Монография Орёл 2012,161,1 367 ббк ш141. 2-22 б 382 Утверждено к печати



страница19/20
Дата22.02.2016
Размер6.24 Mb.
ТипМонография
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20
Глава V.

Изменения в системе сложных бессоюзных предложений.
§ 1. О классификации сложных бессоюзных предложений.
Системный анализ сложных бессоюзных предложений в лирических текстах дала Е.В. Голенковская в диссертации «Изменения в семантике и структуре сложных бессоюзных предложений в языке русской поэзии с 10-30-х годов Х1Х века до конца ХХ века» (Орёл, 2005).

Обобщим её данные и сопоставим развитие системы сложного бессоюзного предложения в языке русской лирики с развитием той же структуры в прозе.

Субъективность смыслов и недифференцированность, синкретизм значений являются отличительными чертами поэзии как кода, шифра. Сложное бессоюзное предложение по самой своей природе, синтаксическим особенностям «досоюзного» механизма связи предназначено использоваться в лирическом тексте. СБП активно употребляется и в форме перечислительных рядов с отношениями одновременного и последовательного протекания ситуаций, и в предложениях с семантикой причинно-следственной обусловленности в разных вариантах, и в форме предложений позиционной структуры (изъяснительно-дополнительных). Реже СБП можно соотнести с другими структурно-семантическими видами ССП и СПП.

На протяжении Х1Х-ХХ веков динамически противоречивая система сложного бессоюзного предложения пополняется за счёт грамматических средств, участвующих в формировании бессоюзной связи и синтаксических конструкций, пришедших в поэтические тексты из разговорного языка. Сложное бессоюзное предложение возникло в разговорном языке и живёт в нём до сих пор. В то же время по количественным характеристикам сложное бессоюзное предложение занимает первое место в поэтическом тексте. На всём протяжении развития русской поэзии отмечаются самые разные употребления элементов разговорного стиля, в том числе и синтаксических. Особенно это касается творчества А.С. Пушкина, который ввёл разговорные элементы в высокий поэтический стиль, создал систему экспрессивных синтаксических средств от сгущения интонационно маркированных структур (вопросительных, восклицательных предложений, риторических вопросов) до эллиптических структур.

Система СБП является диалектически противоречивой, её развитие происходит в единстве взаимоисключающих и одновременно обусловливающих друг друга явлений. СБП является особым типом сложного предложения, так как синтаксические отношения в них выражаются не столько интонацией, сколько лексико-морфологическими грамматикализованными средствами. СБП имеет особый механизм досоюзной связи и свои собственные синтаксические значения, часто малочастотные или вообще отсутствующие в союзных предложениях. Системные связи СБП с союзными предложениями дают возможность изучения сложного бессоюзного предложения на основе соотносимости / несоотносимости со сложными союзными предложениями. Синонимия большей части бессоюзных структур с союзными типами позволяет говорить о существовании в языке единых типовых семантических понятий, смыкающихся на самом абстрактном уровне грамматического значения с логическими понятиями. Это выводит исследование синтаксических явлений на новый уровень логико-синтаксического анализа.

Основываясь на принципе синонимической соотносимости / несоотносимости СБП со сложными союзными предложениями, предлагаем следующую классификацию:



СБП, соотносимые со сложными союзными предложениями

СБП, не соотносимые со сложными союзными предложениями

СБП, соотносимые со сложносочинёнными предложениями

Пояснительные и объяснительные СБП

СБП, соотносимые со сложноподчинёнными предложениями

Присоединительные СБП

СБП, диффузно соотносимые со сложносочинёнными и сложноподчинёнными предложениями

Комментирующие СБП

СБП, соотносимые со сложносочинёнными предложениями с союзами и, а, но, занимают небольшой объём в системе. Союз и с неактуализированным значением соединения редко заменяется бессоюзной связью. Чаще бессоюзная связь оформляет соединительные отношения, осложнённые семантикой одновременного протекания ситуаций, их следования, причинно-следственной обусловленности, т.е. такие СБП диффузно соотносятся и со сложносочинёнными, и со сложноподчинёнными предложениями.

СБП, соотносимые со сложноподчинёнными предложениями, имеют собственную структуру.

В изъяснительно-дополнительных СБП определяющую роль играет опорный глагол-сказуемое с сильной валентностью в первой предикативной части, вторая предикативная часть восполняет его значение и без помощи подчинительного союза:



Я знаю: дам хотят заставить

Читать по-русски. Право страх! (А. Пушкин)
В условно-временных СБП структура «держится» на соотношении форм глаголов-сказуемых. Это древнейшая разговорная и фольклорная структур, она широко распространена в пословицах: Любишь кататься – люби и саночки возить – и почти не употребляется в языке лирики.

СБП причинно-следственной обусловленности, соотносимые с СПП, имеют фразеологизованную структуру: Щепотки волосков лиса не пожалей, остался б хвост у ней (И. Крылов). В языке лирики они тоже мало распространены.

Наиболее широко в языке лирики используются СБП, не соотносимые со сложными союзными предложениями, особенно комментирующие и объяснительные вследствие их диффузной синтаксической природы. Пояснительные СБП малочастотны.

В сложном бессоюзном предложении ведущим смыслоразличительным фактором является лексико-морфологическое наполнение предикативных частей. И этот фактор ещё более усиливает своё значение в языке лирики. Поэтические тексты Х1Х-ХХ веков предоставляют много примеров, где синтаксические отношения строятся не на основе материально выраженных показателей синтаксической связи (союзов в предложении нет), а на основе лексического наполнения и скреп досоюзного уровня. Использование частиц в функции союзов возможно только при поддержке лексического фона, так как такая частица лишь актуализирует семантику, а не создаёт дифференцированные синтаксические отношения. Предложение: Я уезжаю, товарищ же остаётся – может квалифицироваться как: Я уезжаю, а товарищ остаётся и Я уезжаю, товарищ ведь остаётся.

Усилительные и выделительно-ограничительные частицы в СБП не всегда являются выразителями противительно-ограничительных отношений. Например: Рок – хозяин, ты – лишь раб. (С. Чёрный). Параллелизм структуры, лексическая антонимия формируют здесь основные сопоставительные синтаксические отношения.

В качестве связующих средств в СБП системно выступают частицы в союзной функции, местоимения, опорные слова разной морфологической природы, грамматикализованные лексемы. В поэтическом тексте ярче выражен синкретизм скреп, ярче проявляется недифференцированность смыслов, часто релятивы выражены имплицитно:



А что ещё милей – владелица его! (Н. Гнедич)

И часы проходят ночи:

Близок грозный день! (Ф. Глинка)
Активное употребление сложных бессоюзных предложений недифференцированной семантики связано с повышенным уровнем ассоциативности, метафоричности, кодированности поэтического языка. Здесь чаще обнаруживаются смысловые пропуски, лексическая компрессия, имплицитность:

Помоги

Мне встать: солдату

Вытянуться надо… (А. Дельвиг).
Контекст можно толковать, по крайней мере, в трёх значениях.

§ 2. Изменения в сложных бессоюзных предложениях,

соотносительных с союзными.
Самую большую выборку составили СБП, недифференцированно соотносимые с союзными предложениями при синонимии и с сочинительными, и с подчинительными союзами. Это СБП с семантикой одновременного и последовательного протекания ситуаций, причинно-следственные и следственно-причинные, противительно-уступительные. На первом месте опять оказались сложные предложения с диффузной структурой и семантикой. Однако продуктивность всего объёма названных СБП постоянно, хотя и незначительно, уменьшается, т.е. они стабильно употребляются на протяжении двух веков. Аналогичная тенденция отмечена и в языке художественной прозы. В данной группе только количество СБП с семантикой одновременного следования ситуаций увеличилось к началу ХХ века более чем в полтора раза:

Уж вечер… облаком померкнули края,

Последний луч зари на башнях умирает;

Последняя в реке блестящая струя

С потухшим небом угасает. (В. Жуковский)
Ветер с западной страны

Слёзы навевает;

Плачет небо, стонет лес, соснами качает. (В. Соловьёв)
В прозаических текстах частотность таких структур несколько сокращается.

На втором месте по частотности находится группа СБП, соотносимых со сложносочинёнными предложениями: сопоставительными и противительно-ограничительными. На третьем – соотносимые со сложноподчинёнными: изъяснительными, условными, условно-временными, целевыми.

Среди предложений, соотносимых с ССП, на первом месте сопоставительные конструкции, они употребляются стабильно с тенденцией к некоторому сокращению:

Ты богат, я очень беден;

Ты прозаик, я поэт:

Ты румян, как маков цвет,

Я, как смерть, и тощ и бледен. (А. Пушкин)
В прозе они сокращаются значительнее. В сопоставительных и противительных предложениях выражаются разные семантические разновидности несходства между двумя явлениями. Союз а, являясь максимально семантически абстрактным, может выражать различия не только между двумя различными или антонимичными, но и сходными явлениями, и даже тождество между ними. В одном контексте могут восстанавливаться оба союза:

Я не пророк, они – не серафимы (И. Бродский)

Ср.: Я не пророк,



и (а) они не серафимы.

В лирических текстах отмечено в основном сопоставление различного и антонимичного, которое опирается на антонимы, содержащиеся в предикативных частях СБП:



Ты печальна была, я – весел (Л. Мартынов)
Обязывает музыка земная,

Небесная – покой приносит мне (Н. Матвеева)
Такие параллельные структуры отмечены на всём протяжении исследуемого периода:

Бессмертен ты – я прах могильный,

Я быстрый миг – ты вечный Бог! (И. Козлов)
Там подлинник,

здесь – бледность копий. (Б. Пастернак)
Веселье, мир с тобою царствуй,

Подагру чёрт пусть подберёт (П. Вяземский)
Вчера–

Малютки-мальчики,

сегодня – Офицера! (М. Цветаева).
Семантическая палитра между «различным» и «антонимичным» помогает создавать неоднозначные, «зашифрованные» образы. Вспомним, как стихотворение М. Лермонтова «Парус» насыщается, буквально переполняется антонимичными структурами разных языковых уровней (текстовый, интонационный, структурно-синтаксический, лексический, семантический). Лексические антонимы вписываются в ряд контекстуальных и служат импульсом для создания дополнительных смыслов.

В двух последних стихах первой строфы читаем сверху вниз: ищет – кинул, в стране – в краю, далёкой – родном. Между двумя парами лексических омонимов видим синонимичную пару, которая вдруг становится тоже антонимичной. Всё это сложнейшее тончайшее противопоставление разнородных элементов создаёт натяжение внутреннего напряжения лирического героя, помогает сжато наметить, намекнуть о вулканической силе тех бурь, невидимых противоречий, раздирающих душу поэта.

Для СБП в лирическом тексте характерно использование опорных слов одной тематической и лексико-семантической группы:

У портного полон рот булавок,

У сапожника – гвоздей. (К. Ваншенкин)
Иногда сопоставление строится на простом повторе, который обязательно усложняется имплицитно выраженными контекстуально оттенками значений:

Небо чернело огнями,

Море чернело без звёзд (В. Брюсов)
Я музыка горя,

Ты музыка лада,

Ты яблоко ада,

Да не про меня! (А. Вознесенский)
Предложения с отрицательным параллелизмом, характерные для фольклора, малочастотные и в Х1Х веке, к концу ХХ века ещё более сокращаются и почти не употребляются в современной лирике. Они являются отличительной чертой серебряного века:

Не туман белеет в тёмной роще,

Ходит в тёмной роще Богоматерь,

По зелёным взгорьям, по долинам,

Собирает к ночи божьи травы. (И. Бунин)
Не пламя гудит, не ветер шуршит,

Не рожь шелестит, –

Кости шуршат, плоть шелестит,

Жизнь разгорается… (М. Волошин)
В сопоставительных СБП сопоставительную функцию выполняют частицы (не) просто, же (ж);

Это не просто сетчатка, это – с искрой парча,

Новая нотная грамота звёзд и полос. (И. Бродский)
Это ж только цыгане – за ножик,

Мы ж за рюмку, и дело с концом! (Ю. Визбор)
Таким образом, основой структуры сопоставительных СБП являются грамматический параллелизм, подкрепляемый опорными лексемами с антонимичным значением, закреплённый порядок предикативных частей и частицы в союзной функции (не) просто и же (ж). Частотность сопоставительных СБП на протяжении двух столетий остаётся стабильной.

Увеличивается частотность диффузных противительно-ограничительных СБП:



Пой ты тогда надо мною,

Только сейчас удалися,

Или за грешную душу

Вместе со мной помолися. (С. Есенин)
В то же время они употребляются реже почти в полтора раза, чем в языке художественной прозы.

Семантика противительно-ограничительных СБП тесно связана с ССП уточняющего несоответствия, в которых союз но синонимичен частице-союзу только. В формировании противительных отношений в СБП принимают участие и «гибридные» слова. Неоднозначность, размытость формального выражения «ненормального следствия» [Санников, 1986] активно используется в лирическом шифре, семантически усложняет предложение, нагружая его имплицитными смыслами. Регулярно встречаются следующие связующие средства: только, лишь, просто, один (одна, одно, одни). Эти скрепы актуализируют одну из сем, вписывающихся в противительно-ограничительную семантику:



Вечная вышла ему отлучка,

только звёздочки над стихами взошли,

как лагерная колючка. (И. Шкляревский)
Вроде лука, перца, чеснока

Этот мир невыносимо горек,

Только мудрость всё-таки

сладка!... (Е. Винокуров)
Данные предложения являются самыми частотными и регулярными среди противительно-ограничительных СБП.
Сложные бессоюзные предложения,

синонимически соотносимые со сложноподчинёнными предложениями.
Самыми частотными здесь являются изъяснительно-дополнительные СБП, хотя и они обнаруживают тенденцию к уменьшению употребительности, тогда как в языке прозы они заметно активизировались к концу ХХ века (более чем в два раза): 1 – 18,8%; П – 16,8%; Ш – 17,3%. Так же, как и в прозе, опорное слово в модусной части чаще всего выражено прямо переходным или косвенно переходным глаголом, семантическая недостаточность которого восполняется второй предикативной или смысловой частью:

Я увижу: стоит, ожидая меня,

У солдатской могилы сыновняя память. (Н. Беседин)
Изъяснительно-дополнительные СБП в языке лирики развивались по синусоиде. К началу ХХ века они несколько сократились, к концу ХХ века увеличились. Структурным центром у них является опорное слово, чаще всего выраженное прямо переходным или косвенно переходным глаголом в роли сказуемого главного предложения. Как правило, это глаголы речи, мысли, восприятия (видеть, помнить, понимать, слышать, чувствовать и подобные). Данные СБП активно употреблялись уже с начала Х1Х века:

Спит и видит: сердцу милый

Стал пред ней как бы живой,

С новой бодростью и силой,

С новой чудной красотой… (П. Катенин)
Ты помнишь, в час вечерний дня

Бывало, мой в одно сливая,

Сижу, к тебе мой взор склоняя;

Мой дух кипит в тревожной доле,

Люблю, любить хочу я боле. (И. Козлов.)
Реже отмечены структуры с неглагольным опорным словом другой части с незанятой при них позицией подлежащего:
Правильно: невским струям

отраженье ещё одной вещи невыносимо. (И. Бродский)
Встречаются имплицитные изъяснительные СБП, в которых при эксплицитном глаголе ассоциативно мыслится переходный глагол восприятия:

Оглянулась [и увидела, что вокруг]

ни души. (К. Ваншенкин)
И деревянной поступью монаха

Мощёный двор когда-то мерил ты:

Булыжники и грубые мечты –

В них жажда смерти и тоска размаха! (О. Мандельштам)
Распространёнными являются СБП в форме несобственно-прямой речи:
Заклинаю в ночи:

Берегите Москву! (Г. Горбовский)
Охваченные тревогой,

свидетели крови многой,

молим: детей не трогай! (И. Бродский)
Такие предложения резко сокращаются к концу ХХ века.

Несколько увеличивается число условных и условно-временных СБП, хотя используются они достаточно редко:



Волконского бояться –

Лесковского не знать. (Н. Матвеева)
Условная семантика может актуализироваться. Она создаётся при помощи соотношения форм глаголов-сказуемых: будущее – будущее время, настоящее – настоящее время, сослагательное наклонение – сослагательное наклонение, инфинитив – инфинитив, повелительное наклонение – будущее время:

Остался б я в мире один,

как в пустыне;

Один бы все скорби

Влачил я стеня. (Н. Гнедич)
За это я встану на горло песне,

Устану – Товарищи подержат за горло. (А. Вознесенский)
Скоро ивы наклонит ненастье,

Я зароюсь под стог с головой. (И. Шкляревский)
Идёшь по косе песчаной,

панцири мёртвых раков

хрустят под ногой печально. (И. Шкляревкий)
Вокзал, несгораемый ящик

Разлук моих, встреч и разлук,

Испытанный друг и указчик,

Начать – не исчислить заслуг. (Б. Пастернак)
Работай, работай, работай:

Ты будешь с уродским горбом

За долгой и честной работой

За долгим и честным трудом. (А. Блок)
В современной лирике отмечены фразеологизированные структуры с соотношениями повелительное наклонение – будущее время:

Но явись не на коне,

Появись пешком,

Появись в её окне

С чёрным посошком, –

Всхлипнет, радостно смекнёт:

Худо у чужих! –



Снег ресницами смахнёт

С валенок худых. (И. Лиснянская)
А нарисуй всё это – не поверят,

Что может быть такая красота. (А. Дементьев)

Условно-временная семантика выражена более разнообразно. Временную семантику в условном СБП могут актуализировать типизированные лексические компоненты:

Чрез много лет в час тихого мечтанья

Я книги той переберу листы;

Засохший мне тогда предстанешь ты. (Е. Растопчина)
Но даром я песен не пел

никогда для пастушек;

Сперва подари что-нибудь,

я спою. (А. Дельвиг)
Встревожит месяц среброрукий,

Всю ночь потом уста лилей

Там дышат ладаном разлуки. (И. Анненский)
Это могут быть «союзные частицы так, то, так и» [«Русская грамматика»]:

Захочу – так сам тобой я буду… (И. Анненский)

Условно-временная семантика выражается и фразеологизированной структурой повелительное наклонение – настоящее время:



В конце концов запрети

думать себе об этом, держи себя взаперти –

движешься в ту же

сторону. (И. Бродский)
И наоборот: настоящее время – повелительное наклонение:

Полпяди есть во лбу – читай телемахину. (Б. Ахмадулина)

Прошедшее время совершенного вида – повелительное наклонение:



Тронул фигуру – ходи. (К. Ваншенкин)

Упал, не кривись от боли. (Э. Асадов)

Такие предложения имеют ещё и семантику причины: фразеологизированная структура поддерживается наличием метафорического фона:



Меркнет жадный свет его,

Исчезает колдовство. (К.Бальмонт)
О, не лети в туманы пташкой!

Года уйдут в седую мглу –

Ты будешь нищею монашкой

Стоять на паперти в углу. (Н. Клюев)
Зачастую значение времени зависит от субъективного авторского замысла и выражено больше темпорально, чем морфологически формально.

Таким образом, группа условных и условно-временных СБП на протяжении двух столетий демонстрирует использование самых разнообразных соотношений форм глаголов-сказуемых в предикативных частях СБП. Самым употребительным соотношением является будущее время – будущее время. Чаще всего условные СБП употреблялись в лирике в начале ХХ века, к концу столетия их число значительно уменьшается.

Условно-временных СБП отмечено ещё меньше, но число их возрастает.

В группе предложений, соотносимых с СПП, сокращается число целевых СБП:



Поклонюсь тебе, государь, душой –

Укажи тропу в зелен терем твой! (Н. Клюев)
Чаще всего в них содержится имплицитное звено (модальный глагол или глагол речи), от которого и зависит семантика цели. Такие структуры выражают фольклорные реминисценции. Эти СБП малочастотны и в лирике, и в прозе. В лирических текстах они составляют: 1 – 0,6%; П – 0,4%; Ш – 0,3%. Семантика целевых СБП изначально диффузна, она выражается не каким-то одним структурным элементом, а взаимодействием нескольких структурных элементов. Семантика цели зависит от присутствия в первой части сказуемого, выраженного глаголами речи:

А ты, голубок пробужденный,

Над гнёздышком тише воркуй:

Храни, береги её сон драгоценный. (В. Кюхельбекер)
акциональными глаголами, в том числе движения:

Я пришёл к тебе без боязни,

Молоденький и бледный, как былинка,

Укажи мне после тела казни

В Отчие обители тропинку. (Н. Клюев)
Предайся ж мне: любви забавы

Я сладкозвучно воспою

И окружу лучами славы

Младую голову твою! (Н. Языков)
Семантика цели может поддерживаться частицами:

Я свой привет из тихих деревень

Шлю девушкам и юношам-поэтам:

Пусть встретит жизнь

Ласковым приветом,

Пусть будет светел их весенний день,

Пусть их мечты развеет белым цветом! (И. Бунин)
Я палочку возьму сухую,

Огонь добуду из неё

Пускай уходит в ночь глухую

Мной всполошённое зверьё! (О. Мандельштам)
Я понукаю их свободный бег –

Пусть будет пойман чьей-нибудь рукою,

Как этот вольный быстротечный снег,

Со всех холмов сзываемый Окою. (Б. Ахмадулина)
Инвариантной для целевых СБП является семантика предиката в первой части.

Отмечена группа СБП, недифференцированно соотносимых с союзными предложениями при синонимии со сложносочинёнными и сложноподчинёнными предложениями одновременно.

Число СБП с семантикой одновременного протекания ситуаций увеличилось к началу ХХ века более чем в 1,5 раза: 1 – 14,0%; П – 21,8%; Ш – 21,8%. В прозаических текстах такие конструкции занимают тоже заметное место, хотя и не такое значительное (1 – 7,3%; П – 7,2%; Ш –4,6%).

СБП с семантикой последовательного протекания ситуаций, наоборот, стали употребляться гораздо реже. За два столетия их употребительность сократилась более чем в пять раз: 1 – 11,8%; П – 7,4%; Ш –2,1%. Сокращались они и в форме сложносочинённых предложений. В языке прозы процесс их сокращения менее активен.

В таких СБП на базе «общей идеи объединения» при помощи соотношений форм глаголов-сказуемых формируется более конкретное синтаксическое значение одновременности при соотношении форм сказуемых несовершенный вид – несовершенный вид. Семантика следования ситуаций организуется при помощи соотношений форм сказуемых, включающих в одной из частей форму совершенного вида:

Ветер с западной страны

слёзы навевает;

Плачет небо, стонет лес,

соснами качает. (В. Соловьёв)
Уж вечер… облаков померкнули края,

Последний луч зари на башнях умирает:

Последняя в реке блестящая струя

С потухшим небом угасает. (В. Жуковский)
Именно здесь проходит граница между «параллельными» и «непараллельными», обратимыми и необратимыми структурами. Это так называемые перечислительные ряды, чаще всего употребляющиеся не только в описании, но и в динамичном повествовании:

Под сеткой жемчужной вздымались

дрожащие груди,

На смуглых руках и ногах трепетали

запястья. (Н. Гумилёв)
Пронеслась, исчезла конница,

Прогремел, умолкнул гром,

Пала, пала беззаконница –

Тишина и свет кругом. (М. Кузмин)
Семантический параллелизм берёт своё начало в фольклоре и широко распространён в лирике:

Жёлтый лист о стебель

бьётся перед бурей;

Сердце бедное трепещет

пред несчастьем. (М. Лермонтов)
Оттуда же пришли различные повторы, в том числе и анафоры. Они используются и в СБП одновременности, и в СБП следования:

Здесь родился и жил,

Здесь навеки растаю во мгле

Здесь полынное семя

Нечаянно в сердце запало. (А. Жигулин)
Такие структуры к концу ХХ века значительно сокращаются.

Количество причинно-следственных СБП в лирических текстах намного меньше, чем в прозаических: 1 – 6,6%: П – 5,5%; Ш – 4,3%. И здесь видна тенденция к сокращению.



Значение причины / следствия в СБП формируется на логико-синтаксическом уровне, заявляемом первой предикативной частью при поддержке лексического наполнения обеих частей:

Ему страстей волненья

чужды,

Не прерван ими сладкий

сон (И. Козлов)
Земля вращалась,

было шатко. (Г. Горбовский)
В канаве замёрзла вода, не может напиться собака,

скулит из осеннего мрака. (И. Шкляревский)
Чаще всего первая предикативная часть выражает семантику характеризации, а вторая – её следствие в субъективном восприятии автора:
Безумный певец,

ты мне страшен, уйди. (Н. Гумилёв)
Ах, этот уровень,

Он симпатичный увалень,

Но разве доведёт он до беды? (И. Лиснянская)
Семантика первой предикативной части может быть квалифицирующей:

Мы – маги –

Мы знаем: сон –

Полёт столетий

Быстрый. (А. Белый)
Следственно-причинные СБП с семантикой причины во второй части употребляются вдвое чаще, чем причинно-следственные: 1 – 12,6%; П – 10,4%; Ш – 10,7%. В следственно-причинных СБП вторая предикативная часть мотивирует первую, закреплён и порядок частей, и позиция лексических компонентов, выражающих мотивацию. Обычно это сказуемое, выраженное глаголом эмоционального состояния или вообще состояния:

Я, право, вне себя,

Я чуть с ума не сшёл:

Я нонче Петербург

Совсем другим нашёл! (Д. Давыдов)
Мне с тобою пьяным весело –

Смысла нет в твоих рассказах. (А. Ахматова)
Большая часть отмеченных СБП выражает эмоциональное состояние лирического героя:

Лунную тусклость люблю:

В ней невозможное стало возможным. (В. Иванов)
Слава нетленному чуду –

Перлам, украсившим свод,

Скоро голодному люду

Пламенный вестник придёт. (Н. Клюев)
Иные люди мне чудны, ей-богу:

Нос по ветру держать и с веком в ногу

Вышагивать – на их наивный взгляд,

Одно и то же! (Н. Матвеева)
Чаще всего такое сказуемое является составным именным, предикативный признак выражен максимально именно как признак:

Жена и дети, друг,

Поверь – большое зло:

От них всё скверное. (А. Пушкин)
У нас произошло.

Но я всё равно был счастлив –

Я остался жив. (А. Жигулин)
Реже эмоциональную семантику несёт распространитель сказуемого:

В поэзии, в музыке оба

Мы ищем отрады живой:

Душой близнецы мы… (Е. Растопчина)

Пьяно кружуся я

В роще помятой,

Хочется звёзды рукою помять. (С. Есенин)
В Х1Х веке в следственно-причинных СБП частотны лексемы напрасно, тщетно:

Тщетно старанье, ищут –

Не сыщут:

Мальчик исчезнул, знать, навсегда. (П. Катенин)
Но смерть-стрелок

Напрасно целится,

Я странной обречён судьбе. (М. Кузмин)
Предикаты в первых предикативных частях могут иметь модальную семантику:
Он биться нам Здесь должен прозвучать

велит штыками, лишь греческий язык:

Штыками крепок взять в руки целый мир,

русский строй. (Ф. Глинка) как яблоко простое.

(О. Мандельштам)


Был верить я готов:

Бросают мне цветы

Девицы с высоты

Прославленных мостов. (Л. Мартынов)
Семантику причины маркирует энтимема Нет и вообще отрицание в первой предикативной части:

Нет, разгадав удел певца,

Не назовёшь его блаженным,

Сиянье хвального венца

Бывает тяжко вдохновенным. (В. Бенедиктов)
А покинуть тебя

И забыть мне невмочь:

Мир тогда потеряет все краски

И замолкнут вовек в эту чёрную ночь

Все безумные песни и сказки. (В. Соловьёв)
Я с тобой говорить не мог:

Речь твоя с моей

не сопрягалась. (А. Дементьев)
Жаль, в твоих санях больше места нет

Мне б в попутчицы. (О. Подъёмщикова)
Причинную мотивацию может обусловливать императив:

Ты пропойся про горюшко наше,

Ладославная песня, звончей:

Степь от солнца вольнее и краше –

От запевки душа удалей. (Н. Клюев)
Будем как солнце,

оно молодое. (К. Бальмонт)
Следственно-причинные СБП сформировались и стабилизировались на протяжении Х1Х в., преимущественно они употребляются как бипредикатные структуры. В начале ХХ века они используются в языке лирики реже, но на протяжении ХХ столетия употребляются стабильно. Причинно-следственные СБП в языке лирики отмечены как единичные.

Противительно-уступительные СБП употребляются всё реже: 1 – 2,8%; П – 1,9%: Ш –0,5%. В прозе процесс их сокращения происходит не так заметно, как в лирических текстах, здесь они чаще отмечены в форме ССП. Лексическое наполнение противительно-уступительных СБП формирует несоответствие между обусловливающей и обусловловливаемой частями. В Х1Х веке лексический фон поддерживался эмоционально – вопросительной или восклицательной интонацией:

Наш Август смотрит сентябрём –

Нам до него какое дело! (Н. Языков)
Дано мне тело – что мне делать с ним,

Таким единым и таким моим? (О. Мандельштам)
Эта семантика может актуализироваться антонимами, отрицанием, метафорическим противопоставлением:

Нет числа красам вселенной,

Сердцу милая – одна! (В. Бенедиктов)
Ищу я искренних жрецов

Свободы, сильных душ кумира –

Обширная темница мира

Являет мне одних рабов. (П. Вяземский)
Государя не было – государство было,

Худо-бедно, Родина всё-таки была… (Н. Карташёва)
Было много тоски и печали,

Было мало счастливых путей. (А. Жигулин)
Была улыбка –

Не было тела. (А. Вознесенский)
Эти предложения выражают сложную семантику отрицательного, недостаточного, безрезультативного, неэффективного, нецелесообразного действия во второй предикативной части. Это языковая основа для создания противоречащего параллелизма, семантика которого может нагружаться семантикой причинно-следственной обусловленности с субъективной точки зрения лирического «я». Абстрактная семантика ограничения, которая может маркироваться союзом но, является фоном для создаваемой на морфолого-лексическом уровне семантики обусловленности двух противоречивых ситуаций. Соотношения ограничения / обусловленности могут проявляться в самых разных вариантах:

Я гляжу на неё – мне мало,

Я люблю её – мне не довольно… (З. Гиппиус)
Ты можешь им выпачкать

губы черникой,

Их шалостью не опоишь. (Б. Пастернак)
Голуби в окно стучат –

Скучно с голубями! (М. Цветаева)
Семантику обусловленного ограничения актуализируют скрепы всё, ещё, всё ещё, теперь, всё равно:

Церковный колокол гудел, умолк:

Я всё наедине с собою. (З. Гиппиус)
О да, любовь вольна, как птица,

Да всё равно – я твой! (А. Блок)
Повернуло к лету Божье око,

На земле ж всё злей и злей морозы… (В. Соловьёв)
Мы ещё с тобою не жили –

Скоро – скоро заживём. (И. Лиснянская)
Число СБП, соотносимых со сложносочинёнными предложениями, незначительно сокращается, что соответствует их употребительности в языке прозы.

Стабильно используются сопоставительные СБП, что подтверждает их структурно-семантическую автономность. Довольно активно развиваются противительно-ограничительные СБП за счёт маркирования лексическими актуализаторами.

Стабильно используются СБП, соотносимые со сложноподчинёнными предложениями. Так же, как и в языке прозы, самыми частотными являются активно развивающиеся изъяснительн-дополнительные эксплицитные СБП. Чаще, чем в прозе, употребляются их имплицитные варианты, что объясняется большей степенью элиминированности, «сжатости» структур в языке поэзии. Произошёл заметный рост употребительности условно-временных и условных СБП. Целевые СБП используются в единичных случаях.

Незначительно сокращаются СБП, недифференцированно соотносимые с союзными сложными предложениями (в 1,2 раза). Самой многочисленной разновидностью оказались активно развивающиеся СБП с семантикой одновременного протекания ситуаций (увеличились в 1,6 раза). Количество причинно-следственных и следственно-причинных СБП постоянно уменьшается. Резко сократились противительно-уступительные СБП.



Каталог: olderfiles
olderfiles -> Сборник адресован социальным педагогам, специалистам по социальной работе, студентам педагогических специальностей
olderfiles -> Конспект лекций по курсу «Организационное поведение»
olderfiles -> Выполнила Верченова Евгения(8
olderfiles -> Уроки русского языка в 5 классе по учебному комплексу В. В. Бабайцевой для классов и школ с углублённым изучением русского языка книга для учителя
olderfiles -> Книга открытое сознание открытое общество
olderfiles -> Языковое бытие человека и этноса: когнитивный и психолингвистический
olderfiles -> Д. Мак-Фарленд Поведение животных. Психобиология, этология и эволюция
olderfiles -> Скромность в общении означает сдержанность в оценках, уважение вкусов, привязанностей других людей. Антиподами скромности являются высокомерие, развязность, позерство. Точность
olderfiles -> Учебно-методический комплекс курса «Педагогика»
olderfiles -> Адаптация иностранного опыта в условиях глобализации высшего образования


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница