Монография издательство «Академический проект»



страница14/136
Дата06.10.2019
Размер1,29 Mb.
#79119
ТипМонография
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   136
Шекспировский Гамлет, призванный своей королевской кровью масштабно действовать и поступать, ищет рефлексивные и ценностные основания деятельности, размышляя о долге и достоинстве «я». И если для обретения себя нужно демонстративно вывернуть изнаночную сторону свершений «деятеля» – преступления, убийства, извращенные желания, скрываемые мысли, то есть казаться безумным, но не быть им, он делает это. («То, что во мне, правдивей, чем игра…» «Никому не исторгнуть сердце моей тайны…» «Мне надо быть безумным…»)

Если скрытое самообоснование оказывается важнее внешних оценок, репутации, трона, он готов быть отвергнутым людьми, отторгнуть традицию и общность, испытать мучительное одиночество, сохраняя нравственное «я». («Я бы мог замкнуться в ореховой скорлупе и считать себя царем бесконечного пространства…»)

Но путь к себе парадоксально не завершен. Роль безумного растворяет Гамлета в себе, и к «я» возвращаются свидетельства пробужденного зла, следы одержимости призванием Деятеля, последствия «бесчеловечных и кровавых дел, случайных кар, негаданных убийств, смертей, коварных козней». Знаками слабеющего «я» становятся вина и стыд. Сосредоточение на себе не спасает, душа Героя убита им самим, собственной ролью в слишком захватившей игре в месть и власть. В его одинокие размышления постоянно врываются голоса «других», но диалог лишь разрывает прежние связи и привязанности Гамлета. Близкий «другой» разоблачен, унижен, уничтожен. Гибельно переживаются боль отрицания человека и ужас отрицания «я». («Что за мастерское создание – человек! Как он благороден разумом! Как он беспределен в своих способностях, обличьях и движениях! Как точен и чудесен в действии! Как он похож на некоего бога! Краса вселенной! Венец всего живущего! А что для меня эта квинтэссенция праха?» (79)

Раскрыта экзистенциальная трагедия самой глубокой индивидуальности Ренессанса. На столетия гамлетовская личность становится живой реальностью и архетипом европейской жизни.



7. Можно знать, что для других ты безумен, но быть уверенным, что только на своем странном, исключительном пути тебе суждено осуществиться в полном согласии со своим лучшим «я». Вместо полезного действия – сплошное благородное поступление. Умолкающий в ХY11 веке зов идеала милосердия и праведности услышан Сервантесом, который напомнил о нем образом «рыцаря бедного» Дон – Кихота. «Рыцарь» теперь – не столько знак одного из человеческих типов, сколько имя индивидуальности, видящей смысл жизни во встрече с Добром и Красотой.

Особенный, выпадающий из коллективного контекста индивид оказывается живущим в вымышленном мире – совершающим героические поступки – исполненным жажды идеала – достигающим единства намерений и поступков – всегда похожим на самого себя – свободным от общих правил - мудрым – одержимым благой целью - одиноким – рефлексирующим - наивным – смешным – отвергнутым близкими. Здесь самодостаточность и неординарность личности несовместимы с духом общности; целостность и автономия личности равноценны для других людей душевной болезни; ее искренность принимается за «игру шута». Но художественно раскрытый абсурд только возвеличил индивидуальность.

8. Изверившись в понимании окружающих, часто отвергая родовые занятия и богатства, являясь «книжной», хорошо образованной, порою, высоко ученой, индивидуальная личность позднего Ренессанса часто пускается в далекие странствия по европейским дорогам. Их целью, кроме протестного ухода, становилось познание реальной жизни за пределами фамильного замка, семейного дома, купеческой лавки или банкирской конторы, а главным смыслом - непрерывное наполнение и собирание личных отношений к жизни в своем единственном и одиноком «я», то есть, встреча с собой.

Товарищ догнал Зенона и положил ему руку на плечо.

- Брат, она ведь любит тебя. Говорит, что будет ждать тебя хоть

до скончания века.

Паломник приостановился.

- Тем хуже… Другой ждет меня в другом месте. К нему я и иду.

И он зашагал дальше.

- Кто ждет? Неужто беззубый старикан, приор Леона?

Зенон обернулся.

- Нет, - сказал он. – Hic Zeno. Я сам. (91)

9. Переход к постренессансному этапу культурогенеза «личности» был отмечен опытом научного и литературного соединения типизации и индивидуализации человека. Отзывающиеся универсализмом поиски «типов», указывающих на мастерство, занятия, способности, душевные отклонения людей, сочетаются с детальными, психологичными описаниями наиболее ярких представителей каждого типа. Рождаются аналитические модели носителей типов, связывающие ее телесные, подвижные психические и устойчивые личностные особенности. В этом смысле показательны физиогномические описания, сделанные Лафатером и красиво представленные у В. Гете. (20). Приведем их, незначительно изменив порядок изложения.

Сначала о Поэте.




Каталог: data -> 2009
2009 -> Современная психология: формы интеллектуальной жизни
2009 -> Психология личности: в парадигме жизненных отношений
2009 -> Психология индивидуальности
2009 -> Монография издательство «Академический проект»
2009 -> Рефлексия личности в культуре
2009 -> Особенности
2009 -> Виктор Дольник
2009 -> Учебный план по Естественнонаучной апологетике для I курса Семинарии
2009 -> Программа дисциплины Основы экзистенциальной психотерапии для направления 030300. 68 Психология подготовки магистра
2009 -> Конкурсу Научного Фонда гу-вшэ «Учитель-Ученики»


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   136




База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница