Монография Орёл 2012,161,1 367 ббк ш141. 2-22 б 382 Утверждено к печати



страница13/20
Дата22.02.2016
Размер6.24 Mb.
ТипМонография
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   20

Обратноподчинённые временные предложения стали употребляться чаще в Х1Х веке, их частотность увеличилась в 1,6 раза. В течение ХХ века их частотность опять снижается до уровня первой трети Х1Х века:

Чуть освещаемый луною

Дремал в тумане Петербург,

Когда с уныньем и тоскою

Узрел верхи его мой друг. (А. Полежаев)
К ним, к ним прибегал Полифен, циклоп стародавний,

Как сделался болен любовью к младой Галатее. (Н. Гнедич)
Меж тем несчастливый властитель

Уж разуверился во всём,

Когда моих творений том

Был принесён в его обитель. (В. Ходасевич)
Мол, это был кровавый бой,

Мол, напирали танки,

Когда простился я с рукой –

Пожертвуйте, гражданки! (Б. Слуцкий.)
Фразеологизированные структуры с яркой разговорной окраской отмечены и в Х1Х – и в начале ХХ веков:

Тихо, чтоб никто не сведал,

Родриг из дому пошёл,

И часа не проходило,

Как он встретился с врагом. (П. Катенин)
Новый мост ещё не достроят,

Не вернётся ещё зима,

Как руки мои покроет

Парчовая бахрома. (А. Ахматова)
Изменения в структуре временного СПП, в первую очередь, связаны с релятивными процессами разного характера в системе союзов. Как и в языке художественной прозы, на протяжении Х1Х-ХХ веков сокращается номенклатура временных союзов: в 20-30-е годы Х1Х века зафиксировано 23 временных союза, в начале ХХ – 18 и в конце ХХ столетия – 19. Используемая поэтами номенклатура союзов оказалась значительнее, чем в языке прозы (14).

Всё реже употребляется союз как во временном значении. Сокращается частотность использования групп союзов быстрого следования. В современной лирике практически не используются союзы, способные выражать синкретичные сопоставительно-временные отношения: тогда как, между тем как. Как единичные отмечены СПП с союзом / сочетанием с тех пор(,) как.

С другой стороны за два столетия значительно активизировались конструкции с союзом пока, включая его синонимы. Прогрессируют союзы группы предшествования. Союз-инвариант когда наивысшей отметки продуктивности достигает в ХХ столетии. Он всё меньше нуждается во второй части, как и все другие временные союзы, которые приобретают большие функциональные и семантические возможности. Активнее процесс утраты коррелятивных компонентов проходил в Х1Х веке. Компонент как в двойных союзах едва…как, лишь…как, только…как используется всё реже. Двойные союзы с семантикой быстрого следования всё более сливаются с синонимичными одиночными.

Составные временные союзы и их расчленённые эквиваленты употребляются стабильно. К концу ХХ века всё больше проявляется доминирование союзных сочетаний, предоставляющих возможности различных актуализаций, выражения авторской точки зрения:



Едва просыпаюсь во мраке,

шуршит непонятный маршрут

кроссовки, как белые раки,

как белые раки ползут… (А. Вознесенский)
И смутный мой рассказ,

И весть о нас двоих,

И верное реченье,

Как только встанут в стих,

Приобретут значенье. (Д. Самойлов)
Указом можно Бога упразднить, но эти стены – нет.

Их рушить надо и труда ухлопать столько,

что, прежде чем разрушить монастырь, подумаешь,

а стоит ли? (Д. Самойлов)
Я земле не поклонился

Прежде, чем себя нашёл,

Посох взял, развеселился

И в далёкий Рим пошёл. (О. Мандельштам)
Порядок взаиморасположения предикативных частей в составе временного СПП отличается своим свободным характером. Предложений с фиксированной позицией придаточного становится всё меньше. К концу ХХ столетия увеличивается частотность интерпозитивных придаточных предложений.

В лирических текстах всё реже используются обратноподчинённые временные СПП.

Наиболее интенсивные и существенные изменения в структуре временных СПП, как и в языке художественной прозы, происходили во временные рамках Х1Х столетия и на рубеже веков. На это время приходится пик продуктивности СПП с союзами быстрого следования, союзом между тем как, обратноподчинённых СПП. И наоборот, именно в это время отмечается самая низкая частотность союза-инварианта когда, отмечен самый низкий уровень употребления СПП с союзами предшествования, с двойными союзами. К концу ХХ столетия происходит своеобразное выравнивание показателей разных элементов союзной системы сравнительно с показателями первой трети Х1Х века.
Изменения в семантике временных СПП.
За последние 200 лет свою продуктивность увеличили собственно временные, условно-временные, уступительно-временные и дополнительно-временные разновидности временного СПП. Остальные разновидности стали употребляться в языке лирики реже. Это определительно-временные, причинно-временные, условно-причинно-временные и сопоставительно-временные СПП. Противительно-временные СПП встречаются редко на всех трёх временных срезах и к концу ХХ столетия совсем уходят из употребления.

Как и в языке художественной прозы, максимальные изменения произошли на границе Х1Х-ХХ веков. Этот период стал поворотным для многих структурно-семантических разновидностей. На это время приходится минимальная частотность собственно временных и дополнительно-временных СПП. Условно-временные, определительно-временные, условно-причинно-временные и сопоставительно-временные разновидности, наоборот, в данный период использовались максимально.

А.Н. Миронов, исследующий изменения в системе временных СПП в языке русской лирики, сделал важный вывод о том, что смысловая природа временных СПП не исчерпывается только морфолого-синтаксическими параметрами. В лирическом тексте синтаксическая структура, оформляющая временные отношения, является базой для выражения более сложных – таксисных и хронотопных отношений. Выражение темпоральных отношений в лирическом тексте максимально иерархичны: от морфологического времени к синтаксическому времени, таксису, темпоральности, времени в хронотопе. Системность временного СПП обеспечивается единством формального и содержательного компонентов, тесными внутренними связями синтаксических форм и категорий. Лирический текст устроен особо, в соответствии со своими внутренними законами регулирует характер семантико-синтаксических отношений и выбор синтаксических средств. Система временного СПП по-разному изменяется в языке прозы и лирики, хотя здесь отмечается и ряд общих черт. В обеих формах языка происходит дальнейшее упорядочение временных союзов, которое происходит в русле основных тенденций развития системы семантических обстоятельственных союзов. Общие процессы их развития отмечаются не только в русском, но и во всех славянских языках. Это выражается в процессе устранения архаичных и многозначных союзов, в укреплении специализированных релятивных средств, передающих дифференцированные временные отношения.

Морфологическое значение времени, сливаясь с модальными формами глаголов-сказуемых, составляет сущность предикативности предложения и семантически осложняется уже в предложении, а тем более в тексте. Для текста характерна категория таксиса, которая реализуется исключительно на уровне синтаксической конструкции. Термин, введённый Р.О. Якобсоном, неоднократно переосмысливался, как и понятие таксиса. Наиболее полно оно представлено в трудах А.В. Бондарко. Таксис трактуется им как «выражаемая в полипредикативных конструкциях сопряжённость действий (компонентов полипредикативного комплекса) в рамках единого временного плана». Единство временного плана наиболее полно выражается в лирическом произведении, в котором образ времени складывается на пересечении внешне несопоставимых пластов: обыденного и вечного, социального и природного, проявленного и непроявленного, линейного и инклюзивного, протяжённого и точечного.

Художественное время неразрывно связано с художественным пространством. Хронотопное время предстаёт в поэзии не как физическое проявление, а как время, переживаемое лирическим героем и осознаваемое им в единстве противоречий дискретность/недискретность, мгновенность/ длительность, диффузность/аналитизм, разреженность/сгущённость, субъективность/отчуждённость. В лирике максимально выражена слитность, нерасчленённость прошлого, настоящего и будущего, объединённых в одной точке. Это время относительное, максимально субъективно переживаемое. В лирическом произведении трудно говорить о времени одного предложения – морфологическое время предстаёт как таксисное. И всё же первосгусток синтаксического значения заключается в рамках сложноподчинённого предложения. Дело осложняет то, что в лирическом стихотворении используются многокомпонентные, усложнены, сложные предложения с разными типами связи, нередко составляющие всё стихотворение, то есть текст. Между предложением и текстом в лирическом стихотворении минимальные границы.

Временные СПП включают 10 структурно-семантических разновидностей.



Это, во-первых, собственно временные предложения, которые в свою очередь имеют разновидности:

прямоподчинённые предложения, в которых и пропозитивно, и формально определяемым является главное предложение, а определяющим – придаточное:

Когда мне было пятнадцать лет,

Я выбил на этой стене

Свои инициалы. (Е. Рейн)
обратноподчинённые, где по смыслу главное предложение определяет придаточное:
Шла ночь в тумане покрывал,

Когда к реке они пришли

И поцелуем мир зажгли. (С. Городецкий)
взаимоподчинённые:

Едва заставу Петрограда

Певец унылый миновал

Как разлилась в душе отрада,

И я дышать свободно стал,

Как будто вырвался из ада… (К. Рылеев)
Наряду с союзом когда в этой разновидности наиболее часто и регулярно отмечены моносемантические союзы:

Покуда любили, покуда дремали

В душистой копне на большом сеновале,

Беспечное время по древней привычке

Роняло, теряло горящие спички. (Л. Миллер)
Лишь июль сортавальские воды согрел –

Поселенья опальных черёмух сгорели. (Б. Ахмадулина)
Двадцать раз обновлялся месяц,

Пока он дошёл до Каира

И вспомнил, что у него нет денег. (Н. Гумилев)
Собственно временные СПП реализуют аспектуально-таксисные ситуации. Типичными для них являются отношения

одновременности:

И пока на земле я работал, приняв

Дар студёной воды и пахучего хлеба,

Надо мною стояло бездонное небо,

Звёзды падали мне на рукав. (А. Тарковский)
разновременности:

Он встал, когда приблизился державный,

С поклоном тихо встал он со скамьи,

Взглянул – печаль в очах его сказалась. (А. Одоевский)
недифференцированные временные отношения:
В августе, когда заголубели

Окна, словно сонные глаза,

Закричал младенец в колыбели,

Но не пролилась его слеза. (Д. Самойлов)
Близкими к ядру являются условно-временные СПП, в которых выражается постоянная зависимость ситуаций. Временная семантика однократной зависимости превращается в семантику обусловленности. Так же, как и в прозе, релевантными в этой разновидности являются соотношения форм глаголов-сказуемых, в ядре которых настоящее – настоящее, прошедшее НВ – прошедшее НВ, будущее – будущее:

Весь мир нам обещается,

Когда его хотим. (К. Бальмонт)
Как ударит соборный колокол –

Сволокут меня черти волоком. (М. Цветаева)
В массиве условно-временных СПП А.Н. Миронов выделяет следующие разновидности.

СПП с семантикой простой повторяемости ситуаций в пределах значительного периода времени:



Когда встречалось в детстве горе

Иль беспричинная печаль, всё успокаивало море

И моря ласковая даль. (В. Брюсов)
СПП с семантикой временной обобщённости, закономерной повторяемости:

Когда любим и любишь, счастьем рая

Глушь может стать. (И. Северянин)
Определительно-временные СПП совмещают семантику времени и атрибутивности, так как придаточное предложение распространяет субстантив с временной семантикой:

Как я любил! – В те красные лета,

Когда к рассеянью всё сердце увлекало,

Везде одна мечта,

Одно желание меня одушевляло. (Д. Давыдов)
Не в падающий час закатный,

Когда, бледнея, стынут цветы дня,

Я жду прозрений силы благодатной. (З. Гиппиус)
Я люблю большие дома

И узкие улицы города

В дни, когда не настала зима,

А осень повеяла холодом. (В. Брюсов)
В определительно-временных СПП придаточные предложения поясняют субстантив в главном предложении, который может находиться в любой позиции, но чаще бывает подлежащим, дополнением или обстоятельством времени. Именно позиция определяемого субстантива определяет степень выражения атрибутивности придаточного:

Схожу с ума от пустоты

Тех дней, когда ты далеко. (Л. Миллер)
В дни, когда в моей груди чувство развивалося

Так свежо и молодо

И мечтой согретое сердце не сжималося

От земного холода, –

В сумраке безвестности за Невой широкою,

Небом сокровенная

Мне явилась чудная – дева светлоокая,

Дева незабвенная. (В. Бенедиктов)
В первом предложении формально выражены атрибутивно-выделительные отношения, во втором – определительно-временные.

Близкими к ядру являются и причинно-временные СПП, в которых контаминируется темпоральная и причинная семантика. Актуализатором причинной семантики является опорное слово, выраженное эмотивной или оценочной лексемой, чаще всего в роли предиката:



Я так плакал в восхищеньи,

Когда скрижаль твою читал. (К. Батюшков)
Едва дошёл с далёких берегов

Небесный звук спадающих оков,

И вздрогнули в сердцах живые струны –

Все чувства вдруг в созвучии слились. (А. Одоевский)
С тех пор как прикоснулся я к Тамаре

И с нею в небо ангела пустил,

Мне женщины не по сердцу бывали. (К. Случевский)
Семантика причины сохраняется и при отсутствии типизированной лексики, когда смыслообразующим становится лирический контекст:

С тех пор как вечный судия

Мне дал всеведенье пророка,

В очах людей читаю я

Страницы злобы и порока. (М. Лермонтов)
Пока у зимы не валилась работа из рук

Матвей и Кузьма на моём появлялись пороге. (Б. Ахмадулина)
Условно-причинно-временные СПП обусловлены семантической близостью отношений обусловленности и временной зависимости:

Просто –

мы устаём.

И тихо отходим в сторону,

когда кончаются силы. (Р. Рождественский)
Но пока мне рот не забили глиной,

Из него раздаваться будет лишь благодарность. (И. Бродский)
Когда мне невмочь пересилить

Беду,

Когда подступает отчаянье,

Я в синий троллейбус сажусь на

Ходу,

В последний,

Случайный. (Б. Окуджава.)
Подобные предложения легко трансформируются в причинные и условные. Чаще всего в них используется союз когда.

В уступительно-временных СПП сема противоречия возникает, когда главное предложение содержит значение обратного следствия, противоположного ожидаемому следствию, которое должно было бы естественным образом вытекать из содержания временного придаточного. Появились они в лирике в самом начале Х1Х века:

Тогда, как буря бушевала,

Когда надежда исчезала, –

На бездну смело я глядел… (И. Козлов)
Они нередко использовались на протяжении двух веков:
Она одна со мною говорит,

Когда другие подойти боятся. (А. Ахматова)
Но когда увяла эта

Бледно-розового цвета

Роза дикого куста, –

Не увяла красота. (А. Межиров)
Так же, как и в условно-уступительных СПП, семантика уступки актуализируется частицей даже:
Над нею кружатся колёса,

Но, даже когда не свернуть,

Наивна и простоволоса,

Она ещё жаждет сверкнуть. (Б. Окуджава)
В сопоставительно-временных СПП сопоставляемые ситуации протекают одновременно:

Мой челнок любовь слепая

Правит детскою рукой,

Между тем как лень, зевая,

На корме сидит со мной. (К. Батюшков)
Вдали синели тучки небосклона,

И умирал спокойной ночи серый день,

Меж тем как в доме, тихом как могила,

Неслышно одиночество бродило

И реяла задумчивая тень. (И. Бунин)
Сопоставительные отношения могут сочетаться с семантикой обратной обусловленности
Меж тем как наша мысль всё никнет понемногу

И погружается во тьму. –

Он в умилении твердит: «И слава Богу,

Ум русским людям ни к чему…» (А. Жемчужников)
И всё строим воздушные невозможные замки

И за синими птицами неустанно бежим,

Между тем как поблизости – ласточки те же самые,

Что и в прошлый раз реяли, пеночки и стрижи. (И. Северянин)
Сопоставительная семантика опирается в основном на один союз между тем как, который может присоединять даже препозитивное придаточное. Эта разновидность временных СПП ярче выражена в языке лирики по сравнению с языком художественной прозы.

Дополнительно-временные и подлежащно-временные СПП являются нерасчленёнными структурами. Придаточное относится к опорному слову в главном предложении, замещая незанятую позицию объекта, реже субъекта. Нередко обе разновидности содержат и причинную семантику:

Как изумилася поэзия сама, [чему?]

Когда ты разрешил по милости чудесной

Заветные слова божественный, небесный,

И ими назвалась (для рифмы) красота,

Не оскорбляя тем уж господа Христа. (А. Пушкин)
Я люблю, когда синие чащи,

Как с тяжёлой походкой волы,

Животами, листвой хрипящими,

По коленкам марают стволы. (С. Есенин)
Подлежащно-временные:
Тошно, грустно было на сердце,

как из церкви мою милую

при народе взял он за руку,

с похвальбою поклонился мне. (А. Кольцов)
Хорошо, когда так снежно. (Ф.Сологуб)
Когда Творящий цвет огня,

Меж прочими делами,

Взглянул внезапно на меня

Горящими глазами,

Мне стало страшно и светло. (С. Липкин)
Как это страшно,

Когда в тебе небо стоит

В тлеющих трассах

Необыкновенных столиц. (А. Вознесенский)
Эта переходная семантика совмещается с условно-причинной:
И так хорошо мне и тяжко,

Когда приближается миг. (О. Мандельштам)
Не любил, когда плачут дети,

Не любил чая с малиною

И женской истерики. (А. Ахматова)
Люблю, когда звёздочки всё ещё тлеют,

но можно их детским дыханьем задуть,

а мир постепенно утреет, утреет,

хотя не мудреет при этом ничуть. (Е. Евтушенко)
Как радостно было у нас,

Когда над свечой, как маленькая луна,

блестел светлячок. (В. Соснора)
Препозитивные придаточные времени с разными оттенками значений нередко формируют периоды.

Противительно-временные СПП являются фразеологизированными, малочастотными. Все они отмечены как обратноподчинённые:

Пяти веков не отлетели сны,

Как деву-отрока, тебя на пире

Лобзал я в танце лёгкой той Весны. (В. Иванов)
Рухнул косарь наземь.

Охнуть не дала,

Как единым разом

Погань обросла. (С. Городецкий)
Интенсивнее процесс сокращения этой разновидности шёл в Х1Х веке.
Если структурные изменения, произошедшие в течение 200 лет в языке прозы и лирики, в основных чертах схожи, то семантические преобразования во многом отличаются. Например, в лирике частотность собственно временных предложений увеличивается, тогда как в прозе снижается. Эта же тенденция характерна для близких к ядру условно-временных и периферийных дополнительно-временных СПП. С другой стороны, в прозе возрастает частотность причинно-временных, условно-причинно-временных и определительно-временных предложений, а в языке лирики, наоборот, они утрачивают свою активность. Лишь векторы развития уступительно-временных, малочастотных противительно-временных и сопоставительно-временных совпадают. И в прозе и в лирике уступительно-временные СПП активизируются, а противительно-временные и сопоставительно-временные снижают частотность в русле тенденции устранения из синтаксической системы диффузных структур, совмещающих признаки подчинения и сочинения.

Причины столь значительных отличий надо искать в своеобразии выражения категории времени в лирическом тексте. Лирический текст-шифр, помимо собственных грамматических свойств, обладает дополнительными смысловыми ресурсами для раскрытия сущности состояния лирического героя, которая проявляется «здесь и сейчас». Временное СПП, являясь ядром темпорального функционально-семантического поля (ФСП) реализует онтологические и экспрессивные характеристики поэтического времявидения: максимальную субъективность, экспрессивную сгущённость, абстрагированность от объективного мира, обобщённость, переплетение с эмоциональными, интеллектуальными и психологическими переживаниями лирического героя.

Общей тенденцией в развитии синтаксиса сложноподчинённых временных предложений стало увеличение черт аналитизма, отказ от строгой стандартизации языковых средств, совершенствование всей системы структурно-семантических элементов.

Грамматическая категория времени представляет собой ядерный компонент ФСП темпоральности и выступает как система оппозиционных форм со значениями одновременности / неодновременности с ориентацией на момент речи или авторскую точку отсчёта.

Итак, сложноподчинённое временное предложение представляет собой целостную структуру, включающих девять структурно-семантических разновидностей. Ядерные собственно временные СПП количественно преобладают (27%), оформляются практически всеми временными союзами, обладают самым широким спектром видо-временной комбинаторики глаголов-сказуемых в предикативных частях. Близки к собственно-временным условно-временные, причинно-временные, условно-причинно-временные и уступительно-временные предложения. Они составляют неоспоримое большинство синкретичных СПП на каждом из трёх временных срезов: (1 – 70%; П – 70%, Ш – 79%), в ХХ веке представляя тенденцию к развитию.

СПП, сочетающие признаки расчленённой структуры с семантикой обусловленности и нерасчленённой позиционной, занимают дальнюю периферию. Это определительно-временные, дополнительно-временные и подлежащно-временные разновидности, в которых темпоральная значимость конструкций сглаживается, отступает на второй план. Среди синкретичных временных СПП они занимают: 1 – 28%; П – 28%; Ш –20%, представляя тенденцию к уменьшению частотности.

Малочастотны сопоставительно-временные и противительно-временные СПП, не употребляющиеся в современной лирике. Наиболее значимые изменения происходили на границе Х1Х – ХХ веков. Именно тогда происходит, с одной стороны, снижение частотности собственно-временных, и дополнительно-временных СПП, а с другой стороны – максимальный всплеск синкретизма – максимальные точки проявления условно-временных, определительно-временных, условно-причинно-временных, сопоставительно-временных, противительно-временных СПП.

А.Н. Миронов отмечает, что смысловая природа временного СПП в лирике не исчерпывается только лингво-грамматическими параметрами. Глубинные хронотопические смыслы лирического стихотворения покоятся на иерархии средств их языкового воплощения. К ним относятся разнообразнейшие соотношения морфологических форм сказуемых в предикативных частях СПП, соотношения синтаксического времени, которое выстраивает осмысление таксиса, темпоральности и хронотопа.

Специфика структурно-семантической организации временного СПП во многом зависит от особенностей его функционально-семантического употребления. Поэтическая форма текста диктует свои законы, здесь ярче выявляется увеличение степени информативности синтаксических синкретичных форм. Лирический текст, помимо собственных грамматических свойств, обладает мощными коннотативными ресурсами для раскрытия сложного и многомерного понятия времени. Во временном СПП реализуются онтологические и качественные характеристики поэтического времявидения: субъективность, сгущённость, абстрагированность от конкретной объективной действительности, обобщённость, слияние информативного и экспрессивного компонентов, выражающих поток сознания лирического героя. Здесь ещё ярче, чем в прозе представлен противоречивый процесс между относительной стабильностью ядерных собственно временных СПП и подвижностью, изменчивостью периферийных синкретичных конструкций. Так проявляются противоречия между установившейся языковой нормой и постоянно меняющимися потребностями выражения более сложных оттенков мысли.


Каталог: olderfiles
olderfiles -> Сборник адресован социальным педагогам, специалистам по социальной работе, студентам педагогических специальностей
olderfiles -> Конспект лекций по курсу «Организационное поведение»
olderfiles -> Выполнила Верченова Евгения(8
olderfiles -> Уроки русского языка в 5 классе по учебному комплексу В. В. Бабайцевой для классов и школ с углублённым изучением русского языка книга для учителя
olderfiles -> Книга открытое сознание открытое общество
olderfiles -> Языковое бытие человека и этноса: когнитивный и психолингвистический
olderfiles -> Д. Мак-Фарленд Поведение животных. Психобиология, этология и эволюция
olderfiles -> Скромность в общении означает сдержанность в оценках, уважение вкусов, привязанностей других людей. Антиподами скромности являются высокомерие, развязность, позерство. Точность
olderfiles -> Учебно-методический комплекс курса «Педагогика»
olderfiles -> Адаптация иностранного опыта в условиях глобализации высшего образования


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   20


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница