«Полярная звезда» А. И. Герцена. «Колокол» А. И. Герцена и Н. Огарёва в борьбе за освобождение крестьянства



Скачать 31,26 Kb.
страница1/3
Дата10.06.2020
Размер31,26 Kb.
  1   2   3

«Полярная звезда» А.И. Герцена. «Колокол» А.И. Герцена и Н. Огарёва в борьбе за освобождение крестьянства.

Социалистические взгляды А. И. Герцена и Н. П. Огарёва, возникшие под влиянием трудов Сен-Симона и Фурье, положили начало социалистической традиции в русской общественной мысли, которую иногда еще называют учением о русском крестьянском социализме. Суть социалистического учения они понимали, как антропологическую идею природы, полной реализацией которой только и может быть социализм, и историческая диалектика мирового разума, понятого как дух человека, изначально стремящегося к строю братства и равенства. Они исходили из представления о том, что после падения крепостного права Россия пойдёт по социалистическому пути. Их идеалом стал социализм, а борьба с крепостничеством приобрела социалистическую окраску.

Издательская деятельность Герцена и Огарева приходится на период кризиса крепостничества. В эпоху кризиса крепостничества русская экономическая мысль развивалась в неразрывной связи с борьбой вокруг вопроса о крепостной зависимости. Общественная ситуация, когда рамки старых производственных отношений уже не соответствовали развитию производительных сил, привела к возникновению первой революционной ситуации в России на рубеже 50-60-х годов XIX в. Интересы российского крестьянства нашли свое отражение прежде всего в идеологии нового поколения революционной интеллигенции.

В 50-х годах образовались два центра, возглавившие революционно-демократическое движение в стране. Во главе первого (эмигрантского) и стоял А.И.Герцен, основавший в Лондоне «Вольную русскую типографию» (1853). С 1855 года он начал издавать непериодический сборник «Полярная звезда», а с 1857 года - совместно с Н.П.Огаревым - пользовавшуюся огромной популярностью газету «Колокол». В изданиях Герцена была сформулирована программа социальных преобразований в России, включавшая освобождение крестьян от крепостного права с землей и за выкуп.

Первоначально издатели «Колокола» верили в либеральные намерения нового императора Александра II (1855-1881) и возлагали определенные надежды на разумно проведенные реформы «сверху». Однако по мере подготовки проектов отмены крепостного права иллюзии рассеивались, и на страницах лондонских изданий в полный голос зазвучал призыв к борьбе за землю и демократию.

Русский крестьянский социализм стал частью учения под названием утопический социализм. Утопический социализм - принятое в исторической и философской литературе обозначение предшествовавшего марксизму учения о возможности преобразования общества на социалистических принципах, о его справедливом устройстве.

В 60 - 70-е годы XIX века в России, в результате длительных социально-теоретических исканий, возникает особая разновидность утопического социализма, получивший название народничества и в рамках которого в основном и происходило развитие социалистической идеи в России во 2-й половине XIX века. Народничество также руководствовалось идеологией русского крестьянского утопического социализма, основы которой заложили Герцен и Огарев.

Русскому народничеству свойственны следующие характерные черты, берущие начало от идейных публикаций Герцена и Огарева:

1) признание капитализма в России упадком, регрессом;

2) признание самобытности русского экономического строя вообще и крестьянина с его общинной артелью и т.п. в частности,

3) игнорирование связи «интеллигенции» и юридико-политических учреждений в стране с материальными интересами определенных общественных классов.

В 60-80-х гг. революционные народники разными путями стремились к крестьянской революции. С середины 1880-х гг. либеральное народничество, ранее не игравшее существенной роли, стало господствующим направлением. Народничество исчерпало свою революционность и было идейно разгромлено марксизмом. С началом пролетарского этапа ведущая роль в освободительном движении перешла к рабочему классу во главе идеологами марксизма.

Возникнув как «прибавочные листы» к «Полярной звезде», «Колокол» быстро превратился в самостоятельное издание, воплотив насущные потребности русского революционного движения. Выходя с девизом на титульном листе «Vivos voco» («Зову живых» - начальные слова из «Песни о колоколе» Ф.Шиллера), «Колокол» стал голосом и совестью эпохи, сплотив вокруг себя передовые общественные силы в России и в эмиграции на почве широкой программы социально-политических преобразований. Определяя смысл развернутой «Колоколом» агитации, Ленин писал, что Герцен «поднял знамя революции», «великое знамя борьбы путем обращения к массам с вольным словом».

Лицо газеты определяли выступления Герцена и Огарева, а также статьи, заметки и письма из России, программные документы подпольных революционных организаций (например, «Земли и воли»), материалы по истории освободительной борьбы, секретные правительственные постановления, проникавшие в «Колокол» через широкую сеть тайных корреспондентов. Среди последних - представители различных оппозиционных кругов, от крупных чиновников до опальных декабристов и петрашевцев, в том числе писатели, публицисты, критики. В «Колоколе» участвовали также Дж. Гарибальди, В. Гюго, Дж. Мадзини, Ж. Мишле, П. Прудон и др.

Обилие обличительного материала привело к выпуску с 1859 года особого приложения к «Колоколу» - «Под суд!». «Колокол» читался по всей России: в царском дворце и среди студенчества, в министерствах и крестьянских избах. В годы революционной ситуации 1859-1861 годов тираж достигал 2000-2500 экземпляров. Спад революционного подъема проявился в резком снижении общественного влияния «Колокола». Надеясь восстановить авторитет «Колокола», Герцен в 1865 году переносит издание в Женеву. Но разногласия с женевской «молодой эмиграцией», ослабление живых контактов с Россией, усиление политической реакции и другие причины вынудили прекратить издание. Попытка возобновить «Колокол» на французском языке (1868) не нашла поддержки среди французской буржуазной демократии.

Вопросы литературы и искусства были подчинены в «Колоколе» задачам революционной агитации, разоблачения политики царизма, дискредитации ее представителей. В соответствии с этим находилась и проблематика литературных публикаций «Колокола», где печатались стихи М.Ю. Лермонтова, («Увы! как скучен этот город…»), Н.А. Некрасова («Размышления у парадного подъезда»), обличительные стихи Огарева, М.Л. Михайлова, П.И. Вейнберга, В.Р. Зотова и др. Время от времени Герцен публиковал в «Колоколе» отрывки из «Былого и дум».

Борьба за беспощадный реализм объединяла «Колокол» и «Современник», несмотря на расхождения по частным вопросам, например, в оценке так называемого «обличительного направления», принятого Герценом за предвестие широкой демократической гласности.

Следствием либерально-просветительских иллюзий Герцена явилась его статья “Very dangerous!!!” («Очень опасно», 1859), положившая начало полемике «Колокола» с «Современником». В то же время «Колокол», как и «Современник», осуждал «бегство от общественных вопросов», восставал против эстетической критики.

«Колокол» отстаивал идею преемственности революционных поколений, защищая в этой связи «лишних людей» 30-40-х годов как жертв николаевской реакции. В статье «Лишние люди и желчевики» (1860) Герцен выступил против скептической оценки «Современником» исторической роли дворянства, особенно дворянской интеллигенции эпохи Белинского и Грановского. К середине 60-х годов издатели «Колокола» сознали правоту Чернышевского и Добролюбова, связав свои надежды с революционным разночинством - «молодыми штурманами будущей бури».

Общественным и эстетическим идеалом «Колокола» был тип «Дон-Кихота революции». Черты этого «высшего типа человечества» Герцен находил в Пестеле, Рылееве, Белинском, Мадзини, Гарибальди. Преданность революции и нравственная безупречность были для Герцена одним из решающих критериев в оценке творчества Тургенева и Некрасова, Салтыкова-Щедрина и Достоевского, Григоровича и Гончарова.

Требуя соответствия этического и эстетического, «Колокол» негодовал против мещанской ограниченности буржуазного общества, которое обезличивает человека, изгоняя «художественный элемент в самой жизни». В этом направлении оценивалось в «Колоколе» Творчество Дж. Байрона, В. Гюго, Ч. Диккенса, Жорж Санд и др. Газета формировала демократические взгляды на международную политику, европейскую философию и социологию (комментировались сочинения Фурье, Сен-Симона, Прудона, Л. Блана, Милля, Шопенгауэра и др.).

«Колокол» наметил основные вехи в истории социализма в России: указал историческое место петрашевцев и Белинского, дал характеристику учения Чернышевского, защитил «нигилизм» писаревцев как «науку и сомнение, исследование вместо веры» («Порядок торжествует!», 1886). Теория «русского социализма» Герцена и Огарева внедряла в сознание передового общества уважение к народу как к творящей силе истории. От имени народа «Колокол» произносил суд над грабительской реформой 1861 года, срывал маски с либерально-охранительных партий, негодуя по поводу «рабской» философии славянофильских изданий («Русская беседа», газета «День»), приспособленчества «Отечественных записок», угодливой реакционности «Русского вестника», «Московских ведомостей». Большое место в «Колоколе» занимала борьба с цензурными репрессиями.

Требование «земли и воли», призыв «В народ! К народу» («Исполин просыпается!», 1861) нашли горячий отклик в передовой русской литературе. «Колокол» оказал влияние на многих писателей. Спор с позицией «Колокола» относительно судеб России и Европы определил полемический план романа Тургенева «Дым». Чутко реагировал на публикации «Колоколе» М.Е. Салтыков-Щедрин в «глуповских» очерках, «Сатирах в прозе», хронике «Наша общественная жизнь».

Внимательно прислушивался к пропаганде Герцена Л.Н. Толстой, посетивший издателей «Колокола» в 1861 году. Направлению газеты сочувствовали Д.И. Писарев, Т.Г. Шевченко, Н.Г. Помяловский, В.А. Слепцов и другие писатели, и критики. В спорах с «Колоколом» формировались социально-этические идеалы Ф.М.Достоевского. Чтение «Колокола» и связь с его издателями карались в России каторгой и ссылкой. Царское правительство принимало ряд мер для противодействия его влиянию. Однако газету продолжали «прятать, но читать».





Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница