Михаил Леонович Гаспаров Записи и и выписки



страница28/32
Дата22.02.2016
Размер5,87 Mb.
#10785
1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   32

VII. От А до Я

ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung unordn g ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung ordnung Тимм Ульрихс Faciendi plures libros nullus est finis. Eccl. 12, 12 Nullum est iam dictum, quod non sit dictum prius. Ter. Eun. 41. См. ПОДТЕКСТЫ Раз мне что-то кажется, значит, это не так. Эпиграф  



Аборт Будто бы Институт русского языка довел филинский Словарь языка Ленина до конца и представил к утверждению, но партийное начальство его листнуло, увидело, что первое по алфавиту слово — «аборт», и решило отложить. Abort Легенду о Федоре Кузьмиче пустил для саморекламы его покровитель купец Громов; но В. Ф. Булгаков верил, потому что только в его избе на всю Сибирь было отхожее место («Минувшее», 16). Азбука Ю. Кожевников стал специалистом по румынскому, потому что после войны курсантов в Военный институт иностранных языков распределяли по алфавиту: от А до В английский, от Г до Е болгарский итд.; на К пришелся румынский. Аарон — это имя было в ходу только у евреев и донских казаков (А. Штейнб., 6). «Австрийская литература», «канадская литература» и пр.; «однакоже горюхинцу легко понять россиянина, и наоборот». [336] Амплуа О. Седаковой звонили: «Нам для подборки молодых поэтов нужен реалистический мужчина и тонкая женщина — не посоветуете ли?» Апокалипсис каждому поколению хочется, чтобы история кончалась именно на нем. Конец света был в 1932/33 г. — по пророчеству полковника Бейнингена, которого в 1910 г. сходились слушать чиновники и мастеровые, женщины в платочках и в широких шляпках; или даже в 1912, когда Пасха совпала с Благовещеньем, как говорили иоанниты (А. Пругавин, Зав. 1913, 5). «Можно ли писать после Аушвица? Так, вероятно, говорили: можно ли писать после гибели Трои?» (Сказала Т. Толстая.) А вот можно ли писать до Аушвица? Аппроксимация — называется официальное снижение требований в школьной программе по иностранным языкам. «По-русски это значит: не знаем и не будем». Арум в «Елене» Пастернака («сухотный корень, аронова борода, змей-трава») — от «ядовитого арума» у З. Гиппиус в «Цветах ночи». О. Кушлина нашла его изображение в книге тех лет о комнатном цветоводстве: початок очень фаллического вида. Азимут «Зюганов как теоретик блудит по всем азимутам», сказал Горбачев в телеинтервью «Итоги» в марте 1996. — Ср.: «Это было, когда наше кино находилось в эпицентре своего падения вниз», — сказал Э. Рязанов, тоже по телевизору. Апрель «Надо же быть иногда дежурным по страданию» (Б. Зубакин, Немир. 175). Ад L'enfer c'est l'autre оборачивается для меня L'enfer c'est moi, потому что не может же быть адом такой большой, устроенный, нерушащийся мир. Конечно, он хорош, только пока не под микроскопом, пока не видишь, как мошки пожирают мошек, а кислоты и щелочи грызутся друг с другом. Но себя-то я вижу только в микроскоп.  

Сыну приснился сон про меня. Я иду на медведя, но больше всего стараюсь не сделать ему больно. Я нащупываю ему сердце, а он тем временем мотает на лапу мои кишки. Я его таки убил, но после этого понятным образом оказался в санатории «Омега», где написал машинописный роман. В предисловии сообщается, что четные главы я писал выздоравливая, а нечетные в бреду, и чередуются они для разнообразия. И что в романе много самоубийств, но на разных языках (NN удавился по-русски, а другие — следуют фразы латинская, испанская, немецкая…), поэтому не надо удивляться, что иные, умерев на однам языке, продолжают жить на других, итд.  

Аромат Архив В. Розанова хранился в Сергиеве у Флоренского, «который распорядился вынести его в сарай, говоря, что он не [337] выносит аромата этих рукописей» (РГАЛИ, 1458, 1, 78, Д. Усов — Е. Архиппову). Анкета (РГГУ) Причисляете ли себя к какой-нибудь научной школе? — Нет. — Считаете ли кого-нибудь своим учителем? — Загробно: Б. И. Ярхо («простите за цветаевский стиль»). В следующий раз напишу: Аристотель. Анти «Духовность при желании можно видеть везде: в черной избе она для одного есть, для другого нет, в древней Руси для славянофилов есть, для западников нет. Это просто такое антибранное слово». Ars Вырождение artis moriendi. Полис не допускал человека до страха смерти — приучал отдавать жизнь за дом, род, город и пр.; полис пал — стоики учили умирать за мировой закон итд. Лишь в новое время нестыдным становится страх смерти, как потом нестыдным становится обнажение секса итд. Стыдным становится стыд? Аптека Взорванная статуя Николая II под Мытищами — работы Клыкова, к 100-летию Ходынки («если бы у нас в Персии случилась Ходынка, шах должен был бы отречься», говорили Юрию Терапиано) — была удивительно похожа на аптечную бутылку с короной-пробкой и мантией-сигнатуркой. Анестезия Статьи, которые я писал к переводам античных поэтов, должны были анестезировать от их качества.  

АНЕСТЕЗИЯ. Ко мне пришла чужая аспирантка с диссертацией о ритмике русской, английской и др. прозы в свете экзистенциализма. Я уклонился: «экзистенциализм — удел душевных складов двоякого рода: во-первых, это толстокожие, душевно ожирелые (как Дионисий Гераклейский, которого нужно было колоть иглой сквозь дикое мясо, чтобы он очнулся для государственных дел), которым нужна гурманская встряска, чтобы что-нибудь воспринимать; во-вторых, тонкокожие, которым так мучительно каждое соприкосновение с миром, что они вынуждены искать в этих муках наслаждения. А для остальных анестезией в соприкосновении с миром служит мысль — этой терапии учил нас Сократ, которого экзистенциалисты не любят».  

Аллегория С. А.: символ и аллегория подобны слову и фразе, образу и сюжету: первый цветет всем набором словарных значений, вторая контекстно однозначна, как оглобля, вырубленная из этого цветущего ствола. Аграфия «У Ахматовой была аграфия — пропуски слогов даже в парадных беловиках; не связано ли это с ее вкусом к «пропуску слогов» в ритме дольников?» — спрашивал Р. Д. Тименчик. [338] Активность/пассивность (С. Ю. Неклюдов:) «Пермяков спрашивал встречных, сколько кто знает пословиц; отвечали: около 20. Потом раздавал список пословиц и просил проставить крестики; получалось: около 200. Так мы недооцениваем весь архаико-фольклорный пласт в нашем сознании». Ахилл и черепаха Делимость времени понималась труднее, чем делимость пространства, потому что не было часов с «тик-так» (и долгое время даже с «кап-кап»).  

Сон сына. «А когда Ахилл догнал черепаху, она ему ска…» Дальше сон оборвался.  

Барокко Мне было трудно воспринимать беллетристику (а особенно драму и кино), потому что у меня не было сюжетных ожиданий, подтверждаемых или опровергаемых: я знал, что равно вероятно, ударит ли Шатов Ставрогина или Ставрогин Шатова: как захочется автору, вот и все. Это как бы барочное восприятие: всё в каждом моменте, а связь моментов не важна. Бытие «Заведующий тем, что есть и чего нет» — назывался казначей Северного Египта. (Источник не выписан). Бытие «Вот книжка, доказывающая, что Наполеона не существовало; не попробовать ли тебе доказать, что ты сам не существуешь, и этим отрешиться от твоих неврозов?» — «Что ты сам не существуешь — это так очевидно, что доказывать это — значит, наоборот, убеждаться, что ты, к сожалению, существуешь». Бытие Дочь сказала: «Бытие определяет сознание». Внучка спросила (7 лет): что это значит? «Ну, вот что важнее — что ты думаешь или что ты делаешь?» — «Именно я?» — «Именно ты». «Я — что думаю, а другие — что делают». И объяснила: она-то знает, что толкнулась в коридоре не нарочно, а учительница не знает, видит только то, что сделано, и записала выговор. Бытие Внучка смотрит в окно на пустой двор. «Что ты делаешь?» — «Я смотрю на происходящее». Бытие (Воск. персона, 2, 8). «…челобитную о небытии — повелеть ему не быть в анатомии, куншткаморою называемой: уже стало ему, горькому, тошно вся дни провождать посреди лягв, и младенцев утоплых, и слонов, — и за то свое небытие даст он впятеро больше противу своей цены». (Отработал ли я впятеро за свое небытие?) Быть «Каждый из нас обязан в чем-то не быть собой, чтобы быть собой могли другие» (о филологе; кто?). [339] Библиотека Когда перестали читать Гекатея и Гелланика? Видимо, когда явилась александрийская библиотека, погребла их и заменила эксцерптами и переработками. До библиотеки книги читались мало, после — не читались совсем. Божественно О. Фрейденберг писала: «Я божественно говорю по-гречески, хоть не понимаю слов» (от Н. Перлиной). Бог А. Жолковский говорил нерадивому аспиранту: главное свойство американской диссертации — написанность, этим она отличается, например, от Бога, который так совершенен, что не нуждается в существовании… Болезнь «Неправда, что в войну от напряжения люди не болели, просто заболевшие тут же умирали и не могли об этом сказать потомкам». В 1812 г французы больше погибали от дизентерии, чем от русских (см. МОРОЗ). «Бормашина какая-то!» — отзывался Андрей Белый о Прусте (восп. П. Зайцева). Блюстись Журнал «Радонеж» рекомендует в великий пост воздерживаться не только от жены, но и от компьютера. Безнаказанность — «промежуток между преступлением и наказанием» (словарь Бирса) — «смотреть на свою жизнь как на преступное занятие и ежеминутно ждать карающей власти». — «Чевенгур» Банка «Анненский познакомился со стихами Вяч. Иванова лишь за год до смерти: не только его не читали, но и он никого не читал, жил как в стеклянной банке, на виду как директор-инспектор, но дыша только баночным воздухом французских символистов и перелицовываемого Еврипида. Когда он в 1909 разбил свою банку, это оказалось смертью. Гумилев точнее писал о нем в «Семирамиде», чем в «…из царскосельских лебедей»». «Бхагаватгита — это будто бы европейскому герою открывается тот бог, который говорил с Моисеем, и объясняет любовь выше всего, а поэтому Ахилл обязан идти бить троянцев» (сказал С. Серебряный). Борьба Усатый офицер скандалил в буфете на станции. Лев Толстой огорчался, а потом подумал: «Ведь только поэтому мы все-таки получаем здесь свежую пищу» (дн. Гольденвейзера, 27.07.05). Бестактность Каждое мое слово может быть бестактным, каждое может кого-нибудь обидеть, поэтому молчи, скрывайся и таи. Поэтому, а не по-тютчевски. [340] Бузина «Русский ассоциативный словарь» (имени профессора Роусса), частота откликов: свадьба — в Малиновке 44, золотая 8, веселая 6, водка 3, бухло, кабала, развод, Фигаро, эфир 1, светофор — зеленый 14, горит 11, красный 4, для дураков 1, Колумб 1. Белый Скобелев был «белым генералом», потому что сражался, преодолевая страх, и чтобы скрыть бледность, одевался в белый мундир и скакал на белом коне. Бедная Лиза А. Осповат: «Скажу Топорову, что одну бедную Лизу он пропустил: собачку Петра I Лизетту Даниловну, Меншиков крестил (или крестил князь-папа, а Меншиков был восприемником) — и было это под тот 1709, когда родилась Елисавета Петровна, тоже бедная Лиза». Брак «Разрешаю похоронить гражданским браком» — была резолюция сельсовета об умершем Хлебникове («Вестник» 1, 76). «Брак — говорил Бернард Шоу, — как масонство: кто не вступил в него, ничего не может сказать, кто вступил, ничего не смеет сказать». Будущее «Все умерли, Саш, теперь будущее настанет» («Чевенгур»). Я вспомнил, как при назначении Б. Сучкова директором ИМЛИ было сказано: вы не думайте, пока наше поколение не вымрет, ничего хорошего в науке не будет. Боранаут Пяст в последней главе «Встреч», цитируя свою «Жору Петербургскую», добавляет «форма «жоры», как равно и «хаки», как равно и «боранаут», — все родились в «Собаке»» итд. Я написал в учебной книжке по стихосложению, что ни одного «боранаута» нам не удалось ни найти, ни сочинить. После этого мне прислали целых два, один — из Франкфурта. В. Файер:
Я под вечер — в собор, а наутро — умру.
Ибо рана утихнет навеки к утру.

 

В. Бейлис:


Раз Боранаут на Франкфуртский берег проветриться вышел.
Страсти сказал он: тубо! рана утраты болит.
После отправился в бор, а наутро, страдая, усталый,
Бога моля, у собора на утрене стал:
— Дай мне, прошу, утоления в горести сумрачной, ибо
Рана у тех, кто, придя на собор, — «ан! аутсайдер!» услышит
Злые слова, гордецом в простоте возглашенные грубо, —
Рана у тех, говорю, не заживает, мой Бог! —
Так говоря, от собора наутек Боранаут вприпрыжку пустился,
Не на чело свой убор, а на утробу надев. [341]

Верлибр «Neither verse nor prose, but the lingua franca that translators have developed in the last generation» — рец. в «Phoenix» 27 (1972), 304. Верлибр этот подстрочник ненаписанных шедевров. Веспер вечерняя Венера; у Пушкина «встречен Веспер петухом» — то ли глубокая игра, то ли такая же обмолвка (вечер вместо утра), как у Мандельштама «Равноденствие» вместо солнцестояния и старт вместо финиша. Если глубокая игра, то потому, что вся дуэль в «Онегине» нереальна — состоит из непрерывных нарушений дуэльных правил; так же нереальна, как вторая кульминация — финальная сцена, где Онегин сквозь пустой дом доходит до будуара Татьяны. Вернее Подменяя аргументацию убежденностью или, вернее, маскируя убежденность аргументацией. Ветер Предсказать поведение обычного флюгера легко, но сверхчувствительного — такого, как Н. Б., — невозможно. Ветер «Можно плыть по ветру и против ветра, но нельзя со вчерашним или завтрашним ветром». — Брехт. Вежливость Объясняю молодой коллеге. Не надо в докладе говорить «как все могут видеть», говорите лучше «как всем известно». «Как известно…» — лучшее начало доклада, каждому так приятно, что если вы даже скажете «…что дважды два пять», все воспримут это как должное. И каждые пять минут задавайте риторические вопросы. Как генерал Сипягин: «Должен ли застрельщик торопиться при стрелянии? — Нет, и напротив того». Вежливость Книжка «Печальну повесть сохранить» написана бледнее, чем пишут и Р. Тименчик, и А. Осповат порознь: слишком взаимно вежлив стиль. Вид Приказ по германским частям 1918 г. на Украине: не иметь победоносного вида, чтобы не раздражать население (Мин., 20, 519). Видение — история жанра от Феспесия до капитана Стормфильда. Вильнюс О нем писал Тойнби в 1920-х гг.: «город, который населен преимущественно белорусами и евреями, но спорят за который литовцы и поляки». Вкус Положим в кастрюлю добродетели манну милосердия, польем елеем благочестия и заправим приправою смирения (Голос мин., 1926, 2, 134). [342] Вкус мой — враг мой это ограда, защищающая меня, но и не выпускающая меня в мир. Вкус Зачем отвергать? Если останется только то, что нам нравится, — ведь станет очень скучно. Мир, нравящийся нам, был бы ужасен. Именно поэтому Сципион отстаивал сохранение Карфагена. Вкус Качалов чуть не заплакал от злобы на себя, что ему не понравилось, как читала Ермолова (Виленкин, 202). Вкус Спрашивать «какие стихи вам нравятся», вероятно, так же непристойно, как «какие женщины вам нравятся» (См. КАК ТАКОВОЕ.) «Какие современные поэты вам нравятся?» — спросил нас с Падучевой и Успенским Пятигорский. Я не догадался ответить: мы уже в том возрасте, когда любят не поэтов, а стихотворения. Я сказал: Юнна Мориц. Вкус Кузмин ценил в Маяковском такое же приятие безвкусицы, дурного тона, какое было у него. Вкус Записи Б. Садовского (Зн 92, 7): «Вкусовые ассоциации в словах: Давид — большой синий изюм; Владимир — початая плитка шоколада в серебряной бумажке и брызнувший красный сок из спелого королька; Александр — густо намасленная пшенная каша в серебряной ложечке и четверик стеариновых блестящих свеч» итд. Я давно предлагал издавать литературно-критический журнал «Дело вкуса» на глянцевой бумаге с цветными фотографиями тортов и салатов. Водка Сухой закон 1914 г. был введен по требованию общества, правительство боялось потери дохода и тревожилось о не привычном самоограничении. Когда война затянулась, это вызвало лозунги: «мира!» Вечный огонь горел на кухне в ресторане Вери, где пил Зарецкий (Алданов, Оч., 221).  

У меня — от привычки к близорукости — беспамятность на лица. Однажды я полчаса говорил с НН, потом он меня спросил: «Вот вы были знакомы с Бобровым: не осталось ли от него заметок о Хлебникове, кроме уже известных?» — «Не знаю, но есть такой Парнис, он у Боброва бывал, должен все знать». НН странно поглядел на меня: «А я и есть Парнис». — «Ах, извините» и пр. В кино я начинаю отличать мужа от любовника только к тому времени, когда это уже не важно. Однако для авангардно-загадочных фильмов (к сожалению, я их не вижу), вероятно, это даже хорошо: придает лишний слой загадочности, как близорукость близорукому — лишний слой эстетических впечатлений. (Как Ремизов-гимназист, надев очки, огорчился, что звезды из лучащихся пучков превратились в точки). «Импрессионизм — это мир, видимый мною без очков». — См. ДИСКУРСИВНОСТЬ. [343]  

Возраст «Молодые люди всегда одарены, это вроде возрастной болезни», — Брехт. «Пушкин нам кажется старше себя, а Лермонтов моложе, потому что он глупее, глупость очень молодит», — заметила Р. Возраст «Он не старый, он бывший молодой». Возрождение с его национальными языками — вавилонское столпотворение европейской культуры. Военные поселения Аракчеева давали небывалые урожаи; Николай I забросил их только потому, что боялся этого как бы государства в государстве. Вор «Разделяясь без остатка на бездарных хозяйственников и талантливых воров». (Кажется, 1913 г.) Ср.: «Не могу понять ваше правительство: почему не дать человеку то, что он все равно украдет?» (Кажется, 1985 г, сб. А. Л. Жовтиса.) Вор Молитва пахаря: «Боже, взрасти… и на трудящего и на крадящего» (Зап. книжки М. Шкапской, РГАЛИ). Заговор от волка и напрасного человека (у тувинских старообрядцев, рассказывала С. Н.). Великаны Некогда вместо нас на земле жили большие люди и назывались волоты, кости их и ныне в земле находят, а после нас будут жить малые люди и называться пыжики (Зап. Рус. геогр. общества). Великаны Русские великаны, подаренные в Пруссию, могли еще биться против нас в Семилетнюю войну (РСт 66, 1890, 129). Валаам «Потому она и была ослица, что заговорила, когда ее не спрашивали» (Там же, 219). Воспитание По определению миссис Пипчин, это — чтобы дети не делали того, что им нравится, и делали то, что им не нравится («Домби и сын»). Цивилизация как инерция садизма. Воспитание Криминолог Н. Гернет писал: «Воспитание человека начинается за 100 лет до его рождения». Воспитание В конце 1917 было покушение на Ленина, его заслонил Ф. Платтен. С покушавшимся провели воспитательную работу и отправили его в Красную Армию. Потом в 1937 он оказался с Платтеном в одном концлагере. Волнообразно Меня воспитывали дома, ничего хорошего не вышло; поэтому дочь отдали в детский сад, тоже ничего хорошего не выш[344]ло; поэтому сына — дома, тоже ничего хорошего; поэтому старшую внучку — в детском саду, тоже ничего хорошего; поэтому младшую внучку — дома… «А чтобы мысль не пропадала праздно, он сам и ел и пил волнообразно». Воспитание Вырастили, дали все, что могли, и внушили отвращение ко всему, что дали. «Воспрял духом» — в первый раз я услышал это на уроке истории в 1950 г. и был покороблен: ведь «прянуть» — от «прядать», а не «прясть». Потом с грустью нашел эту форму уже в письме П. Муратова К. Ф. Некрасову. См. ВОЛНИТЕЛЬНЫЙ. Вопреки «Корабли Тихоокеанского флота даже выходят в дальние походы — как говорят офицеры: вопреки реальности» (командующий, по телевидению). Как будто вся Россия существует не вопреки реальности. См. ФЛОТ. Вопрос «У вас слишком мало неотвеченных вопросов», сказал мне Аверинцев. Общество не учило меня никаким вопросам, а природа осыпала слишком многими, вот я и чувствую себя вечным экзаменуемым, призванным к ответу.  

Аннотация. Сорокин В. В. Лирика: стих, и поэмы. М.: СП, 1986. «Не нужно удивляться, что под названием «Лирика» в эту книгу входят и поэмы: широкий размах тем и интонаций поэта Валентина Сорокина неизменно влечет его к большим формам. Самое крупное произведение в сборнике называется «Бессмертный маршал»; список действующих лиц его начинается: «Сталин. Жуков. Иван Кузнецов, уралец, боец, друг Жукова…» а кончается: «..Гитлер. Гудериан. Паулюс. Ева. В эпизодах: Бойцы. Русалки. Черт. Черти». И они не только действуют, а и говорят, и описываются, и вызывают поток авторских эмоций («…И сам за верность отчей колыбели готов принять распятие Христа»)…» итд.  



Все «В английской революции короля поддерживали все помещики, все крестьяне и все поэты, кроме Мильтона». Все Лотмана спрашивали: «Как вы могли принять ее в соискатели?» — Но она талантлива. — «Все наши враги талантливы» («Вышгород», 1998, 3). Все (Подростку:) Быть как все — значит быть хуже, чем каждый. Все Англичанин сошел на берег, увидел одного рыжего голландца, потом другого и записал в книжечку: «Все голландцы рыжие». Мы смеемся над ним, а между тем сами по одной встрече с собой решаем: «Все — такие, как я». Все Толстой говорил: «Все хвалят — плохо, все бранят — хорошо, половина очень хвалит, половина очень бранит — превосходно; видимо, Горький превосходен» (Восп. Гольденвейзера). [345] Всё Бальмонт, впервые обежав Лувр, спросил швейцара: C'est tout? — C'est quelque chose, monsieur, ответил вежливый швейцар (Восп. О. Мочаловой, РГАЛИ 273, 2, 6). Все несчастья преходящи Притча в письме Гаршина: хохол, в первый раз в жизни напившись пьян, стал горько плакать: «Как же я теперь пахать и косить буду, коли на печку взлезть не могу?» В целях Перед войной, когда все никак не удавалось выжить на пенсию старого ак. Державина, было издано постановление, почти дословно: «…в целях развития славяноведения — закрыть Институт славяноведения» и открыть кабинеты при… (От В. П. Григорьева). Восток и запад В конце войны немцы предпочитали сдаваться союзникам, потому что слишком разъярили нас; а японцы нам, потому что слишком разъярили китайцев и американцев. Враг Черногорская сентенция: героизм — это защитить себя от врага, а человечность — это защитить врага от себя (МН, 96, 11). «Военный сборник» 1914, № 4, с. 78. Г. Усачев, «Элегия». Не брани ты меня, приголубь, приласкай, позабудем с тобой все былое. Песнь умчит нас в далекий заоблачный край, нам расскажет про счастье другое. Жизнь, как сон, коротка, пронесется волной — мы пред ней не преклонимся низко. Будешь здесь ты со мной, близко, близко со мной — Счастье будет для нас тоже близко. Война Эйзенштейна спросили: ваша воинская специальность? — Вероятно, движущаяся мишень (В. Кат., 285). Время В Праге — часы на синагоге, которые ходят по-еврейски против часовой стрелки. НН похож на часы, у которых минутная стрелка исправно кружится, а часовая стоит на месте. Время Приснилась ведомость со счетом трат времени, под заглавием «Цайткурант». Вычитание (С Дж. Смитом.) Если из Цветаевой вычесть гиперболизм и страсть, а оставить четкость формул и опору на созвучия слов, то это будет поэтика Слуцкого. Как много можно с пользой вычитать из Цветаевой! Ср. о Вере Меркурьевой. Вымирание Как вымирал от одного до другого конца души Вяземский, как умирал, чтобы не вымирать, Пушкин. Вудсворд Письмо Шагинян к Зощенко 4.04.1926: «Вы — классический русский писатель, величайший сатирик нашего времени (и, [346] пожалуй, всего человечества за этот отрезок времени, за исключением Вудсворда)…» Имеется в виду, конечно, Вудхауз. Звучит это как у Белинского: «Конечно, Гоголь великий писатель, но не мировой, потому что далеко ему до Жоржа Занда, не говоря уже о Купере!» Но в примечании, конечно, сказано: «Вордсворт У. (1770–1850), англ. поэт, принадлежавший к Озерной школе». Я в глаза его гляжу
Не одна я там сижу:
В глубине его очей
Очень много сволочей.

Галлюцинация В академической поликлинике психоневролог спросила: как спите, не бывало ли видений или голосов? Я сказал: несколько лет слышу, будто из-за стены, глухую музыку вроде гимна СССР. Она явно оказалась неподготовлена к этому и не переспрашивала. Глокая куздра примеры из палайского языка в книге Мунэна: Les kuwanis dans le tashura, qu'ils soient en… Les warlahis dans les kuwalima, qu'ils soient en… Toi, tazzu (повел. 2 л.) les ittinanta! Toi, tazzu les kartinanta! Таков же любой жаргон и любой иностранный язык для начинающего. Глокая куpдра А. С. Ахманов, рассказывая нам про греческую философию (!), привел фразу «пиротен конулирен элятиш», но не сказал, что это Карнап, т. е. что фоном подразумевается немецкий язык; я воспринял «пиротен» и «конулирен» как слова одной формы, и пример пропал бы даром, если бы Ахманов тут же не перевел: «пироты копулируют элятично». — Через двадцать лет мне нужно было переводить заумное вагантское заклинание гексаметром — «Amara tanta tyri pastos sycalos sycaliri, Ellivoli scarras polili posylique lyvarras»; я легкомысленно думал, что тут и переводить нечего, достаточно переписать русскими буквами, как советовал доктор Кульбин. Отнюдь; пришлось написать — «Столькое горькое тира паств и сикаств сикалира, Неболелейные скарры полеют селеют ливарры». Аверинцеву нравилось. Генофонд Наиболее расово чистые культуры — эндогамные, каннибальские. «Поэзия должна быть глуповата» Может быть, Пушкин имел в виду, что поэзия, по В. Вс. Ив., подчиняется правому полушарию? спросила Н. …Глуповата «Он считал, что поэзия чужда рассудку и забывал лишь добавить: такому, как мой». Из рецензии. «Чем старше перечиты[347]ваю, тем меньше нахожу хороших стихов и тем лучше нахожу эти немногие». Глуповата В «Месте печати» напечатали «Оммаж Проперцию» Паунда он мне показался глупее, чем раньше. Почему? Из-за графи ки: все строки с больших букв, концы длинных строк переносятся не в конец, а в начало следующей строки, поэтому кажется, что это не стихи, а проза сверхкороткими — как у Дорошевича или Шкловского — абзацами; лишь потом замечаешь, что в конце их часто не точка, а запятая. А от прозы инстинктивно ждешь большей содержательности. Многозначительность Паунда достигалась прихотливым расположением строчек, а оно и стерлось. Гибридизация X. Баран сказал: Хопкинс — это вроде Донна, заговорившего стихом Маяковского. (И языком «Светомира-царевича») Оцуп определял Есенина: смесь Кольцова и Верлена. А Иванов-Разумник говорил, что Розанов — это Акакий Акакиевич пополам с Великим инквизитором. Да и Монтень — это ведь тоже скрещение Авла Геллия с письмами Цицерона. Герменевтика Мне объясняют, что это такое. «Филология была сама себе наследницей, не нуждающейся в рефлексии. В XIX в. она стала оглядываться на смежные науки и потеряла себя. А когда смежные тоже дожили до кризиса, стала возвращаться к самой себе. Но живая преемственность уже была потеряна, и понадобилась рефлексия; это и есть совр. герменевтика». Грамматика «Они не существуют они не спрягаются в страдательном», — писал Пастернак. А еще ведь есть и мучительский залог. Глаголы движения «Ты уже вошел в историю, чего ты теперь по ней бегаешь?» — говорит Р. М. — Горбачеву в телевизионных «Куклах». Гамлет …Я стою, забывши счет столетий,
Я стою и зябну на посту.
Еще в Ветхом молвил Ты Завете,
Что уронишь светоч в темноту…
(К. Бальмонт, «Мировая пыль», из сб. «Зарево зорь»)

Собственно, в подтексте «… Я вышел на подмостки» — не только «Выхожу один я на дорогу», но и («Не могу на родине томиться…») «Я рожден, чтоб целый мир был зритель торжества иль гибели моей». Гордыня — в том, чтобы искать самый высокий алтарь, чтобы принести всего себя в дар. Все равно как книга, которая рвется раскрыться кому-то сразу всеми страницами. [348] Гордость «У таракана, ежели он в щи попадет, вид меланхолический, покоряющийся неизбежности, но гордый» (М. Шагинян З. Гиппиус, 30 нояб. 1910 — НЖ 171, 171). Гордость Переписка О. Фрейденберг с Б. Пастернаком — переписка гордости с уничижением паче гордости. Гоморра Что дом, то содом, что двор, то гомор (Даль). Графология Лурье ревновал Ахматову к ее почерку: не позволял посылать в журналы стихи от руки, только на машинке (Лукн., 69). Кокто поразил Эйзенштейна тем, что, увидев его, вскочил, бросился к столу и стал писать его почерком. Ничего особенного: не только Гиппиус в письмах Волынскому тоже писала его почерком, но и Цветковская в письмах Бальмонту. У Т. М. была знакомая старушка, угадывавшая характеры по почерку, я послал ей тетрадь конспектов по античности — тут и русский, и латинский, и прямой, и косой… Вернула: «Вот если бы частное письмо…» Груша Почему у Некрасова дедушка Яков кричит «По грушу! по грушу! Купи, сменяй!» Потому что Некрасов брал эти крики не со слуха, а из книжной записи (какой?), не очень толковой: на самом деле коробейник, вероятно, кричал «пО-грошу! пО-грошу!» (в северных говорах это безударное о действительно звучит похоже на у, сказал В. Вс. И.). Не нужно переоценивать личное общение поэтов с народом. Общеизвестная песня поется «Уж-как-пал-туМАН-седой — на-сиНЁ-море», но Пушкин нач. 1820-х гг. знал ее только по невнимательно прочитанному книжному тексту «Уж как пал туман седой на синЕЕ море» и примеривал на этот ритм фантастические подтекстовки «Легконогие олени по лесу рыщут» и пр, считая их народным размером. «Гениальные вещи не являются ни по заказу, ни по самозаказу» Глухой глухого звал Текст — если он диалог, то с глухим или глухих. Текст меня не слышит никогда, а я его не слышу, если не имею филологической подготовки. Gnothi sauton Мы начинаем познавать себя, прикладывая к себе чужие меры (многие на этом и останавливаются); потом находим свою; а потом (немногие от этого удерживаются) начинаем прилагать ее к другим. Gnothi sauton «Ты есть то, о чем ты даже не можешь подумать; сможешь — перестанешь быть. Познавать себя — значит загодя учиться все более полному небытию». [349] Годить Было очередное постановление о совершенствовании литера турной критики и пр., В. Е. Холшевников спросил: «Вам это ничего не напомнило?» — Нет. — «Как начинается «Современ ная идиллия»?» — «Заходит ко мне однажды Молчалин и гово рит Надо, братец, погодить. — Помилуйте, Алексей Степаныч, да что ж я и делаю, как не всю жизнь гожу?» — «А дальше?» — Дальше я не помнил. — «А дальше сказано: до сих пор ты годил пассивно, а теперь должен годить активно». Придя домой, я бросился к Щедрину: точно так, только не столь лаконично.  

«Щедрина нужно было держать в козьем копыте», сказал сын, памятуя, как Александра Македонского отравили стиксовой водой. Он поносил всю русскую литературу, потому что чувствовал, что сам бы мог ее так написать («ну, хотите, я вам буду один каждыймесяц писать по такому журналу? только вот драму Островского не напишу — эх, драма, драма, и куда тебя занесло!»), только поэтому и не считал это нужным. Он это называл «как будто вся русская словесность есть сочинение госпожи Анны Дараган». Яутешался мыслью «а вот «Анну Каренину» не написал бы» — а потом понял, что написал бы, и все ее переживания оказались бы неопровержимым небокоптителъстван. В «За рубежом» он пародировал «новый роман» XX в., полагая, что пародирует Золя. От реплики Стрижа-критика «Здесь есть что-то седое…» пошел весь стиль «Арабесок» Белого, который вряд ли читал эту строчку. Из «Мелочей жизни» вышли «Сентим. повести» Зощенко. «Побольше цитируйте Щедрина в Записях и Выписках, — сказал мне А. Осповат, — вы не думайте, его никто не читал». Может быть, и правда: 29 июня 1999 по телевизору сказали, что вице-премьер Аксененко распорядился подготовить ему бумаги о повышении производительности труда на следующий год на 20 %. Точно так старший помпадуров сын писал в сочинении: предложу статистику, по которой всего будет вдвое и втрое. (Впрочем, гувернер сделал пометку: а что с сими излишками будет сделано? — «Испорченные дети»)  

Гиль по Фасмеру, однокоренное с «гул». Волошин умолял Брюсова, чтобы фамилию Rene Ghil в «Весах» транскрибировали «Гхиль» или «Гiль», Брюсов отвечал: успокойтесь, мы оставим ее по-французски. А. Ло Гатто-Мавер спрашивала: «А у вас еще говорят о глупостях: гниль несешь? моя мать говорила». Гортанный А. А. Зализняк писал, что всякий незнакомый язык описывается как гортанный. Так римляне всех варваров считали белокурыми и синеглазыми, даже цейлонцев (В. Кролль). Григорианский календарь — его ввел тот папа Григорий, который служил благодарственную мессу после Варфоломеевской ночи. Монтень сказал о новом календаре: «У меня украли десять рабочих дней». Гиппопотам Из потомства Готье — Гумилева («Гиппопотам с огромным брюхом Лежит в яванских тростниках…») — наш ответ Элиоту: Да! Мы душой гиппопотамы.
Нам утро, вечер — два крыла. [350]
Недаром демонов упрямых
На свет земля произвела.
(П. Орешин, «Соломенная плаха», 49)

Ср. далее: Сродни лежанкам и полатям,


Мы сброд бесстрашный и лихой.
Полено красное мы схватим
Вот этой голою рукой…

и т. д. Даже «Если бы Христос пришел сегодня, его бы даже не распяли» (Карлейль). Дамаск Путь в Д: «Там газ и отопление, там все на свете, там свет блеснет в твои глаза, и ты будешь таким, как сумеешь» (Зощенко, 3, 390). Дата Улица Кузнецкая была официально переименована в ул. 16 ч. 5 м. 22 января 1924 г., но ее никто так не называл и не писал, поэтому ее переименовали обратно в Новокузнецкую — ср. как в ул. Калинина переименовали не «Коминтерновскую», а «бывшую Воздвиженку» (Г. Лесскис). — «Улица 1 Мая, угол 8 марта». «Я вас не число спрашиваю. Я адрес» («Комедия с убийством»). В Москве есть две улицы 8 Марта и одна 4-я улица 8 Марта. — Адрес К. Циолковского был: Калуга, ул. Брута (бывш. Коровинская), д 81. Дар Дарительная формула Эразма: не книга красит место, а место книгу. Дарвинизм Лев Толстой о нем: «Не сразу видно, что глупый, потому что кудрявый» (54, 51). Дать Не «бери, что дают», а «делай, что дают». Дайджесты мировой литературы: их стали ругать раньше, чем издавать. «А вы читали мировую литературу — конечно, в натуральную величину, — но, вероятно, по большей части в переводах? А помните, Тарле сказал: читать Мопассана в переводах это все равно что читать «Евгения Онегина» в пересказе Скабичевского»? «А если вы дорожите испытанными трудностями — как же, я с таким трудом учился букве ять и читал Бальзака! — то Винокур говорил, что для такой тяжелой атлетики мозга гораздо лучше алеутский язык». До Мое дело — додумывать чужие мысли; но ведь в этом и состоит культура? [351] Доброта Итальянские войны, а потом европейские войны XVI–XVII вв. были школой равновесия — все на одного, а потом подавленному помогают, чтобы подавивший не слишком усилился, и т. д.: падающего отнюдь не подталкивают. Политика оказывается школой добродетели, а совсем не наоборот. Доброта «О Сократе трудно сказать: он добрый; но хочется сказать: он по-доброму мыслит. Что это значит? Это как один коллега мне сказал: вам дороже истина, чем собственное мнение». Доброта Шестов любил Ф. Сологуба (Адамович) и ценил Чехова, поэта «ничто»: Чехов был ему чем-то вроде доброго Сологуба. Добродетель «Насильственно привитая добродетель вызывает душевные нарывы» (Вяч. Иванов М. Альтману, 82). Добродетель Если к старости все-таки становишься неспособнее к подлости, то это не природа, а привычка. Детерминизм «До рождения мы свободны, а выбрав рождение, полезай в кузов детерминизма» (Вяч. Иванов М. Альтману, 32). Детерминизм «По поводу картины мира XX в. с недетерминированностью и пр. — не преувеличивайте. Попробуйте построить атомную бомбу, веря, что любой электрон всегда может полететь, куда ему угодно, — и что получится?» Детерминизм Ребенок эгоцентрически спрашивает: для чего солнце? — взрослый спрашивает: почему солнце? Но от вопроса «для чего Пушкин?» к «почему Пушкин?» переходит только филолог — и даже не всякий филолог. Большинство успокаивается на ответе: «чтобы он мне нравился». Свисток считает, что он свистит,
Сержант считает, что он свистит,
Закон считает, что он свистит.
А. Вознесенский

Декламация Почему у нас поэты читают нараспев, а на Западе — как прозу? Может быть, и тут и там это реакция на театральное чтение. У нас в XIX в. актеры читали стихи, как прозу, у них — скандировали по-классицистически; а в XX в. поэты стали от них отталкиваться, каждый от своих. У нас они переучили актеров — по крайней мере, к послевоенному времени; кажется, и на Западе тоже? Дети Альбрехт сказал: «Наше поколение дважды бито: сперва отцами, потом детьми. Впрочем, за одного битого… как это?» [352] Дети «Родители, берегите детей от себя. На том свете с вас спросится за неуважение не к предкам, а к потомкам». Чей-то риторический вопрос: а что потомки сделали для нас? — «То, что они вас заменят». Дети («Шпет в Сибири», 235.) М. А. Петровский подписал отказ от оговоров на допросе, а Габричевский — нет, Шпет объяснил: «потому что у Габричевского нет детей, не перед кем будет стыдиться» (обычно наоборот, дурное оправдывали: «боялся за детей»). Впрочем, у Ярхо детей не было, а вел он себя хо рошо. Демократия «Греческие цитаты без переводов — это недемократично по отношению к читателю», сказали Аверинцеву. Для При Пушкине «писать для себя — печатать для денег» можно было одни и те же вещи, теперь только разные. Для Л. Баткин сказал: «Вам было бы грустно в Ферраре: дом Ариосто заперт, забит, стекла выбиты — не то что дом Петрарки с зеленым садом, где хозяин словно только что вышел». — Что вы, я бы только радостно укрепился в ощущении, что классики писали не для нас, итд. Дерево «Натуралисты показывают человека, как дерево прохожему, реалисты, как дерево — садовнику». Брехт. Деррида Крученых назвал бы грамматологию: «Бунт букв». Deus ex machina Христос как бог, из машины пришедший вызволять запутавшееся человечество, и что из этого получилось? Душегрейка Уныние как грех: Лотман вспоминает пословицу «на печального и вошь лезет» (Письма, 565). Дух Я при стихе врач, а не духовник: выдаю справку о теле, а не о душе; но без меня тело вымрет и душа испарится. Духовенства в России 1851 г. было 280 тыс., а купцов трех гильдий 180 тыс. Духовные стихи «Если есть жестокие романсы о любви, почему бы не быть жестоким романсам и о смерти?» (доклад С. Е. Никитиной).  

DIES IRAE. Эту секвенцию я перевел очень давно, когда наш античный сектор высиживал антологию «Памятники средневековой латинской литературы», а может быть, и раньше. Кажется, этот перевод уже использовался где-то в теат рах, но напечатать его ни разу не случилось. Видимо, здесь для него лучшее место. [353]  

1. Оный день Господней силы
Выжжет все, что есть, что было, —
Рек Давид, рекла Сивилла.

2. О, какою дрогнет дрожью
Мир, почуяв близость Божью,
Что рассудит правду с ложью!

3. Трубный голос дивным звоном
Грозно грянет к погребенным,
Да предстанут перед троном.

4. Персть и смерть бессильна будет,
Тварь восстанет, звук понудит
Дать ответ тому, кто судит.

5. Разовьется длинный свиток,
В коем тяжкий преизбыток
Всей тщеты земных попыток.

6. Пред судъею вседержавным
Все, что тайно, станет явным,
Злу возмездье будет равным.

7. Что я молвлю, грешник вящий,
Без защиты предстоящий,
В час, и праведным грозящий?

8. Властный в славе и крушенье,
Чьи неведомы решенья,
Дай, спасающий, спасенье.

9. Иисусе, Боже святый,
На кресте за нас распятый,
Помяни нас в день расплаты.

10. К нам Ты шел путем невзгодным,
Был усталым, был голодным, —
Будь же путь Твой небесплодным.

11. Боже праведного мщенья,
В день последнего свершенья
Удостой нас отпущенья.

12. Жду я, Боже, приговора,
Лоб мне жжет клеймо позора, —
Будь молящему опора.

13. Ты склонил к Марии взгляды,
Рек злодею речь пощады,
Мне блеснул лучом отрады.

14. Чаю, низкий и презренный:
Благом Божьим покровенный,
Да избегну мук геенны.

15. В стаде козлищ я тоскую,
Стада овчего взыскую, —
Дай мне место одесную.

16. Осужденных отвергая,
В пламя жгучее ввергая,
Дай мне место в кущах рая.

17. Плачу, пав, ломая руки,
Сердце в прах роняет стуки, —
Дай мне помощь в смертной муке.

18. В слезный день Господня гнева,
Как восстанут грешных севы
К Твоему припасть подножью, —
Будь к ним милостивым, Боже!

Мир им, Боже любящий,
Даруй в жизни будущей!
Аминь.

 

Диалог Если начать с определения: «Авторитарно всякое зафиксированное слово, диалогично только незафиксированное слово», — то никакого продолжения уже не нужно. Диалог Sen. De ira, III, 8: «Не согласись со мной хоть в чем-нибудь, чтобы нас было двое!» Диалог Ю. Кристевой понадобилось поехать в Китай, чтобы убедиться, как люди не понимают друг друга! Может быть, недели[354]катно сказать: «если любые два друга намертво не понимают друг друга…»; тогда скажем: «если умные сын и отец настолько не понимают друг друга, насколько мы видим в переписке Пастернака с родными…» Диалог «Терпеливой метафорой» назвал бахтинские «диалогические отношения» В. Шмид, «Проза как поэзия», 94. Диалог с книгой: я усваиваю из нее нужное мне, как из куска пищи. Если это диалог, то диалог удава со съеденным кроликом: наверное, удав тоже думает, что оказывает кролику честь на равных. См. ЕСЛИ БЫ. А диалог с живым — это «долотом, долотом». Диалог Где-то было написано, что мы (все? или только европейцы?) начинаем рассматривать картину и сцену слева направо, потому что при встрече с любым человеком ждем удара от его правой руки, которая слева от нас. Диалог (Н. Комлев) По немецким подсчетам, в разговоре внимание может сосредоточиваться на одном предмете не дольше 1,5 мин., дальше начинаются ассоциации. И разговорное общение так разладилось, что муж с женой разговаривают в сутки 9 минут. Double Dutch «Что это за идиш, которого я не понимаю?» спросил Штейнберг Витковского о голландском языке (А. Шт., 433). Дополнительности принцип Нильса Бора спросили, какое качество является дополнительным к истинности, он ответил: ясность. — У А. Боске есть стихотворение «Вопросы»: Пророков спросили:


— Умирают ли боги?
Пророки сказали: —
Откуда мы это знаем?
Их спросили:
— Этот мир бесконечен?
Они сказали:
— Нам это тоже интересно.
Их спросили:
— Тело — это форма души
Или душа — это форма тела?
Они сказали:
— Мы тоже об этом спрашиваем.
Их спросили: –
Будет ли жизнь после смерти?
Они сказали:
— Мы надеемся, но не уверены. [355]
Их спросили:
— Восполняет ли истина неистину?
Они сказали:
— Хорошо бы, если бы так.

И тогда пророков убили,


а вопросы, еще того страннее,
стали задавать
баобабу, рекам,
диким козам, красному камню,
летучему ветру,
и были рады
толковать по-своему
их большое-пребольшое молчание.

Н. Вс. З., вряд ли вспомнив о Боре, сказала: «Это о тех, кому ясность дороже истины». Дистанция Античных героев в Средние века изображали в рыцарских костюмах, в Возрождение надели на них тоги. («Они одевали Энея в свои костюмы, а мы в свои мысли и чувства», сказала Т. В.). «Горе от ума» игралось в современных костюмах до ермоловских времен; Немирович еще застал самое начало антикварной реформы и сам завершил ее. Дистанция Зарянко прилагал к картинам надпись о расстоянии, с которого смотреть. Дискурсивность в противоположность симультанности: наконец-то я понял — это просто чтение по складам. — «Вы не помните лиц, потому что они не дискурсивны, — это у вас одностороннее развитие левого полушария», сказали мне. Диссонанс стилистический — Адамович (I, 344) его слышал в тютчесвских строчках «Глас вопиющего… протест», а Розанов в заглавии «Силуэты русских писателей». Доклад «Конец цитаты Ницше, начало цитаты Флоренского», — сказал докладчик. Дом «Граница между природным и искусственным все больше сменяется границей между данным и новым. Какую природу рисует ребенок, впервые взявший карандаш? Домик. Искусство прежних эпох для нас такая же данность, как природа, исторический подход к ней — проблема вроде космогонической» итд. Дорога В Улан-Баторе академик диктовал дорогу: выйдя из гостиницы, на северо-восток 400 м, потом поворот на восток 200 м, [356] потом поворот… Дальше гости уже не воспринимали этих степных ориентиров большого города (От А. Куделина). Духовная цензура «Московский листок» велено было представлять в Д. Ц. Пастухов пошел плакаться: «Зачем? у нас ведь только отчеты о скачках…» — «А вы на них-то и посмотрите». Смотрит и видит «жеребец такой-то, сын Патриарха и Кокотки…» (восп. Амфитеатрова). — А Иванов-Разумник уверял, что Замятину запретили начало повести: «На углу Блинной улицы и улицы Розы Люксембург».  



Евнапий Сардский, фр. 54, Тойнби кончает им ту антологию античной культуры, где агора называется пьяццей, а Катон делает харакири. — Некоторый трагический актер, изгнанный Нероном из Рима, отправился с представлениями по дальним городам и дошел до таких, где о театре никогда не слышали. Зрители, увидев его на котурнах, в маске и с трубным голосом, в перепуге разбежались. Тогда он обошел поодиночке лучших людей города, каждого успокаивая и объясняя, что к чему. После такой подготовки он вновь явился перед испуганным народом, изображая Андромеду Еврипида, и сперва постарался говорить и петь тихо и мягко, лишь потом усиливая голос и опять ослабляя. Люди бросились к его ногам и умоляли продолжать еще и еще. От приспособления к такой непонимающей толпе большинство красот трагедии утратилось — и выразительность слов, и прелесть ритма, и характеры, и даже смысл событий, — и все равно после представления они бросились поклоняться ему как богу и жертвовать ему все свое лучшее, пока ему это не стало в тягость и он не скрылся из города тайным образом А через неделю в городе случилась болезнь, люди лежали на улицах, мучаясь животом, но и в изнурении они не переставали петь, кто как мог, даже без слов, которых они не помнили. Таково пришлось им тяжело от этой «Андромеды», что город обезлюдел, и пришлось заселять его вновь жителями из окрестностей.  

Евклидов и неевклидов подход к анализу литературы (о них говорилось на встрече «Философия и филология») — где проходит граница между ними? Видимо, по линии здравого смысла, т. е. человеческого масштаба: неевклидовыми остаются предметы слишком малые и слишком большие, «мир в «Онегине»» и «звук Б в «Онегине»». К сожалению, понятие здравого смысла сейчас само взято под микроскоп и тотчас перестало восприниматься. Это отношение между обыденным сознанием и научным: если мы начнем интерпретировать «Солнце всходит и заходит» с точки зрения астрономии, песенка получит фантастическую космическую глубину. Емкость Пушкин вместил наследие XVIII века и Байрона, а вместить лютый французский романтизм уже не мог. Поэты следующего поколения вместили его, но вместить Пушкина уже не могли. Таковы пределы душевной вместительности. Жалкий Сумароков Подтексты сумароковские у Пушкина: «Гласят ей: наша ты отрада, Ко матери бегут так чада, Себе и ей в опасный час Скон[357]чай, гласят, ты наши муки, И скипетр восприемля в руки, Ступай, спасай себя и нас»; «Пучина там на звезды плещет, Вершины льдяны в небо мещет И пену разъяренных вод. Бросает ветр огромны глыбы И тяжкие из бездны рыбы, Да разрушат небесный свод» (На новый 1763 год, причем последний пассаж — только в первом издании!). Кстати уж и у Тютчева: «Пошли, о Солнце, нам отраду, Не дай мне зреть последних дней! Или ты паки горду гаду Вручило пламенных коней?» (Сумароков, На взятие Хотина). Ср. «Пушк.: иссл. и мат.», 12. — Подтексты ломоносовские у Пушкина: «И с Павлом, о драгой залог!» (1762); «И сильной крепостью своею» (1742); «И Персы в жаждущих степях» (1739). А В. См. раскрыл оды Петрова, и явилась начальная строка: «Герою, Муза, будь послушна», образец «Памятника». Желание У Платона Пол говорит собеседнику: «разве ты отказался бы стать тираном, разве тебе не хочется казнить людей и отбирать их имущество?» Желание «К сожалению, жизнь сейчас такая, что уходить на свалку по собственному желанию нет возможности» (из письма). Жербуаз зверь — передние лапы как руки, питается травою, живет в норах, как кролик (Ремизов, Рос. в письм.). — Тушканчик. Жена Статистика: женщины чувствуют себя без мужей неполноценными, а мужья — при женах неполноценными. Жена «Желание Пушкина перевоспитать свою жену слабело перед ее нежеланием идти этому навстречу» (П. Брандт, цит. Б. Томаш. в ЛН 14/16, 1079). Жизнь Л. Я. Гинзбург: «Жить по Достоевскому интереснее, а по Толстому важнее». Жизнь «Мы никогда не жили, а только стояли в очереди за жизнью» (ОГ 15. 3. 96). Три четверти человечества делали то же, но мы почему-то считаем себя вправе сравниваться с четвертой четвертью. Жизнь Анекдот: разговаривают два близнеца в утробе: «Знаешь, как-то страшно рождаться, ведь оттуда еще никто не возвращался». Жизнь «Не доживу».  

Мать Алкмеона Эрифила, подкупленная, послала своего мужа, царя-пророка Амфиарая, в поход Семерых против Фив. Амфиарай, зная, что погибнет, завещал сыну отомстить за него, когда он вырастет. Алкмеон вырос и приходит, чтобы убить [358] родную мать (а потом мучиться от Эринний, искупать грех и т. д.). Здесь начинается «Fragment of a Greek Tragedy» — пародия, сочиненная молодым А. Э. Хаусменом.  

Alcmaeon, Chorus

С. — О suitably-attired-in-leather-boots
Head of a traveller! Wherefore seeking whom
Whence by what way how purposed art thou come
To this well-nightingaled vicinity?
My object of inquiring is to know,
But if you happen to be deaf and dumb
And do not understand a word I say,
Then wave your hand to signify as much.
A. — I journeyed hither a Boeotian road.
C. — Sailing on horseback, or with feet for oars?
A — Plying with speed my partnership of legs.
C. — Beneath a shining or a rainy Zeus?
A. — Mud's sister, not himself, adorns my shoes.
C. — To learn your name would not displease me much.
A. — Not all that men desire do they obtain.
C. — Might I then hear at what your presence shoots?
A — A shepherd's questioned mouth informed me that —
C. — What? for I know not yet what you will say.
A. — Nor will you ever if you interrupt.
C. — Proceed, and I will hold my speechless tongue.
A — This house was Eriphile's, no one's else.
C. — Nor did he shame his throat wit hateful lies.
A. — May I then enter, passing through the door?
C. — Go, chase into the house a lucky foot!
And, О my son, be, on the one hand, good,
And do not, on the other hand, be bad,
For that is very much the safest plan.
A — I go into the house with heels and speed.

Chorus


Str.
In speculation
I would not willingly acquire a name
For ill-digested thought;
But after pondering much
To this conclusion I at last have come:
Life is uncertain.
This truth I have written deep
In my reflective midriff
On tablets not of wax,
Nor with a pen did I inscribe it there,
For many reasons: Life, I say, is not
A stranger to uncertainty.
Not from the flight of omen-yelling fowls [359]
This fact I have discovered,
Nor did the Delphic tripod bare it out,
Nor yet Dodona.
Its native ingenuity sufficed
My self-taught diaphragm.

 

Первый адрес пародии — Эсхил, который был любимым поэтом Хаусмена. Второй — его английские переводы. Не поэтические переводы, которые были бледными, вольными и настолько привычными, что вызывали не смех, а скуку, но буквальные учебные переводы, естественно рождающиеся при всяком школьном чтении трудного автора на малознакомом языке. Устно они естественны, в печатных подстрочниках для ленивых комичны, под пером самовлюбленного филолога досадны. Поколение спустя после Хаусмена эти «профессорские переводы» дали Эзре Паунду толчок для авангардистского «Оммажа Сексту Проперцию». Когда в 1959 г. отмечалось столетие со дня рождения Хаусмена, то веселые английские филологи напечатали в журнале «Greece and Rome» упражнение в благородном старом стиле: обратный перевод «Отрывка из греческой трагедии» стихами на древнегреческий язык, с комментарием. Оказалось, что комизм непривычности при такой операции сразу снимается, и текст звучит иногда вычурно, но нимало не смешно:  



О eu podendutoisi dermasin prepon
kara planetou, pros ti, kai zeton tina,
pothen, ti mellon, pe te pros toutous ebes
aedoneious anchigeitonas topous;
Tad' eromen men hos saph' eidenai pothon,
ei d' on aphonos tynchaneis kophos homou,
prosphthegmath' hoste tama me sunienai,
tod' europaltoi cheiri semenon toros… и т. д.

 

Передать в переводе буквализм и прозаизм оказалось самым легким: учебные подстрочные переводы одинаковы повсюду. Передать второй адрес пародии оказалось труднее: пришлось вдвинуть между читателем и «греческим трагиком» об раз традиционного высокохудожественного перевода — конечно, Вяч. Иванова. Так пародия из двухадресной стала трехадресной: сюжетные и структурные натяжки в ней — от Эсхила, ритмическая вычурность (особенно в хоре) — от Иванова, буквализмы и прозаизмы — от учебного перевода. Хочется думать, что от обыгрывания также и ритмики она сделалась интересней,  



Алкмеон, Хор

Х. — О ты, прекраснокожанообутая



Каталог: books -> download -> rtf
rtf -> Елена Петровна Гора учебное пособие
rtf -> Игорь Иванович Кальной, Юрий Аскольдович Сандулов Философия для аспирантов
rtf -> Руководство по профилактике душевных расстройств Клиническая характерология Посвящается участникам моих психотерапевтических групп
rtf -> Александр Никонов Конец феминизма. Чем женщина отличается от человека Александр Никонов
rtf -> Алена Либина Психология современной женщины: и умная, и красивая, и счастливая… Алена Либина
rtf -> Панарин а с православная цивилизация а с панарин
rtf -> Шамбаров Валерий Евгеньевич Государство и революции Аннотация издательства: книга
rtf -> Анатолий Иванович Уткин Забытая трагедия. Россия в первой мировой войне Анатолий Уткин


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   32




База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2023
обратиться к администрации

    Главная страница