Культурный код. Секреты чрезвычайно успешных групп и организаций



Pdf просмотр
страница35/82
Дата28.07.2022
Размер1,24 Mb.
#187786
1   ...   31   32   33   34   35   36   37   38   ...   82
Связанные:
Koyil D. Kulturnyiyi Kod Sekretyi .a4


9
Мастера сотрудничества

Машина доверия Дрейпера Кауфмана
Одна из отличительных характеристик спецназа ВМС США – сочетание быстроты и спо- собности к адаптации. Они могут в полном молчании отлично ориентироваться на сложной и опасной местности. Это одна из причин, почему морскому спецназу поручают такие операции,
как устранение Усамы бен Ладена, спасение капитана корабля «Маерск Алабама» Ричарда
Филлипса, а также тысячи других, не таких известных, но не менее опасных миссий. Спецна- зовцы называют это сочетание навыков «игрой в уличный баскетбол». Как и любая хорошая уличная команда, они не нуждаются в словах и не следуют заранее разработанному плану; они просто играют.
«Однажды мы проводили совместную операцию с рейнджерами, – рассказывал мне быв- ший командир 6-го отряда спецназа ВМС (он имел в виду армейский спецназ). – Мы с команди- ром рейнджеров сидели рядом [на ближайшей базе] и наблюдали за ходом операции [по видео,
передаваемому с дрона]. Командир рейнджеров все время поддерживал радиосвязь со своими парнями. Он говорил, отдавал приказы: “Делайте то, ищите это”. Он вел себя как тренер на бровке поля. В какой-то момент командир заметил, что я молчу, и с недоумением посмотрел на меня. Как будто хотел спросить:
«Почему ты не говоришь своим парням, что делать?»
Это было удивительно. Наши парни и их парни делали одно дело. Он не умолкал ни на секунду, а мы не произнесли ни слова. Но дело в том, что
нам это было не нужно
. Я знал, что мои парни сами решат все проблемы».
Среди военных бытует несколько теорий, почему морской спецназ так хорош в «улич- ном баскетболе». Одни указывают на строгую программу отбора, эту крутую лестницу психо- логических, эмоциональных и физических испытаний, выдерживают которые лишь немногие.
Другие говорят о качестве людей в подразделении, о неустанном стремлении к самосовершен- ствованию.
Все эти предположения имеют смысл, но одних этих факторов недостаточно. Например,
отбор в армейский спецназ «Дельта» не менее, а даже более суров. (Отсеиваются 95 % канди- датов, тогда как у морского спецназа – 67 %.) Другие отряды специального назначения также привлекают лучших людей и уделяют много внимания самосовершенствованию. Почему же морской спецназ славится своей командной работой? В поисках ответа на этот вопрос вы обя- зательно столкнетесь с историей худого, близорукого и необыкновенно упрямого, признанного непригодным к службе на флоте Дрейпера Кауфмана.
Кауфман родился в 1911 г. и был единственным сыном легендарного адмирала Джеймса
Кауфмана. Он был, как выразились бы современные психологи, одержим духом противоречия.
Он очень хорошо понимал, что от него хотят, и поступал наоборот. В пять лет, когда его ругали за то, что он слишком поздно гулял на улице, он сказал матери: «Давай быстрее отшлепай меня, и я пойду назад, играть». В 1933 г. Кауфман окончил Академию ВМС, но учился средне,
и отец постоянно упрекал его в лени. Плохое зрение помешало ему пройти комиссию и полу- чить офицерское звание, и он тут же уволился со службы и устроился на работу в судоходную компанию.
Накануне Второй мировой войны он уволился и записался водителем в Добровольческую службу санитарного транспорта. Родители и сестра, беспокоившиеся о его безопасности, про- сили отказаться от этой затеи. В ответ он потребовал направить его на самый опасный из всех возможных участков боевых действий – северную часть линии Мажино, где Гитлер сконцен- трировал свои войска для вторжения во Францию. Кауфман прибыл туда в феврале 1940 г.,
и вскоре началась война.


Д. Койл. «Культурный код. Секреты чрезвычайно успешных групп и организаций»
64
Санитарная машина Кауфмана должна была подбирать раненых на поле боя. Он оказался неготов к хаотической реальности сражения. «Я никогда бы на это не решился, если бы знал,
как все обернется, – писал он. – Впереди все время рвались снаряды… а моим единственным желанием было изо всей силы давить на газ, и я едва не разбил машину. После того как мы перегрузили [раненых] в другую машину, чтобы отвезти в госпиталь, я сидел на своем води- тельском сиденье и дрожал, как лист на ветру».
Примерно в это время Кауфман повстречал французских солдат, как ему казалось,
его полную противоположность. Это был элитный отряд добровольцев, коммандос, которые проникали за линию фронта, разрушали коммуникации врага, захватывали пленных, сеяли панику. Организованные в небольшие группы, они имели в своем распоряжении легкое воору- жение и взрывчатку. Кауфман был поражен их братским единством, далеко превосходящим те отношения, которые он наблюдал в Академии. «Они вас либо принимали, либо не принимали,
и разница была огромной, – писал он родителям. – Ради своих они готовы на все. Если кто- то попадал в засаду, остальные пятеро, не задумываясь, атаковали пятьдесят немцев, чтобы выручить товарища».
Шесть недель Кауфман дневал и ночевал вместе с коммандос, наблюдая за их ежевечер- ним ритуалом памяти погибших, за их хладнокровием под огнем врага. «В такой обстановке ты очень скоро начинаешь называть человека другом, – вспоминал он. – Это ярче всего про- явилось в тот день, когда я подобрал Туана [одного из коммандос], с развороченной полови- ной лица, раздробленной рукой и оторванной ступней. Когда мы привезли его на пост скорой помощи, я едва не потерял сознание, а он подбадривал меня – подмигивал уцелевшим глазом и сжимал мою руку здоровой рукой».
После того как линия Мажино была прорвана, Кауфман перебрался в Британию и запи- сался добровольцем в резерв британских ВМС, в отряд разминирования. В июне 1943 г. он вернулся в Соединенные Штаты и поступил на службу в резерв американских ВМС. Этот худо- щавый лейтенант вскоре стал известен своим талантом к разминированию, и его направили во
Флориду, в Форт-Пирс, где ему поручили отбирать и обучать солдат для подразделений бое- вых пловцов, которые должны были под водой преодолевать оборону немцев на побережьях
Франции и Северной Африки. От Кауфмана требовалось, чтобы он следовал стандарту ВМС
по подготовке спецназа: несколько недель умеренного по строгости отбора и тренировок под руководством офицеров. Однако он отказался от шаблона и решил создать отряд коммандос,
подобный тому, с которым познакомился во Франции.
Во-первых, Кауфман организовал «адскую неделю» – программу отбора продолжитель- ностью семь дней с такими же уровнями боли, страха и растерянности, как на линии Мажино.
Он устраивал заплывы в открытом море на 6,5 км, полосу препятствий, уроки рукопашного боя, 16-километровые кроссы, недосыпания и необычные упражнения с телеграфными стол- бами, которые использовали английские коммандос для тренировки силы и умения работать в команде. Те, кто выдерживал «адскую неделю» (от 25 до 35 % группы), проходили курс специ- альной подготовки продолжительностью 8–10 недель, где их обучали особым навыкам, необ- ходимым в боевых условиях.
Во-вторых, Кауфман объявил, что все аспекты обучения будут основаны на командных действиях. Курсантов разделили на группы по шесть человек (столько мест на надувном рези- новом плоту, используемом американскими ВМС), состав которых оставался неизменным на протяжении всего курса. Более того, каждая команда должна была быть самодостаточной –
преодолевать любые препятствия, не полагаясь на центральное командование.
В-третьих, Кауфман устранил иерархические различия между офицерами и новобран- цами. В его программе курс подготовки проходили все, независимо от звания. Разумеется, это касалось и самого Кауфмана. На первом занятии новички смотрели на своего невзрачного,


Д. Койл. «Культурный код. Секреты чрезвычайно успешных групп и организаций»
65
близорукого командира и приходили к одному и тому же выводу: этот парень не сдюжит. Но потом все убеждались в своей ошибке.
«Мы все время проверяли [Кауфмана], – писал Дэн Диллон из первого выпуска про- граммы подготовки, – но постепенно мое уважение к нему росло, потому что многие офицеры говорят вам, что делать, но сами остаются в стороне. Этот человек… интересуется нашими предложениями. Если они хороши, он их использует… И он участвует во всем… Самую гряз- ную, неприятную работу он делал вместе с остальными. Разве можно его не уважать?»
Отряды, прошедшие импровизированный курс обучения Кауфмана, были успешными с самого начала, от «Омаха-Бич» до операций на Тихом океане. В 1960-х гг., когда президент
Кеннеди укрепил американские силы специальных операций, программа подготовки Кауф- мана была принята в качестве основы для подготовки подразделений, которые впоследствии стали спецназом ВМС, – и она остается этой основой и сегодня. Все это подчеркивает необыч- ность ситуации: самые подготовленные и эффективные военные отряды создаются при помощи устаревшей, примитивной, абсолютно ненаучной программы, суть которой не менялась с 1940- х гг.
«Я бы назвал это “бессознательной гениальностью”, – сказал мне один из инструкторов спецназа. – Люди, придумавшие оригинальную программу подготовки, до конца не понимали,


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   31   32   33   34   35   36   37   38   ...   82




База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница