Московские городские легенды как исторический источник (Историческая память и образ города) Историография, источниковедение и методы исторического исследования



Скачать 53.92 Kb.
Дата25.04.2016
Размер53.92 Kb.
ТипАвтореферат диссертации
Майер Анастасия Сергеевна

«Московские городские легенды как исторический источник

(Историческая память и образ города)»

07.00.09.

исторические науки

Д 002.249.01

Институт всеобщей истории Российской академии наук

119334, Москва, Ленинский проспект, 32а

Тел. 938-00-76

E-mail: sovet@igh.ru

Сайт: www. igh.ru

Размещено на сайте 4 мая 2008 г.

Предполагаемая дата защиты диссертации – 4 июня 2008 г.

На правах рукописи

Майер Анастасия Сергеевна


Московские городские легенды как исторический источник

(Историческая память и образ города)



      1. Историография, источниковедение и методы исторического исследования.


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

Москва 2008

Работа выполнена на Историческом факультете Государственного университета гуманитарных наук
Научный руководитель: к.и.н. Т.В. Гимон
Официальные оппоненты: д.и.н. Л.В. Столярова

д.и.н. С.С. Секиринский

Ведущая организация: Российский государственный гуманитарный университет

Защита состоится “____”___________ 2008 г. в “______” ч. на заседании диссертационного совета при Институте всеобщей истории РАН по адресу: 117334, Москва, Ленинский просп., 32а.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института

всеобщей истории РАН.


Автореферат разослан “____”_________2008 г.
Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат исторических наук Н. Ф. Сокольская


I. Общая характеристика работы.

Актуальность темы исследования. Развитие исторической науки в XX в. привело к существенным изменениям в понимании ее предмета и методов исследования. В рамках таких новых научных направлений, как устная история и история исторической памяти, изучаются субъективные представления людей об истории, реконструируются образы прошлого и мировоззренческие картины разных исторических периодов. Все чаще исследователи прибегают к междисциплинарным подходам, обращаются к новым, «нетрадиционным» историческим источникам (труды В.А. Шкуратова, П. Нора, А. Портелли, А.Б. Мороз, А.Г. Левинсона, О.И. Елисеевой, А.Н. Лариной, И.М. Савельевой, А.В. Полетаева и др.).

Диссертация посвящена всестороннему рассмотрению московских городских легенд середины XIX – начала XXI в. в качестве источника для изучения исторической памяти москвичей и мифологических представлений о городском пространстве. Впервые в историографии предпринимается попытка реконструкции исторических представлений москвичей середины XIX – начала XXI в. на материале впервые вводимых в научный оборот источников – московских городских легенд. Диссертация носит междисциплинарный характер: в ней используются методы, выработанные в рамках таких научных направлений, как источниковедение, фольклористика, устная история и история исторической памяти.

Изучение исторической памяти как отдельное направление исторических исследований только начинает формироваться в отечественной науке. В связи с этим особую актуальность приобретает разработка и введение в научный оборот новых исторических источников и выработка принципов и методов работы с ними.

Городская устная проза нового и новейшего времени является ценнейшим материалом для изучения истории культуры и исторической памяти общества. Всестороннее изучение городской устной традиции необходимо для создания целостной картины состояния современного урбанизированного мира.



Научная новизна диссертации определяется тем, что городские легенды никогда ранее не становились объектом систематического источниковедческого и исторического изучения, хотя они и рассматривались в ряде работ фольклористов и краеведов (Н.М. Макарова, Е.З. Баранова, Н.П. Анциферова, Н.А. Синдаловского, И.С. Веселовой, Д.К. Равинского и др.).

Впервые в историографии проведено всестороннее исследование московских городских легенд, не с точки зрения фольклористики или краеведения, а в качестве источника по исторической памяти и мифологизированным представлениям москвичей о городском пространстве. В научный оборот вводится новый корпус текстов, представляющих собой записи бытовавших или бытующих изустно московских городских легенд. Анализ текстов двух периодов – середины XIX – начала XX в. и конца XX – начала XXI в. – позволил проследить динамику изменений исторических представлений москвичей и выявить стереотипные мифологизированные образы известных исторических деятелей, отдельных событий и целых исторических эпох. Диссертация стала первой попыткой междисциплинарного исследования московских городских легенд середины XIX – начала XXI в.



Объектом исследования являются представления об историческом прошлом, историческая память москвичей и их мифологические представления о городском пространстве двух периодов: середины XIX – начала XX в. и конца XX – начала XXI в.

Предметом исследования являются московские городские легенды. В современной системе гуманитарного знания не существует единства в определении данного термина. В данном исследовании автор придерживается определения «городской легенды» как устного прозаического рассказа, основным содержанием которого является описание возможных или реальных фактов прошлого.

Надо отметить, что изучение исторической информации текстов, достоверность содержания сюжетов легенд не являются предметом или объектом диссертации.



Хронологические рамки исследования определяются предметом исследования и охватывают два периода – середину XIX – начало XX в. и конец XX – начало XXI в. Городские легенды, анализируемые в настоящей диссертации, были записаны в период с 1838 по 2007 г. Нижняя хронологическая граница определяется изданием нескольких московских легенд Н.М. Макаровым1. Верхняя граница связана с последней записью автором диссертации устных текстов московских легенд.

Целью диссертации является всестороннее изучение московских городских легенд в качестве источника для изучения исторической памяти и мифологических представлений москвичей.

Для достижения этой цели в диссертации решаются следующие задачи:



  • Изучение опыта предшественников – фольклористов и историков – занимавшихся городскими легендами и сходными с ними группами источников и проблем;

  • Сбор материала, содержащегося в различных печатных и архивных источниках, характеристика степени надежности этих записей, а также запись легенд, бытующих в устной традиции в настоящее время;

  • Структурирование и систематизация собранных материалов;

  • Определение и изучение главных особенностей рассматриваемых текстов, отличающих их от других видов исторических источников;

  • Установление связи сюжетов городских легенд с исторической действительностью, анализ истории ряда сюжетов в легендарной традиции;

  • Рассмотрение городских легенд как источника для изучения исторической памяти и исторических представлений горожан;

  • Рассмотрение городских легенд в качестве источника для изучения стереотипных мифологизированных представлений москвичей о пространстве города.

Источниковую базу исследования составили легенды, записанные и собранные автором диссертации в 2000-2007 гг., а также записанные ранее фольклористами (Е.З. Барановым, И.С. Веселовой, Е.Е. Левкиевской, Т.Е. Калашниковой, Г.И. Кабаковой, Д.К. Равинским., включая тексты, выявленные авторам диссертации в фондах фольклористов в РГАЛИ и Отделе письменных источников ГИМ), встречающиеся в работах по истории Москвы, в средствах массовой информации, в краеведческой, детской, учебной, научно-популярной и художественной литературе.

Общее количество текстов, анализируемых в диссертации, – 428. Это легенды, записанные в период с 1838 по 2007 г. Тексты легенд неоднородны, они отличаются друг от друга по структуре, тематике, повествуют о разных периодах истории и разных исторических деятелях. Часто один и тот же сюжет представлен несколькими текстами, записанными в разное время и от разных информантов. Все легенды объединены в электронной базе данных, созданной автором совместно с Е.Н. Майером и доступной в Интернете: www.urbanlegends.ru. База данных дала дополнительные возможности для систематизации и исследования такого разнообразного материала, как московские городские легенды.

В наибольшей степени требованиям записи фольклорных материалов отвечают две группы текстов: 1) легенды, записанные в 1911-1934 гг. Е.З. Барановым (всего 40 текстов)2, и 2) легенды, записанные современными фольклористами (20 текстов)3 и автором диссертации (87 текстов). Именно эти, наиболее надежные записи городских легенд подвергаются в диссертации самые подробному анализу.

Степень изученности проблемы. Вопросы, легшие в основу диссертационного исследования, почти не были затронуты в отечественной и зарубежной историографии. Тема работы является междисциплинарной и тесно связана с вопросами, которые исследуются в рамках ряда гуманитарных дисциплин. Прежде всего, речь идет об историческом источниковедении, поскольку главной задачей работы является рассмотрение московских городских легенд в качестве исторического источника по изучению исторической памяти и мифологического образа города.

В отечественной науке московские городские легенды систематически не исследовались. Исключение составляет подробное и обстоятельное изучение историками и филологами «Повестей о начале Москвы», дошедших до нас в 30 рукописях XVII-XVIII вв.4 Московские городские легенды неоднократно использовались историками, изучающими историю Москвы, в качестве иллюстративного материала. Тексты легенд включались в повествование – прежде всего для того, чтобы оживить и приукрасить его.

Необходимо отметить, что возможности использования фольклора в качестве исторического источника изучены недостаточно. Одни исследователи указывают на взаимосвязь истории и фольклора и на возможность использования фольклорных материалов в качестве исторического источника. Другие, наоборот, отрицают ее, обращая внимание лишь на мифологическую сторону фольклорных произведений. Вместе с тем, происходит встречное движение: не историки используют устные источники, а фольклористы обращаются к письменным, чтобы определить время действия и прототипы героев5.

Главное направление в исследовании фольклора – это, конечно, собственно фольклористика. В России до сравнительно недавнего времени городской фольклор находился на периферии внимания ученых. Исследование устного народного творчества происходило в двух направлениях: изучение сказочной прозы и изучение несказочной прозы. При этом четкая терминологическая база выработана только применительно к сказочной прозе, а жанровое деление несказочной прозы не является еще общепризнанным. Большинство исследователей и собирателей городского фольклора все чаще используют обобщающий термин «городская легенда», заимствованный из западной фольклористики.

Первые попытки собирания и изучения городского фольклора в России были сделаны еще в конце XIX – начале XX в. В это время издаются сравнительно небольшие по объему сборники городских легенд Москвы6 и Нижнего Новгорода7, появляются первые специальные исследования устного городского творчества8. С начала 30-х годов XX в. в России изучение городского фольклора прекратилось, исследования возобновились лишь в 1980-х годах. Разворачивается собирательская деятельность, проводимая учеными, журналистами и просто любителями. В 1993 г. В. Бокова издает сборник московских легенд собранных Е.З. Барановым9. В 2002 г. огромная коллекция городского фольклора Санкт-Петербурга увидела свет в изданиях Н.А. Синдаловского10.

В последнее время появляются специальные исследования городской фольклорной прозы. Фольклористами активно изучаются структура, мотивы, функции устных рассказов. Особняком стоит изучение фольклорных текстов субкультур.

Среди отечественных авторов необходимо отметить в первую очередь С.Ю. Неклюдова11, чьи исследования внесли большой вклад в изучение современного фольклора и повлияли на развитие сегодняшней фольклористики в целом. Работа по изучению феномена современной городской легенды ведется в Институте высших гуманитарных исследований РГГУ под руководством С.Ю. Неклюдова и А.Ф. Белоусова. Сравнительно недавно, по итогам работы одноименного семинара, был подготовлен большой сборник статей «Современный городской фольклор»12.

Необходимо упомянуть некоторых современных исследователей городского фольклора Д.К. Роввинский на материале петербургского и московского фольклора обращается к проблеме реконструкции мифологического образа города как особого социального организма13. И.А. Разумова исследует современную семейную фольклорную традицию, с точки зрения ее функционального значения, семантики и структуры текстов14. К.А. Богданов в своих исследованиях изучает повседневную жизнь современного горожанина с фольклористической и культурно-антропологической позиции15. Работы Ю. Ланской16 и Д. Чубалы17 посвящены общим вопросам теории и определения термина «городская легенда». Т.Е. Калашникова18, так же как Г.И. Кабакова19 на примере вариаций одного легендарного сюжета исследует проблему мифологизации отдельной части городского пространства. Исследование С.И. Дмитриевой направленно на выявление общих мотивов между традиционными деревенскими быличками и современными городскими рассказами о сверхъестественном20. Е.Е. Левкиевская рассматривает мифологические составляющие религиозных представлений, в том числе нашедших свое отражение в современных городских легендах21.

Среди отечественных исследователей городского фольклора особо хотелось бы отметить работы И.С. Веселовой, которая рассматривает феномен современного городского нарратива22. И.С. Веселова выделяет основные функции городской несказочной прозы, направленные на ориентацию человека в пространстве, времени и социуме, подробно и обстоятельно рассматривает вопрос о том, каким образом происходит фольклорное картографирование Москвы, какие части городского пространства приобретают «отрицательную» или «положительную» маркировку.

Несмотря на столь активную работу по изучению городского фольклора отечественными исследователями, многое еще не сделано. Не существует общей терминологической базы, не выработана методика собирания современного устного народного творчества. На сегодняшний день нет еще сколько-нибудь полного собрания городского фольклора, отвечающего требованиям современной науки. Например, большинство изданных записей современных московских легенд, прошли предварительную литературную обработку.



Методологическая база исследования характеризуется синтезом ряда исследовательских методик. Анализируемый корпус московских городских легенд сочетает в себе свойства как устных, так и письменных исторических источников. Поэтому в основу исследования были положены принципы комплексного источниковедения. При сборе легенд, при выборе информантов, в процессе устной беседы, при фиксации текстов и их расшифровке автором применялись принципы и методы работы, выработанные в фольклористике и в рамках устной истории, такие как метод включенного и невключенного наблюдения, формальной и неформальной беседы, а также интервью.

Теоретической основой диссертации стали концепции исследователей, чьи интересы сфокусированы вокруг проблемы изучениия исторической памяти. Прежде всего, нужно отметить работы таких ученых как, П. Нора23, Я. Ассман24, М.А. Барг25, А.Я. Гуревич26, Л.П. Репина27, И.М. Савельева и А.В. Полетаев28, П.А. Заклинский29 и др. Заметный вклад в теоретическое осмысление и методологию изучения исторической и культурной памяти, был внесен представителями Московско-Тартусской семиотической школы – Ю.М. Лотманом30, В.Н. Топоровым31 и др, а также краеведами начала XX в., такими как И.М. Гревс32 и особенно Н.П. Анциферов33.



Практическая значимость диссертации состоит в возможности использования ее выводов как для дальнейшего изучения исторической памяти россиян, с привлечением более широкого круга источников, так и для изучения московских городских легенд в более широком ракурсе, и особенно – в сопоставлении с легендарной традицией других городов России и мира. Поскольку в научный оборот вводится целый корпус новых исторических источников с применением к ним новых, междисциплинарных методов изучения, результаты диссертационной работы могут быть использованы в источниковедческих исследованиях.

Кроме того, результаты диссертационного исследования могут быть использованы при разработке учебных пособий и общих курсов по отечественной истории, источниковедению, истории исторической памяти, краеведению, москвоведению и фольклористике. Данные, полученные в диссертации, могут оказаться полезными в экспозиционной и экскурсионной деятельности музеев краеведческой направленности.



Апробация работы. Диссертация выполнена и обсуждена в Центре специальных исторических дисциплин, сравнительного и теоретического источниковедения Института всеобщей истории РАН, а также обсуждалась на Кафедре источниковедения Исторического факультета Государственного университета гуманитарных наук. Основные положения диссертации опубликованы в шести научных статьях (одна из которых в научном издании, рецензируемом ВАК) и были представлены в виде докладов на научных семинарах и конференциях: 1) Научной конференции «Современная городская легенда: Историческая типология», Москва (РГГУ), 15-17 марта 2002 г.; 2) Межвузовской научной конференции «Взаимодействие культур в историческом контексте», Москва (ГУГН), 27-28 ноября 2003 г.; 3) Межвузовской научной конференции «Власть, общество и личность в истории», Москва (ГУГН), 22-24 ноября 2006 г.; 4) на заседании круглого стола Центра интеллектуальной истории ИВИ РАН «Историческое сознание в ситуациях глубоких социокультурных трансформаций». Москва, 12-13 ноября 2007.

Структура диссертации определяется поставленными в ней задачами. Состоит из введения, пяти глав, заключения и шести приложений.
II. Основное содержание работы.

Во введении обосновывается выбор темы диссертационного исследования и его актуальность. Определяются предмет, объект, цели, задачи и хронологические рамки исследования.

Первая глава «Историография» состоит из трех параграфов и посвящена историографии заявленной темы и некоторых смежных с ней направлений. Первый параграф «Проблема изучения исторической памяти в зарубежной и отечественной историографии» посвящен истории возникновения и развития такого направления в науке, как история исторической памяти. Рассматривается процесс развития интереса к изучению феномена исторической памяти в зарубежной и отечественной историографии. Эта проблема стала активно включаться в поле интересов исследователей в западной историографии с середины XX в., в отечественной - в последнее десятилетие (П. Нора, Я. Ассман, М.А. Барг, А.Я. Гуревич, Л.П. Репина, И.М. Савельева и А.В. Полетаев, П.А. Заклинский и др.). Представители этого направления в науке изучают проблему отражения представлений о коллективном прошлом общества в разных сферах человеческой деятельности. Данное направление имеет явно выраженный междисциплинарный характер.

Второй параграф «Становление и развитие устной истории» освещает основные вехи истории развития устной истории. Описывается зарождение и развитие этого направление в США, дальнейшее его распространение в Европе и становление устной истории в России. Освещаются работы таких авторов, как П. Томсон, В.Р. Йоу, А. Портелли, Я. Вансина, Э. Тонкин, Д. П. Урсу, С.О. Шмидт, М.В. Лоскутова и др.

Третий параграф «Изучение и собирание городского фольклора в отечественной и зарубежной фольклористике» посвящен изучению и собиранию городского фольклора в отечественной и зарубежной фольклористике. Особое место уделено определению понятия «городская легенда» и его соотношению с другими фольклорными жанрами. Делаются выводы о различиях в изучении современной городской устной традиции между отечественной и зарубежной фольклористикой. В отечественной фольклористике изучаются структура, мотивы, жанровые особенности устных рассказов, стереотипные особенности текстов субкультур. Зарубежной фольклористикой собирается и изучается весь комплекс современных устных рассказов. Рассматриваются вопросы об их психологических и социальных функциях, структуре и поэтике. Особое внимание уделяется работам, наиболее близким к теме диссертации (В.В. Стартена, В.К. Соколовой, Н.А. Синдаловского, С.Ю. Неклюдова, И.С. Веселовой, Д. К. Равинского. И.А. Разумовой, К.А. Богданова, Ю. Ланской, Д. Чубалы).

Вторая глава диссертационной работы «Московские городские легенды: сбор, классификация, общая характеристика» состоит из трех параграфов. Первый параграф «Сбор материала. Характеристика групп источников» раскрывает проблему формирования корпуса текстов московских городских легенд. При работе с московскими городскими легендами первостепенной задачей стал их сбор. Автором был собран корпус текстов, состоящий из 428 московских городских легенд. К работе были привлечены следующие материалы:

  1. Легенды, собранные фольклористом и участником общества «Старая Москва» Е.З. Барановым в 1911-1934 гг. (как опубликованные, так и сохранившиеся в архивных фондах РГАЛИ и Отдела письменных источников ГИМ).

  2. Легенды, собранные современными фольклористами.

  3. Сборники московских городских легенд, рассчитанные на широкий круг читателей.

  4. Легенды, включенные в краеведческую, детскую, учебную и художественную литературу.

  5. Легенды, опубликованные в средствах массовой информации.

  6. Легенды, собранные автором путем устных бесед с москвичами. Кроме того, некоторое количество легенд автору было передано информантами в уже записанном виде.

Необходимо отметить, что при устном сборе легенд автор не ограничивал круг респондентов какими-либо критериями. Задачей автора стало выявление как можно большего количества легенд от разных информантов, а не сбор множества текстов от нескольких знатоков московского фольклора. Кроме того, немаловажным фактом является то обстоятельство, что собираемый материал – это материал фольклорный, а, следовательно, его сбор лучше осуществлять методом включенного наблюдения или личной беседы, т.е. не специально провоцировать рассказчика на повествование, а лишь направлять его в личной беседе. Разумеется, фиксировались статусные и половозрастные характеристики каждого рассказчика. В ходе работы было опрошено более 47 жителей Москвы и Московской области от 11 до 68 лет. Среди опрошенных есть студенты и школьники, люди со средним специальным и высшим образованием, несколько человек имеют ученую степень. Можно выделить следующие профессиональные группы: преподаватели московских вузов, учителя школ, медицинские работники, служащие, предприниматели, работники культуры, студенты и школьники, пенсионеры. В результате было собрано 87 текстов.

Во втором параграфе «Классификация московских городских легенд. Создание базы данных» рассматриваются различные способы классификации и систематизации московских городских легенд, отдельно рассказывается о создании и функциональных возможностях электронной базы данных. Автором были выбраны пять типов классификаций: жанровый, тематический, хронологический, территориальный, по герою. Каждый из этих принципов имеет свои достоинства и недостатки. Поэтому в работе использовались все пять классификаций, объединенные в единую электронную базу данных, созданную автором диссертации совместно с Е.Н. Майером. Использование базы данных заметно упростило и ускорило работу с источником. Электронная база данных была выложена в сети Интернет (www.urbanlegends.ru), став общедоступной.

В третьем параграфе «Основные особенности московских городских легенд» рассмотрены основные особенности московских городских легенд как фольклорных текстов, такие как безавторство, вариативность, повторяемость. Кратко затронут вопрос об их форме и структуре. В городских легендах доминирует информативная функция, в большей их части присутствует установка на достоверность.

Третья глава диссертационной работы «Московские городские легенды и историческая действительность» посвящена вопросам формирования и трансформации городской фольклорной традиции, соотношению московских городских легенд с исторической реальностью. Отдельно рассматривается вопрос о достоверности данного вида исторических источников и возможность его использования в качестве источника по событийной истории.

Прежде всего, следует отметить, что городским легендам как виду фольклорных текстов присуща установка на достоверность которая объединяет большую часть собранных московских городских легенд. Каким бы фантастическим не было повествование, рассказчик подчеркивает, что событие является подлинным и известным. Для этого используются внутритекстовые ссылки на реальность происшедшего события, а также указание времени и места действия (улицы, площади, дома, церкви, часовни и пр.)

Толчком к созданию легенды всегда является историческая действительность, какое-либо подлинное событие или впечатление горожан. В основе сюжета обычно лежит какое-нибудь реальное событие, например, татаро-монгольское нашествие, Отечественная война 1812 года или сталинские стройки. Правда, описание как самих персонажей, так и исторических событий не всегда соответствует фактической истории. Рассказчики используют характерные обобщения, повторяющиеся мотивы, часто исторические события по аналогии переносятся из одного места в другое, присутствуют анахронизмы, ассоциации и смешения временных понятий.

Соотношение реального и вымышленного в легендах варьируется. Иногда в них исторично только имя действующего героя. Чаще всего это реально существовавшее историческое лицо, причем обычно - крупного масштаба: Иван Грозный, Петр I, Сталин и пр. Вокруг крупной исторической фигуры часто объединяются самые разные мотивы и сюжеты, которые отбираются в соответствии с представлениями, сложившимися о данном лице и характере его деятельности. События в легендах описываются так, как они действительно могли происходить, но нередко в тексты вносится элемент чудесного и сверхъестественного, рассказывается о необыкновенных явлениях и сбывшихся пророчествах.



Между тем, московские городские легенды представляют собой весьма ценный исторический источник, но не по событийной истории, а по исторической памяти, коллективным представлениям горожан.

Четвертая глава диссертационной работы «Московские городские легенды: Историческая память и представления о прошлом» состоит из трех параграфов и посвящена всестороннему рассмотрению московских городских легенд в качестве источника по изучению исторической памяти москвичей середины XIX – начала XXI в.

Первый параграф «Вводные и теоретические вопросы» посвящен определению понятия «исторической памяти» и его соотношению с понятиями культурной, коллективной, социальной и индивидуальной памяти. Рассматриваются существующие точки зрения по этим вопросам и основные характеристики исторической памяти.

Второй параграф «Историческая память москвичей: статистические сведения по всему корпусу городских легенд» посвящен количественному анализу всех 428-ми собранных московских городских легенд. Прежде всего, выясняется то, какие исторические персонажи и события были наиболее актуальны для исторической памяти москвичей в разные периоды. В результате анализа автор пришел к следующим выводам. Легенды о допетровской эпохе в большей степени связаны с религией, большинство легенд рассказывают о чудесных знамениях, постройке церквей и монастырей. Легенды о XVIII веке имеют светский характер, они рассказывают о нравах и причудах двора, о деятельности монархов. Легенды о XIX веке повествуют о дворянской, купеческой жизни, об Отечественной войне 1812 года. Много легенд связывается с именами известных писателей, художников, поэтов и других культурных деятелей XIX века. Легенды о XX веке в основном посвящены советскому времени, большинство из них рассказывает о личности И.В. Сталина и истории сталинских строек. Легенды о современности посвящены страшным и таинственным историям, а также курьезным городским происшествиям. Полученные статистические данные представлены в данном параграфе в виде таблиц, графиков и диаграмм.

В Третий параграф «Историческая память москвичей в начале XX и на рубеже XX-XXI веков: представления о времени, событиях, героях» написан на материале двух меньших по объему, но более надежных корпусов легенд, отвечающих требованиям записи фольклорных текстов: легенды, собранные Е.З. Барановым в 1911-1934 гг., и легенды, собранные современными фольклористами автором диссертации и в конце XX – начале XXI в.. В параграфе рассматривается вопрос о том, как в городских легендах характеризуются различные исторические периоды, чтó доминирует в их описании, как оценивается деятельность различных исторических героев и какие мифологические образы сложились о них. Сравнение легенд, содержащихся в этих двух корпусах текстов, позволило проследить динамику изменений исторических представлений москвичей на протяжении столетия, а также выявить стереотипные и мифологизированные образы событий, героев и целых исторических периодов.

Анализ двух корпусов текстов позволяет предположить, что горожанам в наибольшей степени свойственно рассказывать легенды об относительно недавних событиях в истории Москвы. Почти половина современных легенд рассказывает об истории XX века, а более половины легенд, записанных Е.З. Барановым в начале XX века, посвящена истории XIX века.

Глубина исторической памяти современных москвичей отличается от исторических представлений горожан конца XIX – начала XX века. Легенды, записанные Е.З. Барановым, повествуют о событиях XVI, XVIII, XIX и начала XX веков. Легенды, записанные автором диссертации от современных москвичей, рассказывают о периодах от основания Москвы до начала XXI века. Сами тексты двух указанных периодов сильно отличаются друг от друга по стилистике, форме, структуре и объему.

Некоторые тексты, рассказывающие о разных периодах, как из моей коллекции, так и из коллекции Е.З. Баранова, имеют сюжетное сходство. Встречаются общие мотивы, повторяются типические ситуации. И этот факт позволяет предположить, что эти сюжеты, приобретая новые черты и оценки, бытовали в городской фольклорной традиции на протяжении всего XX века, тем самым сохраняя стереотипные и мифологизированные исторические представления москвичей о власти, об отдельных исторических деятелях и об истории Москвы.

Анализ всех текстов двух корпусов позволяет выделить несколько переходящих мотивов, которые встречаются в московских легендах, описывающих разные периоды истории. К таким мотивам относятся:


  1. Мотив защиты от внешнего врага

В легендах с этим мотивом упоминаются такие события как татаро-монгольское иго, Отечественная война 1812 года, русско-японская война, Первая мировая война, Великая Отечественная война.

  1. Мотив взаимоотношений правителя с высокопоставленными, мудрыми или просто влиятельными лицами.

В этих легендах описываются взаимоотношения таких личностей как Иван Калита и митрополит Петр, Иван Грозный и Малюта Скуратов, Иван Грозный и Василий Блаженный, Петр I и Яков Брюс, Николай II и Григорий Распутин.

  1. Мотив внутреннего кризиса.

В текстах, связанных с этим мотивом, мы встречаем упоминания таких событий, как Опричнина, пожар в Москве 1812 года, давка на Ходынском поле, революции Февральская и Октябрьская, события октября 1993 года.

  1. Мотив сверхъестественных явлений.

В этих легендах описываются чудесное спасение Москвы от неприятеля, появление Девы Марии и Святых Отцов церкви, различного рода предсказания, а также появление привидений, магия и чародейство.

  1. Мотив строительства.

В текстах с этим мотивом рассказывается о строительстве как отдельных архитектурных памятников, так и целых районов. В легендах встречаем описания строительства Кремля, Царицына, храма Христа Спасителя, Александровского сада, главного здания МГУ, МИДа, театра Красной армии др.

  1. Мотив персональной истории культурных деятелей, предпринимателей и меценатов.

В тестах с этим мотивом встречаем: А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя,

Л.Н. Толстого, Марину Цветаеву, Савву Морозова и др.

Необходимо отметить, что легенды схожей тематики зачастую включают в себя два и более мотива, образуя таким образом неизменные сюжетные линии, которые встречаются в текстах, описывающих различные исторические события.

Самыми популярными героями в обоих проанализированных корпусах текстов являются Иван Грозный и Петр I. Среди легенд Е.З. Баранова, помимо выше указанных героев, часто встречаются имена Якова Брюса и Николая II. Популярными героями современных легенд стали И.В. Сталин и Екатерина II. Анализ легенд двух корпусов позволил выявить стереотипные мифологизированные образы этих исторических личностей, сложившиеся в представлениях москвичей в начале XX и на рубеже XX-XXI веков.

Фигура царя Ивана Грозного оценивается москвичами неоднозначно. В начале века Иван Грозный представлялся горожанам более жестоким, кровавым и беспощадным, нежели современным москвичам. По представлениям последних, царь был человеком образованным, щедрым, набожным, жестоким и даже немного трусливым.

Образ Петра I в обоих корпусах текстов положительный. Он изображается деятельным, трудолюбивым, любознательным и умным человеком. В современных текстах подчеркивается его реформаторская деятельность. Почти во всех легендах Е.З. Баранова, посвященных Петру I, встречается имя Якова Брюса. Его образ тесно связан с мистическими сюжетами. Я. Брюс представляется в легендах колдуном и чародеем, ученым, изобретателем, лекарем, подчеркивается, что он обладал редким умом и был приближен к царю.

Екатерина II характеризуется в современных легендах мудрой, рассудительной императрицей, благоволящей своим поданным.

Николай II в легендах начала XX века изображается слабым, безвольным человеком, непригодным для управления страной, злоупотребляющим алкоголем и неуважаемым государственным деятелем. Среди современных легенд, текстов о Николае II нет.

Образ И.В. Сталина очень противоречив и во многом схож с фольклорными образами Ивана Грозного и Петра I. В легендах его поступки напрямую не оцениваются, но специально подчеркивается его безграничная власть. Особо отмечается его религиозность, которую, по словам рассказчиков, он тщательно скрывал. Чаще всего его имя упоминается в связи со строительством.

XVI век передан через описание личности Ивана Грозного, по представлениям москвичей начала XX и на рубеже XX-XXI веков этот период являлся кровопролитным, темным временем. XVII век не упоминается ни в одной легенде из коллекции Е.З. Баранова. Среди современных записей есть всего один текст, но он является вариацией легенды, рассказываемой и о других периодах.

В легендах о XVIII веке на первый план выходит личность монархов, их образ жизни, причуды и интересы. Образ XVIII века в представлении москвичей начала XX и начала XXI веков различается расстановкой акцентов. Так, современные москвичи воспринимают эту эпоху как довольно удаленную от сегодняшнего дня, и потому отмечают прежде всего события, связанные с государственной деятельностью монархов, строительством, происхождением названий, подавлением чумного бунта и пр. Москвичи начала XX века уделяли внимание в легендах непосредственно личностям монархов, их взаимоотношениям с ближайшим окружением, привычкам и нравам.

Легенды о XIX веке распространены в московском фольклоре, их героями становятся в первую очередь не государственные деятели, а представители дворянства, купечества, промышленников, меценатов и культурной элиты. Тексты этих легенд зачастую представляют собой рассказы о повседневной жизни отдельно взятой личности в работе, в семье, в быту. Рассказывается об их участии в культурной и благотворительной деятельности и взаимоотношениях с властью. Темы строительства и защиты города от неприятеля также остаются популярными.

Образ XX века складывается на материале двух коллекций: события начала века, дореволюционной и революционной России, нашли свое отражение в коллекции легенд Е.З. Баранова. Тексты легенд, собранные мною и современными фольклористами, рассказывают о событиях от сталинской эпохи и вплоть до рубежа XX-XXI столетий. На материале легенд обоих собраний складывается очень яркий образ XX века. Век этот был насыщен разного рода социально-политическим событиями. В частности, произошла смена слабого и безвольного правителя жестким и авторитарным. Описания хаоса и беспорядка в легендах из коллекции Е.З. Баранова сменяются, в легендах о середине XX века, повествованием о полном контроле власти над всеми сферами человеческой жизни. Легендарный образ XX века характеризуется динамичностью времени, переменами различного рода, которые, по представлению москвичей, были закономерными и неоднократно предсказанными провидцами. Мистика и религиозные представления переплетаются с политическим событиями, причем это характерно как для легенд начала XX века, так и для текстов начала XXI века.

В Пятой главе «Московские городские легенды: Образ города и мифологические представления горожан» рассматривается вопрос о сохранении и проецировании традиционных фольклорных пространственных представлений на постфольклорную городскую традицию. Была предпринята попытка выявить типовые мифологизированные представления москвичей о пространстве города и установить их связь с архаическими образами классического деревенского фольклора. Был выявлен ряд общих преходящих и сильно трансформирующихся мотивов деревенского фольклора в городской постфольклорной традиции.

Привлеченные в диссертации московские городские легенды рассказывают о доминирующих высотах и городских подземельях, о центре города и его окраинах. В традиционном фольклоре доминирующие высоты – горы, холмы, курганы, высокие деревья и другие вертикали, соединяющие небо и землю, – наделялись особыми свойствами. Эти места могли обладать как положительными (места капищ), так и отрицательными свойствами (место обитания нечистой силы). В городском фольклоре значимые высоты также являются объектом пристального внимания горожан, но здесь сюжеты связаны уже не с ландшафтом, а с конкретными архитектурными объектами города.

Подземелья всегда окружались загадкой и тайной в традиционном деревенском фольклоре, рассказы о них всегда окрашены в отрицательные тона – это обиталище нечистой силы и черта. В городском фольклоре почти все сюжеты, действие которых происходит в подземелье, имеют явно выраженный негативный характер. Таким же образом, места погребения усопших, где пребывают души умерших людей и демоны, являются частью мифологизированного пространства, которое противопоставляется миру живых людей. Многие московские районы были основаны на месте старых кладбищ, поэтому не удивительно, что в городском фольклоре сюжеты о строительстве на месте погребений довольно распространены и имеют явно отрицательный характер.

В традиционном фольклоре привидения и вообще нечистая сила обитают в основном в отдалении от мест проживания человека – на кладбищах, болотах, перекрестках, у воды. В городе дома, пустующие или имеющие страшную историю, становятся местом обитания привидений. Странные знаки или необычные архитектурные детали зданий также могут служить для горожан свидетельством проделок нечистой силы.

В Заключении сформулированы выводы, полученные в результате исследования. В ходе работы автор пришел к выводу, что городские легенды — ценнейший источник для изучения исторической памяти и исторических представлений горожан, а также для изучения мифологического образа города. В диссертации были выявлены актуальные для москвичей середины XIX – начала XX в. и конца XX – начала XXI в. исторические эпохи, события и герои. Установлены мифологические образы и стереотипные характеристики исторических личностей разных периодов, сохранившиеся в исторической памяти москвичей. Выявлен круг популярных тем и сюжетов легенд, а также установлена взаимосвязь тематики легенд с социальными и половозрастными характеристиками респондентов. Кроме того, в диссертации была предпринята попытка раскрыть причины появления некоторых легендарных сюжетов и проследить их развитие и изменения в процессе бытования. Таким образом, впервые в историографии была предпринята попытка реконструкции исторических представлений москвичей середины XIX – начала XXI в. на материале московских городских легенд, с использованием междисциплинарных подходов к их изучению.

Источниковедческое исследование московских городских легенд может быть продолжено в дальнейшем двумя путями. Во-первых, необходимо продолжать сбор текстов, как бытующих в живой устной традиции, так и содержащихся в еще не просмотренных письменных источниках. Во-вторых, перспективным представляется сопоставление московских городских легенд с легендарной традицией других крупных городов России и мира.
Приложения. Диссертация имеет шести приложений. В приложении 1 публикуются тексты московских городских легенд, записанные автором в период 2000-2007 гг. В приложении 2 дается список информантов, от которых были записаны эти легенды. Приложение 3 содержит перечень легенд, собранных Е.З. Барановым. В приложении 4 представлен список информантов Е.З. Баранова. Приложение 5 содержит тексты легенд из средств массовой информации. Некоторые статистические данные по московским городским легендам содержатся в приложении 6 к работе.


Основные положения диссертации отражены в следующих работах:

Статья, опубликованная в издании, рецензируемом ВАК:



  1. Майер А.С. Московские городские легенды: Образ города и мифологические представления горожан // Диалог со временем: Альманах интеллектуальной истории. М., 2008. Вып. 22. С. 146-160. (0.7 п.л.)

Другие опубликованные статьи:

  1. Кукатова А.С., Майер Е.Н. Легенды о Москве: Проблемы классификации и опыт создания базы данных // Источниковедческие исследования: Сб. ст. М., 2004. Вып. 1. С. 231-242.

  2. Кукатова А.С. Московские городские легенды как исторический источник // Дипломные работы, защищенные студентами Института истории Государственного университета гуманитарных наук в 2004 г.: Аннотации. М., 2005. С. 42-45.

  3. Майер А.С. Исследование и собирание городских легенд в отечественной и зарубежной фольклористике // Взаимодействие культур в историческом контексте: Сб. ст. по мат-лам конф., 27-28 ноября 2003 г. М., 2005. С. 234-247.

  4. Майер А.С. Историческая память москвичей: Образ власти и представления о прошлом в городских легендах // Власть, общество и личность в истории: Тез. науч. конф., 22-24 ноября 2006 г. М., 2006. С. 70-74.

  5. Майер А.С. История в зеркале московских городских легенд // Историк и художник. М., 2006. № 2 (8). С. 169-179.


1 Макаров Н.М. Русские предания. М., 1838-1840. Т. 1-3.

2 Баранов Е.З. Московские легенды. М., 1928. Вып. 1; Московские легенды, записанные Евгением Барановым / Сост., вступ. ст. и примеч. В.М. Боковой. М., 1993; РГАЛИ. Ф. 1418. Оп. 1. Ед. хр. 2, 3, 4, 5, 6, 7; ГИМ. ОПИ. Ф. 134. Ед. хр. 196, 197.

3 Калашникова Т.Е. Судьба легенды // Живая старина. М., 2000. № 3. С. 44-45; Левкиевская Е.Е. Москва в зеркале православных легенд // Живая старина. М., 1997. № 3. С. 15-17; Веселова И.С. Жанры современного городского фольклора: Повествовательные традиции. Дис. … канд. филол. наук. М., 2000; Она же. Логика московской путаницы // Москва и «московский текст» русской культуры. М., 1998. С. 98-118; Она же. Заметки к фольклорной карте Москвы // Живая старина. М., 1997. № 3. С. 10-11; Кабакова Г.И. Высотные здания в свете мифологии // Живая старина. М., 1997. № 3. С. 13.

4 Повести о начале Москвы / Исслед. и подгот. текста М.А. Салминой. М.; Л., 1964; Тихомиров М.Н. Древняя Москва XII-XV вв. Средневековая Россия на международных путях XIV-XV вв. М., 1992. С. 12-14, 174-180. Бибилиографию см.: Словарь книжников и книжности Древней Руси. СПб., 1998. Вып. 3, ч. 3. С. 126-127.

5См., например: Соколова В.К. Русские исторические предания. М., 1970; Чистов К.В. Русская народная утопия (генезис и функции социально-утопических легенд). СПб., 2003; Пропп В.Я. Фольклор и действительность. Избранные статьи. М., 1976; Азбелев С.Н. Историзм былин и специфика фольклора. Л., 1982.

6 Баранов Е.З. Московские легенды. М., 1928. Вып. 1.

7 Булгаковский Д.Г. Нижегородские легенды. СПб., 1896.

8 Стартен В.В. Творчество городской улицы // Художественный фольклор. М., 1927. Вып. 2-3. C. 144-165.

9 Московские легенды, записанные Евгением Барановым / Сост., вступ. ст. и примеч. В.М. Боковой. М., 1993.

10 Синдаловский Н.А. Мифология Петербурга: Очерки. СПб., 2002; Он же. Санкт-Петербург: История в преданиях и легендах. СПб., 2002; Синдаловский Н.А. Петербург: От дома к дому… От легенде к легенде… Путеводитель. СПб., 2002.

11 Неклюдов С.Ю. После фольклора // Живая старина. М., 1995. № 1. С. 2-4; Он же. Фольклор современного города // Современный городской фольклор. М., 2003. С. 5-27.

12 Современный городской фольклор / Под ред. C.Ю. Неклюдова. М., 2003.

13 Равинский Д.К. Городская мифология // Современный городской фольклор. М., 2003. С. 409-420; Он же. Городская мифология как часть городской культуры // Мифология и повседневность: Мат-лы науч. конф., 18-20 февраля 1998 года. СПб., 1998. С. 54-60

14 Разумова И.А. Несказочная проза провинциального города // Современный городской фольклор. М., 2003. С.544-559; Она же. Потаенное знание современной русской семьи. Быт. Фольклор. История. М., 2001.

15 Богданов К.А. Мифология и повседневность // Гендерный подход в антропологических дисциплинах: Мат-лы науч. конф., 19-21 февраля, 2001 г. СПб, 2001. С. 61; Он же. Повседневность и мифология. Исследование по семиотике фольклорной действительности. СПб, 2001.

16 Ланская Ю. “Городские легенды” в постфольклорной культуре // Объять обыкновенное: Повседневность как текст по-американски и по-русски: Мат-лы VI Фулбрайтовской гуманит. летней школы, 1-8 июня 2003 г. М., 2004. С. 199-202.

17 Чубала Д. «Urban Legend» Новый жанр фольклорной прозы? // Филологические науки. М., 1994. № 5-6. С.38.

18 Калашникова Т.Е. Судьба легенды…

19 Кабакова Г.И. Высотные здания в свете мифологии // Живая старина. М., 1997. №3. С. 13

20 Дмитриева С.И. Мифологические представления русского народа в прошлом и настоящем (Быличка и рассказы об НЛО) // Современная российская мифология. М., 2005. С. 133-158.

21 Левкиевская Е.Е. Москва в зеркале православных легенд // Живая старина. М., 1997. № 3. С. 15-17.

22 Веселова И.С. Жанры современного городского фольклора… С. 12-13; Она же. Заметки… С. 10-11; Она же. Логика… С. 98-118.

23 Нора П. Франция – память. СПб., 1999.

24 Ассман Я. Культурная память: Письмо, память о прошлом и политическая идентичность в высоких культурах древности. М., 2004.

25 Барг М.А. Эпохи и идеи: Становление историзма. М., 1987.

26 Гуревич А.Я. Избранные труды: В 4-х т. СПб., 1999; Он же. От истории ментальностей к историческому синтезу // Споры о главном: Дискуссии о настоящем и будущем исторической науки вокруг французской школы «Анналов». М., 1993. С. 16-29; Он же. Исторический синтез и Школа Анналов. М., 1993; Он же. «Доброе ремесло» (Первая биография Марка Блока) // Одиссей: Человек в истории, 1991. М., 1991. С. 75-83.

27 Образы прошлого и коллективная идентичность в Европе до начала нового времени / Под ред. Л.П. Репиной. М., 2003; «Цепь времен»: Проблемы исторического сознания / Отв. ред. Л.П. Репина. М., 2005; История и память: Историческая культура Европы до начала нового времени / Под ред. Л.П. Репиной. М., 2006.

28 Савельева И.М., Полетаев А.В. «Историческая память»: К вопросу о границах понятия // Феномен прошлого / Под ред. И.М. Савельевой. М., 2005; Они же. Знание о прошлом: Теория и история: В 2-х томах. СПб., 2003.

29 Заклинский П.А. Историческое время и историческая память: Автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1999.

30 Лотман Ю.М. Память в культурологическом освещении // Семиосфера: Культура и взрыв: Внутри мыслящих миров: Статьи, исследования, заметки. СПб., 2004. С.673-675.

31 Топоров В.Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ: Исследование в области мифопоэтического. М., 1995.

32 Рыженко В.Г. И.М. Гревс – культуролог, педагог, родиновед // Мир историка: Идеалы, традиции, творчество: К 50-летию В.П. Корзун: Межвуз. сб. науч. тр. / Отв. ред. В.Г. Рыженко. Омск, 1999. С. 250-269.

33 Анциферов Н.П. Быль и миф Петербурга. Пг., 1924; Он же. Пути изучения города как социального организма. Л., 1925; Он же. Москва. М., 1948.

Каталог: upload -> information system 8
upload -> Мультикультурное образование в сша, канаде и австралии
upload -> Департамент образования и молодежной политики
information system 8 -> От конфронтации к сотрудничеству. Италия во внешней политике советского союза: 1953-1964 гг
information system 8 -> Уроки Шалвы амонашвили почему не прожить нам жизнь героями духа мысли в учительской
information system 8 -> История посредничества России в международных и межнациональных конфликтах
information system 8 -> Социально-политические взгляды иоанна солсберийского
information system 8 -> Женщины Франции в межвоенный период: культурные представления и социальные практики


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница