Литературная деятельность митрополита Киприана



страница16/29
Дата01.06.2016
Размер2.43 Mb.
ТипЛекции
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   29

3. Литературная деятельность митрополита Киприана


Существенную роль в процессе «второго южнославянского влияния» сыграла деятельность митрополита Киприана. Он был назначен на русскую митрополию в 1375 году – по некоторым данным в 1378 – и пребывал в этом сане вплоть до своей кончины в 1406 году. Святитель Киприан воспитывался и обучался в Тырнове – центре болгарской культуры. Сведения о времени, когда Киприан жил в своем родном городе, взятые из надгробного слова Григория Цамблака, его племянника и будущего митрополита Киевского, показывают, что он был учеником и последователем болгарского патриарха Евфимия, как и автор «Слова». Начало духовного пути Евфимия и Киприана связано с одним из центров болгарской культуры и духовности – исихастским Килифаревским монастырем. Затем Киприан отправился на Афон, как отмечается в житии, «по совету своего духовного наставника и родственника блаженнаго Евфимия». В этом же источнике указывается: «Во время пребывания на Афонской горе занятия преподобного Киприана были посвящены преимущественно списыванию и переводу книг, к чему он был достаточно приготовлен своим воспитанием в Тырнове, под руководством блаженного Евфимия, известного своим классическим образованием и трудолюбием»333. Образ жизни, иноческие подвиги, совершаемые в одном из монастырей, сделали Киприана известным на Афоне. Уже тогда его отличали образованность, начитанность в священных книгах, глубокий интерес к вопросам церковной и духовной жизни, о чем свидетельствуют обращения с Афона к Евфимию с просьбой объяснить те или иные вопросы и послание патриарха к иноку Киприану на Афон334. Он становится доверенным лицом Константинопольского патриарха Филофея, последователя свт. Григория Паламы, и назначается в 1375 году на русскую митрополию после смерти митрополита Алексия. Но в управление Русской Церковью Киприан вступил в 1390 году после нескольких лет церковно-иерархических смут335.

Борьба Киприана за Московскую кафедру отразилась в посланиях 1378 года к преп. Сергию Радонежскому и Феодору Симоновскому. В первом Послании суть происходящего рассматривается митрополитом как столкновение «мирьская вся мудрование» и «единой воли Божией», где первое – стремление светской власти навязать Церкви свою волю в лице ставленника великого князя Димитрия Иоановича на Московскую митрополию Митяя, а второе – исходящее от патриарха Константинопольского Филофея решение назначить митрополитом Киприана. В другом послании Киприан обосновывает свои права на митрополию.

Митрополит Киприан – «муж всякого целомудрия и разума божественного исполнен и вельми книжен» – оставил глубокий след в древнерусской культуре. С ним связано появление на Руси многочисленных сербских и болгарских рукописей, получивших название «киприановских», распространение нового панегирического стиля южнославянской агиографии, нового правописания и графики. Будучи организатором и вдохновителем этого движения, Киприан сам также занимался литературным творчеством и переводческой деятельностью.

Исследователи говорят «о возможной связи литературных трудов Киприана на Руси с проблемой реформы правописания, проведенной в Болгарии его другом патриархом Евфимием». Литературная деятельность Евфимия связывается с влиянием, оказанным на него исихастами в Царьграде и на Афоне. Основная идея реформы заключается в архаизации правописания и языка в смысле возвращения к наследию и традициям переводческой деятельности св. Кирилла и свт. Мефодия336. Григорий Цамблак, ученик Евфимия и продолжатель его дела, объясняя необходимость этой переводческой деятельности, писал: «Но или первые переводчики не знали в совершенстве греческого языка и учености, или из-за неловкости языка их переводы книг оказались несогласными в словах и по смыслу с греческими писаниями, нескладно связанными и не подходящими для устного произнесения. И только потому, что именовались они книгами благочестивых, было в них нечто верное, однако же скрывался и многий вред, и сопротивление истинным догматам. Потому и произошли из них многие ереси»337. Митрополит Киприан ввел ряд жестких требований, предъявляемых к переписчику книг. Так, от имени митрополита переписчик Служебника «от грецких книг» называет следующий перечень профессиональных погрешностей писца: 1. …Аще ли кто восхощет сия книгы переписывати сматряи, не приложити, или отложити едино некое слово, или тычку едину, или крючькы, иже суть подъ строчками в рядехъ, ни же пременити слогию некоторую, или приложити от обычных их же первее привыкъ… 2. …но с великымъ вниманиемъ прочитати оучитися или преписывати, яко да не от небрежения въ грехъ впадете… 3. …зане же еже от небрежения впасти в грехъ горшии есть, неже от невидения бываемого… Комментаторы текста так характеризуют эти ошибки: 1. «Книгописцу, согласно записи, надлежало следить за тем, чтобы не приписать ("приложити") к тексту лишнего слова или, напротив, не опустить ("отложити") нужного. Здесь же содержится призыв верно проставлять надстрочные знаки (точки и крючки), не менять последовательность слогов в слове и не добавлять слогов (?), даже там, где они кажутся писцу привычными». 2. «не впадать в грех от небрежности (т. е. не искажать канонического текста богослужебных книг) и со вниманием читать и переписывать текст». 3. «описка, возникшая в результате небрежности писца провозглашается большим грехом, нежели ошибка, возникшая вследствие его невежества»338.

Посредством трудов свт. Киприана Древняя Русь включилась в глобальный для всего славянского мира процесс исправления богослужебных книг в соответствии с греческими первоисточниками и создания их новых переводов, определивший пути развития древнерусской культуры и связавший с нею судьбы ярчайших представителей этого движения. Григорий Цамблак в слове «О великом духовном сеятеле Евфимии» указывает, что причиной, побудившей патриарха к исправлению церковных книг, стала потребность приблизиться к греческому языку как к носителю чистоты веры. Последователи первоучителей или утратили присущую свт. Мефодию и св. Кириллу живую связь с греческой языковой культурой, или не обладали данной им мерой духовной благодати, из-за чего в переводы богослужебных книг и книг Священного Писания вкрались ошибки. Деятельность Евфимия сравнивается с деянием Моисея: «И этот второй законодатель после Моисея, упразднив все древние книги, сошел с вершины горы разума, неся в натруженных руках, как некие писанные Богом скрижали, истинное сокровище небесное, и передал его церкви...» Григорий Цамблак, чтобы подчеркнуть боговдохновенность трудов патриарха, прибегает к излюбленному в исихастских кругах образу, почерпнутому у Дионисия Ареопагита, сопоставляя деятельность Евфимия – переведенные им книги – с путем Божественного Моисея, с восхождением от видимого к невидимому, с отрешением от всего земного и вступлением в «таинственный мрак незнания», где обитает Бог: «Как Моисей на горе, возвысившись над видимым и проникнув душой в невидимое и недоступное (его означает мрак), приобщился к Божественным таинствам и, уразумев Бога, встал во главе всех людей...»339 Расцвет переводческой деятельности в годы правления Русской Церковью свт. Киприаном был обусловлен и общей проблемой для всех славянских стран и Византии – гибелью книжных сокровищ после варварских набегов на центры культуры.

Церковный историк писал о свт. Киприане: «Любя безмолвие, он часто уединялся в свое загородное село Голенищево, и там в тихом приюте, находившемся между двумя реками – Сетунью и Раменскою и окруженном лесом, предавался размышлению, чтению слова Божия, и своею рукою писал книги. Он был знаток церковных канонов, был ревнитель церковного богослужения и перевел с греческого некоторые чинопоследования и службы»340. Связь с исихазмом прослеживается не только в складе характера и в образе жизни Киприана, но и в его трудах и высказываниях. Он хотел провести на Руси литургическую реформу Константинопольского патриарха Филофея; ко времени митрополита Киприана относят и принятие празднования свт. Григорию Паламе в Русской Церкви341. О своей близости к Филофею святитель говорил: «И я, смиренный, возведен был на высокий престол митрополии русской святейшим и дивным Филофеем... который, пожив довольно, добре упас Христово стадо, подвизался против ереси Акиндиновой и Варлаамовой, разрушив учение их своими поучениями...»342

Из оригинальных сочинений свт. Киприаном были написаны послания по различным церковным вопросам (в частности, послание к игумену Афанасию и псковскому духовенству), созданное за четыре дня до смерти прощальное письмо («Прощальная грамота» или «Духовное завещание», которое свт. Киприан «преже представлениа за 4-ре дни написа...». После его прочтения, по словам монаха Кирилло-Белозерского монастыря Ефросина, «и от многых предстоящихъ ту слезы подвиже»343); житие свт. Петра, митрополита Московского, ряд исторических сочинений, которые вошли в «Степенную книгу». Важное место в его деятельности занимало исправление церковно-богослужебных книг и церковных обрядов, он «многия святыя книги с Греческого языка на Русский переложил (перевел) и довольно писаний к нашей пользе оставил»344.

Как видно из «Надгробного слова» Григория Цамблака, Киприан в 1379 году на пути из Царьграда посетил Тырново и получил в дар от Евфимия книги. Среди них, по мнению исследователей, находилось и «Похвальное слово Константину и Елене» патриарха. Его влияние отразилось в похвальном слове митрополиту Петру Киприана345.

Развитие оригинальной древнерусской агиографии в связи с вопросом о втором южнославянском влиянии шло по двум направлениям. Во-первых, через воздействие на структуру житийного рассказа слов и поучений на церковные праздники и памяти святых. В этом ряду стоят переводы творений известных авторов Восточной Церкви: свт. Афанасия Александрийского, свт. Василия Великого, свт. Иоанна Златоуста, Козьмы Веститора, а также сборники оригинальных славянских произведений, где видное место занимают южнославянские церковные ораторы Климент Величский и Григорий Цамблак. Церковно-ораторская литература участвовала в формировании агиографического стиля. Отсюда брались приемы и риторические фигуры для украшения рассказа, цитаты и заимствования. Под ее влиянием, как замечал В. О. Ключевский, в житиях происходили следующие изменения: «молитва, или краткая похвала, которой заканчивается иногда рассказ в древнейших северных житиях, стала отделяться от него в позднейших, принимая форму особой, иногда очень длинной статьи и сделавшись необходимой частию жития; действие тех же похвальных слов, переплетающих ораторское прославление святого с чертами его биографии, изменяло характер и самого фактического изложения в наших житиях, приближая его к мысли и тону церковного панегирика»346. Во-вторых, появились писатели – Киприан, Епифаний Премудрый, Пахомий Логофет, – чьи произведения, написанные в соответствии с требованиями нового агиографического стиля, стали образцовыми для создателей как оригинальных произведений, так и новых редакций уже имеющихся житий.

Работая над редакцией жития митрополита Петра347, перенесшего кафедру митрополита из Владимира в Москву, Киприан пользовался древним житием святого, написанным Прохором сразу после его смерти. Свт. Киприан не указывает на житие Прохора как на источник своего сочинения, а замечает, что пишет его по материалам «елико от сказатель слышах». Житие Прохора – сухой рассказ современника, где жизнь святителя изложена кратко и без особых отступлений по поводу оценки тех или иных фактов его биографии. Под пером Киприана этот лаконичный рассказ расцветает в подробностях и риторических отступлениях, где сквозь канву биографии свт. Петра проступают очертания судьбы самого автора, тревожные вопросы и проблемы времени, с которыми ему пришлось столкнуться как главе Русской Церкви. Сквозная мысль проходит сквозь житие свт. Петра Киприана – со всем грузом накопленных на жизненном пути тяжелых воспоминаний, обид, врагов, потерь и побед стать под сенью памяти своего великого предшественника на русской митрополии, соединить свою судьбу с его, найдя в ней объяснение и оправдание своим поступкам. В предисловии он замечает: «когда я заболел в Царьграде и был близок к смерти, я призвал на помощь св. Петра, молясь ему: если угодно тебе, чтобы я достигнул твоего престола и поклонился гробу твоему, облегчи болезни мои, – и верьте мне, с того часа исчезли тяжкие болезни и я пришел и поклонился гробу угодника». Святитель Петр, которого Русь призывала в своих молитвах, прошел через те же смуты церковной жизни, что и свт. Киприан. «Рассказать об этом значило для Киприана стать под защиту великого имени, осудить враждебные стремления и избегнуть необходимости разбирать собственные действия, о которых хотелось молчать»348. Таковы глубинные мотивы той напряженной экспрессии риторической пышности, в которую погружено течение событий в редакции жития свт. Петра Киприана.



В предисловии автором сформулирована основная литературная задача произведения: «праведнику подобает похвала, и я, привлекаемый любовию к пастырю, хочу малое некое похваление принести святителю». Высокая задача агиографа – достойное украшение венца святителя. Однако для Киприана это не только литературное восхваление, а и проникновение в тайны своей собственной судьбы, проступающей золотым тиснением сквозь письмена духовной биографии Руси, запечатленной в лике первого митрополита Московского. Предисловие, многочисленные отступления, прерывающие основное повествование и одновременно максимально расширяющие диапазон охватываемых им событий, завершающее житие похвальное слово – эта структура житийного повествования станет образцовой для агиографов, последователей Киприана. Можно указать и на сложно опосредованное, почти незримое, но угадываемое в своеобразной лирически-проникновенной ритмике и пластике восприятия течения некоторых событий и образов присутствие автора. В житии митрополита Петра в редакции Киприана указанное свойство текста прослеживается на примере волынского материала, который опускается Прохором и активно разрабатывается Киприаном. Он вносит в текст известия о волынском происхождении Петра, о положении дел на Волыни при Петре и во времена Киприана, тесно связанные с длительным пребыванием автора в южной Руси. В них зримо скрестились судьбы автора и героя жития.

Каталог: documents -> %D0%9A%D0%B0%D1%84%D0%B5%D0%B4%D1%80%D0%B0%20%D1%80%D1%83%D1%81%D0%BA%D0%B0%D0%B9%20%D0%BB%D1%96%D1%82%D0%B0%D1%80%D0%B0%D1%82%D1%83%D1%80%D1%8B
documents -> Пояснительная записка Содержание и контекст Методы обучения
documents -> Проблематика сопровождения детей из неблагополучных семей
documents -> Лингвосинергетическая трактовка учебно-педагогического дискурса
documents -> Государственные требования к минимуму содержания и уровню подготовки выпускников по специальности 050202 Информатика
documents -> Социальная психология
documents -> 1. общая характеристика направления 220600 — инноватика
%D0%9A%D0%B0%D1%84%D0%B5%D0%B4%D1%80%D0%B0%20%D1%80%D1%83%D1%81%D0%BA%D0%B0%D0%B9%20%D0%BB%D1%96%D1%82%D0%B0%D1%80%D0%B0%D1%82%D1%83%D1%80%D1%8B -> Судьба и творчество а. Н. Радищева. «Путешествие из петербурга в москву»


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   29


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница