§ 3. Изменения в сложных бессоюзных предложениях



страница20/20
Дата22.02.2016
Размер6.24 Mb.
ТипМонография
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20
§ 3. Изменения в сложных бессоюзных предложениях,

несоотносительных с союзными.
В группе СБП, не соотносимых со сложными союзными предложениями, на первом месте по числу употреблений находятся СБП комментирования, их употребительность увеличивается. Это предложения с функциями комментария, аргументации, разъяснения, уточнения, конкретизации. Связь в этих СБП формируется по текстовому принципу цепного нанизывания. Местоименный компонент (личное или притяжательное местоимение) вмещает в себя содержание предшествующей предикативной или смысловой части:

Нелюдимо наше море,

День и ночь шумит оно:

В роковом его просторе

Много бед погребено. (Н. Языков)
Я – изысканность русской медлительной речи.

Предо мною другие поэты – предтечи,

Я впервые открыл в этой речи уклоны,

Перепевные, гневные, нежные звоны. (К. Бальмонт)
На втором месте по частотности находятся СБП с пояснительной и присоединительной семантикой.

Наиболее продуктивными здесь оказались объяснительные СБП:



Но главное уже случилось с нами:

Та осень дождалась моей любви. (А. Дементьев)
Объяснительные СБП являются структурно-семантическим вариантом пояснительных бессоюзных конструкций. Связующий компонент в поясняемой предикативной части выражен не местоимением, а знаменательной лексемой (существительным, прилагательным, наречием). Опорное слово объясняется, толкуется в последующей предикативной или смысловой части с разных сторон. Такая структура даёт возможность поэту максимально чётко выразить свою мысль / чувство, многоаспектно толковать тот элемент предложения, который ему важен, поэтому количество объяснительных СБП в поэтических текстах возросло более чем в два раза. Употребительность объяснительных конструкций намного превышает частотность пояснительных СБП, которые закрепились за официально-деловым стилем, но встречаются и в лирике. В языке художественной прозы тоже увеличивается частотность пояснительных и объяснительных СБП. Употребительность же присоединительных СБП в языке прозы сокращается, тогда как в поэтических текстах они становятся всё активнее. Присоединительные СБП с начальным указательным местоимением во второй части отмечены уже в начале Х1Х века:

Но он решил событья мировые:

Он в битву тысячи

водил других мечей,

Победой искупил честь

родины своей, –

То меч Пожарского,

спасителя России! (Е. Растопчина)
Все СБП, несоотносимые со сложными союзными предложениями, имеют инклюзивную, «вмещающую» структуру. В одной из частей содержится структурно необходимый местоименный компонент, раскрываемый, толкуемый другой частью. В пояснительных и объяснительных СБП такой компонент содержится в первой части – слева, в присоединительных и комментирующих СБП структурно организующий компонент содержится во второй части – справа.

СБП с ведущей бессоюзной связью, несоотносимой с союзной, широко используются в языке русской лирики. В Х1Х в. количество пояснительных СБП сравнительно мало и ещё более уменьшается к концу Х1Х века, но их использование резко возрастает к концу ХХ века – более чем в 2 раза: 1 – 1,8%; П – 1,2%; Ш – 2,7%. В прозе их использование стабильно.

Структурный центр пояснительных СБП – местоименный компонент (указательное местоимение или лексема с абстрактной местоименной функцией), толкуемый второй предикативной или смысловой частью. Местоименные компоненты с инклюзивной пояснительной функцией могут занимать разные синтаксические позиции в обусловливаемой части.

Пояснительно-подлежащные СБП:



И всё в душе моей прошло,

Как детства первые забавы:

Чредою время унесло

Обман мечты, любви и славы. (П. Плетнев)
Одно смущает: недостаток веры,

Но бог поможет мне; его любви нет меры

И милосердью нет границ! (А. Апухтин)
Как это было:

Ливонская дымная мгла… (А. Жигулин)
Пояснительно-сказуемные СБП:

Ведь выбор без ума урок вам дал таков:

Не выбирать в цари ни злых, ни добрых петухов. (Д. Давыдов)
Было в одном единенье

Все дружно лепились к центру. (Е. Евтушенко)
Иногда пояснительно-сказуемная связь формирует целое стихотворение:
Перед весной бывают дни такие:

Под плотным снегом отдыхает луг,

Шумят деревья весело-сухие,

И тёплый ветер нежен и упруг,

И лёгкости своей дивится тело,

И дома своего не узнаёшь,

А песню ту, что прежде надоела,

Как новую, с волнением поёшь. (А. Ахматова)
Пояснительно-объектно-дополнительные:

Я знаю всё: отныне

милость мира

Простёртая, –

раскидывает шири. (А. Белый)
Но должно вот чему дивиться, –

Прочла – и белый свет стал мил:

«ул. Им. Давыдова Дениса». (Б. Ахмадулина)
Пояснительно-определительные:

Что в мире приравнять к такому злу:

С душой, объятой пламенем величья,

Лежать в прокисшей луже на полу. (Е. Винокуров)
Пояснительные образа действия:

Художник сквозь неловкость и смущенье

В конце концов так слово в мысль облёк:

Зло вечно. (Н. Беседин)
С душою так бывает, –

На миг отвлечена,

Она вдруг забывает,

Чья, собственно, она. (И. Лиснянская)
Способность пояснять любую позицию в поясняемом предложении обусловливает стабильность употребления пояснительных СБП.

Объяснительные СБП занимают первое место по частоте употребления в этой группе, и они постоянно развиваются: 1 – 3,3%; П – 5,1%; Ш – 6,5% – за двести лет их частотность увеличилась в два раза.

По определению Е.Н. Ширяева, пояснительные и объяснительные СБП относятся «к классу сложных предложений со свёрнутыми отношениями тождества» [Ширяев 1986, 223]. Смысловое содержание объяснения заключается в развёрнутом толковании знаменательной части речи, кратко называющей объясняемое:



И Батюшкова мне противна спесь:

Который час? Его спросили здесь,

А он ответил любопытным: вечность. (О. Мандельштам)
Но главное уже случилось с нами:

Та осень дождалась моей любви. (А. Дементьев)
Номенклатура объясняемых лексем в объяснительных СБП в языке русской лирики в течение двух столетий стала заметно богаче. Чаще всего в ролях подлежащих и дополнений выступают существительные или субстантивные словосочетания:

Счастливец молодой,

Он видит милый сон:

Ещё его надежд ничто не обмануло. (Н. Плетнёв)
Тайное свершается в природе:

Молода, светла и влюблена,

Лёгкой поступью к тебе нисходит,

В облако закутавшись, Луна. (Н. Гумилёв)
Была пора: во мне

Тревожное волненье,

Приснится мне забытый день,

С букетом мать идёт из школы,

И тянутся за нею пчёлы. (И. Шкляревский)
Были странные там дела

У окна сидеть досветла,

И почти что не слышал слов

Этот дом-человеколов. (О. Подъёмщикова)
Опорными словами могут быть обстоятельства, выраженные наречиями, предложно-падежными формами существительных, словосочетаниями:

Пролетела их жизнь моментально:

Вот уж старец, а был-то жених! (Е. Винокуров)
Живу наивней Бога, –

Помолятся – поверю,

Сама пойду в берлогу

К молящемуся зверю. (И. Лиснянская)
Опорными часто бывают количественно-именные сочетания:

Иди, зима! На строги дни себе

Припас оратай много блага:

Отрадное тепло в его избе,

Хлеб-соль и пенистая брага;

Семьёй своей вкусит он без забот

Своих трудов благословенный плод! (Е. Баратынский)
Юноша бледный со взором горящим,

Ныне даю я тебе три завета:

Первый прими: не живи настоящим,

Только грядущее – область поэта. (В. Брюсов)
В лирике ХХ века часто объясняется член предложения с семантикой сравнения – от сказуемого до сравнительного оборота:

Вся степь

как до грехопаденья:

Вся – миром объята,

Вся – как парашют,

Вся – дымящееся виденье! (Б. Пастернак)
Обращаются

как с десятилетним,

Прыгай

с оголтелою гурьбой!

Обращаются как с тысячелетним, –

Стань на полку и изволь смотреть, нем,

Как они любуются тобой! (Л. Мартынов)
Иногда совмещаются компоненты структуры объяснительного и комментирующего СБП:
Звёзды как

разбитый термометр:

каждый

квадратный метр

ночи ими усеян, как при салюте. (И. Бродский)
Структурные компоненты пояснительных и объяснительных СБП могут переплетаться:

Что ни ночь –

постель иная:

Нынче щебень,

завтра камень. (М. Цветаева)
Всё очень просто – ты себя так любишь,

Что жизнь чужая для тебя не в счёт. (А. Дементьев)
Тут всё понятно: я пою,

Другие эту песню слышат. (Л. Мартынов)
Объясняться может вся первая предикативная часть, представляющая собой восклицательное предложение с семантикой оценки:

Какая горькая нелепость:

Цель не оправдывает средства! (О. Мандельштам)
О, что за жадность:

Неба мало?! (Б. Пастернак)
Как хорошо: светло, все окна настежь,

Под ними тёмная ещё сирень! (М. Кузмин)
Как он поёт! – ни сучка

И ни задоринки! (К. Ваншенкин)
Активизируются СБП, в которых толкуются опорные субстантивы с конкретным предметным содержанием. Менее активны те СБП, в которых толкуется вся первая предикативная часть.

В лирических текстах активизируются присоединительные СБП: 1 – 3,6%; П –3,1%; Ш – 4,5%, причём их рост происходит в ХХ веке. В языке прозы они, наоборот, постоянно уменьшаются. Присоединение может маркироваться и сочинительными, и подчинительными союзами. Инвариантно в этих СБП т-слово с вмещающей функцией во второй части:



Змея кусает ближнего –

Об этом знают все. (Ю. Визбор)
Такие предложения используются в лирических текстах уже в первой трети Х1Х века:

Но он решил событья мировые;

Он в битву тысячи

Водил других мечей,

Победой искупил честь

Родины своей, –

То меч Пожарского,

Спасителя России! (Е. Растопчина)
Спокойно смотрю я с земли рубежа

На сторону лучшия жизни;

Сей сладкой надеждою мир озарён,

Как небо сияньем Авроры. (В. Жуковский)
Активнее они употребляются в конце ХХ века:

В сущности их накал

В космосе объясним

Недостатком зеркал;

Это легче понять,

Чем примириться с ним. (И. Бродский)
Помним,

помним, помним,

Видно, в этом наша суть… (К. Ваншенкин)
Нам только бы кино увидеть, –

Вот что важно! (Н. Матвеева)
Присоединительные СБП могут организовываться и наречиями с обобщающим значением:

Архангельский и Воскресенья

Просвечивают, как ладонь, –

Повсюду скрытое горенье,

В кувшинах спрятанный огонь… (О. Мандельштам)
В этой функции отмечены местоименные наречия места там, тут, здесь, повсюду, туда.

Значение «уточняющего присоединения» создают частицы при наличии слова с вмещающей функцией:



И пошли на нас со всех концов,

и неслись мы парой сизых чаек

вдоль по Волге, Каспию – на Яик,

Тут и взяли царские стрелки

Лебеденко с Лебедью в силки. (М. Волошин)
Возможно в качестве структурного компонента использование местоимений всё, все во всех формах:

А в сердце как девятый вал,

Могучей страсти пыл и рос и поднимался,

Всё поняла она, но я не понимал… (А. Апухтин)
Структурно необходимое т-слово может быть имплицитным. Это говорит о закреплённости, автономности присоединительного СБП в языке. Отмечены примеры с имплицитным местоимением это:

Старый снег на убыль шёл, –

Внук за дедушкой пришёл. (В. Иванов)
Ночь была по цвету рыжей:

Виноват желток луны. (Г. Горбовский)
Семантика присоединения может осложняться семантикой оценки / причины:

Розы – страшен мне цвет этих роз,

Это рыжая ночь твоих кос? (А. Блок)
Я любуюсь ангелами спора,

Охраняющими бурно спорящих:

У единоборцев за плечами

Вьются эти ангелы-хранители,

От неясных доводов в печали,

Справедливых доводов ценители. (Л. Мартынов)
семантикой следствия:

Ваш долгий взор разрушил мой покой, –

С тех пор от вас не оторвусь душой,

Не отмолюсь усердною мольбою… (Е. Растопчина)
Мы разошлись; до этих пор

Всё хорошо, благопристойно. (А. Пушкин)
Моя душа твой вечный храм;

Как божество твой образ там. (М. Лермонтов)
семантикой причины:

Я в будущем моё блаженство основал,

Там пристань видел я, покой и утешенье –

И всё с Лаурою в минуту потерял! (К. Батюшков)
Ты за хмурость меня не вини,

Не вини, что грущу временами,

Это просто дождливые дни,

Это тучи проходят над нами. (В. Солоухин)
Возрастает частотность сложных бессоюзных предложений с семантикой комментирования: 1 – 16%; П – 18%; Ш – 19,8%. По активности употребления они отличаются от других разновидностей СБП, являясь самыми частотными. В прозаических текстах они тоже частотны. Материалы показывают однозначную тенденцию к ещё большей активизации этих структур.

Данные СБП квалифицировались как распространительно-присоединительные [Бабайцева, Максимов 1986, 227-228; Николина 2001, 581]. Диффузная семантика комментария, аргументации, разъяснения, конкретизации оформляется по принципу текстовой цепной связи, когда рема предшествующего предложения становится темой последующего, однако в границах СБП чёткого членения на тему и рему в первой части не наблюдается. В языке лирики связующую функцию тоже выполняют местоимения, прежде всего, личные и притяжательные, конкретизирующие гипероним по принципу цепной структуры, позиция местоименного компонента во второй части не закреплена:



Раз шёл он за стадами,

Товарищ не был с ним. (А. Одоевский)
Сорок лет – не секрет –

К нам однажды приходят,

Годы чокнутся с нами – снова вперёд. (Ю. Визбор)
Такие предложения не заключают в себе семантики тождества, их предикативные или смысловые части не могут быть объединены союзом и, вторая часть развивает микротему, заданную первой частью:

Сюда, на берег тихой Леты

Бредут покойные поэты;

Они в реке сей погрузят

Себя и вместе юных чад. (К. Батюшков)
Комментарий неразрывно связан с оценкой, которая может проявляться в большей или меньшей степени.

Дейктический компонент может занимать разные позиции членов предложения –

подлежащего:

На малиновом кусту

Сладки ягоды в росту,

Они зреют, половеют

На заманку-щипоту. (Н. Клюев)
Где-нибудь новой дорогой

Выбьется к солнцу волна,

Смутную злую тревогу

В сердце рождает она. (В. Солоухин)
дополнения:

Вот верный список впечатлений

И лёгкий и глубокий след

Страстей, порывов юных лет,

Жизнь родила его – не гений. (Е. Баратынский)
В Елене – все женщины: в ней

Леда, Даная и Пенелопа, словно

Любви наковальня в одну скована

Тем пламенней и нежней. (М. Кузмин)
Ты куришь чёрную трубку,

Так странен дымок над ней. (А. Ахматова)
определения:

Я был меж вас, о, гномы:

был – весной;

Мои слова, как громы, –

раздавались. (А. Белый)
На нём печать невидимых материй,

Проекции созвездий и планет,

Из сущего был соткан и мистерий

Его энергетический скелет. (Н. Беседин)
Иногда текстовая структура элементарна в средствах связи, используя прямой повтор как средство экспрессии:

Явил Господь бесстрастие,

Бесстрастие Он заповедал нам. (З. Гиппиус)
Девушка рисует мёртвых на поляне,

На груди у мёртвых красные цветы. (С. Есенин)
Семь холмов – как семь колоколов,

На семи колоколах – колокольни. (М. Цветаева)
Строптив и бурен талант козы –

Коз помню всех. (Б. Ахмадулина)
СБП с оценочно-комментированной семантикой типичны для раскрытия лирического Я. Выражение оценки через комментарий становится главным для поэта любой эпохи:

Я вас любил без страха, опасенья

Ни неба, ни земли, ни Пензы, ни Москвы, –

Я мог бы вас любить глухим, лишённым зренья… (Д. Давыдов)
Такие предложения близки к структуре рассуждения.

Выражение оценки-комментария сопровождается вводно-модальными компонентами:



Грустно мне, грустно, тоскую день целый;

Знать, невесёлый денёк мне настал. (П. Катенин)
разнофункциональными предикативными частями с вопросительным предложением во второй части:

Вот скалы, рощи, рыцарь на коне, –

Куда он едет, в церковь иль к невесте? (Н. Гумилев)
О Русь! В предвиденье высоком

Ты мыслью гордой занята:

Каким же хочешь быть востоком:

Востоком Ксеркса или Христа? (В. Соловьёв)
императивными компонентами во второй предикативной части:

Разгульна, светла и любовна

Душа веселится моя:

Да здравствует Марья Петровна

И ножка и ручка ея! (Н. Языков)
И вот уже сумеркам невтерпь,

И вот уж за дымом вослед

Срываются пепел и ветер, –

О, быть бы и мне в их числе! (Б. Пастернак)
Стабильно и часто употребляется группа СБП с максимально выраженной оценкой, сообщающей об авторских чувствах:

Для чего тебе, право, такая –

Видно, встретил её на беду, –

Что бродила тропинками рая,

Зная все закоулки в аду. (О. Подъёмщикова)
Авторская оценка семантически конкретизируется в самых разных направлениях – как сенсорная оценка:

От ягод чернели ладони,

Четырнадцать тысяч черничин

вмещались в помятом бидоне. (И. Шкляревский);
как этическая оценка:

Желал бы быть твоим, Семёнова, покровом,

Или собачкою постельною твоей,

Или поручиком Барковым, –

Ах, он поручик! Ах, злодей! (А. Пушкин)
Я не люблю войны тревогу,

Чёрт побери меня, ей-богу! (А. Дельвиг)
как интеллектуальная оценка:

Но я тобой забыт, погиб мой дар мгновенный:

Ах! Гением моим твоя любовь была! (В. Жуковский)
Чисто вечернее небо,

Ясны далёкие звёзды,

Ясны, как счастье ребёнка;

О, для чего мне нельзя и подумать:

Звёзды, вы ясны, как счастье моё! (М. Лермонтов)
Данные СБП имеют этимологию диалога. Особенно ясно это ощущается при наличии риторического вопроса, оформляющего вторую предикативную часть. Этот риторический вопрос оставляет эмоциональный диалог открытым:

Во мне бессмертна память милой,

Что без неё душа моя? (А. Пушкин)
Создал я в тайных мечтах

Мир идеальной природы, –

Что перед ним это прах:

Степи, и скалы, и воды! (В. Брюсов)
Имитируемое диалогическое единство в форме СБП комментирования часто приобретает признаки разговорного стиля:

Искра неба в женском теле –

Я узнал тебя, узнал,

Дивный блеск твой разгадал:

Ты – душа моей Адели! (В. Бенедиктов)
СБП комментирования часто осложняются оттенками других значений, прежде всего следственной и причинной:

Меринос собакой стал:

Он нахальствует не к роже,

Он сейчас народ прохожий

Затолкал и забодал. (Д. Давыдов)
Разрушена души структура,

Она познала жизни тлен

И ныне прозябает хмуро,

Не чая добрых перемен. (Д. Самойлов)
Текстовая структура, заключённая в рамки предложения, в том числе и бипредикатного, является удобным средством усложнения мысли/чувства. Диффузная субъективность смыслов и недифференцированность, синкретизм значений являются отличительными чертами поэзии как кода, шифра.
Выводы.
Употребление бессоюзных предложений недифференцированной семантики связано с повышенным уровнем ассоциативности, метафоричности, кодированности поэтического языка. В сложных бессоюзных предложениях чаще обнаруживаются смысловые пропуски, имплицитность, лексическая компрессия, позволяющие читателю «додумать», «дочувствовать» мысль поэта, развить художественный образ, наполнить его своим содержанием.

В системах СБП, выбранных из языка художественной прозы и лирики, больше общего, чем различного. Они проанализированы в рамках одной классификации, в них отмечены те же структурно-семантические виды и разновидности

Различия наблюдаются внутри видов и разновидностей СБП.

В языке лирики в отличие от языка прозы самую многочисленную группу составили СБП, недифференцированно соотносимые с союзными предложениями: одновременного и последовательного протекания ситуаций, причинно-следственные и следственно-причинные, противительно-уступительные СБП. Продуктивность всего объёма названных СБП постоянно, хотя и незначительно, уменьшается: на протяжении рассматриваемого периода в 1,2 раза. Их можно признать стабильными. В языке художественной прозы только СБП с семантикой одновременного следования ситуаций увеличилось к началу ХХ века более чем в полтора раза.

В языке лирики некоторые разновидности сокращаются гораздо активнее, чем в языке прозы: СБП последовательного протекания ситуаций, противительно-уступительные СБП. На одинаковом уровне сокращаются причинно-следственные СБП.

В системе СБП, соотносительных с ССП, сокращается частотность сопоставительных и увеличивается употребительность противительно-ограничительных СБП.

Среди предложений, синонимичных СПП, увеличивается частотность условно-временных и условных СБП и сокращается число целевых СБП. Незначительно сокращается употребительность самых частотных из этой группы изъяснительно-дополнительных СБП. В языке прозы они активизировались.

На протяжении Х1Х-ХХ веков динамически противоречивая система сложного бессоюзного предложения пополняется за счёт грамматических средств, участвующих в формировании бессоюзной связи, и синтаксических конструкций, пришедших в поэтические тексты из разговорного языка. Сложное бессоюзное предложение возникло в разговорном языке и живёт в нём до сих пор. В то же время по количественным характеристикам сложное бессоюзное предложение занимает первое место в поэтическом тексте. На всём протяжении развития русской поэзии отмечаются самые разные употребления элементов разговорного стиля, в том числе и синтаксических. Особенно это касается творчества А.С. Пушкина, который создал систему экспрессивных синтаксических средств: от сгущения интонационно маркированных структур (вопросительных, восклицательных предложений, риторических вопросов) до эллипсиса разного вида.

Наиболее активно стали использоваться СБП, не соотносительные с союзными предложениями. Употребительность пояснительных предложений, возросла в полтора раза. Их развитие представляет собой синусоиду: снижение частотности к концу Х1Х века и резкий рост в течение ХХ века. Активно используются и объяснительные СБП. Наиболее частотны среди СБП предложения с семантикой комментирования, осложнённой семантикой оценки. Возрастает частотность присоединительных СБП, а в языке прозы они сокращаются. Именно в языке лирики автономная грамматическая природа СБП, не соотносительного с союзными предложениями, проявляется во всей своей красе и полноте. Это подтверждает тезис о том, что сложное бессоюзное предложение существует как автономная языковая единица, хотя и классифицируется по соотносительности с союзными типами.

По-разному развиваются в языке прозы и поэзии другие структурно-семантические виды и разновидности СБП. В прозаических текстах количество изъяснительно-дополнительных СБП увеличивается, а в поэтических, хоть и незначительно, но уменьшается. В прозаических текстах увеличивается количество следственно-причинных СБП, а в поэтических текстах они сокращаются. И наоборот, частотность СБП одновременного протекания ситуаций увеличивается в поэзии и сокращается в прозе.

Таким образом, общие тенденции развития сложного бессоюзного предложения и в языке художественной прозы, и в языке лирики преобладают. Эволюция сложного бессоюзного предложения в языке прозы и лирики показывает, что это не отдельные системы языка, а две формы одной общей системы.

Представленные ниже таблицы показывают, что независимо от разных систем подсчёта, количественные данные СБП совпадают.



Таблица 1.

Изменения в семантике сложных бессоюзных предложений


Структурно-семантические

виды СБП

10-30-е г. г. 1880-1910-е 80-90-е г.г.

Х1Х в. Х1Х –ХХ в.в. конец ХХ в.




кол-во

%%

кол-во

%%

кол-во

%%

СБП, соотносимые со сложносочинёнными предложениями

сопоставительные

77

73

67

64

71

60

противительно- ограничительные

29

27

37

36

48

40

всего

106

100

104

100

11 9

100

СБП, соотносимые со сложноподчинёнными предложениями

изъяснительно-

дополнительные



376

87

336

84

346

84

условные и

условно-временные



24

5

40

10

48

11

целевые

34

8

22

6

20

5

всего

434

100

398

100

414

100

СБП, недифференцированно соотносимые со сложными союзными

предложениями

одновременное протекание ситуаций

280

30

436

46

437

55

последовательное протекание ситуаций

236

25

147

16

42

5

причинно-следственные

132

14

110

12

85

11

следственно-причинные

252

26

208

22

214

27

противительно-уступительные

55

5

38

4

11

2

всего

955

100

939

100

789

100

СБП, соотносимые со сложными союзными предложениями пояснительными и присоединительными

пояснительные

36

19

23

12

53

19

объяснительные

66

36

102

51

130

46

Синкретичные пояснительно-объяснительные

9

5

12

6

11

4

присоединительные

73

40

62

31

89

31

всего

184

100

199

100

283

100

СБП, структурно-семантически приближающиеся к тексту

СБП комментирования

321

100

360

100

395

100


Таблица 2.

Изменения в семантике сложных бессоюзных предложений

в языке лирики


Структурно-семантические

виды СБП

10-30-е г. г. 1990-1910-е 80-90-е г.г.

Х1Х в. годы ХХ в.




кол-во

%%

кол-во

%%

кол-во

%%

СБП, соотносимые со сложносочинёнными предложениями

сопоставительные

77

3,9

67

3,3

71

3,5

противительно-ограничительные

29

1,5

37

1,8

48

2,4

всего

106

5,4

104

5,1

119

5,9

СБП, соотносимые со сложноподчинёнными предложениями

изъяснительные

376

18,8

336

16,8

346

17,3

условные и

условно-временные



24

1,2

40

2,0

48

2,4

целевые

34

1,7

22

1,1

20

1,0

всего

434

21,7

398

19,9

414

20,7

СБП, недифференцированно соотносимые со сложными союзными

предложениями

одновременное протекание ситуаций

280

14

436

21,8

437

21,8

последовательное протекание ситуаций

236

11,8

147

7,4

42

2,1

причинно-следственные

132

6,6

110

5,5

85

4,3

следственно-причинные

252

12,6

208

10,4

214

10,7

противительно-уступительные

55

2,8

38

1,9

11

0,5

всего

955

47,8

939

47,0

789

39,4

СБП, соотносимые со сложными союзными предложениями пояснительными и присоединительными

пояснительные

36

1,8

23

1,2

3

2,7

объяснительные

66

3,3

102

5,1

30

6,5

синкретичные пояснительно-объяснительные

9

0,4

12

0,6

11

0,5

присоединительные

73

3,6

62

3,1

89

4,5

всего

184

8,9

199

10,0

83

14,2

СБП, структурно-семантически приближающиеся к тексту

СБП комментирования

321

16,0

360

18,0

395

19,8

ИТОГО

2000

100

2000

100

2000

100


Заключение
Представления о логически идеальном языке основываются на оптимальном соотношении количества информации, заложенной в структурную единицу, и правилами кодирования, то есть её оптимальной выраженностью грамматической формой. Совершенствование кодового потенциала языка предполагает направление к расширению и углублению его информативной ёмкости, опирающейся на чёткую систему грамматических форм, к сокращению элементов с дублетной и мало различимой вариативной семантикой и к развитию структур, обладающих максимальным семантическим потенциалом, который опирается на чётко организованный и семантически дифференцированный грамматический аппарат. Это относится, прежде всего, к научному, официально-деловому, публицистическому стилям и даже языку художественной прозы.

Но язык лирики – совершенно другой мир, код другой природы. Он живёт по своим законам, отличающимся от законов «логического» языка. В то же время исследование показало, что язык лирики действительно вырастает из общенационального языка, включающего все стили. Язык лирики на самом абстрактном – структурном – уровне впитывает всё то, что проявилось в языке «не лирики». Поэтому общие тенденции эволюции системы сложного предложения в обеих формах речи сходны. Различные процессы наблюдаются внутри видов, в первую очередь, сложносочинённых, затем сложных бессоюзных и сложноподчинённых предложений. Наиболее заметные процессы происходят в тех структурах, в которых чётко проявляются семантические уровни – от абстрактного к конкретному – в сложных бессоюзных и сложносочинённых предложениях, поэтому они количественно преобладают в языке лирики. В языке художественной прозы преобладают сложноподчинённые предложения. Иерархически устроенная инклюзивная «шифровая» природа лирического кода предпочитает синтаксические конструкции, которые по самой своей сути предоставляют возможности множественного, вариативного выражения мысли/чувства.

Соотношения типовых массивов сложного предложения разные. В языке художественной прозы первое место занимают сложноподчинённые предложения: 1 – 40,2%; П – 42,3%; Ш – 40,3%. На втором месте сложные бессоюзные предложения: 1 – 32,3%; П – 25,6%; Ш – 33,0%. На третьем – сложносочинённые: 1 –25,1%; П – 29,9%; Ш –25,9 %. Их распределение можно считать стабильным, установившимся.

В языке лирики на первом месте сложные бессоюзные предложения, на втором – сложносочинённые, на третьем – сложноподчинённые. Массив сложносочинённых предложений возрастает, сложных бессоюзных стабилизируется, а сложноподчинённых сокращается.

В языке лирики используются те же модели многокомпонентных сложных предложений, однако более чётко выделяются частотные, предпочитаемые, модели МСП с разными типами связи. Структурно-семантические условия и закономерности вычленения ведущей связи в МСП с разными типами связи и в языке лирики, и в языке прозы идентичны.

Комплекс разнонаправленных тенденций в развитии сложного предложения сводится к двум основным: увеличение степени информативности синтаксической формы и сдвиги в частотности её употребления. Эти два процесса взаимозависимы: если различительная способность модели выше, чем у синонимичной формы, то она употребляется чаще, закрепляется в языке. Однако в лирике, наряду с развитием новых структурно-семантически организованных моделей, активно продолжают использоваться архаичные многозначные структуры, диффузно выражающие сгустки разной семантики сложного предложения.

Изменения в синтаксисе сложного предложения начинаются с его семантики, на которую влияет лексическое наполнение предикативных частей. Синтаксическая связь, оформляющая синтаксические отношения, постоянно «подпитывается» грамматикализованными элементами в основном местоименной природы. Они могут притягиваться к союзу-инварианту в сложноподчинённых и сложносочинённых предложениях. Новая семантика может обходиться без союза: грамматикализованные компоненты «досоюзного» уровня могут самостоятельно выражать определённые синтаксические отношения в сложных бессоюзных предложениях.

Для синтаксиса сложного предложения и языка прозы, и языка лирики характерны две основные противоположные тенденции их развития: упорядочение системы и её дифференциация на основе сложившейся упорядоченности. Оба, казалось бы, противоположных процесса объединяются одной причиной: расширением и углублением семантического потенциала сложного предложения. Новая дифференциация происходит на базе унифицировавшейся инвариантной формы, укоренившейся в сознании носителей языка, вместившей в себя максимум грамматического для данной категории содержания. Унифицированную форму может представлять подчинительный союз-инвариант, сочинительный союз с актуализатором, несоюзные формы связи с категориальным грамматическим значением в сложном бессоюзном предложении. Например, самые частотные среди нерасчленённых СПП изъяснительно-дополнительные СПП с коррелирующей местоименно-соотносительной связью приближаются к местоименно-соотносительным структурам с семантикой абстрагированной описательной номинации, обладающей высокой степенью семантической дифференциации. В изъяснительно-дополнительных СПП всё чаще употребляются союзные слова. Это позволяет при минимальных формальных изменениях актуализировать изъяснение в самых разнообразных аспектах. Союзная связь постепенно вытесняется более информативной местоименно-соотносительной. И наоборот, в определительных СПП менее частотная местоименно-союзная связь, всегда синкретичная, теснит местоименно-соотносительную связь.

В эволюции нерасчленённых СПП ярко проявляется действие основных исследуемых тенденций: на базе сформировавшейся в течение веков присловной связи возникают новые синкретичные синтаксические значения в результате перераспределения относительно-местоименной и местоименно-союзной связи.

В системе расчленённых СПП обращает внимание непротиворечивая тенденция к активизации основных его видов: временных СПП и СПП обусловленности (условных, причинных, уступительных, сравнительных, целевых), причём как бипредикатных, так и многокомпонентных.

Часто употребляются и синонимичные сложноподчинённым изъяснительно-дополнительные СБП. Но в прозаических текстах их количество увеличивается, а в поэтических, хоть и незначительно, но уменьшается. В прозаических текстах увеличивается количество следственно-причинных СБП, а в поэтических текстах они сокращаются. И наоборот, частотность СБП одновременного протекания ситуаций увеличивается в поэзии и сокращается в прозе.

В языке лирики проявляется большая степень диффузности наряду с переходностью и синкретизмом. Это кардинальное различие в развитии языка прозы и лирики. Данные процессы объясняются тем, что язык лирики характеризует субъективность смыслов, отразившаяся в недифференцированности, диффузности значений: «В произведении искусства образ относится к содержанию, как в слове представление – к чувственному образу, или понятию» [Потебня 1999: 157]. В языке прозы, наряду с возникновением и структурным оформлением синтаксически конкретных дифференцированных значений, продолжается и усиливается процесс сокращения многозначных семантически диффузных структур. Эта общая тенденция наблюдается в развитии всех трёх типов сложного предложения: СПП, ССП, СБП. В языке лирики многозначные диффузные структуры сохраняются в сложносочинённом и сложном бессоюзном предложениях. Активизируются семантически диффузные сложносочинённые предложения и сложные бессоюзные предложения, недифференцированно соотносимые с союзными. Языковая структура является основой для проявления многозначной, многомерно воспринимаемой и толкуемой семантики, этому способствует уровневая иерархическая структура сложных предложений.

В языке лирики в отличие от языка прозы самую многочисленную группу составили СБП, недифференцированно соотносимые с союзными предложениями при синонимии одновременно и с сочинительными и с подчинительными союзами: одновременного и последовательного протекания ситуаций, причинно-следственные и следственно-причинные, следственно-результативные, результативно-следственные, противительно-уступительные СБП.

Хотя развитие всего объёма названных СБП показывает тенденцию к их некоторому уменьшению (на протяжении рассматриваемого периода в 1,2 раза), однако по сравнению с процессами, происходящими в языке прозы, их употребительность следует признать стабильной. В языке художественной прозы только СБП с семантикой одновременного следования ситуаций увеличилось к началу ХХ века более чем в полтора раза, а затем последовало их значительное сокращение. Употребительность остальных разновидностей равномерно и значительно сокращается.

Синонимичные структуры разной (но семантически близкой) формальной организации функционируют, конкурируют в одном функционально-семантическом поле, и предпочтение отдаётся той из них, которая обладает более высокой степенью грамматической дифференциации.

Абстрактная идея соединения оформляется союзом и. Эволюция именно этого союза показывает ступени актуализации синтаксической семантики, встраивание более конкретного грамматического значения в максимально абстрактное. Синтаксические, морфологические и лексические средства совмещаются, рождая новые значения, релятивные функции берёт на себя грамматикализовавшаяся лексема-актуализатор – таких фактов отмечается множество. Если выражение идеи соединения постоянно грамматически конкретизируется, то идея ограничения дифференцируется в гораздо меньшей степени. В языке прозы и лирики системно присутствуют только два вида противительных ССП: противительно-ограничительные и противительно-уступительные. Предпочтение отдаётся ССП с более сложной семантикой – противительно-уступительным. Во всех трёх типах сложного предложения на протяжении двух столетий значительно активнее используются диффузные противительные структуры, являющиеся языковой основой для создания антитезы разного уровня и накала.

Анализ речевого материала показывает, что идея соединения человеческому разуму более важна, чем идея ограничения – стартовая языковая форма анализа. Однако именно в лирике активно развиваются языковые средства, выражающие идею ограничения как первоосновы оформления аналитических мыслительных процессов.

Наряду с сохраняющимися многозначными диффузными структурами, в языке лирики гораздо ярче проявляется синкретизм и переходность.

На первом месте по частотности внутри видов сложноподчинённого предложения отмечены синкретичные разновидности: определительно-пространственные, определительно-временные, условно-временные, причинно-объектные, условно-причинные, причинно-временные и др.

Однако степень синкретизма в языке лирики показывает тенденцию к его некоторому сокращению, тогда как в языке прозы синкретизм постоянно возрастает. Почему это происходит? Видимо, процесс образования новых, более конкретных синтаксических значений, уравновешивается сохранением «старых» диффузных структур. Впрочем, на протяжении Х1Х века, когда шли активные процессы создания типовой инвариантной связи, частотность диффузных структур сокращалась и в лирике, а на протяжении ХХ века они стали использоваться активнее – наряду с оформившейся инвариантной связью. Поэт интуитивно выбирает многозначную форму, на которую опираются многозначные смыслы. В языке лирики активно используются сложные предложения, объединяющие противительную и уступительную, сопоставительную и противительную, соединительную и сопоставительную, результативную и следственную, соединительную и ограничительную семантику. В языке лирики, например, в Х1Х веке в системе условного СПП первое место по частотности занимают диффузные условно-временные предложения, малочастотные в языке прозы.

Наряду с сохранением диффузных многозначных структур, в языке лирики активнее, чем в языке прозы, развивается синкретизм современного уровня, опирающийся на сформировавшиеся структурные компоненты, выполняющие релятивную функцию. В языке лирики активизируется большинство структурно-семантических разновидностей видов СПП.

Таким образом, наряду с развитием синкретизма с опорой на сформировавшиеся новые релятивы, выражающие более конкретное синтаксическое значение (как в языке прозы), сохраняется и даже увеличивается частотность употреблений диффузных семантически нерасчленённых структур. В лирическом тексте наблюдается гораздо большая плотность диффузных и синкретичных структур, отмечается более устойчивая, расширенная зона переходности между видами сложных предложений, компоненты которой нельзя квалифицировать однозначно. Они сосуществуют именно в переходном состоянии, которое обусловлено переплетением древней многозначности с комплексами компонентов современной связи. Например, в результативно-следственных и следственно-результативных ССП отмечена максимальная степень диффузного переплетения различных семантически соотносимых видовых значений времени и причинно-следственной обусловленности. Анализ показал широчайший спектр таких переплетений, которые нельзя считать диффузными, так как они опираются на комплексы формальных компонентов. Сочетания диффузных структур, не опирающихся на определённый структурно-семантический аппарат, и структур нового уровня создают многоаспектность, семантическую глубину лирического текста.

Оказалось, что легче выразить тончайшие структурно-семантические оттенки синтаксических значений, опираясь на типовой союз-инвариант. В сложных бессоюзных предложениях, в которых нет типовой союзной базы для создания более конкретной синтаксической семантики, как в сложносочинённых предложениях, сделать это невозможно. Поэтому система сложносочинённого предложения количественно активизируется, а система сложного бессоюзного предложения стабилизируется.

Интенсивнее процессы изменений происходят в языке лирики. Если в языке прозы система соединительных ССП предстаёт как стабильная, то в языке лирики она сокращается. Если употребительность ССП с союзом но к концу ХХ века снижается, то в языке лирики они активизировались почти вдвое. Активнее возрастает частотность сопоставительных ССП. Энергичнее развиваются многокомпонентные предложения с ведущей сочинительной связью.

Наиболее яркие изменения, как и в языке прозы, происходят к концу Х1Х века. В течение ХХ столетия наблюдается выравнивание многих количественных показателей по отношению к показателям первой трети Х1Х века.

Человек, познавая объективный мир, соединяет его многообразнейшие и неизмеримые черты в себе, ассимилируя их, интегрируя, творя на этой основе свой собственный мир. Но каком-то этапе этого объединения – воссоединения – элементов объективной действительности, с точки зрения говорящего, начинает превалировать анализ объективной действительности, начинается отбор нужного автору и ограничение ненужного. Это проявляется в прерывистом осознании объективной действительности, выражающемся языковыми формами с семантикой сопоставления и противления. Начинается тенденция сокращения соединительной связи и увеличения сопоставительной и противительной связи. Причём в лирике эти процессы проявляются гораздо активнее, чем в прозе, но общие тенденции эволюции не противоречат друг другу и выглядят примерно одинаково в обеих формах текстов. Всё возрастающие тенденции анализа действительности, выражающиеся в разных способах актуализации отдельных компонентов предложения, находят более адекватную и экспрессивную форму выражения – создаются и всё более активно применяются приёмы прерванного текста (умолчание, энтимема, перенос, эллипсис, присоединение, отрыв, парцелляция и т.д.).

Анализ лирического текста выявляет яркие, выразительные, доказательные примеры осознанного влияния субъекта на язык, когда поэт выбирает структурный вариант из ряда близких, синонимичных, закрепляя его в языковой системе. В языке лирики ярче проявляется влияние субъективного фактора на изменения в языковой системе.

Лирический текст, имея кодифицированную структуру, является максимально информативным по своему содержанию, так как ставит основной задачей максимально адекватное отражение и отображение сложнейших процессов, происходящих в мыслях и душе поэта, в свою очередь отражающего и отображающего мир.

В лирическом тексте преодолевается двумерность проявленного мира, дуальность мышления «я – мир», восприятие действительности, в том числе языковой, основанное на оппозициях. Значит, восприятие мира становится более сложным. Именно лирический текст показывает, как расширяются и углубляются возможности человеческого разума, как он ищет и находит новую языковую форму, выражающую максимальную для сознания языковую многомерность. И этот процесс творения Словом безграничен, неостановим.



Литература


  1. Азарова Н.М. Язык философии и язык поэзии. Движение навстречу. (Грамматика. Лексика. Текст.) – М.: Гнозис /Логос, 2010. – 496 с.

  2. Арутюнова Н.Д. Языковая метафора (синтаксис и лексика) / Арутюнова Н.Д. –М.: Наука, 1979.С. 147-174.

  3. Апресян Ю.Д. Дейксис в лексике и грамматике и наивная модель мира / Ю.Д. Апресян // Семиотика и информатика. – М.: Наука, 1986, – Вып. 28. – С. 25-38.

  4. Бабайцева В.В. Переходные конструкции в синтаксисе. – Воронеж, 1967. – 392 с.

  5. Бабайцева В.В. Явление переходности в грамматике русского языка. – М., 2000. – 640 с.

  6. Бабайцева В.В. Энтимема в поэтическом тексте. – Избранное. 50-е- 2005. – М.-Ставрополь, 2005.

  7. Бабайцева В.В. Избранное. 2005 – 2010. – М. – Ставрополь, 2010. – 400 с.

  8. Бабайцева В.В. Семантика простого предложения. – Многоаспектность предложения. М., 1983.

  9. Бабайцева В.В. Русский язык. Теория. 5-9 классы. – М.: Дрофа, 2012.

  10. Бабайцева В.В. Речь как компонент структуры языка // Текст. Структура и семантика: Доклады ХШ Международной конференции. Т. 1. – М., 2011.

  11. Бабайцева В.В., Максимов Л.Ю. Синтаксис. Пунктуация. – Современный русский язык. – Ч. Ш. – М.: Просвещение, 1987.

  12. Бабайцева В.В., Беднарская Л.Д. Русский язык. Сборник заданий. 8-9 классы. – М.: Дрофа, 2012.

  13. Бархударов С.Г., Крючков С.Е. Учебник русского языка. – Ч.П. Синтаксис. Для 6-8 классов. Изд-е 9-е. – М.: Просвещение, 1962.

  14. Бархударов С.Г., Крючков С.Е., Максимов Л.Ю., Чешко Л.А. Русский язык: Учебник для 7-8-х классов. – Изд-е 10--. – М.: Просвещение, 1982.

  15. Бахтин как философ Текст. – М.: Художественная литература, 1992. – 421 с.

  16. Беднарская Л.Д. Бессоюзное сложное предложение и текст. – Сложное предложение в тексте. Калинин, 1988. – С. 50-56.

  17. Беднарская Л.Д. О семантическом принципе классификации сложноподчинённых предложений // Сложное предложение и текст: Межвуз. сб. статей. – Орёл, 2002.

  18. Беднарская Л.Д. О моделях многокомпонентного сложного предложения со всеми типами связи. – Синтаксические структуры: актуальные проблемы исследования. – Орёл, 1996. – С. 44-53.

  19. Беднарская Л.Д. Основные закономерности в развитии сложного предложения в языке русской художественной прозы Х1Х-ХХ веков. – М.: Прометей, 1994. – 194 с.

  20. Беднарская Л.Д. Об уточнённой классификации сложноподчинённого предложения в школе и вузе. – Русская словесность. – 2006. – № 3.

  21. Беднарская Л.Д. Синтаксис романа А.С. Пушкина «Евгений Онегин». – Орёл, 2008. – 372 с.

  22. Беднарская Л.Д. Закономерности грамматического членения многокомпонентного сложного предложения. – Орёл, 2011. – 132 с.

  23. Богородицкий В.А. Общий курс русской грамматики. – Изд-е 5-е. М.-Л.: Соцэкгиз, 1935.

  24. Бондарко А.В. Теория функциональной грамматики: Темпоральность. Модальность. – Л.: Наука, 1990. – 262 с.

  25. Бондарко А.В. Основы функциональной грамматики: Языковая интерпретация идеи времени Текст / А.В. Бондарко. – СПб: Изд-во Санкт-Петербургского ун-та, 2001. – 257 с.

  26. Валимова Г.В. О соотношении семантической и формальной структуры предложения. – Семантическая структура предложения. Ростов н/Д, 1978. . 20-29.

  27. Веселовский А.Н. Историческая поэтика. – Л., 1940. – 372 с.

  28. Ветчинова Т.С. Изменения в системе сложного предложения функционально-семантического поля причины в языке русской лирики Х1Х-ХХ веков. – Автореф. дис…. канд. филол. н. – Орёл, 2009. – 24 с.

  29. Виноградов В.В. О поэзии Анны Ахматовой. (Стилистические наброски). – Л., 1925. – 165 с.

  30. Глазунов М. В. Изменения в семантике и структуре сложноподчинённых предложений целевого типа в языке русской художественной прозы с 20-30-х годов Х1Х века по 80-90-е годы ХХ века. – Автореф. дис. … канд. филол. н. – Орёл, 2003.

  31. Голенковская Е.В. Изменения в семантике и структуре сложных бессоюзных предложений в языке русской поэзии с 10-30-х годов Х1Х века до конца ХХ века: Автореф. дис. … канд. филол. наук. – Орёл, 2005. – 26 с.

  32. Григорьев, В.П. Поэтика слова: На материале русской советской поэзии / В.П. Григорьев. – М.: Наука, 1979. – 343 с.

  33. Диброва Е.И., Донченко Н.Ю. Поэтические структуры антонимии. М., 2000. 184 с.

  34. Диброва Е.Н. Структура художественного текста. М., 2007.Т.Т. 1-2.

  35. Дружинина С.И. Синкретизм в системе сложноподчинённых предложений. – Орёл, 2008. – 435 с.

  36. Дудина Ю.А. Изменения в структуре и семантике сложноподчинённых предложений сравнительного типа в языке русской художественной прозы с 20-3—х годов Х1Х века по 90-е годы ХХ века: Автореф. дис. … канд. филол. н. – Тюмень, 2003.

  37. Ермакова Н.Л. О проблеме переходности в семантике сложноподчинённых сравнительных предложений. – Структура и семантика языковых единиц / Сб. науч. тр. – М.-Ярославль, 2010. – С. 87-93.

  38. Жукова А.Н. Изменения в семантике и структуре сложноподчинённых нерасчленённых предложений в языке русской поэзии Х1Х-ХХ веков. – Автореф. дис. … канд. филол. наук. – Орёл, 2003.

  39. Зубова Л.В. Современная русская поэзия в контексте истории языка, – М., 2000; 2- изд. – М., 2005.

  40. Изменения в строе сложноподчинённого предложения в русском литературном языке Х1Х века: Очерки по исторической грамматике русского литературного языка Х1Х века. – М., 1964.

  41. Ильиш Б.А. Современный английский язык. – М., 1948.

  42. Карцевский С.О. Бессоюзие и подчинение в русском языке. – Вопросы языкознания. –1961. – № 2. – С. 125-131.

  43. Колосова Т.А. Принципы классификации сложноподчинённых предложений и её отражение в учебной литературе. – Русский язык: приложение к газете "Первое сентября". – 2002. – № 23.

  44. Коротаева Э.И. Союзное подчинение в русском литературном языке ХУП века. – М.-Л.: Наука, 1964. – 250 с.

  45. Лавров Б.В. Условные и уступительные предложения в древнерусском языке. – М.-Л.: АН СССР, 1941. – 144 с.

  46. Ларина Е.А. Сложноподчинённые предложения в русском литературном языке второй половины ХУШ века: Дис. … канд. филол. н. – Иваново, 1987.

  47. Логачёва А.А. Изменения в системе сложносочинённого предложения в языке русской лирики первой половины Х1Х – последней трети ХХ веков: Автореф. дис. … канд. филол. н. – Орёл, 2012.

  48. Лосев А.Ф. Платон. Аристотель. – М., 1993. – 384 с.

  49. Лотман Ю.М. Анализ поэтического текста. – Л.: Просвещение, 1972. – 272 с.

  50. Лотман Ю.М. Анализ поэтического текста // Лотман Ю.М. О поэтах и поэзии. – С-Пб., 1996. – 847 с.

  51. Ляпон М.В. Смысловая структура сложного предложения и текст: К типологии внутритекстовых отношений. – М.: Наука, 1986. – 200 с.

  52. Миронов А.Н. Изменения в структуре и семантике сложноподчинённых временных предложений в языке русской поэзии Х1Х-ХХ веков. – Автореф. дис. … канд. филол. наук. – Орёл, 2005.

  53. Монастырский А. Поэтический мир. – М., 2007.

  54. Некрасова Е.А., Бакина М.А. Языковые процессы в современной русской поэзии / Е.А. Некрасова, М.А. Бакина. – М,: Наука, 1982. – 312 с.

  55. Николина Н.А. Категория времени глагола. – Поэтическая грамматика. – Т.1. – М.: Ин-т русского языка, 2006. – С. 73-187.

  56. Николина Н.А. Активные процессы в языке современной русской художественной литературы. – М.: Гнозис, 2009. – 336 с.

  57. Очерки истории языка русской поэзии ХХ века: Поэтический язык и идиостиль. Общие вопросы. Звуковая организация текста / В.П. Григорьев и др. – М.: Наука, 1990. – 303 с.

  58. Падучева Е.В. Высказывание и его соотнесённость с действительностью

  59. (Референционные аспекты семантики местоимений) / Е.В. Падучева. – М.: Наука, 1985. – 271 с.

  60. Падучева Е.В. Семантические исследования: Семантика времени и вида. Семантика нарратива. Текст / Е.В. Падучева. – М.: Школа «Язык русской культуры», 1996. – 463с.

  61. Потебня А.А. Мысль и язык. – М.: Лабиринт, 1999. – 270 с.

  62. Потебня А.А. Из записок по русской грамматике. Т. 1-2. – М.: Учпедгиз, 1958. – 495 с.

  63. Поэтическая грамматика. – Т.1. – М.: Российская АН, 2006. – 430 с.

  64. Распопов И.П. Спорные вопросы синтаксиса. – Ростов н/Д, 1981. – 127 с.

  65. Русская грамматика. – М.: АН СССР. – Т. П, 1982. – 710 с.

  66. Русская грамматика. – Прага, 1979. – 1116 с.

  67. Русский язык в условиях белорусско-русского двуязычия. – Минск, 1989. – 178 с.

  68. Санников В.З. Значение союза «но»: нарушение «нормального» положения вещей. – Известия АН ССС. – Серия литературы и языка. – Т. 45. –1986. – С.433-444.

  69. Седов А.Е. Генетика… и метафоры: история терминов // Биология в школе. – 1998. – № 5. – С. 20-24.

  70. Сильман Т.И. Заметки о лирике. Текст / Т.И. Сильман. – Л.: Советский писатель, 1977. – 223 с.

  71. Словарь русского языка / Под ред. А.П. Евгеньевой. В 4-х т.т. – Т. 4– М., 1984.

  72. Современный русский язык. Теория. Анализ языковых единиц. /Под редакцией Е.И. Дибровой. – Ч. П. – М., 2001. – 704 с.

  73. Солганик Г.Я. Основы лингвистики речи. М.: Изд-во МГУ, 2010. – 127 с.

  74. Солганик Г.Я. Очерки модального синтаксиса. – М.: Флинта - Наука, 2010. – 134 с.

  75. Стеценко А.Н. Исторический синтаксис русского языка. – Изд-е 2-е. – М.: высшая школа, 1977. – 352 с.

  76. Стеценко А.Н., Холодов Н.Н. Об основных тенденциях и путях развития системы сочинения в русском языке. – Вопросы языкознания. – 1980. – № 2. – С. 99-110.

  77. Тараканова Е.К. Изменения в семантике и структуре сложноподчинённых условных предложений в языке русской поэзии Х1х-ХХ веков. – Автореф. дис. … канд. филол. наук. – Орёл, 2005.

  78. Теория функциональной грамматики: Введение. Аспектуальность. Временная локализованность. Таксис. – Л.: Наука, 1987. – 312 с.

  79. Топоров В.Н. Пространство и текст // Текст: семантика и структура. – М., 1983.– С. 227-284.

  80. Фатеева Н.А. Открытая структура. О поэтическом языке и тексте рубежа ХХ-ХХ1 веков. – М., 2006. – 326 с.

  81. Фёдоров А.К. К истории классификации сложноподчинённых и придаточных предложений // Русский язык в школе. – 2000. – № 2.

  82. Фёдоров А.К. Семантико-структурная классификация сложноподчинённых и придаточных предложений // Русский язык в школе. – 2002. – № 5.

  83. Филология. История. Методология. Современные проблемы. – Ставрополь, 2011. – 917 с.

  84. Холодов Н.Н. Проблема отношений аналогичности и неаналогичности в синтаксисе. – Вопросы языкознания. – 1985. – № 5. – С.94-103.

  85. Холодов Н.Н. За древними тайнами русского слова «и» – тайны иных масштабов. – Иваново, 1991. – 118 с.

  86. Холшевников В.Е. Что такое русский стих. – Мысль, вооружённая рифмами. Поэтическая антология по истории русского стиха. – Л.: 1987. – С. 5-36.

  87. Холшевников В.Е. Типы интонации русского классического стиха/ Холшевников В.Е. Стиховедение и поэзия. – Л., 1991. – С. 85-123.

  88. Шаталова О.В. Синтаксическая характеристика языковой личности: Автореф. дис. … докт. филол. наук. – Елец, 2012.

  89. Шведова, Н.Ю. Активные процессы в современном русском синтаксисе (Словосочетание) / Н.Ю. Шведова. – М.: Просвещение, 1966. –155 с.

  90. Шведова Н.Ю. Местоимение и смысл. Класс русских местоимений и открываемые ими смысловые пространства. – М.: Ин-т русского языка, 1998. – 176 с.

  91. Ширяев Е.Н. Бессоюзное сложное предложение в современном русском языке. – М.: АН СССР, 1986. – 221 с.

  92. Щерба Л.В. Избранные работы по языкознанию и фонетике. – Т. 1. – Л.: Изд-е ЛГУ, 1958. – 188 с.

  93. Эйхенбаум, Б. О поэзии / Б. Эйхенбаум. – Л.: Советский писатель, 1969. – 552 с.

  94. Эткинд Е.Г. Ритм поэтического произведения как фактор содержания. – Ритм, пространство и время в литературе и искусстве. – Л., 1974. – С. 104-121.

  95. Якобсон Р. Лингвистика и поэтика // Структурализм: "за" и "против": Сб. статей. – М.: Прогресс, 1975. – С. 193.

  96. Якобсон Р.О. Поэзия грамматики и грамматика поэзии // Поэтика. – Варшава, 1963. – 268 с.

  97. Szober St. Gramatyka jezyka polskiego. – Warszawa, 1962. – 390 с.


Л.Д. БЕДНАРСКАЯ


СЛОЖНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ

В ЯЗЫКЕ РУССКОЙ ЛИРИКИ

Х1Х – ХХ СТОЛЕТИЙ

Монография

Подписано в печать 14.10.2012 г. Формат 60х80 1/16

Печатается на ризографе. Бумага офсетная

Гарнитура Times. Объем 24,69 п.л. Тираж 500 экз.

Заказ № 0

Отпечатано с готового оригинал макета

на полиграфической базе редакционно-издательского отдела

ФГБОУ ВПО «ОГУ»

302026 г. Орел, ул. Комсомольская, 95



Тел. (486 2) 74-09-30


1 В категориальном значении существительного речь сочетаются два значения: предметность и действие. См. подробнее: Бабайцева В.В. Речь как компонент структуры языка // Текст. Структура и семантика: Доклады ХШ Международной конференции. Т. 1. – М., 2011 и серию последующих работ.

Каталог: olderfiles
olderfiles -> Сборник адресован социальным педагогам, специалистам по социальной работе, студентам педагогических специальностей
olderfiles -> Конспект лекций по курсу «Организационное поведение»
olderfiles -> Выполнила Верченова Евгения(8
olderfiles -> Уроки русского языка в 5 классе по учебному комплексу В. В. Бабайцевой для классов и школ с углублённым изучением русского языка книга для учителя
olderfiles -> Книга открытое сознание открытое общество
olderfiles -> Языковое бытие человека и этноса: когнитивный и психолингвистический
olderfiles -> Д. Мак-Фарленд Поведение животных. Психобиология, этология и эволюция
olderfiles -> Скромность в общении означает сдержанность в оценках, уважение вкусов, привязанностей других людей. Антиподами скромности являются высокомерие, развязность, позерство. Точность
olderfiles -> Учебно-методический комплекс курса «Педагогика»
olderfiles -> Адаптация иностранного опыта в условиях глобализации высшего образования


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница