Педагогическое наследие прошлого



страница2/20
Дата22.02.2016
Размер1.91 Mb.
ТипУчебное пособие
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

3. Конспект курса

Зарождение античной педагогической традиции. Античная культурно-педагогическая традиция зародилась в Древней Греции. Идеальные герои греческого эпоса – Геракл, совершающий труды и подвиги ради людей, Гектор, защищающий родной город от врагов, Ахилл, для которого вечная слава и память потомков важнее спокойной и безопасной жизни, неутомимый скиталец Одиссей, преодолевающий все препятствия на пути к родной Итаке, – это личности, своими делами утверждающие себя и свое право на уважение в обществе. Идеал самоутверждения и стремления к первенству в соревновании с другими, к тому, чтобы, как сказано в "Илиаде", "всегда быть лучшим и превосходить других", лег в основу античного воспитания. Наиболее выразительно он был сформулирован в эпических поэмах Гомера "Илиада" и "Одиссея" (VIII в. до н.э.), и сам Гомер в глазах греков всегда оставался "воспитателем Эллады".

Идеал самоутверждения в борьбе за признанные обществом ценности обеспечивал активное участие граждан в жизни родного города, готовность пожертвовать многим ради его интересов и благополучия.

Изучение гомеровских поэм, музыки (игра на лире, пение, танцы) и занятия физическими упражнениями составляли основное содержание традиционного образования в архаический период греческой истории (VIII–VI вв. до н.э.). Предусматривалось также обучение чтению и письму. Занятия спортом – борьба, бег, прыжки, скачки на колесницах и прочее, которые завершались каждые четыре года общегреческими олимпийскими играми, – не только подготавливали будущих граждан к военной службе, но и сами являлись воплощением агонистического (соревновательного) идеала древнегреческой педагогики.

В архаическую эпоху происходит становление полиса и связанной с ним системы образования. На смену колесницам и отдельным поединкам знатных воинов приходит фаланга, действующая в сомкнутом строю и представляющая гражданский коллектив полиса на поле боя. Крестьяне и новые торгово-ремесленные слои населения утверждают свои политические права в борьбе с родовой аристократией. Неотъемлемой частью их является право на связанное с полисными традициями образование, которое раньше было достоянием отдельных аристократических семей. В этих условиях с VII–VI вв. до н.э. по всей Греции распространяются школы: индивидуальное обучение сменяется коллективным. Школы не только обеспечивают возросшие потребности общества в образованных людях, но и становятся важным средством приобщения подрастающих поколений к полисной идеологии, выступая свидетельством утверждающейся цивилизации с возможностью выделения досуга и профессионализацией разделенного на сословия населения.



Спартанское образование. Массовая древнегреческая педагогическая практика была представлена двумя базовыми моделями, нашедшими свою последовательную реализацию в Спарте и Афинах – наиболее значимых полисах античной Эллады.

Спартанское образование было государственным: с семи лет частично, а с 12 лет полностью мальчики были оторваны от семьи и до 30 лет вели казарменную жизнь. Против значительного числа прикрепленных к земле рабов-илотов требовалась хорошо обученная военная сила, тем более что число самих спартиатов было невелико (в V в. до н.э. количество полноправных граждан мужского пола не превышало несколько тысяч человек).

Спартанское образование имело своей целью подготовку мужественных, дисциплинированных, закаленных воинов. Уже при рождении дети подвергались беспощадному отбору – наименее здоровых обрекали на смерть. От мальчиков, объединенных в составленные по возрасту отряды, требовалось беспрекословное повиновение командирам из числа старших юношей (15–20 лет). Их приучали довольствоваться самой скромной пищей, ходить босиком (даже зимой), спать они должны были на жестких подстилках из тростника, который ломали своими же руками. Полуголодные дети нередко должны были сами добывать себе пропитание воровством, проявляя при этом ловкость и хитрость, – если они попадались, их жестоко наказывали (за неумение).

Подростков обучали владеть оружием, развивали у них силу и выносливость с помощью борьбы, бега, метания копий. Обучение грамоте ограничивалось самыми элементарными навыками чтения и письма – обнаруженные археологами спартанские надписи полностью игнорируют правила орфографии. Зато достаточно развито было музыкально-поэтическое образование, во многом опирающееся на устную героическую поэзию и соответствовавшие ей суровые мелодии. У детей развивали сообразительность, умение выражать свои мысли аргументировано, сжато, в яркой запоминающейся форме (так называемый лаконический стиль; Лакония – другое название Спарты). Греко-римский мыслитель Плутарх (начало II в. н.э.) писал:

Спартанцы изучали грамоту только ради потребностей жизни. Все же остальные виды образования изгнали из страны; не только сами науки, но и людей, ими занимающихся. Воспитание было направлено к тому, чтобы юноши умели подчиняться и мужественно переносить страдания, а в битвах умирать или добиваться победы1.

Образование женщин во многом напоминало образование мужчин: и здесь большое внимание уделялось физическому развитию – считалось, что у здоровых, мужественных женщин будут рождаться здоровые дети. Семья в Спарте не являлась ячейкой общества, ее роль была сведена к минимуму, зато в образовании подрастающих поколений принимали участие все взрослые граждане, особенно старики.

Несмотря на жестокость и прагматизм, спартанская система образования оказалась в конечном счете неэффективной даже в военном и политическом отношениях. Военные успехи Спарты лишь ускорили процесс разложения спартанского общества. В IV в. до н.э. появление наемных армий привело к утрате спартанцами преимущества в области военной выучки. Причиной упадка Спарты являлось отсутствие у спартанцев культуры досуга, широкой гуманистической образованности. Высокоспециализированное спартанское образование, подавлявшее индивидуальность в человеке, развивая его физическую природу, терпело неудачу там, где человек должен проявить себя как активная, самостоятельная личность.

Афинское образование. Иной вариант развития полисной системы образования представляло афинское общество. Афины были одним из самых могущественных государств Греции, главным противником Спарты. Афинское государство строилось на принципах демократии рабовладельцев: верховная власть принадлежала народному собранию, в котором заседали все свободные и полноправные граждане мужского пола. Широкое участие в общественной жизни принимало торгово-ремесленное население Афин.

Афинская демократия была настоящей системой политического воспитания, основанной не на подавлении индивидуальных различий (как в Спарте), а на большем стимулировании развития индивидуальных способностей и их использовании на благо государства с помощью демократических институтов, предполагавших открытое и систематическое обсуждение политических вопросов, борьбу мнений и культуру устной речи.

Каждый афинский гражданин в принципе считался способным, а иногда и обязанным участвовать в прениях на народном собрании, давать отчет об отправлении городской должности (этих должностей были сотни, и большинство из них заполнялось по жребию, так что каждый афинянин в течение своей жизни неоднократно оказывался в роли должностного лица). Насущная потребность разрешения политических проблем заставляла афинян интенсивно искать ответ на вопрос о том, как достигается и поддерживается образцовое поведение – арете, и каким должно быть ведущее к нему образование – пайдейя.



В центре системы афинского образования того времени стояла личность с выраженной индивидуальной способностью к творчеству. Процесс ее формирования был ориентирован на идеал калокагатии, объединивший в себе эстетические и физические достоинства, телесное и духовно-нравственное совершенство. Понятие калокагатия включало, с одной стороны, внешнюю красоту и силу безупречного тела, а с другой – справедливость, целомудрие, мужество, т.е. внутренние доблести человека.

В Афинах до 7 лет дети воспитывались на женской половине дома матерью, а в состоятельных семьях – кормилицами. Затем мальчики посещали мусическую школу, где их обучали чтению, письму, счету, знакомили с греческой поэзией и драматургией, учили игре на лире и пению. Детей состоятельных родителей сопровождал "педагог" – "дядька" из числа пожилых домашних рабов, который должен был следить за поведением и учебой ребенка.

С 10 лет в палестрах начинались интенсивные занятия физическими упражнениями (бег, борьба, кулачный бой, метание копья, диска и др.). С 16 лет юноши посещали гимнастические школы.

Образование заканчивалось двухлетней военной службой – эфебией (18–20 лет). Первый год эфебы проводили в афинских гимнасиях, занимаясь физической и военной подготовкой, затем получали оружие и год служили на границе или крепостях.

В неимущих семьях дети, как правило, позже начинали обучение и раньше бросали школу, чтобы помогать родителям зарабатывать на жизнь. Тем не менее даже самые бедные афиняне обладали элементарной грамотностью.

Девочки получали образование на женской половине дома: кроме рукоделия и управления домашним хозяйством, их учили грамоте и пению. Во многих греческих городах были школы для девочек.



Софисты. Система афинского образования сложилась к середине I тыс. до н.э. В это время на фоне хозяйственного подъема и расцвета полисного самоуправления в древнегреческих городах-государствах бурно развивалась духовная жизнь. Именно в эту эпоху в античной Греции расширяются личные свободы полноправных граждан полисов, утверждаются моральные нормы, ставящие в центр интересы индивида и пытающиеся обеспечить их гармоническое сочетание с интересами коллектива, усиливается ориентация на достижение личного успеха, на прагматическое отношение к утвердившимся стандартам поведения, к традициям, "установлениям предков". Все начинает подвергаться сомнению, идеалы и ценности соотносятся с практической пользой и реальными результатами.

Зарождавшаяся установка на постоянное совершенствование умопостигаемого, динамичного мира ориентировала людей на преобразующую деятельность, способствовала пробуждению активности свободной личности, давала толчок ее развитию и базу для высокой самооценки индивида. Отказ от религиозно-благоговейного отношения к установлениям прошлого обусловил распространение критического восприятия мира – все подвергалось сомнению, идеалы и ценности сопоставлялись с практической пользой.

В середине V в. до н.э. с идеей относительности всего сущего выступили софисты – платные странствующие учителя, обучающие особой мудрости управлять частными и общественными делами. Центром движения софистов стали Афины с их демократическим укладом и интенсивной политической жизнью.

В основе идеологии софистов лежали две главные идеи – приоритет человека и относительность любого знания. В условиях, когда в Древней Греции обозначилось грядущее крушение надличностных связей полиса и усилилось критическое восприятие традиции, софисты, воодушевленные идеей автономии человека, стали рассматривать антагонизм общественного и личного интересов как проявление противоречия между искусственными законами людей и естественными законами природы. Исходя из относительности добра и зла, добродетели и справедливости, софисты выдвинули идеал "способного" и "сильного" человека. Этот человек был ориентирован только и исключительно на практическую целесообразность, стремление к достижению личного успеха, ибо объективно, как утверждали софисты, нет ни плохого, ни хорошего, ни истинного, ни ложного, а есть лишь полезное, есть лишь удача, за которую и следует бороться. А так как высшей целью честолюбия у свободного грека в V в. до н.э. было достижение успехов в управлении государственными делами, то именно политическая деятельность и оказывалась главной сферой реализации честолюбивых замыслов, требуя соответствующей подготовки. Эту подготовку и стремились дать софисты. А то обстоятельство, что они были платными учителями, заставляло их искать такие содержание и методы обучения, которые гарантировали бы успех.

Создав в Афинах своего рода высшее образование, софисты не ставили перед собой задачу излагать ученикам философские учения, сообщать им какие-либо истины о мире или человеке. Они преследовали совершенно иную цель – научить слушателей при всех обстоятельствах всегда и во всем быть правыми. По сути своей образование, которое давали софисты, было "наукой побеждать" в любом споре. Именно поэтому софисты учили двум главным, с их точки зрения, искусствам – диалектике (искусству спорить) и риторике (искусству говорить). При этом они старались привить своим ученикам широкую общую культуру, так как готовили их к умению вести споры на любую тему.

Софисты стремились к тому, чтобы их ученики, действуя в условиях полисной демократии, умели внушать другим свое мнение, подчинять их своему влиянию. Сторонники традиционного образования обвиняли софистов в том, что они обучали своих учеников беспринципному пользованию словом ради личной выгоды. Софисты, считая себя профессиональными учителями и обучая за деньги, искали такое содержание и такие методы обучения, которые бы гарантировали успех их педагогической деятельности. Именно у софистов впервые в древнегреческой истории образование понимается как особая сфера человеческой деятельности.



Сократ. Если софисты, считая задачей образования развитие личности, рассматривали человека главным образом в его внешних проявлениях, то их современник и непримиримый оппонент, сын каменотеса и повитухи Сократ (469–399 гг. до н.э.) понимал личность, прежде всего, с точки зрения ее внутреннего мира, отношения человека к самому себе.

Идеал самопознания и самосовершенствования был центральным пунктом всей сократовской философии, что объясняет его напряженный интерес к проблемам образования. На глазах Сократа неумолимо нарастал кризис полиса. Это проявлялось и в усиливающемся имущественном расслоении его граждан, и в резком обострении политической борьбы, и в "падении нравов" среди свободных граждан, и в крушении традиционных ценностей аристократической морали, и в усиливающейся борьбе за гегемонию между древнегреческими городами-государствами. В этих условиях афинский мудрец впервые в истории европейской мысли попытался последовательно связать оздоровление общества с правильным образованием каждого человека.

Сократ, еще при жизни признанный оракулом Дельфийского храма мудрейшим из греков, – одна из самых известных и одновременно самых загадочных личностей в истории человечества. Он стоял у истоков европейского рационализма и просветительства, оказав огромное влияние на всю последующую философию и этику, политологию и педагогику. Сократ, излагавший свои мысли в устных беседах, не оставил после себя никакого письменного наследия. События его жизни и его идеи изложены в произведениях его учеников (Платона, Ксенофонта), противников (Аристофана), а также более поздних авторов (Аристотеля). Каждый из них вкладывал свое понимание и в феномен личности Сократа, и в суть его идей.

В молодости Сократ посетил Дельфийский храм бога Аполлона и увидел знаменитую надпись, начертанную на нем: "Познай самого себя". Эти слова произвели на него неизгладимое впечатление и стали девизом всей его последующей жизни.

Обладавший большим личным обаянием (которое, как подчеркивали знавшие его, исходило не от некрасивой внешности, а от ума и характера), Сократ был постоянно окружен собеседниками, многие из которых считали себя его учениками. Вместе с тем Сократ не рассматривал себя как учителя и не брал с учеников денег, хотя и жил в нужде. Его огромное влияние на окружающих определялось не каким-либо внешним авторитетом, а силой и новизной идей и непревзойденной способностью сообщать их другим.

На смену стремления софистов "оснастить" ум своих учеников силой и гибкостью, Сократ, преодолевший их убежденность в относительности всякого знания, поставил задачей необходимость помощи людям в познании Истины. Сократ обратился к нравственной сфере человека и перенес акцент с погони за внешними достижениями в конкретных видах деятельности на стремление к подлинной добродетели. Он утверждал, что и справедливость, и всякая другая добродетель есть мудрость, основывающаяся на овладении истинным знанием. Сократ провозгласил существование абсолютной умопостигаемой истины, знание которой, в отличие от знания ложных мнений, пусть и широко распространенных, только и дает настоящую мудрость. Стоя на позициях безусловного рационализма, Сократ связал добродетель с истинным знанием. Эта установка и определила суть его просветительских педагогических взглядов, согласно которым посредством образования, приобщения человека к истинному знанию его можно сделать мудрым и, следовательно, добродетельным, а общество совершенным.

Сократ считал человека рожденным для образования. Оно как бы насыщало внутреннюю жизнь людей высшим богатством, делая ее подлинно культурной, позволяя познать истину, обрести свободу и сохранить ее в самых сложных и неблагоприятных ситуациях. Сократ отказывался рассматривать образование как способ постижения формальной ("книжной") науки, как овладение "прагматическим" знанием. Он понимал образование как единственно возможный путь духовного развития, основанный на осознании человеком своего невежества, на самопознании, опирающемся на адекватную оценку собственных возможностей.

В отличие от софистов Сократ стремился наполнить процесс образования этическим содержанием, помочь понять, зачем нужно овладевать теми или иными знаниями в их соотношении с целью человеческой жизни и в чем собственно эта цель заключается. Именно образование, по его мнению, должно привести человека к познанию самого себя, именно оно способствует оздоровлению его нравственности, а следовательно, и укреплению нравственных устоев общества.

Сократ утверждал, что процесс приобретения истинного знания человеком есть как бы процесс рождения этого знания в самом человеке, но это происходит лишь тогда, когда человек готов к этому, обладает необходимым жизненным опытом и навыками самостоятельной мыслительной деятельности. Вот здесь-то, по мнению Сократа, и необходима помощь мудрого учителя-наставника, выступающего в роли своеобразной повитухи. Сам Сократ, ведя свои знаменитые философские беседы, не навязывал ученикам готовое знание. Он как бы помогал собеседникам "родить" собственную истину, которая неизбежно приобретала для них личный смысл. Поэтому-то он и называл свой метод майевтикой – повивальным искусством. В одном из диалогов Платона Сократ рассказывает о своем методе.

В моем повивальном искусстве почти все так же, как и у них [повитух. – Г.К.], – отличие, пожалуй, лишь в том, что я принимаю роды души, а не плоти. Самое же великое в нашем искусстве – то, что мы можем разными способами допытываться, рождает ли мысль юноши ложный призрак или же истинный и полноценный плод. К тому же и со мной получается то же, что с повитухами: сам я в мудрости уже неплоден, и за что меня многие порицали, – что-де я все выспрашиваю у других, а сам никаких ответов никогда не даю, потому что сам никакой мудрости не ведаю, – это правда. А причина вот в чем: бог понуждает принимать меня, роды же мне воспрещает. Так что сам и не такой уж особенный мудрец, и самому мне не выпадала удача произвести на свет настоящий плод – плод моей души. Те же, что приходят ко мне, поначалу кажутся иной раз крайне невежественными, а все же по мере дальнейших посещений и они с помощью бога удивительно преуспевают и на собственный и на сторонний взгляд. И ясно, что от меня они ничему не могут научиться, просто сами в себе они открывают много прекрасного, если, конечно, имели, и производят его на свет. Повития же этого виновники – бог и я2.

Педагогический метод Сократа изначально предполагал критическое отношение учеников как к традиционным представлениям, так и к утверждениям учителя, провоцировал их на спор, способствовал самостоятельному осмыслению обсуждаемой проблемы, был направлен на развитие их духовной активности.

В 399 г. до н.э. пришедшие к власти в Афинах представители демократии обвинили Сократа "в отрицании богов" и "совращении молодежи". Истинная причина обвинений коренилась в резко отрицательном отношении Сократа к выбору должностных лиц по жребию, в его дружбе с представителями аристократии, в его огромном авторитете, на который он опирался, критикуя многие демократические установления. Суд большинством голосов признал Сократа виновным, и тот, отказавшись от побега, подготовленного его друзьями, исполнил приговор суда, – выпил чашу с ядом.

Платон. В 407 г. до н.э. у Сократа появился новый ученик – Платон (427–347 гг. до н.э.). Эта встреча явилась судьбоносной для интеллектуальной истории человечества. Платон, родившийся в эпоху заката афинской демократии и принадлежавший к одному из самых знатных афинских родов, рос в образованной аристократической среде, учился у лучших учителей своего времени и достиг поразительных успехов в литературном и музыкальном творчестве, в познании математики и в гимнастических состязаниях.

Платон много путешествовал. Он побывал в Мегарах у Эвклида, посетил Вавилон, Ассирию, Финикию, Иудею, Египет, приобщился к тысячелетней мудрости Востока. Затем он некоторые время жил в Италии у пифагорейцев, постигая их учение. Платон трижды приезжал на Сицилию, безуспешно пытаясь посредством наставления тиранов Сиракуз реализовать свои социально-политические идеи. В 385 г. до н.э. Платон открыл в Афинах свою философскую школу, названную по местности, где она находилась, Академией. Она более походила на научное сообщество, чем на традиционное учебное заведение. Платон возглавлял Академию до самой смерти, совмещая преподавательскую деятельность с научно-художествен­ным творчеством. Этот уникальный учебно-исследовательский центр просуществовал до 528 г. н.э.

Платон крайне тяжело пережил смерть любимого учителя, стимулировавшего, в частности, его интерес к проблемам образования. Трагическая смерть Сократа, по мнению Платона, свидетельствовала о том, что для переустройства человеческой жизни недостаточно преобразования личности с помощью знания, о чем говорил Сократ. Необходимо, утверждал Платон, преобразовать само государство, и сделать это можно только с помощью системы общественного воспитания и обучения. С этой точки зрения в наиболее крупных произведениях Платона ("Государство", "Законы"), а также в ряде других диалогов подробно разработана теория образовательного процесса.

Все творческое наследие Платона пронизывает глубоко укоренившаяся в древнегреческом сознании идея пайдейи. Наиболее близко понятию пайдейя понятие образование. По существу у Платона пайдейя означает тот путь (а также руководство этим путем, его педагогическую организацию), который должен пройти человек, изменяя себя в стремлении к идеалу духовного и физического совершенства (калокагатии) посредством овладения культурой, обретения мудрости, мужества, благоразумия, справедливости и других воинских, гражданских, нравственных, интеллектуальных добродетелей (арете).

С середины V в. до н.э. софисты, усматривавшие в духовной культуре условие достижения людьми жизненного успеха и опиравшиеся на общие демократические веяния, отстаивали идею пайдейи, согласно которой кого угодно можно было научить чему угодно. Ей противостояла идея традиционной аристократической пайдейи, уходящей своими корнями в героический период античной истории. Аристократическая пайдейя была избирательна. Она неразрывно связывалась с "породой", наследуемой представителями высшего сословия и реализуемой в добродетельной жизни. Сократ, веривший в "добрую природу человека", видел сущность пайдейи в ее направленности на "взращи­вание" с помощью педагогических усилий наставника внутренней духовной культуры добродетельных, мудрых людей, способных "жить по справедливости". При этом он постоянно обращал внимание на то, как сложно учителям решать задачу, требующую от учеников огромного внутреннего напряжения.

Платон, говоря о людях достойных, отмечал "прежде всего благородство их по рождению, а затем их воспитание и образованность". Он опирался на традиции аристократического духа. Но он осознавал, что одна лишь "порода" не может гарантировать достижения человеком идеала калокагатии, обретения арете. В то же время Платон не разделял педагогического оптимизма софистов, убежденных во всесилии образования как способа безграничного развития любого человека. Обращаясь к проблеме пайдейи, он во многом следовал "линии Сократа", что в полной мере проявилось в его педагогическом творчестве.

В "Протагоре", "Горгии", "Меноне", "Пире" и в ряде других диалогов Платон, вслед за своим учителем Сократом, попытался дать ответы на вопросы: Что есть добродетель? Можно ли ей обучить? Какой путь познания ведет к постижению истинной добродетели? Как соотносятся образование и политика? Найденные решения и составили основное содержание платоновской пайдейи, ставшей, по сути, стержнем и философского, и социального, и политического, и этического, и эстетического учений древнегреческого мыслителя.

В условиях крушения традиционного полисного уклада релятивизм софистов ориентировал людей на стремление к прагматическому успеху, достижение которого становилось важным свидетельством совершенства и воспринималось как благо. В отличие от них Платон, вслед за Сократом, в полном объеме сформулировал проблему фундаментальных ценностей, т.е. таких ценностей, которые обладают абсолютным значением и задают нормативные рамки жизни людей в обществе. Полемизируя с софистами, Платон высказал убеждение, что даже подлинного искусства речи, т.е. именно того, чему прежде всего старались научить своих учеников софисты, "нельзя достичь без познания истины".

Любое благо, желаемое для человека и способствующее обретению им счастья, будь то власть или богатство, красота или здоровье, лишь в том случае станет для него подлинным благом, если будет опираться на мудрость, подкрепляться знанием, делающим возможным отличать истинное знание от ложного. Только знание позволяет людям постигать истинные ценности, делать осознанный выбор, быть добродетельными, становиться совершенными. Таким образом, сущность всех важнейших добродетелей, к числу которых Платон относил мужество, рассудительность, благочестие, справедливость, составляло, по его мнению, знание. Именно знание составляет абсолютное значение всех добродетелей, т.е. то, что Платон называл эйдосом – идеей.

Эйдос содержит в себе представление о добродетели (арете) в целом. Знание, воплощенное в идее добродетели, не отражает реально созерцаемых вещей. Оно изначально содержится в бессмертной душе человека как воспоминание об общении с миром идей. Это знание врожденное. Ведь знание, по словам Платона, "на самом деле не что иное, как припоминание". Оно не зависит от внешнего опыта людей, а следовательно, и добродетель приобретает некое абсолютное содержание, наполненное почти религиозным значением.

Очевидно, что истинное знание, ведущее к подлинной добродетели, т.е. знание идеи добродетели, не может быть постигнуто в процессе традиционного догматического обучения. Оно может быть только и исключительно результатом самопознания, открывающего истину внутри самого человека в его душе (знаменитое сократовское "познай самого себя"). По Платону, человек, стремящийся к истине, должен преодолеть распространенные ошибочные мнения, которые отражают внешнюю видимость явлений жизни, и познать их глубинную истинную сущность. Человек сам из себя, из своей души трудно и мучительно рождает истинное знание, позволяющее ему делать правильный выбор, отличать подлинное благо от мнимого, быть добродетельным в своих поступках, приближаться к идеалу калокагатии.

К истинному знанию человек может прийти в том случае, если оно у него есть в душе (т.е. арете заключено в самой человеческой природе) и он обладает правильным направлением мысли (т.е. разум его направлен на самопознание). Таким образом, согласно Платону, оказывается, что арете (добродетели) можно научиться, но научиться, познавая самого себя, открывая добродетель в самом себе. И помочь человеку в этом может такой учитель, который ориентирует ученика не на пассивное восприятие, а на активный поиск самостоятельных решений в познавательных проблемных ситуациях. Эталоном такого учителя, по Платону, является Сократ с его методом майевтики. Именно в сократовском методе обучения, который он подробно анализирует в диалоге "Теэтет", Платон видит единственно возможный педагогический способ помощи людям в приобщении к истинному, с его точки зрения, знанию, содержащемуся в человеческих душах как память об общении с миром сверхчувственных умопостигаемых идей.

Согласно Платону, природе человека, его бессмертной душе присущи любовь к благу, стремление к добродетели, к совершенству и гармонии. Древнегреческий мыслитель провозгласил арете, составляющую славу человека в обществе, его духовной сущностью. Подлинная реализация человеческой природы, по Платону, связана с осуществлением этого стремления. А происходит реализация стремления к добродетели в процессе образования. Таким образом, пайдейя оказывается способом осуществления самой природы людей. Это положение платоновского учения коренным образом противоречило аргументации софистов в пользу духовной культуры как средства достижения успеха безотносительно к существующей в обществе политической ситуации.

Видя в духовной культуре основу человеческого в человеке, Платон рассматривал ее в контексте политических условий жизни людей. С его точки зрения, лишь определенное государственное устройство способствует самопознанию человека, овладению арете, движению к калокагатии, его правильному образованию. Ибо, утверждал Платон, "государство растит людей: прекрасное – хороших, противоположное – дурных".

Признавая, что "нет ничего более божественного в делах людей, чем то, что касается воспитания", Платон считал главной задачей государства заботу об образовании своих граждан. Саму политику он трактовал как искусство делать людей лучше, а пайдейю рассматривал как политическое искусство. Согласно Платону, во главе государства должен стоять правитель-философ, ставший добродетельным, достигнувший совершенства, познавший истину. Он должен понимать, что есть истинная пайдейя, и быть способным реализовать ее в общественной жизни, опираясь на государственные институты. Эта пайдейя обеспечит спасение граждан и всего государства от различных бед и несчастий, приведет к миру и процветанию.

Таким образом, разработав свой вариант пайдейи, Платон заложил фундамент гуманизма как направления движения человеческой мысли. Он обосновал идею природной индивидуальности человека, раскрыл значение человеческого Я, показал сущность процесса образования как осуществления природы человека, реализации его внутреннего потенциала. На этих положениях неизменно базируется любая подлинно гуманистическая идеология.

В "Государстве" Платон нарисовал утопическую картину идеального общества, важнейшей задачей которого является постоянная забота об образовании подрастающих поколений. Разрабатывая свою социально-поли­тическую утопию, главным средством осуществления которой должна стать пайдейя, т.е. должным образом организованное образование, позволяющее людям реализовать содержащееся в их душах стремление к подлинной арете, Платон в "Государстве" со всей остротой поставил вопрос о сущности справедливого государства.

В учении древнегреческого мыслителя справедливость – это один из видов добродетели, связанных с внутренними свойствами души человека. Он выделял три частных вида добродетели, соответствующие трем частям души: разумной части души, по его мнению, соответствовала мудрость, волевой (страстной) – мужество, желающей – умеренность (благоразумие, сдержанность). Справедливость же Платон понимал как общую добродетель души, как гармонию трех частных добродетелей, как гармонию души, в которой разум призван обдумывать и повелевать, воля – реализовывать его повеления, а желание – подчиняться воле. Платон обосновывал возникновение государства необходимостью объединения людей, каждый из которых не может удовлетворить себя, нуждаясь еще во многом.

Пытаясь найти твердые основания справедливому государственному устройству, независимые от изменчивой политической конъюнктуры, древнегреческий мыслитель уподобил государство душе. Он выделил три сословия, три социальные группы, каждая из которых преимущественно обладала одной из указанных выше добродетелей и должна была выполнять в обществе строго определенные функции. К первому высшему сословию он отнес правителей-философов, которые, опираясь на свой разум, на собственную мудрость, должны были управлять государством. Ко второму – воинов-стражей. Они, проявляя личную храбрость, должны были защищать государство, все его население. К третьему, самому многочисленному, – земледельцев, ремесленников, торговцев, которые, обеспечивая экономическое существование государства, должны были добровольно подчиняться двум первым, владеть своими страстями, быть благочестивыми.

Справедливость, согласно Платону, состояла в том, чтобы каждый человек занимал соответственно своим способностям определенное социальное положение в государстве и делал то, что из его социального положения проистекает и его способностям соответствует. Заложить основу такого положения, по мнению древнегреческого философа, и должно было надлежащее, организуемое государством образование. Задача образования – готовить людей с самого раннего возраста к определенным общественным ролям и соответствующему им образу жизни.

Утверждая мысль о том, что "правильное воспитание и обучение пробуждают в человеке хорошие природные задатки", Платон рассматривал процесс его становления с точки зрения реализации присущей людям индивидуальной природы. Он уделял особое внимание тем социальным условиям, в которых это становление осуществляется. Платон был убежден, что государство по своему устройству должно соответствовать строению человеческой души. Только в этом случае, по его мнению, оно станет той силой, в которой внутренняя справедливость общественной жизни и организация государства совпадут и органически дополнят друг друга и проявятся более полно и адекватно. По сути, Платон отстаивал идею максимальной (даже тотальной) педагогизации всей среды жизни человека в целях повышения результативности его целенаправленно организованного образования.

Платон подробно рассмотрел цели, способы и содержание образования представителей двух первых сословий, ибо считал организацию их пайдейи главной задачей совершенного государства. Правители, подчеркивал он, должны стоять "на страже одного лишь великого дела" – обучения и воспитания. Образование третьего сословия, как и весь его жизненный уклад, осталось вне поля зрения Платона, считавшего его частным делом земледельцев, ремесленников и торговцев.

Для Платона, этого аристократа по происхождению и по духу, люди от рождения не равны. Качества людей передаются по наследству, но человеческая "порода" может как ухудшаться, так и улучшаться. Поэтому сословия в платоновском государстве не разделены непроходимой стеной. Представители третьего сословия, проявившие высокие душевные качества, могут стать стражами. Наиболее способные и достойные из числа стражей со временем становятся правителями. И наоборот, дети стражей, "порода" которых ухудшилась, оказываются в рядах третьего сословия.

Государство Платона аристократично, но в нем правит аристократия духа, ежечасно и ежедневно своей жизнью и своим поведением подтверждающая право принадлежать к двум высшим сословиям. В идеальном государстве, по Платону, "лучшие" должны господствовать над "худшими". Причем "худшие" должны это господство принимать, а "лучшие" не должны им злоупотреблять. Стремясь предотвратить развитие эгоизма у стражей и философов, а также для того, чтобы не отвлекать их от служения обществу, Платон считал необходимым лишить их частной собственности и семьи.

Идеальное государство должно заботиться о браках, ибо только здоровые браки дают полноценное потомство, а также о будущих матерях. Платон разработал подробные предписания о том, каким должен быть образ жизни женщин, еще только вынашивающих своих детей. Новорожденные дети должны изыматься у матерей государством, которое берет на себя всю заботу об их воспитании и обучении. Пайдейя будущих стражей, готовящая их к служению общему делу, должна быть одинаковой независимо от их пола. Перемещение детей из сословия в сословие должно стать результатом тщательного наблюдения за ними и оценки их способностей и духовного потенциала.

Отдавая должное значению природных задатков детей, Платон особое внимание обращал на педагогическую организацию их развития. Воспитание в идеальном государстве, по его убеждению, должно начинаться с самого раннего возраста, когда человеческая природа наиболее пластична и податлива.

Заботясь о гармоническом развитии души и тела, как того требовал идеал калокагатии, Платон доказывал, что здоровый дух способствует совершенствованию тела, а не наоборот. С его точки зрения, мусическое образование содержало в себе все необходимые нормы поведения человека и должно было предшествовать гимнастическому. Платон, следуя древнегреческой традиции, трактовал мусическое образование значительно шире, чем образование музыкальное. Это было воспитание словом, звуком и ритмом, опиравшееся на поэзию, музыку, танцы, пение, драму.

Платон тщательно проанализировал содержание древнегреческой мифологии и поэзии, с которой традиционно знакомили детей. Он утверждал:

Ребенок не в состоянии судить, где содержится иносказание, а где нет, и мнения, воспринятые им в таком раннем возрасте, обычно становятся неизгладимыми и неизменными. Вот почему, пожалуй, более всего надо добиваться, чтобы первые мифы, услышанные детьми, самым заботливым образом были направлены к добродетели3.

Платон требовал изъять из содержания образования те фрагменты, которые способствовали формированию непочтительного отношения к богам и героям, препятствовали формированию у стражей храбрости и самообладания.

Важнейшим итогом мусического образования должно было стать формирование у стражей бессознательного стремления к прекрасному и совершенному и неприятия к безобразному. Эту способность уже на уровне осмысленного сознания должны были развивать наиболее способные стражи, становившиеся правителями. Достигалось это на основе широкого философского образования, которое не просто расширяло мировоззрение, а способствовало человеческому самопознанию и овладению истинным знанием, заключенным в душах людей.

Гимнастическое воспитание должно было способствовать укреплению здоровья стражей и их физическому развитию, необходимому, в частности, для успешной военной подготовки. Сама же военная подготовка была важнейшим звеном их образования. При этом Платон больше заботился не об овладении стражами военными знаниями, умениями, навыками, т.е. о технической стороне дела, а о формировании у них духовной стойкости, храбрости и мужества. Впрочем, и мусическое образование имело своей целью развитие духа, а не техническую сторону подготовки стражей в осваиваемых ими областях культуры.

Те стражи, которые проявили наибольшие способности, достигнув зрелого возраста и закалившись в политических и военных делах, должны были получить философское образование. Оно включало в себя также разностороннюю математическую и астрономическую подготовку, которая была призвана помочь осмыслить гармонию Космоса. Стражи становились правителями, ответственными за организацию образования новых поколений, за пайдейю в совершенном государстве, за справедливость общественного устройства. Они, считал Платон, уже не будут нуждаться ни в каких поучениях и инструкциях.

Будучи последовательным рационалистом, как и его учитель Сократ, Платон в то же время осознавал ограниченные возможности слова и беседы в педагогической деятельности. Он придавал большое значение развитию у человека воли, что должно было достигаться не только, а иногда и не столько путем познания, сколько посредством практического упражнения, которое помогает подчинить его поведение разумному началу (т.е. воле как необходимому условию осуществления разумной деятельности).

Платон четко сформулировал положение, согласно которому наилучшее воспитание заключается не во внушениях, а в явном осуществлении в собственной жизни того, что внушается другому. При этом он призывал отличать "от искусства обучения – искусство воспитания". В обучении древнегреческий мыслитель самым важным считал надлежащее воспитание, вносящее в душу ребенка любовь к тому, в чем он должен стать специалистом и достичь совершенства. Причем суть воспитания, с точки зрения Платона, особенно в раннем возрасте, должны составлять правильно направленные удовольствие и страдание.



Социально-политическая утопия Платона, разработке которой он посвятил большую часть жизни, по существу, была утопией педагогической. Такой поворот мысли был вполне закономерен для человека, пришедшего к выводу, что жизненный путь каждого отдельного индивида и судьба общества в целом определяются образованием, которое получают вступающие в жизнь поколения.

Педагогика Платона – это не замкнутая, строго упорядоченная система. Ей, как и всему творчеству древнегреческого мыслителя, присуща форма живого разговора, который и был исследованием, направленным на отыскание путей воспитания и обучения, на конструирование подлинной пайдейи. Педагогика Платона, несмотря на свой высокий теоретический уровень, насыщена многочисленными мифологическими образами. Впрочем, уже Аристотель, этот самый талантливый ученик и оппонент Платона, полностью освободился в своих произведениях от мифологической образности.





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница