О. А. Гулевич (ип им. Л. С. Выготского рггу)



Скачать 466,61 Kb.
страница1/3
Дата01.06.2016
Размер466,61 Kb.
  1   2   3
О.А. Гулевич (ИП им. Л.С. Выготского РГГУ)

goulevitch@mail.ru
Убеждающая коммуникация в судебном процессе
Культурно-исторический подход и исследование процессов социализации: Материалы Пятых чтений памяти Л.С.Выготского / РГГУ, Междунар.конф.(Москва, 15-17 ноября, 2004 г.). М., 2005.С.24-46.
Судебный процесс, как и любая осуществляемая человеком деятельность, включает в себя психологическую составляющую. Исполнение его участниками требований закона неизбежно связано с их психологическими особенностями. Например, свидетель, предупрежденный об ответственности за дачу ложных показаний и стремящийся говорить правду, может ошибаться, благодаря ограничениям, свойственным восприятию и памяти человека. Прокурор и адвокат, активно участвуя в исследовании доказательств в ходе судебного следствия, не всегда способны донести до выносящего судебное решение судьи или присяжных заседателей важную деталь в показаниях свидетеля и оглашенных документах, благодаря отсутствию у них коммуникативных навыков. Судебное решение, в свою очередь, зависит не только от характера доказательств, но и от представлений судьи или присяжных заседателей, определяющих, какие доказательства по делу заслуживают наибольшего доверия.

В этой статье речь пойдет об одном из психологических аспектов судебного процесса – коммуникации в зале суда присяжных, источником которой являются профессиональные юристы (судья, прокурор и адвокат). В ходе этого типа судебного процесса судья и стороны (прокурор и адвокат) осуществляют целый ряд функций. В частности, судья участвует в отборе присяжных; мотивирует присяжных на участие в судебном процессе; участвует в исследовании доказательств, принимает решение об исключении недопустимых доказательств, суммирует доказательства и позиции сторон в ходе напутственного слова; следит за соблюдением процедуры судебного процесса всеми участниками; разъясняет присяжным и другим участникам процесса правовые понятия и нормы; составляет вопросный лист; квалифицирует деяние, совершенное подсудимым (соотносит его со статьей уголовного кодекса) и выносит приговор. Последняя функция осуществляется им после вынесения присяжными вердикта и роспуска коллегии. Для сторон характерны функции отбора и мотивации присяжных, разъяснения правовых норм, участия в исследовании доказательств и их суммировании и, таким образом убеждения присяжных в правильности своей позиции. Для реализации судьей и сторонами этих функций им необходимы навыки устной коммуникации. Такие навыки и стали предметом проведенного исследования.

В основу исследования положено представление о судебной коммуникации – передаче вербальной и невербальной информации – как об одной из разновидностей коммуникативного процесса, для которой характерны те же психологические закономерности, что и для других его видов. Это представление лежит в основе большинства современных психологических исследований, посвященных судебной коммуникации, и реализовано в североамериканских пособиях по судебной коммуникации для юристов, в которых описываются закономерности восприятия и запоминания человеком информации, эффекты социального влияния, модели каузальной атрибуции и условия убеждения, изучающиеся в рамках социальной психологии (Saks M.J., Hastie R., 1978; Vinson D.E., 1986). Отождествление судебной коммуникации с другими ее видами особенно уместно при анализе процессов с участием присяжных – людей, которые не имеют юридического образования и опыта вынесения судебных решений.

При этом судебная коммуникация обладает определенной спецификой, которая связана не только с характером передаваемой информации, но и с используемыми коммуникативными приемами. В одном из исследований (Gnisci A., Bonaiuto M., 2003) например, было показано, что при допросе политиков в суде им задается больше декларативных вопросов с понижением интонации к концу предложения (Так Вам нравилась команда Дини?) и как-вопросов (Сколько миллионов?) и меньше вопросов концовок (…, не так ли?), вопросов, подразумевающих ответы «да» и «нет» (Нравилась ли Вам команда Дини?) и непрямых вопросов (я хочу знать, что Вы делали?), чем в телевизионном интервью. Кроме того, при ответе на вопросы в суде политики чаще используют простые ответы «да» и «нет» и реже – уход от прямого ответа (отсутствие прямого ответа при наличии дополнительной информации, о которой в вопросе не говорилось), чем в телевизионных интервью. Однако в настоящее время этой специфике уделяется мало внимания.

В рамках данного исследования рассматривается один из перечисленных выше аспектов судебной коммуникации – условия убеждения. Мы изучали специфику судебной коммуникации путем анализа формы и частоты использования традиционных приемов убеждающей коммуникации. Основанием для выделения приемов являются социально-психологические исследования, проведенные в русле изучения убеждающей коммуникации.

К настоящему времени выделено четыре группы условий, повышающих эффективность убеждающих сообщений: особенности коммуникатора (их восприятие аудиторией), аудитории, соотношение особенностей коммуникатора и аудитории, характеристики сообщения. Эффективность этих факторов была показана в лабораторных экспериментах, большинство из которых не связаны с судебным контекстом. Тем не менее, большинство из них фигурируют в пособиях по коммуникации в зале суда. Среди особенностей того, как аудитория воспринимает коммуникатора, выделяются (в судебном контексте см. Гулевич O.A., 2003; Erickson B. et.al., 1978; Krauss D.A., Sales B.D., 2001; Leippe M.R., 1995; O`Barr W.M., Conley J.M., 1976; Saks M.J., Hastie R., 1978; Vinson D.E., 1986; Walter B., 1988):

(а) компетентность: восприятие коммуникатора как имеющего опыт и знания, соответствующие теме сообщения, высокий социальный статус. Восприятие компетентности коммуникатора может быть достигнуто как непосредственными ссылками на наличие у него указанных особенностей, так и беглостью речи, использованием им определенного стиля речи и одежды, сравнением себя с другими компетентными людьми, например, с судьей;

(б) искренность: восприятие коммуникатора как говорящего искренне и честно, не стремящегося убедить слушателей в правильности своей точки зрения, не желающего решить за счет аудитории свои собственные проблемы;

(в) надежность: убеждение в том, что ранее коммуникатор уже делал прогнозы, которые сбылись;

(г) личная привлекательность: приписывание коммуникатору черт, которые присущи «хорошему» человеку, например, доброжелательности, интеллекта, заботливости и т.д.;

(д) внешняя привлекательность коммуникатора;

(е) количество коммуникаторов, защищающих одну и ту же точку зрения.

К особенностям аудитории относятся:

(а) интеллектуальные особенности: уровень интеллекта, знания (Bohner G., Moskowitz G.B., Chaiken S., 1995), когнитивные ресурсы (Albarracin D., Wyer Jr.R.S., 2001), опыт сопротивления убеждению (Bernard M.M., Maio G.R., Olson J.M., 2003), однозначность и сформированность когнитивного и аффективного компонентов социальных установок (Austin E.W. et al., 2002; Huskinson T.L.H., 2004) оценка возможности вынести правильное решение на основе полученной информации (Bohner G. et al., 1998), непосредственный опыт взаимодействия с объектом или проблемой, которой посвящено сообщение (Albarracin D., Cohen J.B., Kumkale G.T., 2003);

(б) особенности самооценки и мотивационно-потребностной сферы: самооценка (Rhodes N., Wood W., 1992), наличие потребности, соответствующей содержанию сообщения (Julka D.L., 2000), в том числе потребность в осмыслении информации, разные виды мотивации (Bohner G., Moskowitz G.B., Chaiken S., 1995; Chaiken S., Giner-Sorolla R., Chen S., 1992; Kruglanski A.W., Thompson E.P., 1999), личная значимость рассматриваемой в сообщении проблемы, ценности (Hullett C.R., 2004). Важность самооценки и мотивации аудитории делает эффективным введение в сообщения фрагментов, способствующих их формированию, например, указание на компетентность и ум аудитории, ее справедливость и т.д. (в судебном контексте Гулевич O.A., 2003; Ивакина H.H., 2002; Vinson D.E., 1986; Walter B., 1988);

(в) аффективные характеристики: настроение (Bodenhausen G.V., Sheppard L.A., Kramer G.P., 1994; Bohner G. et al., 1992; Bohner G., Weinerth T., 2001), особенно страх (Dolinski D. et al., 2002; Sunstein C.R. et al., 2002). Учет важности эмоционального состояния аудитории приводит к включению в сообщения компонентов, способствующих формированию у аудитории определенных чувств, например, радости, страха или жалости (в судебном контексте Гулевич O.A., 2003; Vinson D.E., 1986; Walter B., 1988);

(г) личностные черты: полезависимость (Lavine H., Snyder M., 1996), локус контроля (Chebat J.-C., Filiatrault T.P., Perrien J., 1990);

(д) социодемографические характеристики: возраст (Nathanson A.I., Yang M.-S., 2003), пол (Andsager J.L., Austin W.E., Pinkleton B.E., 2002), профессия (Богомолова H.H., 1990).

К соотношению особенностей коммуникатора и аудитории относятся:

(а) соотношение коммуникатора и реципиента (случаи, когда автором и слушателем сообщения является одно и то же лицо (Kemmelmeier M., Winter D.G., 2000);

(б) качество отношений между коммуникатором и аудиторией (Чалдини P., 2000);

(в) сходство позиций коммуникатора и реципиента (Peterson P.D., Koulack D., 1969).

И наконец, среди особенностей сообщения выделяются (в судебном контексте Гулевич A.O., 2003; Ивакина H.H., 2002; Cramer E.P., 1999; Malouff J., Schutte N.F., 1989; Saks M.J., Hastie R., 1978; Sunstein C.R. et al., 2002; Vinson D.E., 1986; Walter B., 1988):

(а) эффект первичности-вторичности, связанный с распределением во времени нескольких сообщений;

(б) структура сообщения (введение, основная часть и заключение);

(в) длительность сообщения;

(г) односторонняя (в пользу позиции автора сообщения) и двухсторонняя (описание как позиции автора, так и точки зрения его оппонентов) аргументация. При использовании данного фактора часто используется конструкция «да-но»: коммуникатор описывает позицию своих оппонентов, а затем опровергает ее;

(д) последовательность аргументов в сообщении, соответствие этой последовательности ожиданиям аудитории;

(е) вопросы. Вопросы – основная форма судебной коммуникации в ходе самой длинной части процесса – судебного следствия. Важность вопросов заключается в многообразии их функций. Наряду с получением информации они служат для привлечения внимания к определенной части сообщения (риторические вопросы), а также формирования позитивного или негативного представления об участниках процесса. Например, в исследовании, проведенном на материале китайских судебных процессов (Chang Y., 2004), были выделены пять тактик задавания вопросов, цель которых – заставить подсудимого признать свою вину и раскаяться. Среди них:

- переформулирование и повторение ключевого вопроса;

- «аннулирование» ответов – критика подсудимого (длинные серии вопросов про удары, которые подсудимый наносил потерпевшей); указание с помощью вопросов на несоответствие рассказанного подсудимым обыденному опыту или нормам закона. Например, подсудимый рассказывает, что убил потерпевшую из соображений самообороны, поскольку она угрожала ему в прошлом. Это утверждение соответствует здравому смыслу, но не закону, в соответствии с которым о самообороне можно говорить только в том случае, если потерпевшая угрожала подсудимому в момент совершения преступления. Данное несоответствие также выявляется с помощью серии вопросов;

- отвержение ответов подсудимого, сопровождающееся просьбой говорить честно;

- использование вопросов, не подразумевающих ответ, например, вопросов, выражающих сомнение в словах подсудимого, порождающих у него стыд;

- парафраз или интерпретация содержания ответов подсудимого.

(ж) готовые выводы, варианты решения, предлагаемые автором аудитории, просьбы и требования совершить определенные действия;

(з) примеры, поговорки, сравнения, метафоры;

(и) повторения;

(к) использование визуальных материалов (фотографий, схем и т.д.).

Многообразие факторов, оказывающих влияние на эффективность убеждающей коммуникации, открывает большие возможности перед профессиональными юристами, работающими в судебном процессе с участием присяжных. Вопрос состоит в том, какие из факторов и в какой форме могут быть использованы в ходе судебного процесса, реализации каких функций судьи и сторон они способствуют.

Таким образом, целями данного исследования являются:

(а) анализ коммуникативных функций судьи, прокурора и адвоката в ходе судебных процессов с участием присяжных. Для анализа были выбраны следующие функции:

- мотивация присяжных;

- исследование доказательств и их обобщение;

- убеждение присяжных в правильности определенной позиции;

- соблюдение процедуры судебного процесса;

- разъяснение правовых понятий и норм.

Вопрос о функциях, осуществляемых судьей и сторонами в ходе судебного процесса, представляет не только научный, но и практический интерес. Он связан с одним из распространенных утверждений, касающихся суда присяжных, согласно которому в рамках такой формы судопроизводства профессиональный судья утрачивает практически все полномочия, имеющиеся у него в других типах судебного процесса, и выполняет «декоративную» функцию. Анализ судебной коммуникации позволит проверить состоятельность этого утверждения;

(б) анализ приемов убеждающей коммуникации, использующихся судьей, прокурором и адвокатом в ходе судебного процесса с участием присяжных заседателей, а также способов их формулировки в зале суда. Таким образом, данное исследование является первым шагом комплексного изучения судебной коммуникации и ее эффективности. Оно позволит выделить коммуникативные приемы, эффективность которых в судебном контексте будет проанализирована в ходе дальнейших этапов исследования.

Исследование носило диагностический характер и поэтому проводилось без гипотез.

Методом исследования было систематическое наблюдение. Наблюдение проводилось на материале 12 судебных процессов с участием присяжных заседателей и велось с начала судебного следствия до напутственного слова судьи включительно. При его проведении была использована схема, построенная с учетом факторов, оказывающих влияние на эффективность убеждающей коммуникации, описанных выше, и функций участников процесса. Первые 4 процесса использовались для составления и апробации схемы наблюдения (первый этап исследования), а остальные 8 – для проведения систематического наблюдения (второй этап исследования). В 10 из 12 случаев в ходе судебных процессов рассматривались умышленные убийства, т.е. непосредственный потерпевший отсутствовал в зале суда. Таким образом, большинство ссылок судьи и сторон, касающихся непосредственных участников преступления, связаны с подсудимым.

Результаты, полученные на первом этапе исследования, подвергались качественной обработке. При анализе результатов второго этапа подсчитывалась частота использования каждого приема.

Первый этап исследования: построение схемы наблюдения и выявление форм реализации коммуникативных приемов

В ходе первого этапа исследования была создана схема наблюдения за психологическими аспектами коммуникации в зале суда (Tаб. 1). В схеме зафиксированы основные формы реализации каждого приема профессиональными участниками процесса: судьей, прокурором и адвокатом.

В схеме наблюдения было учтено два типа приемов: особенности коммуникатора (блок I) и сообщения (блок II). Приемы, рассчитанные на повышение самооценки аудитории и формирование у нее определенного настроения, были отнесены к особенностям сообщения. Кроме того, в схему был включен блок (блок III), касающийся высказываний, относящихся к разъяснению норм закона и регулированию судебного процесса, что определялось спецификой судебной коммуникации.

«Мишенями» высказываний судьи, прокурора и адвоката относительно особенностей коммуникатора (блок I) являлись они сами (например, ссылка на собственную компетентность), другие профессиональные юристы, участвующие в процессе (например, ссылка на некомпетентность оппонента) и те, кто проводил предварительное следствие, свидетели, подсудимый и потерпевший, присяжные, что было учтено при анализе результатов.



Второй этап исследования: систематическое наблюдение за коммуникацией в зале суда

На втором этапе проводилось систематическое наблюдение за происходящим в зале суда, в ходе которого фиксировалось каждое появление наблюдаемых признаков. В ходе наблюдения фиксировались как утвердительные предложения, так и вопросы, в которых содержалась информация, связанная с одной из категорий. Например, в качестве показателей указания на социальную непривлекательность учитывались вопросы, в которых подчеркивалось, что подсудимый, потерпевший или свидетели во время совершения преступления были пьяны («Где покупали водку?», «Сколько выпили?» и т.д.), а при работе с категорией «формирование страха, злости» учитывались вопросы, касающиеся оружия, которым было совершено преступление, и ранений, нанесенных потерпевшему, и т.д.

Из анализа исключались моменты, когда судьи, прокуроры и адвокаты оглашали письменные документы (протоколы осмотра места происшествия, трупа, результаты экспертиз, показания свидетелей и т.д.), поскольку их формулировка не зависела от юристов. Однако если участник, оглашающий документ, прерывал чтение, чтобы прокомментировать прочитанное, его высказывания фиксировались в схеме. Частота использования приемов убеждающей коммуникации отражена в Таб. 2. Для анализа коммуникативных функций каждая из них была сопоставлена с приемами, фиксирующимися в ходе наблюдения. Результаты сопоставления представлены в Таб. 3.

Таким образом, полученные результаты позволяют сделать следующие выводы:

1. Среди ссылок на особенности коммуникатора преобладают указания на личную привлекательность / непривлекательность участников процесса и надежность / ненадежность их показаний. Реже используются ссылки на искренность / неискренность, компетентность / некомпетентность участников и законность / незаконность их действий. Характерно, что в большинстве случаев ссылки на негативные особенности преобладают над ссылками на позитивные характеристики. Это в первую очередь проявляется по отношению к подсудимому / потерпевшему, однако в ряде случаев касается и общения между профессиональными участниками процесса и свидетелями (по параметрам искренности и надежности).

Среди особенностей сообщения наиболее часто используются вопросы, что определяется спецификой судебной коммуникации. Другими приемами являются повторение последних слов свидетеля или своей мысли в ходе прений и напутственного слова; интерпретация слов свидетеля в виде самостоятельного утверждения или части вопроса; а также формирование страха / злости. Частота использования последнего приема также определяется спецификой рассматриваемых дел, семь из которых включали в себя эпизоды умышленного убийства. В число менее распространенных приемов входят повышение самооценки присяжных, двухсторонняя аргументация, привлечение внимания, оценка доказательств и примеры. Их меньшая распространенность определяется, прежде всего, трудностью их использования в ходе допросов во время судебного следствия, то есть их преимущественным использованием в ходе прений и напутственного слова.

2. Судья и стороны различаются как по общей активности, так и по предпочтению тех или иных приемов. Наибольшую активность в ходе судебного процесса проявляют судьи, наименьшую – адвокаты.

Судьи, чаще, чем прокурор и адвокат, ссылаются на некомпетентность участника процесса, их искренность, законность и незаконность их действий, чаще используют приемы для разъяснения их слов – интерпретации и повторения, а также примеры и цитаты, больше способствуют созданию хорошего настроения и повышению самооценки присяжных. Кроме того, они доминируют при разъяснении правовых понятий и норм, регуляции процедуры ведения процесса и заботе о присяжных.

Прокуроры больше, чем судья и адвокат, используют ссылки на компетентность, неискренность, надежность и ненадежность, социальную непривлекательность участников процесса. Кроме того, они задают больше вопросов, чаще используют фразы, связанные со страхом / злостью, двухстороннюю аргументацию и фразы, привлекающие внимание, чаще предлагают присяжным документы на обозрение и конкретные варианты вердикта.

Адвокат лидирует по использованию ссылок на личную привлекательность участников, особенно подсудимого, формированию жалости к подсудимому и оценке доказательств, особенно их несерьезности.

3. По отношению к разным участникам процесса судья, прокурор и адвокат используют разные приемы. В частности, по отношению к подсудимому (в большей степени) и к потерпевшему (в меньшей) чаще, чем по отношению к судье, сторонам и свидетелям, используются такие приемы как указание на ненадежность, незаконность действий, личную непривлекательность (со стороны прокурора) и привлекательность (со стороны адвоката).

4. Лидером в осуществлении большинства выделенных выше функций является судья. В частности, он доминирует при соблюдении процедуры судебного процесса, разъяснении правовых понятий и норм, мотивации присяжных и, с небольшим отрывом, при исследовании доказательств. Прокурор лидирует при осуществлении функции убеждения присяжных в правильности своей позиции (особенно при формировании негативного отношения к участникам процесса и страха / злости) и немного отстает от судьи в исследовании доказательств. Адвокат проявляет наименьшую активность при осуществлении всех перечисленных функций.



Каталог: data -> 2011
2011 -> Проскурякова Н. А
2011 -> Темы магистрам курсовые
2011 -> Программа обязательного учебного курса для специальности «Юриспруденция», уровень подготовки магистр
2011 -> Давыдова Е. А. Ст преподаватель кафедры экономической теории
2011 -> Программа дисциплины «Социология управления»
2011 -> Кафедра психологии личности (new 2011-2012) Старовойтенко Елена Борисовна
2011 -> Общая психология
2011 -> Обязательный минимум содержания основной образовательной программы подготовки бакалавра по направлению 080200. 62 «менеджмент»
2011 -> Профессиональное самоопределение личности сущность профессионального самоопределения
2011 -> Программа дисциплины Организационная психология


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница