Линда Берг-Кросс терапия супружеских пар



страница18/45
Дата27.04.2016
Размер7.39 Mb.
ТипКнига
1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   45

Мы все интуитивно чувствуем, что дети понимают многие нюансы и эмоциональное содержание споров, возникающих между родителя­ми. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в результате иссле­дований выясняется: дети бывают меньше расстроены, если видят, что после ссоры их родители помирились и вновь счастливы. Если же они чувствуют, что враждебность между родителями все еще сохра-

212

няется, их переживания усугубляются. Детям не нужно знать, как была разрешена ситуация; им всего лишь необходимо быть уверенными, что родители снова счастливы. Когда отношения между родителями про­должают оставаться напряженными, то многие дети неизбежно ощу­щают эмоциональную небезопасность, испытывают тревогу или раз­дражение (Оа\\е$, Муегз, апй Ситгшп§5, 1996).



Другая теория заключается в том, что конфликт в супружеских от­ношениях неблагоприятно влияет на последовательность и качество воспитания ребенка. Когда родители несчастливы друг с другом, ско­рее всего, их действия по отношению к детям будут отличаться непос­тоянством и иррациональностью, детей легко можно будет использо­вать как козлов отпущения. Создается впечатление, что супруги в бра­ках с нарушениями склонны начинать свои воспитательные речи так, чтобы ребенок испытал тревогу и чувство вины. Кроме того, чем боль­шую вербальную и физическую агрессивность родители проявляют друг к другу, тем больше вероятность, что они будут проявлять агрес­сию и по отношению к детям. Постоянные супружеские конфликты забирают столько эмоциональных сил, что родители быстро становят­ся неспособными признать эмоциональные потребности детей и реаги­ровать на них (Ртспат, СгусЬ, апс! ОзЬогпе, 1994).

Маловероятно, что дети будут слушаться родителей, когда те пе­реживают серьезный супружеский конфликт. Возможно, это проис­ходит потому, что пары, имеющие нарушения, больше ссорятся по поводу стратегий воспитания детей и менее последовательны в том, как они реагируют на детей. Такая непоследовательность провоци­рует у детей тревогу и смущение. Дети не уверены в том, что дей­ствительно требуется, они вынуждены находить свои собственные помогающие ресурсы, что представляет собой компромиссное ре­шение по отношению к тому стрессу, который испытывают дети, ког­да их родители ссорятся. В результате они не слушаются или не спо­собны успешно выполнять просьбы родителей (^еЬз1ег-81га(:оп, 1989). Важное лонгитюдное исследование, проведенное Бельски и коллега­ми (ВеЫсу апс! со11еа§иез, 1991), показало, что отцы, которые сооб­щали о том, что испытывали меньше чувств к своим женам на про­тяжении супружеской жизни, имели более непослушных детей. Таким образом, в браках с нарушениями напряжение возвращает­ся обратно отцам; они оказываются намного больше расстроены непослушанием детей, чем отцы в счастливых браках (Еаз1егЬгоок5 апс! Етде, 1988).

213

Родительские ссоры оказывают на мальчиков и девочек разное вли­яние, и это неудивительно. Больше вероятность, что девочки, болез­ненно реагирующие на родительские проблемы, пропустят конфликт через себя (интернализация) и так или иначе будут ощущать свою вину или ответственность. Они чувствуют, что должны заставить родителей ладить друг с другом. С другой стороны, мальчики, скорее всего, ста­нут агрессивными и воплотят проблемы в конкретную форму. Маль­чики, хорошо умеющие справляться с трудными ситуациями, защи­щены от неблагоприятного влияния родительских ссор; девочки под­вергаются этому влиянию вне зависимости от уровня их навыков. Это может быть связано с тем, что женщины чувствуют свою личную от­ветственность за сохранение положительных социальных реакций (Сшппип§з, ОаУ1ез, апд Зшрзоп, 1994).



На мальчиков и девочек разное влияние оказывает и то, что родите­ли в силу своих половых различий могут предложить своим детям разное качество родительско-детского взаимодействия. Коуэн и кол­леги (Со\уап апё со11еа§ие5, 1996), изучавшие поведение детей дош­кольного возраста, пришли к выводу, что неразрешенные вопросы отцов, которые присутствовали при супружеских раздорах в своих родительских семьях, находили свое воплощение в поведении детей в группе (экстернализация). Учителя часто отмечали, что такие дети не выполняют задания, не слушаются, нарушают правила, вступают в споры, обманывают, не сотрудничают, затевают перепалки и не спо­собны спокойно сидеть. Это в отличие от детей, отцы которых имели понятные, обстоятельные, последовательные и гармоничные отноше­ния с каждым из родителей (даже если эти отношения носили негатив­ный характер). Те дети, у которых не отмечалось экстернализации, сотрудничали с другими детьми и у них не обнаруживали проявлений агрессии. С другой стороны, у детей, чьи матери имеют неразрешен­ные проблемы с родительской семьей, было отмечено поведение с выраженной интернализацией. Такие дети, по сообщению учителей, были более унылыми, застенчивыми, нервными и предпочитали дея­тельность, не предусматривающую участия других лиц. Дети, чьи ма­тери имели прочные отношения со своими родителями, характеризо­вались как общительные, веселые и расслабленные. Результаты этого исследования в действительности значительно сложнее: определенный процент матерей также вызывал экстернализированное поведение у детей (39% различий в сравнении с 69%), а у части отцов дети также проявляли интернализированное поведение (41% различий в сравне-

214


нии с 60%). Тем не менее, половые различия весьма значительны и наводят на размышления.

Темперамент также влияет на то, как дети будут реагировать на кон­фликт родителей. Некоторые дети, едва начинают ходить, уже имеют более сложный темперамент. Они намного сильнее реагируют на ссо­ры супругов, чем дети, имеющие более ровный характер (Еаз^егЬгоокз, Ситгшп§2, апа1 Етс1е, 1994).

Дети защищены от разрушительного влияния родительских раздо­ров, когда они чувствуют, что имеют близкие и стабильные отношения с каждым из родителей. Ребенок, будь то мальчик или девочка, уве­ренный в том, что у него любящие и прочные отношения с каждым из родителей, получает наилучшие шансы вырасти эмоционально здоро­вым человеком.

РЕВЕРСИВНЫЙ ПОДХОД: КАК ДЕТИ ВЛИЯЮТ НА РОДИТЕЛЕЙ

Многие годы мы с мужем были сторонни­ками того, чтобы отдыхать отдельно от де­тей, но они все равно умудряются достать нас.

Эрма Бомбек

Дети во многом определяют то, как их родители будут относиться к ним. Родители напрямую не планируют свои подходы к воспитанию детей и не проецируют свои личные психопатологии и идеализации на еще не испорченного посторонним влиянием ребенка. Каждый ребе­нок дает сильный стимул, побуждающий к разным типам родительс­ких реакций. Было проведено несколько очень плодотворных иссле­дований, которые эмпирически подтвердили эту точку зрения. В одной исследуемой группе детей в возрасте десяти лет обучали проявлять либо оппозиционное поведение, либо поведение, характеризующееся социальными уходами, во время настольной игры с разными матеря­ми. Результаты показали, что матери адаптировались к типу детей, с которыми они взаимодействовали в данный момент, проявляя жест­кость по отношению к ребенку, который находился в оппозиции. В других экспериментах детей, которые только делали свои первые шаги, одевали в комбинезоны, которые не позволяли определить пол ребенка, а затем произвольно давали детям мужские и женские имена. Взрослые взаимодействовали с детьми по-разному, в зависимости от предполагаемого пола ребенка.

215


Раздражение родителей и стратегии воспитания

Многие поведенческие реакции детей действуют подобно пуско­вым механизмам и провоцируют раздражение родителей. Но не все родители одинаково интенсивно реагируют на одинаковые провоциру­ющие модели поведения. Ниже приводятся десять поведенческих ре­акций детей, которые вероятнее всего будут провоцировать родительс­кий гнев:

1. Непослушание ребенка.

2. Родитель видит, что ребенок допускает те же самые ошибки, что и он сам.

3. Соперничество братьев и сестер.

4. Вторжение ребенка в личную жизнь родителей.

5. Родитель устал от ребенка, который постоянно суетится и предъявляет какие-то требования.

6. Незрелые действия ребенка.

7. Ребенок отвергает родителя или пытается избегать общения с ним.

8. Ребенок проявляет характер - либо в действиях, либо эмоцио­нально.

9. Ревность, вызванная тем, что ребенок делает что-то лучше, чем сам родитель.

10. Своим поведением в общественном месте ребенок ставит ро­дителя с неловкое положение.

Родители отличаются своей манерой дисциплинировать детей, реа­гируя на разные пусковые механизмы. Различные ситуации могут про­воцировать самые разнообразные реакции: поведение, которое один родитель находит привлекательным, другой считает отвратительным. Анализируя различия родителей, испытывающих гнев в тех или иных ситуациях, терапевт может прогнозировать степень супружеского кон­фликта, который возникнет из-за воспитания детей.

Но даже когда какие-то ситуации вызывают раздражение и у отца, и у матери, их способы обращения с гневом могут существенно раз­личаться и быть источником основного конфликта. Раздраженные ре­бенком родители демонстрируют разные стили общения с ним: они могут прибегнуть к телесному наказанию, отругать ребенка, прекра­тить с ним общаться, пересмотреть его привилегии или просто что-то ему объяснить. Многие споры между супругами разворачиваются вок­руг того, следует ли прибегать к физическим наказаниям, чтобы до­биться от ребенка дисциплины, или достаточно ограничиться словами.

216

В семье, где есть и отец, и мать, родительское наказание не прино­сит желаемого эффекта, когда к нему прибегает только один из роди­телей. Возможно, это происходит потому, что родители концентрируют внимание на том, кто из них будет следить за дисциплиной, и не в состоянии понять, как влияют совместные дисциплинарные взыска­ния. Исследователи обратили внимание на то, что в семьях, где только один из родителей следит за дисциплиной, существует значительная корреляция между применением физического наказания матерь и от­цом (по крайней мере, так происходит в отдельных регионах Амери­ки). Чем чаще отец прибегает к физическим наказаниям в качестве дисциплинарной меры, тем больше вероятность, что и мать также бу­дет использовать эту стратегию. Родители используют похожие спосо­бы наказания, несмотря на то, что один из них может чаще и интенсив­нее прибегать к нему, чем другой. Клиницистам важно осознавать это, поскольку влияние, которое оказывают физические наказания на ре­бенка, может быть намного сильнее, чем можно проследить в перво­начальном отчете родителя (ТЧооез апс! ЗтИЬ, 1997).



Родители, дети которых проявляют агрессию в общении со своими сверстниками или доминируют над другими детьми, часто извлекают пользу из анализа своих индивидуальных и совместных стилей нака­зания. Доподлинно известно, что чем чаще родители физически нака­зывают детей, тем больше вероятность, что такие дети будут издевать­ся над своими друзьями (ЫоЬез е1 а1., 1999). Если оценивать в общем методы наказания со стороны матери, отца и других лиц, которые за­нимаются воспитанием детей, то становится понятным общее влияние агрессии. Каждый родитель понимает, что не является единственным человеком, который учит ребенка тому, что сила - это способ полу­чить желаемое. Поэтому необходимо преодолеть эту общую направ­ленность и научиться альтернативными методами добиваться хороше­го поведения детей.

Отношение к физическим наказаниям как к форме дисциплинарного взыскания очень варьируется в разных культурах, но в Америке многие родители полагают, что они должны прибегать к телесным наказаниям, чтобы продемонстрировать своим детям ценности правильного и непра­вильного поведения. И все же стереотипы, сложившиеся в культуре, чаще всего представляют собой чрезмерное обобщение. Например, су­ществуют данные, опровергающие распространенное представление о том, что афроамериканские родители предпочитают физические наказа­ния. Подобно тому, как ведут себя многие представители других этни-

217

ческих групп американцев, афроамериканцы могут отдавать предпочте­ние авторитетному стилю, при котором физическое наказание использу­ется только в тех случаях, когда ребенок напрямую бросает вызов авто­ритету родителя. С другой стороны, американцы - выходцы из стран Карибского бассейна используют физические наказания как наиболее подходящую дисциплинарную стратегию (ВгасЛеу, 1998).



Семейные терапевты пришли к общему мнению, что когда допус­каются физические наказания, вмешательство требуется в тех случа­ях, если ребенок часто получает физические травмы, родитель посту­пает импульсивно и испытывает гнев или если родители не владеют иными, «некарательными» стратегиям воспитания. Однако многие те­рапевты считают все физические наказания формой жестокого обра­щения с детьми и поэтому говорят об их недопустимости.

Многие исследования, проведенные среди животных, подтвержда­ют: когда наказание является достаточно интенсивным, целевое пове­дение может полностью сдерживаться. К сожалению, наказание вле­чет за собой возникновение сильного страха и ненависти к тому, кто наказывает. В сущности, результат, получаемый от физического нака­зания, никогда не оправдывает заплаченной цены. Многие родители полагают, что не все виды физического наказания одинаковы и что времена жестоких побоев остались в далеком прошлом. Представле­ние о том, что небольшая боль не представляет для детей никакой опас­ности, опровергается тем фактом, что мягкие формы наказания зачас­тую требуется ужесточать, чтобы поддерживать их эффективность. Существуют и определенные моральные нормы, согласно которым осознанное причинение боли другому человеку недопустимо.

Физические наказания часто становятся причиной психических рас­стройств у детей. Чем жестче наказание и чем чаще оно применяется, тем более тяжелой будет реакция. Даже в случаях умеренно жестокого обращения с детьми у них могут развиться разного рода психопатоло­гии и возрастает агрессия, направленная на них самих, на сверстни­ков, братьев и сестер, а впоследствии на супругов и детей.

Родители, не знающие об особенностях детского развития, чаще испытывают раздражение и заходят в тупик. По мере того, как они узнают о разных возрастных категориях и этапах, они начинают луч­ше чувствовать изменяющиеся потребности и ограничения своих детей, и вероятность того, что они будут жестоко обращаться с деть­ми, уменьшается. Однако неведение не единственная причина жесто­кого обращения. Родители жестоко обращаются с детьми еще и пото-

218

му, что ребенок представляет собой наиболее типичную беспомощ­ную жертву. Для того чтобы дать выход всем своим фрустрациям, взрослые без труда могут использовать ребенка в качестве своеоб­разного козла отпущения.



Как сделать так, чтобы они слушались:

анализ взаимных уступок и того,

что преимущественно приводит к раздорам

Одна из основных причин разногласий между супругами состоит в оппозиционном поведении детей. Отцы высказывают неодобрение стра­тегиям воспитания, к которым прибегают матери, когда ребенок не слушается; а матери в свою очередь не поддерживают стратегии от­цов. Оба родителя редко ценят то, что ребенок участвует в этих битвах, и выражают сочувствие по этому поводу! Оппозиционное поведение рассматривается как норма во время таких «страшных битв». Кроме того, широкое распространение получил миф о том, что «хороший» родитель может сделать ребенка послушным. Однако это не так. Дети отказываются слушаться своих родителей, и это обусловлено их соб­ственными реальными потребностями и личностными стилями. Роди­телям необходимо справедливо обосновывать свои требования к ре­бенку и учиться вести с ним переговоры (81агТог(1 апа1 Вауег, 1993).

Родители не являются для своих детей образцами послушания. Дети чаще реагируют на просьбы и требования родителей, чем взрослые на просьбы и требования детей (81агГогс1 апс! Вауег, 1993). Несмотря на то, что многие родители по-прежнему считают, что их задача - предъяв­лять требования, а ребенка - подчиняться им, при авторитарной страте­гии воспитания отмечается тенденция к тому, что люди испытывают фрустрацию и негодование.

Когда и родитель, и ребенок реагируют на просьбы друг друга, их взаимоотношения улучшаются. Для того чтобы это продемонстриро­вать, был проведен эксперимент, во время которого мать и дочь вмес­те пили чай. Когда мать положительно реагировала на просьбы своей дочери, девочка отвечала согласием на просьбы матери. Но когда мать не желала соглашаться с предложениями дочери, возникала большая опасность, что совместные чаепития закончатся фрустрацией или сле­зами (Яос155апо, 81абе, апс1 Ьупсп, 1987).

В других стратегиях воспитания детей, помимо взаимности, отме­чается тенденция к росту послушания. Но все эти стратегии направ-

219


лены на то, чтобы родитель настроился на работу с единственным в своем роде ребенком, стал понимать особенности возраста, характе­ра, потребности и уровень фрустрации ребенка. Меньше всего про­блем с поведением детей имеют те родители, которые делают очень много и вкладывают огромную энергию в «прерывающее отвлече­ние внимания» (НоШеп апс1 \\^ез1, 1989). Если они хотят, чтобы дети ложились спать в 8:30, им надо проследить за тем, чтобы в 8:00 был выключен телевизор и устранены другие отвлекающие факторы. Если они хотят, чтобы ребенок выполнял домашние задания после школы, они присутствуют при этом, чтобы убедиться, что работа выполнена (или лицо, замещающее родителя, направляет ребенка). Таким обра­зом, родителям никогда не приходится отдыхать. Они редко имеют возможность уделять друг другу внимание. Забота о том, чтобы со­здать и поддерживать соответствующую атмосферу в доме, главным образом ложиться на плечи женщины. Тогда у мужчин создается ощущение, что их игнорируют, пренебрегают ими и преуменьшают их роль, так как они безуспешно пытаются взаимодействовать со своими женами. Мужчина в какой-то степени оказывается в изоля­ции, так как зачастую жена переключает значительную часть своего внимания на изучение и организацию окружающей обстановки, уде­ляя своему супругу меньше внимания. В свою очередь мужчины, которые обеспечивают охрану окружающей домочадцев атмосферы, аналогично воспринимаются своими женами.

Принимая во внимание все эти параллельные потребности не уди­вительно, что родители действуют иначе, когда находятся наедине с детьми, чем когда взаимодействуют с детьми в присутствии жены. Несмотря на общее ощущение недостатка заботы со стороны супруга, родители больше взаимодействуют друг с другом и уменьшают не­посредственное взаимодействие с ребенком, когда все трое находятся вместе, по сравнению с теми ситуациями, когда с ребенком находится один из них. Когда они вступают в активное взаимодействие с ребен­ком, характер взаимодействия меняется. Литтон (Ьупоп, 1980) обна­ружил, что слова матерей приобретали более позитивную окраску в присутствии отцов. Матери были менее требовательны к детям в при­сутствии отцов. Таким образом, матери подчеркивали роль воспита­ния детей, когда присутствовали их мужья. Однако когда в одной ком­нате с детьми находятся и мать, и отец, дети скорее будут слушать ука­зания именно матери.

220

Самооценка ребенка



и ее благоприятное влияние на родителя

Доказано, что родители могут поддерживать или разрушать само­оценку ребенка, однако и уровень самооценки ребенка дает возмож­ность определить, как родители реагируют на него (Ре1зоп аЬс! йеПпзк], 1989; Ко5епЬег§, 1965). Например, дети с низкой самооценкой имеют нередко прибегают к использованию защит, уходят в депрессию и/или ведут себя вызывающе. Как правило, такое поведение вместо пози­тивных реакций провоцирует негативные или карательные реакции ро­дителей.

Люди, критикующие родителя за то, что тот постоянно кричит или контролирует ребенка, часто с удивлением обнаруживают, что их соб­ственное поведение ничем не отличается, когда их просят побыть с ребенком и присмотреть за ним в течение определенного времени. Бартл, Андерсон и Сабателли (Ваг11е, Апйегзоп, апс! 8аЬа*еШ, 1989) докумен­тально подтверждают то, что детей с высокой самооценкой воспиты­вать намного легче, и снижение напряжения, связанного с исполнени­ем родительских ролей, сокращает отрицательные моменты и стресс супружеских отношений.

Родители отдают своим детям очень много времени и энергии, по­этому неудивительно, что успех или поражение ребенка в определенный период времени оказывает непосредственное влияние на то, насколько родитель ощущает себя успешным или терпящим поражение. Многие родители могут вспомнить, как они гордились школьными и спортив­ными достижениями детей.

Когда отпрыск молод, вызывает всеобщую симпатию к себе и у него впереди масса возможностей, родители ежедневно поддерживают его умными замечаниями, говорят ему, что он не по годам развит или в совершенстве владеет какими-то навыками. Когда же дети вступают в пубертатный период и начинают поступать так, как считают нужным, они сталкиваются с более очевидными поражениями, межличностными конфликтами и глубоко личными страхами, что вызывает страдания ро­дителей. Матерям приходится бороться с трудными подростками, что отрицательно сказывается на самооценке этих женщин, и они начинают сомневаться в своем умении воспитывать. С другой стороны, если под­ростки чем-то увлечены и добиваются успеха, способны выражать бли­зость и понимание, тогда самооценка родителя повышается (Оешо, 8та11, апс! 8аут-\ШНат<>, 1987).

221


Генетические границы двойной направленности

Наряду с тем, что между родителем и ребенком существует силь­ное взаимное влияние, воздействие оказывают также определенные биологические ограничения. Многие супруги пытаются решить, какие черты детского характера они могут изменить благодаря своему влия­нию, а какие следует просто воспринимать такими, какие они есть. Наука представляет все больше и больше подробной информации, и родители уже могут не обвинять себя и своих супругов за то, что их детям необходимо бороться с неизбежными недостатками и проблема­ми, свойственными природе человека.

С каждым годом генетике и ее роли уделяется все больше и больше внимания, получает распространение и более рациональная точка зре­ния: влияние родителей на детей или на их формирование тоже не без­гранично. Родители могут научить детей общим ценностям и делают это, но дети живут по своим принципам и в соответствии со своими соб­ственными сценариями. Например, родитель стремится привить ребен­ку честность, а потом его приводит в ужас то, что ребенок отказывается идти в колледж, потому что чадо «честно» не хочет ходить в школу.

Многие генетически детерминированные предрасположенности вза­имодействуют с окружением, что придает очертания человеческой судь­бе. Многие врожденные свойства темперамента, такие как социальный уход, плохое настроение и негибкость, были отмечены у детей, кото­рые впоследствии, в подростковом возрасте, имели проблемы, свя­занные с поведением или употреблением наркотических веществ. Одно исследование показало, что чем более под воздействием биологичес­ких факторов отклоняется от нормы темперамент детей, тем более тя­желые формы принимает употребление ими наркотиков (О1ап1г, 1992). Тем не менее, врожденные качества темперамента, причиняющие са­мый большой вред, очевидно, связаны с областью эмоций. Дети, ко­торые с самого раннего возраста часто бывают в плохом настроении, имеют низкий порог эмоционального возбуждения (разочарования), низкую способность успокаиваться и склонность к социальному ухо­ду, рискуют впоследствии столкнуться с проблемами адаптации. Оп­ределенные черты характера прослеживаются с самых первых дней жизни и являются достаточно стабильными. Многие психологи, кото­рые занимаются вопросами психологии развития, считают, что имею­щиеся данные указывают на то, что родители не могут провоцировать возникновение этих качеств у детей, - это генетическая данность.

222

Характер родителя сильно взаимосвязан с характером ребенка и оказывает на него непосредственное влияние. Блэксон и коллеги (ЕЛаскзоп апй со11еа§иез, 1994) провели серию исследований, пытаясь понять, какие факторы определяют проблемы, связанные с поведени­ем ребенка, среди преимущественно европейских семей, в которых отцы принимают наркотические вещества. Хорошо известно, что та­кой отец ставит своего ребенка в ситуацию, когда тот рискует столк­нуться с подобными проблемами; однако одни дети, по-видимому, нео­быкновенно стойко переживают подобные стрессовые факторы, в то время как другие оказываются в высшей степени уязвимыми. Что же делает одного ребенка устойчивым, а другого уязвимым? Блэксон и коллеги пришли к выводу, что взаимосвязь характеров отца и сына может объяснить ситуации, в которых употребление отцом наркоти­ческих веществ оказывало пагубное влияние. В тех случаях, когда отец и сын имели разные характеры, были обнаружены наиболее деструк­тивные семейные взаимодействия и проблемы с поведением. В этих исследованиях характер оценивался посредством самоотчетов и ин­тервью. Оценка проводилась по трем основных параметрам: насколь­ко часто сын и отец прибегали к уходу в неизвестных или стрессовых ситуациях; насколько гибкими или ригидными были их стили разре­шения проблем и относились ли они к типу, пребывающему в хоро­шем или плохом настроении.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   45


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница