М. А. Мкртчян Редакционная коллегия



страница67/70
Дата25.04.2021
Размер2,41 Mb.
1   ...   62   63   64   65   66   67   68   69   70
Дьяченко Виталий Кузьмич

Корнин и опыт «Дикого вуза»

Чем примечателен корнинский опыт? В Корнине А.Г. Ривин создал школу вне государственной системы, школу, в которой, строго говоря, даже не было своего помещения. Школа появилась по инициативе родителей и существовала только на их средства. Государство эту школу не финансировало. Этим, кстати, отличался и так называемый «Дикий вуз». В «Диком вузе» не было преподавателей, и не было громоздкого штата администрации, учебной части, хозяйственной, парткома, деканатов и т. д. Можно сказать, это было учебное заведение нового типа, созданное и руководимое самими студентами, без профессорско-преподава-
тельского состава. Как появился на свет «Дикий вуз»?0

Корреспондент «Правды» З. Чаган в журнале «Революция и культура» (№ 11 за 1929 г.) писал: «Бледные от пережитых волнений и неосуществлённых надежд, молодые парни и девушки подходили к плакатику. Кто же эти разочарованные люди? Почему они бледные и грустные? Это те, к кому жизнь повернулась теневой стороной: для них не оказалось места в вузе, несмотря на то, что они – десятки девушек и парней – выдержали испытания и в руках у них документы фабрично-заводских предприятий. Нет в вузе мест для всех, хотящих учиться, мест мало, желающих их занять очень много»... Так было в 1928 году, мало что изменилось к лучшему и в 1991 году.



Почему? Такова система образования: чтобы качественно учились немногие, нужен строгий отбор и жёсткий отсев многих тех, кто хотел бы учиться после средней школы и мог бы успешно учиться, овладевать науками, профессией. И это прекрасно доказал «Дикий вуз», о котором молодые парни и девушки узнали из объявления: «Высшее образование без вуза. Жизни нужны не дипломы, а знания». А дальше адрес какого-то Вихмана. Кто такой Вихман? Такой же, как они, парень. Ему девятнадцать лет. Поступал в Тимирязевскую академию. Провалился. Вспомнил, что когда-то учился у А.Г. Ривина. Работал трактористом. Очень хотел учиться: стать инженером. Но как этого можно добиться? В Тимирязевке большой конкурс. Больше двадцати человек на одно место. В других институтах не лучше.
А что если организовать из тех, кто не попал в вуз, но хочет учиться, группу, а потом, может быть, и институт? Он решил: будем учиться коллективно, друг другу помогая, как было у А.Г. Ривина. Нашлись ещё два единомышленника. Вывесили объявления. Стали принимать желающих и любознательных. Отвечали на их бесконечные вопросы. Помещение найдём. Будем учиться, не порывая с заводом или фабрикой. Когда учиться? В две смены: одни – днём пять часов, а другие – пять часов вечером, в зависимости от смены на производстве. Программы? Факультет? Возьмём за основу программы механического факультета. Кто будет с нами учиться? Молодые рабочие, работницы, дети из рабочих семей, а также служащих. Будем принимать и «маменьких сынков», но им нужно устроиться на работу. Наш вуз для тех, кто работает. Работает и учится. «Будем учиться без профессоров, без преподавателей, без денег, без стипендий, без учебного штата. Мы сами – штат, учащиеся, профессора, преподаватели, деньги»...

  •  Разве это возможно?

  •  Возможно, хотя никто из профессоров в такой вуз не верит, пожимают плечами, говорят, чтобы такой институт начал работать, нужно не меньше ста тысяч рублей.

Помещение нашли. На Москворецкой улице. Облюбовали домик бывшего свечного завода. Приспособили три загаженных этажа для занятий групп по самообразованию.

Сарай, склад превратили в университет. Собрали огромные кучи мусора, вывезли. Нашли столы, табуретки. Брали, где только могли. И наконец «Дикий университет» заработал. Организовали четыре основные группы и две подготовительные. В каждой группе своё бюро или секция управления, состоящая из наиболее подготовленных и способных. Бюро выборное. Ввели свои зачётные комиссии. Комсомол механического факультета втуза и МГУ выделили студентов старших курсов в помощь. Для чего? Читать лекции и проводить семинары, как во всех других вузах? Нет. Метод обучения свой: коллективный. Студенты – консультанты, общественники должны помогать выработать карточки. Они – консультанты, они не требуют денег, поэтому их и пригласили. Коллективистам, последователям А.Г. Ривина лекции не нужны, семинары – тоже. Их система работы? Они брали программу механического факультета, например, курс физики или высшей математики, и переписывали на карточки. Каждая задача, положение, идея, теорема, решение переносится на карточку. Каждый участник занятий усваивает урок-карточку и потом передаёт товарищу. Товарищ усваивает новую карточку и передаёт её другому. Принял карточку, положение, главу, задачу или идею – и передал. В учётной книжке записано: получил, передал. Ленточный способ учёбы, конвейеризация знаний, конвейеризация умов. Дома никто не учится, всё выполняется в своих группах, где все разбиты на пары, и каждый сменяет друг друга, работая с разными товарищами по очереди. Работает весь коллектив: все учат, сами учась. Усваиваешь лучше то, что сумел хорошо передать, научить другого. Каждый студент не только профессорствует, но по очереди – истопник, уборщик, табельщик. Есть расписание дежурств. Доска по самообслуживанию. Штата нет, сами штат, денег нет, сами деньги. Учащиеся вносят по 3 рубля в месяц на учебники и на пособия, на оплату помещения и сторожа. Сторож, хранитель помещения, единственно оплачиваемый человек в этом невиданном вузе.

Сто семьдесят человек учатся в две смены. Пять часов учёбы. Пять дней учёбы в неделю. Восемь месяцев прошли незаметно. Ещё пару месяцев занятия, практика в лабораториях. Их предоставил Ломоносовский институт. За всё время коллектив получил со стороны 260 рублей – от общества «Техника – массам», другие организации и союзы давали лишь обещания. Все ждали, что выйдет. И вышло! Была приглашена комиссия профессоров-специалистов. Им предложили: «Обследуйте с особым пристрастием!» После проверки признали победу коллективистов-энтузиастов. «Метод, избранный ими, – заключает З. Чаган, – лучший в данных условиях. Успеваемость не ниже той, что на стационаре механического факультета». Коллективисты строили грандиозные планы. Уже в следующем году увеличить состав «Дикого вуза» до тысячи человек. Пойти к рабочим на производство. По-новому готовить не только инженеров-механиков, но и строителей, текстильщиков, химиков и т. д. Создать общество коллективов по самообразованию (ОКС). Но вскоре «Дикий вуз» был узаконен, его превратили в обычный вечерний инженерно-механический институт с профессорско-преподаватель-
ским штатом, традиционным расписанием и обычной лекционно-семинарской системой. Затем спустя некоторое время начались репрессии (см. М.Д. Брейтерман «Диалоги», «Учительская газета» от 31.01.19890).

Так был ликвидирован «Дикий вуз», который мог превратиться в основной вид высшего учебного заведения. «Дикий вуз» был преемником корнинского опыта. Как начинался теперь уже знаменитый (спустя три четверти столетия!) опыт постановки коллективного обучения в Корнине? Ранней весной 1918 года в Киев приехали родители шестерых детей, чтобы найти для них хорошего учителя-репетитора, который смог бы обучить за среднюю школу. Война, многие школы были закрыты. Наиболее подходящим для этой цели оказался А.Г. Ривин, который уже в те годы отличался большой эрудицией и искусством преподавания. У А.Г. Ривина была своя методика, которую он тут же пустил в ход: это и работа по карточкам, это и поабзацное планирование текстов статей (методика Ривина), и некоторые приёмы изучения языка. Сначала всем этим приёмам он научил шестерых учеников. В основном его ученики работали в парах сменного состава. Чтобы обучение в парах сменного состава происходило успешно, необходимо было увеличить число учащихся. А.Г. Ривин стал приглашать других ребят на занятия, и вскоре образовалась группа примерно в сорок человек. Это были дети разного возраста и разной подготовки: от 10 до 16 лет. Их уровень, если сравнить с нынешними поколениями, – 4-8 класс. Лекции, общеклассная работа с такой разновозрастной и разноуровневой группой были не нужны. Восемьдесят процентов учебного времени, по словам А.Г. Ривина, занятия велись в виде оргдиалога (организованного диалога), то есть в парах сменного состава. В Корнине А.Г. Ривин на практике решал одновременно несколько задач:

1) введение в качестве основной, системообразующей формы организации обучения оргдиалога, коллективной формы;

2) создание разновозрастного и разноуровневого самообразовательного, постоянно действующего коллектива;

3) пожалуй, самое главное, разработка методики работы учащихся друг с другом, технологии нового учебно-воспитательного процесса. Потребность в новой методике или новой технологии возникла потому, что основное время в процессе обучения работали друг с другом, в парах, являясь попеременно то учеником, то учителем.

На протяжении двух тысячелетий все выдающиеся педагоги мира разрабатывали методы и приёмы обучения детей педагогом, наёмным или профессиональным учителем. Решали главным образом задачу – как должен учитель обучать группу учеников: одновременно всех или в отдельности. А как должны работать ученики друг с другом? Этот вопрос школу, официальную педагогику не беспокоил. Конечно, ученики иногда могут друг другу помогать и даже обучать друг друга. Это не запрещалось. Но что развитие школы и системы образования будет определяться тем, как ученики (школьники, студенты) научились друг с другом работать, в это никто из уважаемых маститых педагогов поверить не мог. И Коменский, и Песталоцци, и Герберт, и Дистервег, и Паульсен, и Каптерев, и Ушинский, и многие другие дидакты и методисты писали свои книги и рекомендации учителям, чтобы научить их лучше работать со своими учащимися. А.Г. Ривин нарушил это единодушие: он стал разрабатывать методику (он называл это «техникой») работы учащихся друг с другом. Можно сказать без преувеличения, что именно с этого начинается современная дидактика и методика. И это принесло свои плоды: за какие-то девять месяцев его ученики преобразовались: они изучили материал трёх-четырёх лет обучения, произошли значительные сдвиги в их интеллектуальном развитии. Но нас в данном случае интересует другой вопрос: как в корнинском опыте произошёл переход от ГСО к КСО? Интересует также и финансовая сторона вопроса.

Начнём с математики. Ученики всё забыли, и можно было начинать сначала. Возьмём планиметрию. После небольшой беседы А.Г. Ривин пригласил к себе одного из шести учеников и разобрал с ним первую тему (№ 1). Объём материала – один урок. Так как это было для ученика повторение когда-то изученного, то достаточно было 10–12 минут, чтобы прочесть и ответить на вопросы учителя. Что делали остальные пять учеников? Александр Григорьевич предложил им привести в порядок его книги и отобрать те, которые их заинтересуют. Словом, они были заняты делом. Александр Григорьевич пригласил ещё двух учеников. Его первый ученик взял одного из них и по указанию Александра Григорьевича стал его учить по теме № 1. Александр Григорьевич проделал то же самое с другим учеником. Теперь можно было ещё взять двоих. По теме № 1 с ними работали два новоиспечённых «учителя», а Александр Григорьевич по теме № 2 стал работать со своим первенцем. Назовём его А, второго и третьего Б и В, четвёртого и пятого – соответственно Г и Д, шестого – Е. Порядок тем (теорем) обозначим № 1, № 2, № 3 и т. д.

Выходило, что А.Г. Ривин работал главным образом с двумя учениками – А и В, а последние ученики, Д и Е, оставались часто вне коллектива. Если Г объяснил тему № 1 Е, то Е эту тему никому не объясняет. Его может только проверить кто-нибудь из учеников, ушедших вперёд, или Александр Григорьевич.

Создавались затруднения и при поабзацном планировании по методике Ривина. Если у каждого из шести своя статья, и идёт поабзацная проработка в парах сменного состава, то ученики, которые заканчивали работу в своей паре, не всегда могли быстро найти себе напарника. Допустим, две пары закончили работу одновременно, и произошла очередная смена партнёров. Третья пара (Д и Е) заканчивает несколько позже. Что им дальше делать? 10-15 минут ждать, пока кто-то из партнёров освободится?

Чтобы ученики могли без задержек переходить от одного к другому партнёру и не простаивать, пока закончится работа в какой-то паре, необходимо было увеличить число участников коллективных занятий. Поэтому Александр Григорьевич постепенно довёл число участников коллективных занятий до сорока человек. Получалось так, что старшие ученики продвигались вперёд сравнительно быстро, так как курс планиметрии они уже изучали, и для них это было повторением, а младшие должны были на каждой новой для них теме (теореме) задерживаться. В темпах изучения планиметрии и других учебных предметов многое зависело также от способностей ребят. Всё это привело к тому, что все учащиеся изучали новый материал не одновременно, а как бы растянулись в длинную цепочку. Если первые ученики А и Б изучали уже тему (теорему) № 42, то последние, замыкающие этот ряд, ещё только приступали к изучению темы (теоремы) № 5 или № 6.


  1.  А (№ 42); 2) Б (№ 42); 3) В № 40; 4) Г № 39; 5) Д № 36 и т.д.

При сорока учащихся разновозрастный самообразовательный коллектив функционировал более активно, и эффективность его деятельности значительно повысилась, хотя при этом возникало немало всяких проблем и затруднений.

Переход к разновозрастному самообразовательному коллективу в Корнине произошёл сразу, без всяких предварительных этапов или фаз. Отказываться от ГСО (классно-урочной системы) не было надобности, так как ученики в школе не учились. Школа была закрыта. А.Г. Ривин и те, кто у него учился в Корнине, рассказывали, что отдельные ученики из числа преуспевающих изучение теории по планиметрии смогли одолеть за два-три дня (работая, как выражались местные крестьяне, «от зари до зари»). Кто изучил теорию (теоремы) могли много времени посвятить решению задач. Одновременно они становились помощниками учителя: проверяли, давали объяснения, помогали другим ученикам по курсу планиметрии. Очень важно было то, что разновозрастный самообразовательный коллектив был создан за очень короткое время. У нас нет точных сведений, но, по-видимому, понадобилось одна-две недели. Думаю, не более трёх недель. В наших же школах, где на уроках идёт освоение коллективных занятий0, создание постоянного, устойчивого разновозрастного класса не происходит, а переход от ГСО к КСО затягивается на годы и годы.

В Корнине создавался образовательный коллектив вне школы. А.Г.  Ривин приехал в Корнин и сразу же начал создавать новый тип школы: школы, в которой нет классов, нет традиционного расписания, нет уроков, нет звонков, нет домашних заданий, не было даже своего постоянного помещения. Ученики всё лето занимались на свежем воздухе: в саду или во дворе. Если же был дождь, то заходили в большую крестьянскую избу и располагались, где кто может: кто на полу, кто на скамейке, кто-то приносил табуретку.

В этой школе не было ни первой, ни второй смены: занятия проводились «от зари до зари». Не было разговора о перегрузке. Если ученик устал, он мог тут же проделать физические упражнения, пробежаться, мог уйти домой, поставив в известность педагога. Ученики могли приходить в любое время и сразу же включаться в работу и работать столько, сколько им хотелось. Большинство работало целый день: с утра до вечера с перерывом на обед. Некоторые занимались в школе и успевали сбегать домой поработать на огороде, напоить и дать корм скотине. Находили время и для коллективных игр.

Учитель в корнинской школе не вёл уроков, здесь не было систематического изложения изучаемых предметов. Не было в обычном понимании экзаменов. Если учитель проверил ученика по программе, допустим, арифметики за 5-ый класс, и ученик справился со всеми заданиями, то он приступал к изучению арифметики (математики) по программе 6-го класса. Учитель, изучая работу каждого ученика, мог отдельным ученикам, например, 3-го класса, давать то, что изучается в 4-ом или 5-ом классе. Конечно, если в этом он видел смысл. Строго говоря, в Корнине, как и в «Диком вузе», уже не было учеников в прежнем смысле слова: все были преподаватели. Но одни продвигались далеко вперёд, были близки к завершению изучения учебных предметов за среднюю школу, а другие более или менее отставали от них. Кто продвинулся по изучению программного материала вперёд, тот выполнял функции преподавателя по отношению ко всем тем, кто от него отставал, где-то находился «сзади». В деятельности каждого участника корнинской школы действовал принцип: всё, что я узнал от учителя, от товарищей или из книги (учебника), я тут же должен рассказать, объяснить другому, прежде всего тому, кто следует за мной. А.Г. Ривин этот принцип формулировал так: «Получил – передай, тебя научили – и ты научи другого». И этот процесс («получил – передай») – своего рода эстафета знаний – двигался сверху вниз: от учителя и его ближайших помощников (преуспевающих учеников) ко всем остальным.

Если в Корнине руководил всем процессом обучения педагог – А.Г. Ривин, то в «Диком вузе» профессиональных педагогов, преподавателей не было. Был самообразовательный коллектив, состоящий из шести групп, а руководство всей учебной работой и хозяйственной по самообслуживанию осуществлялось через самоуправление.

Развитие образовательного коллектива в Корнине имело ту же тенденцию, что и «Дикого вуза»: при минимальных материальных затратах коллективными усилиями подняться до уровня среднего, а затем и высшего образования. Корнинская школа прекратила своё существование из-за военных действий, но в ней за сравнительно короткий срок был уже создан самообразовательный коллектив, способный обучать каждого его члена потому, что все его участники в той или другой степени овладели искусством преподавания, охотно учились сами и учили других.

В «Диком вузе» решающее значение имело самоуправление. Элементы самоуправления – и довольно сильные – мы находим и в корнинском опыте. Важнейшей особенностью корнинского опыта было то, что сравнительно легко и быстро был создан разновозрастный самообразовательный коллектив. Это именно то, что не могло получиться в обычных, традиционных школах, в которых узаконена классно-урочная система, и коллективные занятия (работа учащихся в парах сменного состава) либо вовсе не разрешалось проводить, либо только «у себя» на уроках, со своими учениками, то есть в рамках одновозрастного класса. Некоторые послабления появились в последние годы, но на пути к переходу от ГСО к КСО возникло такое «препятствие», как создание из одновозрастных классов разновозрастных самообразовательных коллективов. А между тем без создания разновозрастных самообразовательных коллективов нет и перехода к КСО.








Каталог: wp-content -> uploads -> 2016
2016 -> «Из опыта работы по внедрению фгос»
2016 -> Вопросы по отечественной истории для студентов очного и заочного отделений
2016 -> Конспект занятия «Уроки доброты»
2016 -> Отчет по результатам аналитического исследования российской и зарубежной практики профессиональной и социально-бытовой поддержки и закрепления международных специалистов различных категорий в высшем учебном заведении
2016 -> Программа по курсу внеурочной деятельности «Практикум общения «Я и мои друзья»
2016 -> Как надо вести себя родителям с единственным ребенком Заботиться и опекать, но не до безрассудства
2016 -> 1 Пояснительная записка 1 Планируемые результаты освоения обучающимися основной образовательной программы 6 Система оценки достижения планируемых результатов освоения основной образовательной программы 11 Содержательный раздел
2016 -> «Музыкальное воспитание детей»
2016 -> А. С. Пушкина» Фонд «Духовно-нравственное просвещение» имени А. И. Петрова омские епархиальные кирилло-мефодиевские чтения сборник статей Омск 2015


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   62   63   64   65   66   67   68   69   70


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница