от страхования приходят на офици­альную встречу к некоему начальнику и его заместителю. Цель первой пары - заключить договор. У второй пары такой цели нет, так что встреча начинается в атмосфере настороженнос­ти... Хозяева кабинета сидят за столом, а гостей располагают по другую сторону стола, организуя тем самым барьер в об­щении. Через несколько минут после начала беседы один из гостей просит разрешения пересесть, поскольку ему в лицо светит солнце. Получив такое разрешение, он садится рядом с заместителем, второй гость садится ближе к начальнику, оба гостя начинают вести подстройку, каждый к своему партне­ру... Самое главное - им разрешили сократить дистанцию. Понятно, что через некоторое время гости уходят с подпи­санным договором. Причем они не спорили с хозяевами ка­бинета, они послушно кивали головами (вместе с хозяевами), когда речь шла о некоторых недостатках договора...

Еще раз скажу, что энэлписты часто ориентируются на сложные шаблоны работы, забывая о простых, которые ока­зываются едва ли не более эффективными. Чем хороша рабо­та по простому шаблону? Тем, что он легко запоминается, легко становится автоматическим в применении. И тем, что вашего партнера или пациента можно ошеломить то одним шаблоном, то другим, не особенно много думая при этом.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   25


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница