С. Г. Тер-Минасова 1 Преподавание иностранных языков в современной России. Что впереди? Статья



Скачать 288.36 Kb.
Дата14.02.2016
Размер288.36 Kb.
ТипСтатья
С.Г. Тер-Минасова1

Преподавание иностранных языков в современной России. Что впереди?

Статья посвящена радикальным переменам в сфере преподавания иностранных языков, вызванным революцией в России в конце XX в. Падение политических барьеров открыло эпоху массового международного общения для россиян. Речь идет о новых условиях нашей жизни и работы, о взаимодействии традиций и инноваций, о проблемах и противоречиях, об открытиях и трудностях — с особым вниманием к перспективам развития нашей сферы знания и деятельности.



Ключевые слова: преподавание иностранных языков, наследие прошлого, радикальные изменения, реальная коммуникация, новые принципы и методы, перспективы.

The paper deals with radical changes in the sphere of foreign language teaching (FLT) caused by the revolution at the end of the 20th century in this country. Breaking down political barriers isolating Russia opened an era of mass international communication for Russians. This paper is about our new situation of life and work, about the interconnection of traditions and innovations, challenges and contradictions, discoveries and difficulties with a special attention to the prospects of developing our branch of knowledge.



Key words: foreign language teaching, the heritage of the past, radical changes, direct communication, new methods and principles, prospects.
Для того чтобы понять, что2 нас, преподавателей иностранных языков в России, ждет впереди, надо сначала посмотреть, что у нас позади. Каковы традиции нашей профессии в нашей стране? С каким багажом (или грузом?) знаний и умений мы вступаем в эпоху неслыханных технических возможностей всемирного, глобального общения, или коммуникации, — возможностей, которые нельзя реализовать без знания языков? Соответственно никогда раньше мы не были в центре столь пристального общественного внимания, никогда не были так востребованы наши знания и умения.

Небывалый спрос породил небывалое по размаху предложение. В 90-х гг. прошлого века пышным цветом расцвело разного рода шарлатанство непрофессионалов, предлагавших курсы с заманчивыми названиями (“английский за две недели”, во сне, в полном погружении и т.д. и т.п.). Лавины учебников из “стран изучаемых языков”, бесконечные реформы образования, смены министров и всей вертикали власти в сфере образования, ЕГЭ, Болонья и т.д. и т.п. Все это мы, перегруженные и недооплаченные, выдержали, выстояли и, с удивительной быстротой “догнав и перегнав Америку” (пользуясь лексикой советских времен), овладели инновационными идеями и методами и чувствуем себя, как говорится, “не хуже других”. Кстати, советский лозунг насчет Америки здесь неуместен, поскольку англоязычные страны печально знамениты отсутствием и желания и интереса изучать иностранные языки по очень простой причине: они без труда и без затрат от рождения владеют английским языком, уверенно претендующим на статус глобального.

Итак, что позади, какие традиции нам помогают или мешают двигаться дальше, чтобы удовлетворить все растущие запросы нашего родного народа, родной страны?

Традиции

Особый острый интерес и, более того, любовь ко всему иностранному вообще и к языкам в частности. Для страны, географически изолированной, это нетипично. Обычно географически изолированными считаются островные культуры, отделенные от остального мира морями-океанами, что в течение многих тысячелетий было труднопреодолимой преградой. Россия, разумеется, не остров, но она (опять уникальность!) изолировалась географически своим евразийством, будучи единственной в мире страной, расположенной одновременно и в Европе и в Азии, и поэтому для многих — ни в Европе, ни в Азии, а вернее, для европейцев мы азиаты, а для азиатов — европейцы, отсюда и наша “особенная стать”, изолирующая нас и от тех и от других.

Островные культуры, как правило, замыкаются в своей культуре и отгораживаются от всего остального мира и в культурном плане тоже, взяв себя за образец совершенства. Англия и Япония особенно отличились в этом плане. Английский язык отразил острую нелюбовь своего народа ко всему иностранному: слова foreign и foreigner имеют такие сильные негативные коннотации, что в нейтральных и даже терминологических контекстах заменяются на более позитивное international: international languages, international students. И культурная карта мира (продукт всеобщего увлечения межкультурной коммуникацией), представляющая культурные ассоциации и стереотипы разных народов, у англичан очень проста: в центре — карта Великобритании, а вокруг на всем глобусе повторяется одно слово foreigners. Почти по Пушкину: “Нам целый мир чужбина…”.

Россия же дала миру удивительные, уникальные примеры жадного интереса к жизни и языку иностранцев, доходящего в крайних своих проявлениях до игнорирования родного. Разумеется, имеется в виду образованная часть населения. Для XVIII в. было характерно распространение немецкого языка, в XIX в. царил французский язык, со второй половины XX в. и до сегодняшнего дня — “триумфальное шествие” английского…

Соответственно знание иностранного языка в нашей стране всегда ценилось очень высоко как важное серьезное достижение и изучающего чужой язык, и его семьи, как свидетельство определенного общественного статуса, как ключ к заветной дверце, за которой спрятан таинственный, незнакомый, но прекрасный мир. Эту особенность национального отношения к иностранному языку важно учитывать при выборе методов и учебных материалов.

Не случайно в начале 90-х гг. XX в., когда в новой России началась эпоха массового международного общения, хлынувшие к нам учебные курсы, роскошно (по сравнению с нашими советскими) изданные, глянцевые чудеса полиграфии, написанные очень просто, без сложных грамматических терминов (чтобы не отпугнуть потенциальных покупателей — ах, извините, учеников!), после первых восторгов пошли совсем не так хорошо, как можно было ожидать. Стремление к легкости, занимательности этих учебных материалов, так же как и методов (ролевые игры, песни, сценки), оказалось неприемлемым для взрослых “серьезных” клиентов, которым был остро нужен английский язык для важных дел. Занимательность, “два прихлопа, три притопа” не соответствовали национальной традиции отношения к изучению иностранного языка как Очень Серьезному Делу.

Итак, первая, вековая традиция — Любовь к иностранному языку и серьезное до благоговейности отношение к его изучению. Это мы получили от всей прошлой жизни, так исторически сложилось.

Следующие традиции мы получили в наследство от советского периода истории нашей страны. Пишу и говорю об этом как продукт этой системы обучения: я родилась в СССР, получила образование (бесплатное) в Московском университете, преподавала и преподаю там же, прожив в Советском Союзе 50 лет и в новой России еще 25.



Традиции советской системы языкового образования рассмотрим по возможности кратко, так как главная тема — “Что впереди?”.

1. Перфекционизм, основательность, стремление объять необъятное. “Советское, значит, отличное”.

Недостаток — строжайшее соблюдение формальных норм в области фонетики и грамматики в ущерб содержанию и коммуникации.

2. Мощная теоретическая база. Известный советский ученый С.Г. Бархударов, автор школьных учебников русского языка, формулировал необходимость лингвистических основ методики преподавания иностранных языков следующим образом: “Методист языка должен быть одновременно и лингвистом, не только хорошо ориентированным в научной литературе, но и способным самостоятельно анализировать языковые явления и делать из них методические выводы. Методист должен уметь воспринимать и оценивать факты русского языка с точки зрения языкового мышления иностранца, изучающего русский язык”2.

Недостаток — перегруженность более “научными” терминами. На Западе — упрощенно: Simple Tense, у нас всегда было Indefinite, звучит серьезнее, академичнее.

3. Массовое производство. Централизация: один учебник на каждую категорию учащихся, насчитывающую миллионы: обычная, специализированная школа, среднее специальное образование, языковые, неязыковые вузы. Гриф — редкость и очень ценен. Стандарты для каждой категории; средний, однородный ученик и такой же учитель. Общество тоже однородное, оно не расколото, как сейчас, на неравные части, между которыми — финансовая бездна.

4. Однобокость. Обучение только одному умению — чтению. Действительно, в ситуации “железного занавеса” иностранный язык не существовал как средство общения: говорить было не с кем, слушать некого, писать — просто опасно, потому что письменный документ был свидетельством общения с иностранцами, что, мягко выражаясь, не поощрялось.

Итак, вся система преподавания иностранного языка сводилась к обучению только одному умению — чтению. Соответственно в центре внимания оказалась грамматика. А поскольку “советское, значит, отличное”, мы стали чемпионами по знанию грамматики, с особым рвением изучая редкие, устаревшие ее формы и категории.

Намеренный антипрагматизм — еще одна общая черта советского языкового образования, пронизывающая все его традиции и вызванная неестественностью ситуации “железного занавеса” — отсутствием возможности общения с носителями языка.

5. Учебные материалы.

На уровне средней школы материалы были идеологизированы и создавались советскими авторами, для которых изучаемый язык был иностранным.

В высшей школе филологи читали классику, т.е., по определению, устаревшие тексты, так как для того, чтобы стать классическим, художественное произведение должно пройти испытание временем. На первом курсе филологического факультета МГУ мы учили наизусть отрывки из “Дэвида Копперфилда” Диккенса. Все остальные специалисты-нефилологи читали “специальные тексты”, т.е. тексты по своей специальности, тоже устаревшие из-за “железного занавеса”.



Новое, современное во всем глобализующемся мире

1. Интенсивное развитие процесса всемирной формализации и унификации образования в целом и языкового в частности под влиянием глобализационных процессов.

2. Развитие коммуникативной компетенции. Соизучение языков и культур.

3. Новые информационные технологии. Дистанционное образование.

4. Усиление и упрочение английского языка как средства международного общения в связи с нарастающими процессами глобализации.

5. Изменение статуса учителя-не носителя языка в сторону повышения (лучше знает как различия и особенности обоих языков и культур, так и соответственно трудности языковые, культурные, психологические).



Новое в России

Все то же, что в мире, плюс новое именно для нас:

1. Возникновение и непрерывный рост частного предпринимательства в связи с переходом к рыночной экономике. Конкуренция частных и государственных школ и вузов.

2. Введение ЕГЭ: усиление роли тестирования и как способа контроля, и как метода обучения.

3. Регулярное обновление федеральных государственных образовательных стандартов (ФГОС).

4. Лавина учебных материалов и жесткая конкуренция между издательствами, российскими и зарубежными.

5. Возросший интерес к невербальным средствам.

6. Конфликт культур между советским учителем и новым российским учеником.



И наконец, что впереди? Каковы перспективы развития?

Резкий переход от полной изоляции к возможностям массового международного общения в сочетании с технологическим информационным и коммуникативным взрывом на стыке XX и XXI вв., когда рухнули политические барьеры (“железный занавес”) и возникли небывалые возможности общения с помощью компьютеров и Его Величества Интернета, когда соответственно был преодолен барьер расстояний (тридевять земель, тридесятое царство совсем рядом, только кнопку нажми) и на первый план выдвинулся языковой барьер, а за ним и культурный, не менее важный и более опасный, — невидимый и вызывающий болезненные реакции.

В нашей профессии началась лихорадочная “перестройка”: поиск новых подходов, методов, теории и практики. Необходимо было выработать новые важные принципы, определившие условия овладения иностранным языком как средством международного и межкультурного общения, или коммуникации, поставить новые задачи и решить их в условиях политического и экономического хаоса революции 90-х гг.

Главный стержень, задача и цель современного языкового образования — подготовка в первую очередь специалистов по международному и межкультурному общению, или коммуникации, а уже затем — преподавателей, переводчиков или просто специалистов в любой области науки и производства, способных общаться, иначе говоря, готовых к коммуникации на иностранном языке или языках.

Язык — главное средство общения, но не единственное. Успех коммуникации зависит от многих факторов (в том числе невербальных), но главное — от знания культуры партнеров по общению, без которого нельзя преодолеть культурный барьер, неотделимый от языкового. Культура в данном контексте означает не набор искусств (живопись, театр, архитектура и т.п.), а традиции, образ жизни, верования, идеологию, представления о мире (миро-воззрение), систему ценностей и многое другое.

Отсюда — главные принципы, разработанные и опробованные на факультете иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова за 25 лет его существования — с 1988 г. до сегодняшнего дня. Огромную роль в этом сложнейшем процессе сыграли всероссийские профессиональные ассоциации, возникшие по нашей инициативе: в 1990 г. — Национальное общество прикладной лингвистики (НОПриЛ), в 1995 г. — Национальное объединение преподавателей английского языка (НОПАЯз).



1. Соизучение языка и культуры народа, пользующегося этим языком как средством общения, — обязательное условие овладения иностранным языком. Осознав этот важнейший принцип, в 1992 г. мы ввели в учебный план нашего факультета “Мир изучаемого языка”, отдав ему 1/3 времени, отведенного на иностранные языки, а в 1996 г. по нашей инициативе Министерство образования РФ заменило специальность “Иностранные языки” на новую — “Лингвистика и межкультурная коммуникация” (приказ № 1309 от 24 июля 1996 г. “О дополнении и частичном изменении Классификатора направлений и специальностей высшего профессионального образования”).

Отсюда — введение новой специальности “Регионоведение”, переименование нашего факультета иностранных языков МГУ имени М.В. Ломоносова в факультет иностранных языков и регионоведения в 2005 г.; создание уникальных мультимедийных курсов, сочетающих изучение языка и культуры под общим названием “Страны и народы”: “Англия и англичане”, “Италия и итальянцы”, “Россия и русские”.

Итак, главное условие овладения иностранным языком как средством общения — это соизучение языка и культуры. Без фоновых знаний о мире изучаемого языка нельзя активно пользоваться иностранным языком.

Это особенно актуально для современной России, которая долгие десятилетия была отрезана от мира “железным занавесом”. Сейчас, в эпоху глобальной коммуникации, эта особая актуальность обусловлена следующими причинами:

1) осознанием наличия двух барьеров на пути международного и межкультурного общения — языкового и культурного;

2) отставанием в развитии обучения речепроизводству (говорению, письму), невозможному без знания как реальной, так и понятийной, или культурной, картины мира, поскольку “тропинки” значений иностранных слов ведут в их родной, но для нас иностранный мир.



2. Изучение иностранного языка должно сочетаться с изучением родного языка и родной культуры, потому что партнерам по международному общению наши выпускники будут интересны знанием не иностранного мира (они знают свой мир и без нас, но это нужно нам для более полноценного и успешного общения), а родного мира, т.е. мира России.

Соответственно в учебном плане факультета с 1992 г. для всех студентов I курса введен курс “Русский мир”, а курс “Русский мир в контексте мировой цивилизации” — для всех студентов II курса. По обоим курсам выпущены учебники и учебные пособия.

Все реформы и преобразования в области преподавания иностранных языков должны строиться на этих принципах, иначе мы повторим ошибки советской системы, когда все изучали иностранные языки, но не могли на них общаться. Тогда эти ошибки были вызваны реальными условиями жизни, поскольку международное общение как массовое явление не существовало, а было ограничено небольшой кучкой профессиональных дипломатов, представителей некоторых силовых структур и иностранных корреспондентов. Сейчас, в эпоху расцвета межкультурной коммуникации и “роскоши человеческого общения”, предоставляемого научно-техническим прогрессом (мобильные телефоны, Интернет), повторение этих ошибок непростительно.

Этот второй — важнейший! — принцип обучения иностранному языку в современных условиях, в отличие от предыдущего, не получил еще ни всеобщего признания, ни широкого распространения. Мысль о соизучении — в сопоставительном плане — иностранного языка и культуры с родным языком и культурой с трудом укладывается в сознании преподавателей иностранных языков. Это неудивительно: в течение многих лет были распространены идеи интерференции родного языка и поиска способов ее минимизации (например, метод “полного погружения” и т.п.). Однако в современных условиях ситуация с изучением и преподаванием иностранных языков существенно изменилась, поскольку на первый план вышла не только возможность, но и необходимость международного и межкультурного общения. Первый принцип — соизучения иностранного языка и культуры — был быстро осознан и интенсивно внедряется как в учебный процесс, так и в учебные материалы разного рода. Дело в том, что знание культуры народа изучаемого языка нужно нам, нашим изучающим языки, для того, чтобы максимально полно и глубоко понять носителей этого языка, в том числе культурные аллюзии разного рода (имена, даты, топонимы и т.д.), и соответственно на них реагировать.

Однако, поскольку речь идет о международном общении, нашим партнерам нужно от нас не столько знание их мира (это нужно нам для более эффективной коммуникации), сколько знание нашего мира. Иными словами, иностранцы будут общаться с нами не для того, чтобы узнать от нас о своем мире, а для того, чтобы получить информацию о нашем, русском мире — о мире современной России.

Таким образом, изучение родного миранеобходимая составляющая преподавания иностранных языков в современную эпоху.

В подтверждение этой мысли можно привести некоторые иллюстрации. Сначала историческая, а именно мнение “партнера” по межкультурной коммуникации в позапрошлом веке. Ф. Ансело, французский поэт и драматург, побывавший в России в 1826 г. в составе французской делегации для участия в коронационных торжествах Николая I, писал: “Наша национальная гордость должна быть польщена этой честью, оказываемой нашему языку, литературе и обычаям, но, оценивая эту систему с философской точки зрения, не найдем ли мы в ней грубейших изъянов?.. Конечно, мой друг, я должен признать, что французскому путешественнику приятно обнаружить за семьсот лье от родины манеры, язык и даже шутки Франции. Но за этим ли я ехал в Россию?..”3.

Известное высказывание великого Гёте о том, что иностранные языки нужно изучать для того, чтобы лучше понять свой родной, тоже подчеркивает неизбежное и полезное взаимодействие иностранного языка с родным.

В наши дни, в эпоху нарастающей глобализации и усиления позиций глобального — английского — языка и соответственно заложенной в нем англо-американской культуры, когда национальным языкам и культурам угрожает если не вытеснение, то, несомненно, нивелирование, народы мира обеспокоены проблемой сохранности и целостности национальной идентичности. Изучение родного мира чрезвычайно важно для решения этой проблемы, особенно в отношении молодого поколения, олицетворяющего будущее любого народа. Как известно, дети и молодежь мира находятся под огромным влиянием Интернета, одного из очень действенных проводников английского языка и особенно англо-американской культуры.

В последнее время наконец у нас в стране наметилось продвижение этой идеи уже на государственном уровне. Этому способствовали два важных государственных решения.

Во-первых, идея патриотизма, выдвинутая Президентом России В.В. Путиным в качестве национальной. За последние 20 лет слова патриот и патриотизм превратились в политические термины с несколько негативной окраской. В начале 90-х гг. XX в. любовь к Родине стала “немодной”, она вытеснялась идеей любви к своей семье.

В последнее время снова появились даже советские клише типа патриотическое воспитание молодежи, правда, с весьма знаменательными оговорками, напоминающими об изменении коннотаций, — после слова патриотический в скобках: в положительном смысле.

Во-вторых, последний, в смысле новейший, федеральный государственный образовательный стандарт объявил базовые национальные ценности основным элементом фундаментального ядра содержания образования. Очень правильно наконец-то сформулирован статус национальных ценностей, выше уже некуда: “основной элемент”, “фундаментальное ядро”. Теперь впереди — воплощение этих слов, этой формулировки в жизнь, в реальность, в национальное образование, т.е. в умы и души детей и молодежи.

Наш факультет, как и положено Московскому университету, флагману российского образования, осознал это и претворяет в жизнь еще с начала 90-х гг. XX в.: в учебный план ввели курс “Русский мир” и курс “Русский мир в контексте мировых цивилизаций”, первыми в стране начали преподавать регионоведение России в рамках дисциплины “Регионоведение”, а когда его назвали неожиданно “Зарубежным регионоведением”, добились в Минобрнауки открытия новой учебной дисциплины “Регионоведение России” и готовим специалистов со знанием базовых национальных ценностей. Выполняем патриотический (“в хорошем смысле слова”) долг и испытываем глубокое удовлетворение.

И уже все громче слышны голоса поддержки. Только один пример. В статье Р.П. Мильруда и И.Р. Максимовой “Обучение культуре и культура обучения языку” слову культура предшествуют всегда два определения — своя и иная, например: “Обучение культуре в контексте преподавания иностранных языков включает прежде всего информирование учащихся о своей и иной культуре как примерах разнообразия форм коллективного бытия. <…> Структура культурных знаний в архитектуре теста включает знания <…> о культурном достоянии своего и иных народов, об отношении народов, принадлежащих к разным культурам”4.

До сих пор речь шла об основополагающих принципах оптимизации преподавания иностранных языков в ближайшем будущем. В числе других перспектив развития направлений языкового образования в мире и в нашей стране наиболее продвинутыми являются:

1. Развитие дистанционного, онлайнового образования. Особенно популярным в качестве орудия производства станет, видимо, усовершенствованная модель мобильного телефона.

2. На круглом столе, организованном Комитетом по образованию Госдумы РФ для обсуждения причин падения духовно-нравственного уровня среди учащихся средних и высших учебных заведений, речь шла уже о «введении в школах и вузах отдельного предмета “регионоведение”»5.

“Парламентарии отметили, что именно качественная гуманитарная подготовка в российских вузах должна стать краеугольным камнем духовно-нравственного роста современной молодежи и студенчества”6.

3. Оптимизация и формы и содержания Единого государственного экзамена (ЕГЭ), введение его устной формы.

4. Дальнейшее развитие полиглотии как науки на стыке языкознания, педагогики и культурологии.

5. Преодоление разрыва между лингвистическими теориями, с одной стороны, и практикой их преподавания — с другой.

6. Наряду с оптимизацией имеющейся системы преподавания иностранных языков энергично продвигать и развивать систему самообучения, в которой роль преподавателя будет заключаться в том, чтобы мотивировать и консультировать изучающих иностранный язык самостоятельно.

7. Перспективным, по-видимому, можно считать направление, построенное на сочетании преподавания и самообучения. Если использовать известную метафору, речь идет о том, чтобы одновременно и “наполнять сосуды” (преподавание), и “зажигать факелы” (стимулировать к самообучению).

8. Для России: изменить отношения между Учителем и Учеником в следующих аспектах:

1) разрешить конфликт культур, вызванный резким переломом уклада, образа жизни, системы ценностей и других компонентов понятия “национальная культура” как следствием очередной российской революции конца прошлого века;

2) изменить вековую российскую традицию абсолютного, непререкаемого превосходства Учителя над Учеником; научиться уважать Ученика, видеть в нем личность, помнить, что изучение иностранного языка — психологически чрезвычайно трудный процесс, требующий перехода из своего родного, привычного мира в чужой и страшный мир, отраженный чужим и страшным языком.

Учитель иностранного языка должен сознавать свою роль проводника в этом чужом и поэтому неприятном мире и, главное, помнить:

не научить Ученика своему предмету — очень плохо, но отпугнуть его, внушить отвращение к предмету — преступно, потому что потом его уже никто не научит.

Отношения с учащимися нужно строить на принципах взаимного уважения.

Впереди долгая и трудная дорога, но мы готовы “весело шагать по просторам”!

Список литературы

Ансело Ф. Шесть месяцев в России. М., 2001.

Методика преподавания русского языка иностранцам / Под ред. С.Г. Бархударова. М., 1967.



Мильруд Р.П., Максимова И.Р. Обучение культуре и культура обучения языку // Иностранные языки в школе. 2012. № 5.

Тимонин А. В российских школах и вузах может появиться предмет “регионоведение” // Российская газета. 2013. 15 марта.


1 Тер-Минасова Светлана Григорьевна — докт. филол. наук, заслуженный проф., президент факультета иностранных языков и регионоведения, зав. кафедрой теории преподавания иностранных языков факультета иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова; e-mail: president@ffl.msu.ru

2 Методика преподавания русского языка иностранцам / Под ред. С.Г. Бархударова. М., 1967.


3 Ансело Ф. Шесть месяцев в России. М., 2001. С. 58.


4 Мильруд Р.П., Максимова И.Р. Обучение культуре и культура обучения языку // Иностранные языки в школе. 2012. № 5. С. 12, 18.


5 Тимонин А. В российских школах и вузах может появиться предмет “регионоведение” // Российская газета. 2013. 15 марта.


6 Там же.



Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница