Магия в теории и на практике



Pdf просмотр
страница25/89
Дата16.08.2022
Размер3,32 Mb.
#188402
ТипИзложение
1   ...   21   22   23   24   25   26   27   28   ...   89
Связанные:
МагияВтеорииИнаПрактике
Левин-М.-Учебное-пособие-по-астрологии.-2001, Характеристика планет и знаков, Льюис Энтони. Таро просто и понятно - royallib.ru, МатрицаСудьбы
VI. Магическая память
1.
Вспомнить свои предыдущие инкарнации — вот задача, важнее которой нет. Еще Зороастр сказал: "Исследуй реку своей души — откуда и зачем ты пришел".
[154]
Пока мы не знаем, кто мы такие на самом деле, мы неспособны исполнить свою Истиннyю Волю. Но мы можем выяснить это,
вычислив равнодействующую сил, которые делают нас теми, кем мы есть.
Инструкции к этому методу можно найти в Книге Тишарб (Equinox I, VII).
Однако он ограничивается исследованием нашего нынешнего воплощения.
[155]
Человек, проснувшийся в лодке, плывущей по незнакомой реке, вскоре обнаружит, что направление его движения на обозреваемом участке совпадает с направлением течения. Здесь ему очень полезно будет вспомнить о том, что происходило на предыдущем участке, пройденном перед тем, как он заснул. И вся тревога его исчезнет, как только он поймет,
что все свойства реки определяются одной-единственной однородной и постоянной силой — гравитацией. И это действительно радует: ведь и самая медленная река в конце концов впадает в море.
Метод обретения Магической Памяти, описанный в Книге Тишарб,
заключается в том, чтобы научиться думать в обратном направлении. Но

тот же результат достигается и с помощью более распространенной техники
Дхараны.
[156]
Если мы не допускаем возникновения поверхностных мыслей, мы погружаемся в более глубокий слой: так пробуждаются воспоминания детства. Еще глубже мы обнаруживаем мысли, источник которых представляется нам загадочным. Некоторые из них явно принадлежат к предыдущим инкарнациям. Ухаживая за этими участками своего разума, мы развиваем их; мы приобретаем некоторый опыт; мы организуем и связываем эти изначально разрозненные элементы;
наши способности возрастают с ошеломляющей быстротой; и, наконец, мы овладеваем этим ремеслом в совершенстве.
Гораздо легче обрести Магическую Память тому, кто еще много жизней назад поклялся после смерти немедленно воплощаться в новое тело. Это самоочевидно, поскольку величайшим препятствием для вспоминания служит явление, которое психоаналитики называют вытеснением. Всякое событие тщательно записывается механизмом нашего мозга; но, если оно неприятно для нас, мы не можем его вспомнить, или вспоминаем неправильно — ибо нам больно вспоминать об этом. Это явление подробно проанализировано и проиллюстрировано в работе "Психопатология повседневной жизни". Но труднее всего решиться взглянуть в лицо Смерти — Королевы Всех Ужасов. Человечество создало для нее множество масок: мы говорим "отправился на небеса", "отошел в мир иной" и так далее; мы возводим вокруг нее картонные башни безосновательных теорий и гордо поднимаем над ними победные стяги.
Мы инстинктивно увиливаем от воспоминаний о последних минутах своей жизни — так же старательно, как мы пытаемся не думать о смерти своих близких.
[157]
Здесь нам может принести огромную пользу точка зрения посвященных.
Как только мы минуем этот Pons Asinorum,
[158]
работать станет гораздо легче. Мы почти без труда сможем добраться до предыдущей жизни,
поскольку близкое знакомство со смертью порождает презрение к ней. Для начинающего будет очень полезно, если у него обнаружится некоторая интеллектуальная причина отождествить себя с некой определенной личностью в недалеком прошлом.
Здесь ему может помочь подробный отчет о счастливом случае,
имевшем место в практике Алистера Кроули. На его примере можно увидеть, что точки контакта бывают очень и очень различными.
1. Элифас Леви
[159]
умер за шесть месяцев до рождения Алистера
Кроули. Считается, что реинкарнирующееся эго входит в зародыш именно

на этой стадии развития.
2. Элифас Леви имел поразительное внешнее сходство с отцом
Алистера Кроули, хотя это свидетельствует всего лишь об определенной степени соответствия с физической точки зрения.
3. Алистер Кроули написал пьесу под названием "Роковая сила". В это время он еще не читал произведений Элифаса Леви. Одним из мотивов этой пьесы была некая чрезвычайно специфическая Магическая Операция.
Формула, в которой Кроули впоследствии распознал ее изначальную идею,
упоминается у Леви. Ни у какого другого автора нельзя найти формулы,
которая столь точно соответствовала бы замыслу Кроули во всех подробностях.
4. Алистер Кроули нашел в Париже квартиру, которая показалась ему непостижимо знакомой и привлекательной. Это не имело ничего общего с обычным "дежа вю" — это было подлинное чувство возвращения домой. И
прошло довольно много времени, прежде чем он узнал, что в соседней квартире много лет жил сам Элифас Леви.
5. Биография Алистера Кроули имеет много сходств с биографией
Элифаса Леви. Родители обоих прочили своим детям духовную карьеру;
оба никак не могли проявить свой весьма значительный талант общепринятым путем; оба подвергались необъяснимым гонениям, причем их гонители явно стыдились собственного поведения; оба имели весьма похожую судьбу в браке,
[160]
и т. д. Подобных удивительных параллелей можно насчитать еще очень много.
6. Характеры обоих идентичны во многих пунктах. Оба постоянно стремились к примирению непримиримых противоположностей. Оба с большим трудом избавились от иллюзии, будто установившиеся верования и обычаи человека можно изменить с помощью нескольких дружеских разъяснений.
Оба проявляли странную любовь к редкостным учениям,
предпочитали неясные источники знания, и, в результате, выглядели весьма эксцентрично. Оба были чужаками в глазах окружающих, которые панически боялись их и испытывали к ним ничем не объяснимое отвращение, временами приобретавшее весьма нездоровый оттенок Но оба руководствовались одной и той же идеей — помочь человечеству.
Подобно Дон-Кихоту, оба пренебрегали своей личной выгодой и удобствами, но питали страсть к роскоши и блеску. И наконец, оба обладали поистине сатанинской гордостью.
7. Когда Алистер Кроули был Братом OYMН,
[161]
он должен был

написать тезисы на соискание звания Свободного Адепта. Он уже собрал все необходимые материалы, когда к нему в руки попала работа Леви "Clef des
Grands
Mysteres"
("Ключ к
Великим
Таинствам").
Весьма примечательно, что, издавна восхищаясь личностью Леви и даже подозревая о свое тождестве с ним, Кроули до тех пор не позаботился о том, чтобы приобрести эту работу (хотя вообще покупал чрезвычайно много книг). И вот, к своему огромному удивлению, он обнаружил, что все,
что он хотел сказать, уже написано в этой книге. В результате он отказался от собственной работы и перевел гениальный труд Леви.
8. Стиль Алистера Кроули обнаруживает множество тонких и глубинных, но все же поразительных сходств со стилем Элифаса Леви.
Точка зрения обоих почти идентична. Идентичен и характер их иронии: оба находят нездоровое удовольствие в том, чтобы подшучивать над читателем.
Но в одном они абсолютно схожи, и во всей литературе не найдется ни одного автора, который мог бы сравниться с ними в этом. Эта особенность
— умение сочетать в одной и той же фразе необыкновенную возвышенность и энтузиазм со столь же необыкновенной язвительностью,
скептицизмом, насмешкой и презрительностью. Оба находят высшее удовольствие в аккордах, составленных из как можно большего числа враждующих элементов. Очевидно, это удовлетворяет самую суть их силы
— силы, заставляющей все возможные элементы мышления участвовать в общей судороге.
Если бы теория реинкарнации была общепризнанной,
вышеприведенные факты могли бы служить достаточно веским доказательством их тождества. И где-то в глубине своей души БРАТ
ПЕРДУРАБО был убежден в нем еще задолго до того, как начал вспоминать события своей предыдущей жизни.
[162]
2.
Прежде, чем приступить к основной работе, вы должны как можно тщательнее исследовать свою прошлую жизнь с помощью метода,
изложенного выше. Это поможет вам получить некоторые характеристики подлинной Магической Памяти, отметить некоторые источники ошибок и установить критерии проверки результатов.
Первая опасность порождается тщеславием. Постарайтесь не
«вспоминать» себя Клеопатрой или Шекспиром. Кроме того, внешние сходства также способны ввести в заблуждение. Один из главных признаков подлинности любого воспоминания состоит в том, чтобы вспомнить действительно важные события предыдущей жизни, а не те,
которые обычно считаются таковыми. Например, Алистер Кроули не вспомнил ни одного из решающих событий биографии Элифаса Леви. Он

вспоминал интимные банальности детства. У него были живые воспоминания о некоторых духовных кризисах: в частности, о том, с которым Леви боролся, когда ему приходилось часто ходить по одной и той же длинной дороге в пустынных и удаленных равнинах. Он вспоминал забавные происшествия, часто случавшиеся за обедом, когда беседа принимала веселый оборот и задевала душу, порождая откровения, которые не выразишь в словах. Он полностью забыл о своем браке и его трагических результатах,
[163]
хотя бесстыдная Судьба заставила его повторить ту же самую ошибку в нынешней жизни и это, казалось бы,
должно было вскрыть былую рану.
Существует чувство, которое интуитивно убеждает нас, что мы "взяли след". Это ощущение «странности» воспоминаний, которое иногда вызывает некоторое раздражение. Оно приносит с собой стыд и чувство вины; оно даже заставляет краснеть. Вспоминающий чувствует себя как школьник, которого застали за писанием стихов. Это чувство, которым наполняет нас старая фотография или локон двадцатилетней давности,
случайно найденный среди хлама в заброшенном углу дома. Оно не зависит от того, насколько приятным или неприятным было для нас то давно прошедшее событие. Быть может, некоторые из нас когда-то были рабами; сегодня они с негодованием отметают эту мысль и стремятся забыть о своем прошлом — хотя прошлое в любом случае стоит того,
чтобы им гордиться. Впрочем, многие люди почему-то сильно смущаются в присутствии обезьян.
Если же, вспоминая себя, вы не обнаружили ничего постыдного —
проверьте точность данных, о которых вы вспомнили. Достаточно серьезные воспоминания, которым можно доверять, неизбежно связаны с так называемыми "неприятностями".
При таких воспоминаниях мы чувствуем себя не как воришка,
пойманный с поличным, а как вор, ускользнувший с добычей. Мы тихо радуемся, что смогли совершить столь незаурядную глупость и остаться безнаказанными. Если вы рассмотрите свою жизнь в данной перспективе,
то вскоре поймете, что между такими событиями, как разорение, женитьба или повешение, не существует особой разницы. Это не более чем несчастные случаи, которые могут произойти с каждым и не имеют никакого отношения к рассматриваемому здесь предмету. Так, кто-то может с удовольствием вспомнить, как лихо он вырвался из потасовки, потеряв при этом всего лишь ухо; а кто-то вспомнит о глупой шутке пьяных солдат в ночном кафе и будет страдать всю ночь — как новоиспеченный дворянин,
которого на улице назвали "дяденькой".


Таким образом, показания нашей интуиции весьма субъективны и требуют дополнительных подтверждений. Но вы очень ошибетесь, если потребуете слишком многого. Ведь на приборном стекле вашего микроскопа разложены воспоминания весьма особого рода; и все, что имеет форму прямых доказательств — почти наверняка лжет. Представьте себе микробиолога, который скажет вам: "Бактерии на моем стеклышке прямо кричат: "Мы — стафилококки!". Не правда ли, такое заявление по меньшей мере странно? Можно выложить из цветов огромную надпись:
"Детройт — рай земной" — но кто поверит этим цветам? Или, допустим,
Алистер Кроули вспоминает, что в прошлой жизни он был сэром Эдвардом
Келли.
[164]
Но отсюда вовсе не следует, что он сможет сообщить нам подробности из жизни Кракова во времена английского короля Якова I.
События материального мира — это слова иллюзорного языка; это знаки некоего предварительного согласованного шифра. То, что случилось с
Келли в Кракове, имело какое-то значение для него самого. Но нет ни малейшего повода утверждать, что это имеет какое-либо значение для
Алистера Кроули.
Считается очевидным, что наши воспоминания ложны, если они противоречат уже установленным фактам. В частности: следующая жизнь не может начаться, пока не закончилась предыдущая (хотя, с другой стороны, это дает нам повод заподозрить, что первый человек духовно умер еще до того, как его тело испустило последний вздох; такое может случиться, например, при некоторых формах безумия). Нынешнее воплощение может быть гораздо хуже предыдущего — но это не повод для критики. Жизнь каждого человека в полной мере отражает возможности его личной кармы.
Он может всю жизнь расплачиваться по векселям, доставшимися ему в наследство от предыдущего воплощения. Так, кто-то всю жизнь платит по векселям Наполеона и неимоверно страдает, чтобы когда-нибудь освободиться от долгов и начать новую жизнь, пожиная плоды неоценимых заслуг Корсиканца перед всей французской нацией.
Мастер Терион также может вспомнить о некоторых реинкарнациях, в которых он совершал скверные, неприятные и отвратительные поступки.
Эти долги почти не оплачены; но он сознательно принял меры, чтобы продолжить свою работу, не опасаясь помех со стороны духовных кредиторов. Таковы стигматы прошлых жизней. Воспоминания подлинны,
если они соответствуют фактам, наблюдаемым в современной действительности. Такое соответствие может быть двоякого рода. Но случаи, когда воспоминания подтверждаются так называемыми


«наблюдаемыми», или внешними свидетельствами, встречается довольно редко (и, в общем, не имеют большого значения — в силу вышеизложенных причин). Впрочем, поиск подобных знаков — весьма знаменательная черта психологического портрета всякого испорченного и лживого поколения.
(Культ наблюдаемых явлений
— особенность, позволяющая проследить всю генеалогию фарисейства, от Каиафы до современных христиан.)
Знаки сбивают с толку на всех уровнях, начиная с вывески "Лечение зубов без боли". Если все вокруг умопостижимо — значит, вы ошиблись адресом, ибо сама сущность языка подразумевает неспособность к непосредственному общению.
Когда Уолтер Рэли
[165]
швырнул свой плащ на грязную дорогу — он всего лишь воспользовался шифром, продиктованным стечением обстоятельств, чтобы сказать королеве Елизавете о своем желании стать ее другом. Он не мог выразить это желание никаким иным образом. Смысл его поступка определялся сложившимися обстоятельствами. Но реальность не имеет никакой причины воспроизводить себя исключительно в данной конкретной форме. Ей нет нужды помнить о том, что столь экстравагантный ритуал когда-то пригодился для того, чтобы выразить поклонение. Поэтому, если вы вспомнили, что в предыдущей жизни были
Цезарем, — это вовсе не повод бросать жребий и переходить Рубикон.
Всякое состояние духа может быть выражено бесконечным множеством действий в бесконечном множестве обстоятельств.
Вспоминайте лишь о тех событиях, которые непосредственно связаны с присущей вам склонностью воображать то, что вы предпочитаете воображать.
[166]
Подлинные воспоминания почти неизбежно объясняют вам вас самих.
Предположим, например, что вы питаете инстинктивное отвращение к какому-то определенному сорту вина. Как бы вы ни пытались, вы не можете понять, в чем его причина. Далее предположим, что, исследуя некоторые из своих предыдущих инкарнаций, вы вспоминаете, что умерли от яда, подсыпанного именно в такое вино. Таким образом выходит, что,
однажды обжегшись на молоке, вы до сих пор дуете на воду. Здесь мне могут возразить, что в таком случае все предыдущее воплощение может быть фантастическим порождением вашего либидо — в полном соответствии с теорией Фрейда. Возражение верное; но оно практически теряет смысл в том случае, если вы не осознавали своего инстинктивного

отвращения до тех пор, пока Магическая Память не обратила на него ваше внимание. Фактически сущность такой проверки заключается в том, что память указывает вам на нечто, являющееся логическим следствием предпосылок, возникших в прошлом.
В качестве примера мы можем процитировать некоторые из воспоминаний Мастера Териона. Последовав за вереницей своих мыслей,
он вспомнил, что когда-то жил в Риме и звался Марием Аквилием.
[167]
Весьма маловероятно, что а) этот иероглифически записанный способ самоанализа и б) обычная интроспекция, основанная на умопостижимых принципах каким-либо образом связаны между собой. Мастер Терион непосредственно вспомнил различных людей и различные события,
связанные с этой инкарнацией; и все они сами по себе выглядели вполне реально. Почему именно эти люди и эти события попали в сферу его внимания? На то не было никакой конкретной причины: в момент вспоминания они были абсолютны и никак не связаны с событиями нынешней жизни. Однако последующее изучение магических записей
[168]
показали, что Деяния Мария Аквилия в действительности так и не достигли своего логического результата, ибо были прерваны смертью этого романтического негодяя. Но могут ли существовать причины, не имеющие следствий? Вся Вселенная единодушно отрицает это. И если возможные следствия этих причин возникли на жизненном пути Мастера Териона, то это, несомненно, служит самоочевиднейшим и разумнейшим доказательством его тождества с Марием Аквилием. Ведь никто не удивляется тому факту, что наполеоновские амбиции привели к уменьшению среднего роста французов. Мы знаем, что всякая сила должна как-то реализоваться; и тот, кто поймет, что внешние факты — не более чем симптомы внешних понятий, без особого труда сможет определить соответствия между двумя личностями.
Но выступать в защиту Магии — вовсе не значит отстаивать объективную значимость этих соответствий. Наивно полагать, будто Марий
Аквилий существовал в действительности. Это заботит нас не более, чем математиков, рассуждающих о 22-мерном пространстве, волнует факт реального существования такого пространства. Мастер Терион не станет рыться во вчерашних газетах, чтобы выяснить, был ли он на самом деле
Марием Аквилием, и был ли на самом деле этот Марий Аквилий, и есть ли на самом деле Вселенная, или же она всего лишь кошмар, привидевшийся с пьяных глаз. Его воспоминания о Марии Аквилии и похождениях данного

персонажа в Риме и в Черном Лесу не значат ровным счетом ничего — ни для него самого, ни для всех остальных. Но вот что действительно важно:
Мастер Терион нашел необходимую символическую форму; истина это или ложь, но она помогает ему развернуться в более выгодном направлении.
"Quantum nobis prodest hec fabula Christi!"
[169]
Все Эзоповы басни — явная ложь, но это не умаляет их ценности для рода человеческого.
Таким образом, вся Магическая Память сводится здесь к приему,
позволяющему вывести наружу свою внутреннюю мудрость. Но это вовсе не значит, что в ней стоит сомневаться (разве что уж в самых крайних случаях!). Самое сильное доказательство истинности любой научной гипотезы состоит в том, что ее предсказания подтверждаются объективными фактами. Но ведь известно, что все объективное при необходимости всегда может быть выражено в субъективных символах;
выражать же субъективное через объективное — явная бессмыслица. Как бы мы ни объясняли то или иное свидетельство, его относительная истинность всегда зависит от его же собственной внутренней связности. А
посему мы можем сказать, что всякое магическое воспоминание подлинно в том случае, если оно объясняет наше внутреннее или внешнее состояние.
Все, что проливает свет на Вселенную, все, что открывает нам самих себя в этом загадочном мире, мы должны принимать благосклонно.
Когда наши записи простираются в прошлое, их истинность определяется совокупностью свидетельств. Всякая инкарнация, которую мы вспоминаем, должна расширять наше понимание самих себя. Всякое прибавление знания должно с неоспоримой точностью указывать на решение загадки Сфинкса — сурового стража ворот нашей неведомой родины. Сложное положение, в котором мы находимся, состоит из элементов; но ни один элемент не возникает из ничего. Первый Закон
Ньютона
[170]
действителен для любого плана мышления. Теория эволюции способна принять любую форму. И наша предрасположенность к подагре, и форма наших ушей берут свое начало в прошлом. Символы могут измениться; но факты неизменны. Все сущее тем или иным образом ведет свое происхождение от своих предыдущих проявлений. Вы считаете, что воспоминания о прошлых инкарнациях — не более чем сновидения? Что ж,
считайте, если вам угодно; но помните, что сновидения обусловлены реальностью в той же степени, что и события повседневной жизни. И если мы правильно истолкуем их символический язык — мы постигнем истину.
Последний пункт Клятвы Магистра Храма звучит следующим образом:
"Клянусь трактовать любое явление как частное сношение Бога с моей

душой". Вышеприведенное исследование показывает, что Магическая
Память — это способ (и, как свидетельствует опыт, один из лучших способов) исполнить данный обет.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   21   22   23   24   25   26   27   28   ...   89




База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница