Природа массового сознания Введение в мир эмоций Иллюзорность индивидуального и реальность всеобщего



Скачать 274.49 Kb.
Дата17.04.2016
Размер274.49 Kb.
Природа массового сознания

Введение в мир эмоций

Иллюзорность индивидуального и реальность всеобщего в физическом, в интеллектуальном и в психологическом планах
Мы начинаем с вами большую, сложную, чрезвычайно увлекательную, на мой взгляд, и синкретическую, т.е. объединяющую в себе множество других научных дисциплин, тему. Сегодняшняя наша тема – природа массового сознания – включает в дискурс психологию совместно с психологией социальной, что, наверное, вполне естественно, отчасти социологию, философию, теорию познания, которая по-другому называется, как вы знаете, эпистемологией, формальную логику, математику (прежде всего теорию множеств), историю, семиотику (науку о знаках) и еще ряд других, более специальных областей знания. Неизбежная, в данном случае, синкретичность темы показывает нам, что мы выходим на один из самых оживленных перекрестков человеческих преставлений о мире. Для правильного ориентирования на этом перекрестке, а равно и для успеха в избранной вами профессии – в связях с общественностью и в рекламе, я как человек, ответственный за успех данного предприятия, должен произвести над вашим сознанием одну довольно-таки болезненную, но совершенно необходимую операцию. Я должен убедить вас, что вас как индивидуальностей не существует. Вот не существует вас в качестве индивидуальностей – и точка. Хотя вы-то уже давно привыкли смотреть на себя как на состоявшиеся личности, которые самостоятельно, т.е. осознанно и свободно, принимают решения и самостоятельно же добиваются их осуществления. Я же утверждаю, что ничего подобного нет, что каждый из вас, пребывая в иллюзии относительно собственной свободы, слепо и раболепно выполняет чужие приказы и установления. Хитрость лишь в том, что коварные манипуляторы, навязывающие вам собственные программы действий, находятся внутри вас самих. И эта ситуация парадоксальна, поскольку в ваших интересах отнюдь не сопротивляться этим тайным воздействиям, а наоборот, чутко их улавливать и максимально подстраиваться под них, ибо только таким образом вы способны обрести для себя внутренний мир и гармонию.

Я, конечно, несколько преувеличил, индивидуальность в вас присутствует, однако в пропорциональном отношении к тому, о чем я говорю, она выглядит как щепотка соли или горстка пряностей в котле каши. Да, индивидуальность придает вкус, создает оттенки, но не более, она не составляет всего вашего существа, при этом существо ваше отнюдь не безгласно и не безвольно по отношению к индивидуальному в вас. И в рамках нашей темы, при погружении в природу массового сознания очень важно понимать, что уж в этом-то предмете никакой индивидуальности нет и по определению быть не может. В качестве социальных существ мы сами себе не вольны, таков закон.

Развеивать иллюзии относительно суверенности вашей индивидуальности, что необходимо, повторяю, для обретения вами конкурентных преимуществ на избранном профессиональном поприще, мы будем в трех планах.

Во-первых, убедимся в том, что ни о какой индивидуальности и самостоятельности нельзя говорить в аспекте физического существования человека, т.е. бытия нашего тела, имеющего, казалось бы, четко очерченные формы, пространственные габариты, вес и проч. Однако, скажу сразу, что это самое простое дело, оно много времени не займет, здесь многое самоочевидно.

Во-вторых, и вот это значительно сложнее, нам с вами предстоит развеять некоторые иллюзии относительно интеллектуальной сферы, касающиеся возможностей человеческого разума – мышления и мысли как таковой. Слухи о всемогуществе человеческого интеллекта несколько преувеличены (здесь только сразу договоримся, что нельзя путать разум с сознанием, это разные вещи). Мы научимся с вами правильно отвечать на вопрос "что есть истина?" (этот вопрос, кстати, наряду с другими входит в экзаменационные билеты), а также освоим несколько новых понятий, как-то: автореферентность, рекурсия, фрактальность и ряд других. Смысл этой радикальной, требующей известного напряжения мозгов операции в том, чтобы подвести прочную онтологическую, бытийственную основу под то правило, о котором я уже говорил в прошлом семестре, но которое многие из вас могли воспринять как шутку. Помните, я цитировал Михаила Юрьевича Лермонтова, приводил его характеристику женской болтовни? Поэт сравнивал женскую болтовню с зернами просо, которые засыпаются в бочки с виноградом. В то далекое время просо выполняло роль упаковочного материала, вроде стружки или современного поролона. Т.е. это была вещь, которая сама по себе почти ничего не стоила, но которая была нужна для сохранения чего-то несравненно более ценного, в данном случае, для безопасной перевозки нежных южных плодов. Вот и вы должны научиться относиться к словам так по-женски, как к дешевому просу, ни в коем случае не придавать им большого значения, чем, увы, грешит большинство представителей сильного пола. Вы должны использовать слова для обволакивания ими текущего смысла, смысла, который меняется вместе с ситуацией, т.е. меняется всегда.

И вот вам сразу вопрос для проверки: скажите-ка мне, в чем смысл демократических революций второй половины ХХ и начала ХХI веков? В установлении демократических форм правления в странах? Прелестно! Да, господа, вместо сладкого винограда мы пока кушаем просо, идеологическое просо, в данном случае! Потому что правильный ответ, конечно же, другой: смысл демократических революций в появлении в тех странах, где они происходят, американских экономических советников. И все. Предельно просто и прагматично. Никакого другого смысла в подобных мероприятиях нет. Этот не самый сложный пример показывает, что до сути бывает добраться непросто, особенно, если суть специально упрятана в упаковке.

Но продолжим об иллюзорности индивидуальности как правильной базовой позиции при оценке явлений коммуникативной сферы, специалистами в которой вы обязаны быть. Третье и заключительное, что нам здесь необходимо, это убедиться в иллюзорности психологической индивидуальности человека, что, собственно, и является ядром избранной нами темы, поскольку природу массового сознания можно понять, только оттолкнувшись от сознания индивидуального, от этого позднейшего и, как ни странно, во многом эфемерного образования. Почему психологическая индивидуальность эфемерна? Это, знаете ли, как в ситуации с автомобильными брендами тех производителей, которые не выдержали конкурентной борьбы и были вынуждены бренды свои продавать: смотришь на одну машину, на ней написано "СЕАТ", смотришь на другую – написано "Шкода", а на деле оба автомобиля – это один и тот же "Фольксваген". Непонятно пока? Подробнее обо всем этом позже.

Итак, иллюзорность физического существования человека, в чем она проявляется.



Наши с вами представления о собственной физической мобильности и самостоятельности основаны на двух обстоятельствах. Во-первых, на том, что внешне мы довольно сильно отличаемся от растений. Деревья, травы, кусты стоят на одном месте как вкопанные, вцепились корнями в землю, а мы, не в пример им, имеем возможность свободно перемещаться по поверхности земли, плавать в воде, а иногда даже летать по воздуху. Однако это очевидное заблуждение, т.к. корни на самом деле у нас есть и они не менее прочно, чем древесные, прикрепляют нас к питающей среде. Только главной питающей средой для нас является не почва, не литосфера, а атмосфера, т.е. смесь кислорода, азота, углекислого газа и проч. И называются наши корни альвеолами, это такие полые ячейки, пустоты, густо оплетенные кровеносными сосудами, которые, в отличие от древесных корней, не торчат во все стороны под землей, а компактно помещаются внутри наших грудных клеток в легочных мешках. Т.е. мы, по сути, те же самые растения, только произрастаем на другой почве. Причем, если растение, вырванное из привычной среды, способно сохранять жизнеспособность сутки и даже больше, то мы без воздуха не сможем прожить и трех-четырех минут. Несколько в меньшей степени, тем не менее столь же прочно мы привязаны к воде, к пище. Для жизни нам необходима масса и других условий, собственно, как и растениям. Мы, например, не сможем жить на Венере, где температура атмосферы из углекислого газа превышает 450 градусов по Цельсию, не сможем жить на Юпитере, где скорость ветров порядка 700 километров в час, не сможем жить на Сатурне, где сила грозовых разрядов достигает немыслимых по земным меркам величин, и так далее. Иными словами, если упростить до зримого образа то, что мы собой представляем в физическом плане, то окажется, что венец творения и царь природы человек есть этакая прихотливо изогнутая и очень хрупкая "трубочка", сквозь которую можно пропускать только очень ограниченное количество веществ в очень ограниченных температурных, барических и прочих диапазонах. Что и называется органической жизнью. Однако, в данном случае, важно не то, что мы физически слабы, а то, что мы являемся неразрывной частью среды обитания и что наша "самостоятельность" нам самим не принадлежит, даже когда мы эту среду используем как сырье. Это не мы изменяем мир, а окружающая нас действительность нашими руками, нашей волей и нашим разумом преображает себя. Точнее всего положение человека относительно среды обитания показывает, на мой взгляд, рисунок, где бегущий человечек составляет одно целое с прямой линией. Линия – это однонаправленное, способное следовать только вперед течение жизни, это бесконечное и непрерывное движение, а человек – лишь формообразование в этом потоке, что-то вроде крошечного протуберанца, сложного завихрения, неразрывно связанного, здесь это необходимо подчеркнуть, с великим потоком всеобщности. Наша физическая индивидуальность, таким образом, есть лишь зыбкая устойчивость волчка, длящаяся, пока не прекратилось вращение.c:\users\№1\documents\2. росноу\карл юнг\человечек 2.jpg

Второе обстоятельство, которое создает иллюзию физической индивидуальности каждого из нас, это представление о материальности нашего тела. Тело наше плотное, непроницаемое, а если кто-то в этом усомнится, так мы мигом его переубедим: стукнем так, что мало не покажется. Однако это не совсем верное представление, потому что при углублении в то, что называется материей, очень быстро выясняется, что никакой материи в действительности нет. У немецкого писателя Томаса Манна в его знаменитом романе "Волшебная гора" есть эпизод, в котором герой глубокомысленно рассматривает рентгеновский снимок красивой женщины. Он видит на снимке едва различимые очертания пленительных форм и делает для себя вывод о бренности физической красоты, о ее материальной неустойчивости. Дело, однако, обстоит значительно хуже, чем думал в романе Ганс Касторп о русской красавице Шоша, потому что речь не о бренности, а о том, что мы сплошь состоим из пустоты.

Что такое атом? Если увеличить орбиту электрона до размеров купола Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге, то мы сможем разглядеть ядро атома, оно окажется размером с песчинку. Сам электрон при этом много меньше ядра, это крохотный динамический сгусток, составляющий лишь одну десятую долю процента от массы ядра и имеющий волновую природу, т.е. это не частица, это "кусочек движения". Если же заглянуть внутрь самого ядра атома, то там мы также не обнаружим материю: ядро состоит, в основном, из протонов, а протоны из кварков, антикварков и глюонов. Если протоны движутся со скоростью, близкой к световой, что часто бывает, то кварки, антикварки и глюоны образуют взаимопронизывающие облака. Кстати, из-за высокой скорости орбита движения всех этих элементов представляет собой не сферу, а двояковогнутую линзу, т.е. быстродвижущийся протон похож не на шарик, а на стекло для очков от близорукости. Что же такое "взаимопронизывающие облака"? Это волны. При этом, если вы спросите о том, что такое кварк, то узнаете, что это бесструктурная элементарная частица, которая в свободном состоянии не существует, т.е. при распаде протона кварки обязательно преобразуются в какие-то другие частицы, иными словами, эти части вещества больше не делятся: вместо того, чтобы при ударе образовать из себя, допустим, две более мелких частицы, такие микроэлементы вполне могут разделиться на три-четыре более крупных, чем были они сами. То же относится ко всем прочим элементарным частицам, которых сегодня насчитывается более 350. Рассказывая вам об этом я, как и все, использую термин "частицы", хотя нельзя забывать, что пока эти микрообъекты движутся, они никаких других свойств, кроме волновых, не проявляют, то есть они суть волны. По этой причине для этих сгустков движения придуман специальный термин, их назвали паттернами, то есть повторяющимися, как по шаблону, закономерностями. Свойства частиц паттерны обнаруживают в единственном случае – тогда, когда их движение прекращается при столкновении с мишенью.

То, что я сейчас сказал, есть исключительно важный момент, нам к нему еще предстоит возвращаться, этот момент проясняет суть нашего с вами предмета труда, а именно: информации, потому что, повторяю, обращение паттерна (т.е. волны) в "материальную частицу", возможное только в одном-единственном случае – при остановке, т.е., если хотите, в случае "смерти" этой волны (ведь волна "живет" только пока движется) ставит знак равенства между информацией и материей. След, оставляемый движением, есть знак. Ударился один камешек о другой – осталась вмятина, по которой мы можем судить о произошедшем взаимодействии. Однако нет никаких оснований называть вмятину от удара особой субстанцией, материей. Или, если уж речь о волнах, то ударили мы хлыстом по воде, по песку, по бисквитному торту – и образовались характерные разрушения, которые точно также являются информацией о произошедшем взаимодействии. "Материя", которая возникает на субъядерном уровне только как след коммуникации паттернов, сгустков движения, обнаруживает себя, таким образом, в качестве слова, или первослова, первознака, первообраза. В привычном же нам субстанциональном понимании материи в природе нет.

Таким образом, каждый из нас в качестве физического тела есть что-то вроде устойчивого протуберанца наполненной движением пустоты, а наша плотность – это только сила взаимодействия между различными волновыми полями, причем, учитывая скорость движения образующих нас полей, можно сказать, что все мы состоим, если не из света, то из некоего призрачного мерцания, так как скорость атомных ядер и составляющих их элементов близка к световой. "Все есть пляска Шивы", как говорят индусы, когда их спрашивают о свойствах того, что называется материей. А кто такой Шива? Это один из главных богов в индуизме, он входит в божественную триаду, тримурти, наряду с Брахмой и Вишну. Воплощает же в себе космическую энергию.
Теперь об иллюзорности познающего мышления.

Существует расхожее, даже не мнение, а – шире – представление и основанное на нем убеждение, что мышление – это главный способ познания. Весьма показательно, что такие взгляды присущи в основном людям, занимающимся научной деятельностью, что, наверное, вполне естественно, ведь научное знание – это высшая форма мышления. Вспомним известную формулу французского философа XVII столетия Рене Декарта: Cogito, ergo sum ("Мыслю, следовательно, существую"). Декарт был убежденным сторонником того, что мышление есть главный инструмент познавательной деятельности. Этот великий ученый и мыслитель был выразителем общего, как сейчас говорят, идеологического тренда западноевропейского общества того времени и его идеи легли в фундамент не только развития научного знания, но и современных взглядов на мир как таковой. Слово cogito, в знаменитой фразе Декарта, как несложно догадаться, означает по-латыни "думать", "рассуждать". Сегодня этот латинский корень мы улавливаем в модном словосочетании "когнитивный диссонанс", введенном американским психологом Леоном Фестингером. Однако в наше время уже далеко не все ученые придерживаются взглядов Декарта, в том числе и ваш покорный слуга. В ХХ веке соотечественник Декарта и его коллега по философскому цеху феноменолог и экзистенциалист Морис Мерло-Понти ввел два новых понятия – "вербальное cogito" и "молчаливое cogito", другими словами, он постулировал, что в наших головах сосуществуют два способа освоения мира. Что такое вербальное cogito? Это привычное нам декартовское мышление. А что такое cogito молчаливое?

Для прояснения такого сложного философского вопроса у нас нет другого выхода, кроме как обратиться к большому футболу. Представьте себе, что мы видим на поле знаменитого и всеми нами любимого португальского нападающего Криштиану Роналду, выступающего за какой клуб? Правильно, за испанский "Реал Мадрид". Вот звезда футбола устанавливает мяч, чтобы пробить штрафной удар. До ворот метров тридцать, далековато, дело, согласитесь, непростое. Но игрок разбегается и – не глядя на ворота, что характерно, – ударяет по мячу. Мяч по очень сложной траектории, обойдя "стенку" из защитников, влетает в верхний угол ворот, точно в "девятку". Пушечный удар, вратарь бессилен. Гол!

Вопрос: как Роналду это сделал? Воспользовался ли он для исполнения своего очередного футбольного шедевра вербальным cogito, т.е. мышлением? Очевидно, что нет. Если бы он так поступал, то для этого ему надо было бы сначала лазерным дальномером точно определить расстояние до ворот и высоту "стенки", учесть силу ветра, вес футбольного мяча, отметить то место на мяче, по которому надо бить, наконец, очень точно дозировать сам удар. А Роналду даже на ворота, как мы знаем, не смотрел, просто разбежался и ударил. Футболист наглядно продемонстрировал нам работу другого познавательного механизма – молчаливого cogito Мерло-Понти.

Да что там Роналду, даже я, грешный, хотя с трех метров в "девятку" не попаду, могу вам показать, как эта штука работает. Ведь то, что я перед вами сейчас стою – стою и не падаю – показывает эффективность метода. Для усиления впечатления я даже на одну ногу могу стать – видите? – и все равно не падаю. Причем, что характерно, я совершенно не задумываюсь над тем, как у меня это получается. Точно так же как и Роналду не задумывается перед тем, как ударить по мячу. И боже сохрани, если мы задумаемся! Если вдруг я попытаюсь давать мысленные команды тем или иным группам мышц в своем теле, управлять ими, или если Роналду начнет соображать, столько метров до ворот и какая высота "стенки", то я гарантированно свалюсь, а Роналду гарантированно промажет. В народе по поводу таких очевидных методологических огрехов скажут: "сглазили ребята сами себя", т.е. помешали мыслью действию, которое должно произойти, причем особенно большой вред приносит мысль, которая заранее предваряет успешный результат действия.

Почему так легко помешать работе молчаливого cogito словом или мыслью? Потому что названные механизмы – абсолютные антагонисты, они принципиально противоположны друг другу, эти вещи ни в коем случае не должны да, собственно, и не могут смешиваться. По-другому "вербальное cogito", мышление, называется эксплицитным знанием, т.е. таким знанием, которое может быть передано вовне, например, другому человеку с помощью каких-либо знаков, допустим, словами. А "молчаливое cogito" называется имплицитным знанием, т.е. знанием сугубо внутренним и непередаваемым.

Как работает эксплицитное знание вам в принципе должно быть понятно – моя лекция это, надеюсь, иллюстрирует, хотя чуть позже процесс передачи информации посредством облеченных в слова мыслей мы разберем подробнее. А вот как работает имплицитное знание?

Как я, например, научился стоять и ходить? Да также как и все, в возрасте от 12 до 14 месяцев от роду, глядя на взрослых, которые легко перемещались на двух конечностях, и в стремлении им подражать, я, точнее, моя нервная система безо всякого участия разума, за полным отсутствием разума в то блаженное время в моем существе, стала накапливать библиотеку моделей действий. В ходе непрерывных тренировок мое тело начало само запоминать, какие мышцы должны включаться, если туловище наклоняется вперед, а какие мышцы должны работать, если тело отклоняется назад или вбок и т.д. Этой библиотекой моделей я, как и все вы, пользуюсь с той поры каждый день, но при этом почти никогда, как и вы, не задумываюсь о принципах ее работы. А когда мы начинаем задумываться? Тогда, например, когда нас учат танцевать или кататься на коньках, или играть в футбол, или боксировать и проч. Потому что во всех таких случаях шаги должны быть особенными, совсем не такими, к каким мы привыкли.

Хорошо, библиотека собрана, а как производится отбор единственно правильной модели? Это очень важный вопрос. Выбор происходит парадоксально – мгновенно и спонтанно или, как еще принято говорить, интуитивно (здесь впервые в наших рассуждениях возникает это ключевое понятие). При этом мы не строим пирамиду моделей по степени обобщения управляющих команд – генерал – полковник – лейтенант –сержант – рядовой, как это делает вычислительная машина, когда строго логически производит поиск нужного файла по веткам реестра. Пользуясь имплицитным знанием, мы сразу выхватываем папку с нужным файлом с общей полки. Кажется, что в этом действии нет иерархии, потому что перед отбором все файлы, все модели равны между собой. Однако в реальности иерархия не только есть, она еще предельно жесткая, поскольку выбраковываются все модели кроме одной-единственной. Вычислительная машина такой выбор, как мы знаем, произвести не может: если маршрут поиска решения компьютеру не задан, как при игре в шахматы, он вынужден последовательно перебирать все возможные комбинации. При использовании же имплицитного знания правильность выбора обеспечивается не перебором комбинаций, а удивительной, парадоксальной вещью, тем, что непосредственно перед действием и в момент действия мы отрешаемся от логических расчетов и полностью сливаемся с окружающей средой, мы становимся со средой одним целым. Как Роналду становится одним целым с газоном, на котором он стоит, с мячом, по которому он бьет, с рамкой ворот, на которую нацелен его удар. И чем полнее мы осуществляем синтез с единым и всеобщим миром, тем точнее наши действия.

Опытные атлеты говорят в таких случаях о необходимости предварительно максимально расслабиться.

В молодости у меня был приятель каратист, член сборной СССР по карате, прекрасный спортсмен. Он много мне рассказывал про искусство этого самого расслабления. Я его слушал, пытался поступать по его советам, учился мгновенно расслабляться, но не знал, правильно ли у меня получается. И вот как-то я поехал кататься на лыжах. А тогда, надо сказать, я был страшным фанатом беговых лыж, освоил коньковый ход и по части техники, в данном случае это нужно подчеркнуть, все у меня было нормально. И вот ситуация: я вижу своих приятелей, которые стоят на другой стороне глубокого оврага. Ребята, как мне показалось, приветственно машут руками. Я бодро толкаюсь палками, разгоняюсь, но за первым же поворотом обнаруживаю, что друзья махали руками не просто так, это они предупреждали об опасности. Оказалось, что через овраг перекинут мостик без перил в два обледенелых бревна, длиной эдак метров в пятнадцать, две лыжи там даже не везде помещаются, часть пути на одной лыже придется ехать. А на дне оврага, как у нас водится, покореженные автомобильные кузова, старые холодильники и все прочее в том же духе, т.е. падать определенно есть куда. У меня была возможность затормозить, однако я все-таки решился ехать. Почему? Потому что, повторяю, с техникой катания на тот момент у меня все было хорошо, на одной лыже я хоть 30 метров мог проехать по нарисованной линии, т.е. библиотека моделей действий была богатой. Вопрос только в том, чтобы суметь выбрать правильную модель, так как ошибаться нельзя. Тут я вспомнил своего друга каратиста и постарался расслабиться.

Вы знаете, я расслабился так, что на какое-то мгновение перестал видеть и слышать, я как в яму провалился. Это продолжалось с полсекунды. Зато потом, когда вынырнул из этого состояния, то с превеликой легкостью на одной ноге перелетел через мостик. Страха при этом не чувствовал. Это даже концентрацией нельзя назвать, поскольку я не испытывал ни малейшего напряжения, зато ощущал высочайшую ясность сознания и какую-то озорную веселость. Если это был момент слияния с Единым, с Великим Всеобщим, а скорее всего, именно так оно и было, то могу вам точно сказать, что Льюис Кэрролл в своей сказке о Зазеркалье создал провидческий образ: в сердце Мира живет хитрая улыбка, как у Чеширского кота, там обитает шутка, веселый парадокс.

...Вот скажите, чего только не сделаешь при хорошей стимуляции! Ведь перспектива свалиться на кучу железного хлама на дне оврага стимулятором была превосходным...

Описанный эпизод касается физических действий, спуска на лыжах, а теперь представьте себе, что ту же гимнастику – глубокое расслабление, а затем переход в это особенное гармоническое состояние вы производите не двигаясь, силами одного только ума. В китайской философии то, о чем я говорю, называется Сян, что значит "форма" или "природа", в данном случае, "природа ума". Это абсолютно чистое переживание, в котором нет субъекта, то есть того, кто познает, и нет объекта, того, что познается, здесь субъект и объект слиты воедино. Сян – это игра ума, в которой пойманные сознанием образы и переживания осознаются без посредничества нашего "я", это полностью освобожденное от эгоизма чувство. Подобное состояние буддисты называют Чистым сознанием. Когда такое озаряющее сознание культивируется в полной мере – Вселенная в его объятиях. Не в ваших объятиях, я не упущу здесь возможности кольнуть наше с вами повседневное эгоистическое "я", которое, конечно, уже готово строить планы, как распорядиться угодившей в его объятия Вселенной, речь именно об этом слитом с космосом и потому всемогущем озаряющем сознании, напрочь "я" лишенном.

Многие, даже среди мистиков, думают, что разобъективация сознания, о которой мы сейчас говорим, является наивысшим состоянием, нирваной. На самом деле нет. Достижение единства с миром, при всем своем блаженстве, чистоте и колоссальной познавательной глубине является только ступенью, преддверием подлинного Просветления, на пути к которому, если кому-то из вас будет суждено добраться до таких высот, нужно отказываться от любых привязанностей, в том числе и от монистической идеи единства с миром, безжалостно рвать связь с обретенным в великих трудах и опасностях озаряющим сознанием, все ради того, чтобы вступить в область свободы уже совершенно безграничной, в то, что называется озаряющей пустотой, по-китайски Ти, что означает "сущность", а на санскрите – Шуньята, "пустота".

Однако то, о чем я говорю, уже не только чрезвычайно высоко для нас, но, что более важно, это очень далеко от наших с вами насущных профессиональных устремлений. Поэтому повернемся к сияющим Гималаям спиной и продолжим путешествие по нашим скромным познавательным предгорьям.

Давайте подытожим этапы пройденного пути, потому что все эти истории я рассказываю, разумеется, не просто так.

Итак, вы должны уяснить для себя и запомнить, что человек в познании мира и при ориентировании в нем пользуется не одним только мышлением. Он пользуется двумя механизмами – мышлением и непроявленным имплицитным знанием. Российский математик Федор Иванович Маврикиди, на публичное выступление которого я однажды имел счастье попасть и который стал для меня с той поры русским Мерло-Конти, называет это двумя логиками – логикой покоя (так он определяет мышление) и логикой движения, то есть имплицитным знанием или уже известным вам молчаливым cogito. В дальнейшем мы будем пользоваться именно определениями Маврикиди, потому что они концентрируют внимание на важнейшем различии обоих познавательных инструментов, а именно: на противоположности покоя и движения. Мы, таким образом, подступаем с вами едва ли не к самому главному сегодня, к определению того, что есть мысль.

И для начала я хочу выяснить ваше мнение на этот счет. Что такое мысль? Хотите, сами над этим подумайте, хотите – воспользуйтесь помощью своих гаджетов и Интернета.

Вот Владимир Ильич Ленин, например, об этом писал так: сознание, мысль есть высший продукт особым образом организованной материи. И все мы, бывшие тридцать лет назад искренними марксистами-ленинцами, обязаны были думать точно так же. Ныне же я, ставший за последние лет восемь преступным, но убежденным гуссерлианцем (для справки: Эдмунд Гуссерль (Husserl), немецкий философ, основатель феноменологии) и мерло-контианцем, в этом определении теперь нахожу по меньшей мере две ошибки: во-первых, сознание и мышление ни в коем случае нельзя отождествлять, эти вещи объединяются примерно также, как холодильник и бутылка кефира в холодильнике, т.е. мышление в качестве частного случая сознания сознание собой не исчерпывает и потому не имеет права претендовать на всеобщность, а во-вторых, никакой материи на свете нет, как мы тут между делом уже выяснили. Материя есть информация, материя это след взаимодействия различных форм движения, и обнаруживается, выражается этот след в изменении формы движения, то есть материя, в конечном итоге, есть то же самое, что мысль. Стало быть и определение Ленина, с учетом указанных замечаний, в преобразованном виде звучит так: мысль это высший продукт особым образом организованной мысли. Такое определение, как вы понимаете, немногое проясняет, оно есть чистая тавтология, что, как мы узнаем дальше, вовсе неслучайно, поскольку о тотальной тавтологичности мышления речь у нас еще впереди.

Но сначала о сущности мысли.

Говорят еще, что мысль есть действие ума. Это, конечно, не ответ по существу, так как мы спрашиваем, не кто или что производит мысль, а что это такое. Кроме того, спорно подразумеваемое здесь утверждение, что мысль продуцируется только индивидуальным человеческим мозгом. Вам как гуманитариям по этому поводу нужно знать о популярной в англоязычной среде, хотя и не получившей подтверждения теории, которая называется "эффект сотой обезьяны". Сам я пару лет назад, например, легко "купился" на эту историю. Хотя идея, надо признать, очень красивая, в силу чего и получила большое распространение. История же такова, даю ее вам в качестве интеллектуальной разрядки.

В начале 1950-х годов японские биологи занимались изучением поведения макак на одном из маленьких островов. Они разбрасывали в определенное время и в определенном месте – на песчаном пляже – бататы, сладкий картофель. Макаки выбирались из джунглей и лакомились клубнями, а ученым на открытом месте было удобно за ними наблюдать. И вот однажды они заметили, как одна из молодых обезьянок, прежде чем съесть грязный плод, помыла его в морской воде. Ей это понравилось и она обучила новому приему своих друзей-сверстников. Далее новшество было подхвачено взрослыми особями – родителями малышей, а за ними – другими макаками на острове. Во всем этом не было бы ничего особенного, если бы, после того, как новый навык освоила сотая по счету обезьяна, прием не распространился, как сообщается, среди обезьян на других островах, с которыми изучаемые макаки никоим образом не коммутировали.

О чем могут говорить эти наблюдения? Что какая-либо новая идея, или прием усвоенного поведения, как в данном случае, может стать достоянием всей популяции при достижении определенного критического числа, некоей "критической массы" индивидуумов, имеющих данный навык. Описание явления было сделано в середине 1970-х годов американским актером Лоуренсом Блэром (Lawrence Blair) и англичанином, доктором этологии Лайаллом Уотсоном (Lyall Watson). Сами японские ученые, как объясняли авторы, не публиковали выводы из своих наблюдений, поскольку те выглядели слишком экстравагантными. В самом деле, можно было подумать, что или обезьяны имеют развитые телепатические способности, или обладают неким "коллективным разумом", этаким "облачным сервером", банком данных, доступ к которому открывает число посвященных в новацию. Позже ученые и журналисты стали проверять изложенные факты и выяснили, что прямого подтверждения они не находят. Нет данных, а не имели ли обезьяны "стиральных навыков" до опыта, спорно утверждение о мгновенном и массовом распространении умения мыть плоды на других островах, даже изолированность островов подвергается сомнению, по меньшей мере одна обезьянка, как утверждается, сумела перебраться на соседний остров, и т.д. Тем не менее, высказанная идея обладает несомненной притягательностью. Так британский биохимик и психолог Руперт Шелдрейк (Rupert Sheldrake) предложил сходную теорию морфогенетических полей, образующих структуры материального мира. В чем ее смысл: однажды возникнув, некая структура имеет больше шансов на воспроизводство, нежели какая-то другая, вне зависимости от временных и пространственных разграничений. Пример: свертывание (и развертывание) протеиновой цепи. Вопрос о том, как белковые цепи из статического состояния способны разворачиваться в строго детерминированные цепочки представляет собой загадку, поскольку каждая белковая цепь уникальна, в отличие от полиэтиленовой, например, одинаковых среди них нет, а результат, тем не менее, один. Впрочем, пока теория Шелдрейка встречает весьма резкую критику в научных кругах.

Так вот, вопрос о том, точно ли именно головной мозг является единственным источником интеллектуальной и психической деятельности, остается открытым. Пока можно сказать только одно, что без участия головного мозга процесс мышления не осуществляется, однако где в мозгу помещается память, этот главный элемент умственной деятельности, выяснить до сих пор не удалось. Мозг поразительно пластичен и память, хотя и в усеченном виде, сохраняется при удалении любой части мозга и даже большей его части. Совершенно память исчезает только с удалением головного мозга целиком. (Не пугайтесь: подобные опыты ставят на мышах и курах, а не на людях). Но при этом чем-то похожим на память обладает и протеиновая цепь, и молекула, и даже просто вода...

Оставим, однако, эти загадки. Какие еще определения мысли вы могли бы мне предложить? Что мысль это идея, суждение, концепция? Такие определения также ничего не объясняют, поскольку любое суждение, любая идея сводятся к мысли и, таким образом, все эти дефиниции вторичны. Мысль как обработка информации с помощью мышления, есть двойная тавтология, потому что такое информация? Это набор понятий. А что такое понятие? Каждое понятие есть мысль. Что такое, в свою очередь, мышление? Это продуцирование тех же самых мыслей, т.е. мы опять начинаем ходить по кругу. Как же нам быть?

Если в определении молчаливого cogito мы с вами обращались за помощью к большому футболу, то сейчас, когда мы вновь оказались в тупике, единственным для нас выходом является обращение к большой поэзии. Слушайте внимательно:

Как сердцу высказать себя?

Другому как понять тебя?

Поймет ли он, чем ты живешь?

Мысль изреченная есть ложь.

Взрывая, возмутишь ключи, —

Питайся ими — и молчи.

Это строки из стихотворения Федора Ивановича Тютчева с говорящим, скажем так, названием "Silentium!", что по-латыни значит "молчи". Строфа содержит в себе безусловно верное определение мысли, а именно: мысль изреченная есть ложь. Почему это определение верно, мы чуть позже детально разберем, а пока я только обращаю внимание на те отличия имплицитного непроявленного знания от знания эксплицитного, т.е. мышления, которые наличествуют в процитированной строфе и о которых мы уже говорили. "Как сердцу высказать себя? Другому как понять тебя?" спрашивает поэт, а мы с вами уже знаем, что имплицитное знание непередаваемо, овладеть им можно только в процессе освоения личного опыта, методом проб и ошибок. И очень важно, в данном случае, то, что, как указывает нам классик, это знание составляет жизнь нашего сердца, нашей души, т.е. мира эмоций, с которыми мы призваны познакомиться.

Что такое мысль? Прежде чем я дам вам свой ответ, я попрошу вас привести пример, где в мире, во всей Вселенной есть место, которое пребывает в совершеннейшем покое, которое абсолютно неподвижно. Подумайте.

...Да, все в природе движется и единственным местом, которое могло бы претендовать на абсолютно неподвижное, была бы ось вращения Вселенной, если бы мы знали точно, совершает ли Вселенная такие перемещения. Американский физик Майкл Лонгои из Мичиганского университета, на основании изучения спиральных галактик предположил, что такое вращение может иметь место, поскольку галактик, закрученных в левую сторону значительно больше, чем закрученных в правую сторону. Однако существует ли такое вращение на самом деле и где проходит его ось, неизвестно. Да, есть так называемая Ось мира, которая совпадает с осью вращения Земли и направлена в северном полушарии, как мы знаем, на Полярную звезду (α Малой Медведицы), а в южном — в созвездие Октанта, но это ось вращения всего лишь нашего маленького земного мира. Кстати, даже она не находится в покое под влиянием Солнца и Луны земная ось перемещается, рисуя в пространстве конус, что называется прецессией, не говоря уже о том, что сама Земля не стоит на месте, а летит вокруг Солнца со скоростью порядка 30 км в секунду, а Солнце со всеми своими планетами и еще 100 миллиардами других звезд вокруг центра нашей галактики Млечный путь со скоростью уже около 230 км в секунду. Какая уж тут неподвижность!



Галактический год, имейте в виду, он очень долгий, по разным оценкам составляет от 180 до 250 миллионов лет. Кстати, жизнь на Земле появилась всего 15 с половиной галактических лет назад, т.е. все живое на земле, и мы вместе с ним, вступаем сейчас в сложный "переходный" возраст, когда свойственно совершать глупости... Разумеется, это шутка!

Итак, мы приходим к тому, что полной неподвижности в материальном мире нет нигде. Однако даже если когда-нибудь ось вращения Вселенной будет, наконец, обнаружена и вместе с ней мы обретем, наконец, желанную константу, то чем эта постоянная перед нами предстанет? Да тем, же, чем предстает перед нами ось вращения Земли, Солнца или любых других космических объектов. Такая Всемирная абсолютная точка или линия неподвижности будет абсолютной абстракцией. То есть, она вроде как есть, потому что вокруг нее кружится хоровод из бесчисленных миров, и в то же время этой точки или линии как материального объекта не существует. Так чем же, по вашему, является место абсолютного покоя во Вселенной, в мире, в котором мы живем? Сейчас я вплотную подвел вас к ответу, попробуйте сказать сами... Да, единственной точкой неподвижности во Вселенной может быть и является логическая абстракция. А по-другому такая вещь называется мыслью. Вот она заповедная зона, территория абсолютного покоя! Мысль есть абстракция и потому она никуда не течет, не бежит, она спокойно себе помещается или в таинственной ячейке памяти, если мы ее осознали, или дополнительно фиксируется на каком-нибудь носителе, или живет себе благополучно неосознанной и неописанной, как целых 15 галактических лет прожила без этого ось вращения Земли... Мысль есть внучка метра и правнучка ритма, она есть то же самое, что пауза в музыке, причем эта пауза может не звучать, т.е. ей даже не нужно проявлять себя "молчанием", а достаточно только выделяться звуковыми акцентами, что мы и называем ритмом. Мысль в самом своем существе есть эхо той паузы покоя и небытия, которая предшествовала Большому взрыву, рождению мира, рождению времени. Мысль есть великое абстрактное Ничто, у которого, однако, есть свойства, с которыми нам необходимо познакомиться.

Вспомним бинарные, двоичные языки, язык того же компьютера, нолики и единички знаменитой "Матрицы". Что является носителями такого языка? Это или сигнал, или отсутствие сигнала. Сигнал есть нечто вполне материальное, это реальное движение заряженных частиц в радиоэфире или по проводам (надеюсь, по поводу существования "частиц" вы уже ощущаете в себе здоровый скепсис). Но одного бесконечного сигнала для развитой коммуникации явно недостаточно, мы немного поймем в таком шумовом сообщении. Чтобы информации стало больше, должно появиться что-то прямо противоположное движению заряженных частиц. Принципиально другое, в данном случае, это прекращение движения, полное отсутствие сигнала. Вот эта пауза в бинарном языке, нолик компьютерной матрицы, и является собственно мыслью в ее первозданном виде. А из комбинаций этих двух базовых элементов, как из точек и тире, мы легко, если заранее договорились о коде, комбинируем информацию любой степени сложности.

Теперь разберем свойства мысли как абстракции, как пустоты небытия и неподвижности. Делать это будем в сравнении мысли с ее онтологическим визави, с движением. Разбор поможет нам объективно оценивать возможности мысли, которые небезграничны, что очень важно понимать, и при этом отдавать себе отчет в сильных сторонах мысли, которых тоже, конечно же, немало. В ходе этого разбирательства мы выясним, почему все-таки был прав Федор Иванович Тютчев, когда говорил, что "мысль есть ложь". А для этого мы воспользуемся апориями, задачами на движение, предложенными в V веке до н. э. школой элеатов, то есть философами из греческого города Элеи, что на юге Италии, прежде всего Зеноном, учеником знаменитого Парменида.

Эти задачи, как я уже сказал, называют апориями (по греч. "трудность"). Апории следует отличать от парадоксов. В парадоксах реальная ситуация не имеет логического объяснения, а в апориях, наоборот, логически верный вывод не может существовать в реальности. Вот вам примеры парадоксов, скажем, знаменитый афоризм Вольтера, который, наверное, никогда не потеряет своей актуальности: «Ваше мнение мне глубоко враждебно, но за ваше право его высказать я готов пожертвовать своей жизнью». Или ироничный парадокс от Бернарда Шоу, тоже актуально: "Сколько бы я всего узнал, если бы не ходил в школу!"

Апории, повторяю, логически безупречны, однако описываемые ими ситуации в действительности существовать не могут. Зеноновы задачи имеют принципиальную важность для всех, кто задумывается о способах познания и о соответствии наших представлений окружающему миру. Как говорит по этому поводу профессор Александр Михайлович Анисов, ведущий научный сотрудник сектора логики Института философии РАН, апории Зенона «касаются самих основ человеческого миропонимания. Они требуют не просто уточнения понятий, а выбора философской платформы объяснения реальности». Бертран Рассел, знаменитый английский философ и математик, в свое время отмечал, что эти задачи «в той или иной форме затрагивают основания почти всех теорий пространства, времени и бесконечности, предлагавшихся с его времени до наших дней».

Апорий известно несколько десятков, однако наиболее известны четыре: "Дихотомия", это в которой человек хочет пересечь комнату, но не может этого сделать, он не может сдвинуться с места; апория "Ахилл и черепаха", в которой быстроногий герой не может догнать медлительное пресмыкающееся;, апория "Стрела", в которой летящая стрела одновременно и летит, и покоится в воздухе, наконец, апория "Стадий", в которой одинаковые отрезки пространства и интервалы времени оказываются неравны друг другу.
Каталог: sites -> default -> files -> osnmaterial
osnmaterial -> Тема Потребитель и подходы к его изучению Классификация потребителей и основные характеристики покупателя
osnmaterial -> Психофизиологические основы учебного труда и интеллектуальной деятельности
osnmaterial -> Сущность и специфика профессиональной этики Дисциплина «Профессиональная этика и этикет»
osnmaterial -> Конспект-лекций основы социальной работы 44. 05. 01 «Педагогика и психология девиантного поведения» (специалитет) москва 2015
osnmaterial -> Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по направлению подготовки (специальности) "Реклама и связи с общественностью" / А. Н. Чумиков. М. Аспект Пресс, 2012
osnmaterial -> Тема Практические занятия


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница