К вопросу об изучении поэтических атрибутивных словосочетаний в иноязычной аудитории



Дата17.04.2016
Размер61 Kb.


А. В. Хлопьянов

МГУ имени М.В. Ломоносова (Россия)
К вопросу об изучении поэтических

атрибутивных словосочетаний в иноязычной аудитории

словосочетание, атрибутивные отношения, стилистика
Обращаясь к изучению художественного текста и его грамматическому и стилистическому анализу, иностранные учащиеся даже продвинутого этапа нередко сталкиваются с проблемой восприятия атрибутивных словосочетаний, отличительной чертой которых является тесная связь между его составляющими, которые выражают единое, хотя и расчлененное понятие или представление. Атрибутивные словосочетания играют важную роль в процессе мыслительной деятельности человека: с помощью определения, фиксирующего некоторую характеристику объекта, осуществляется объединение отдельных объектов в единый класс (процесс категоризации), и, с другой стороны, происходит деление множества однородных объектов на подмножества (процесс классификации).

Источниками формирования семантики словосочетания служат грамматические особенности его компонентов. Синтаксической моделью, чаще всего употребляемой для выражения атрибутивных отношений, является модель «прилагательное + существительное». Это свидетельствует о том, что прилагательное, будучи одной из самых древних по употребительности в атрибутивной функции частей речи, по-прежнему занимает ведущее место в системе средств выражения атрибутивных отношений. В любом словосочетании с конкретным именем лексическое значение существительного содержит в себе сему, указывающую на возможность или необходимость признака, которая реализуется с помощью зависимого компонента – прилагательного. Прилагательное характеризуется общим категориальным значением качества, свойства, признака. Оно включается в сферу обозначения предметов или явлений через взаимодействие с существительными, выражая признак: громкие голоса, темное небо.

О. С. Ахманова в «Очерках по общей и русской лексикологии» разделяет все словосочетания на две большие группы – именные и глагольные, при этом определительные словосочетания отнесены к именным, а обстоятельственные – к глагольным. В основе общей классификации атрибутивных (именных) словосочетаний такого рода лежит категоризация по принципу «ограничивающих» и «описывающих» атрибутивных словосочетаний. [Ахманова 1957 : 173].

И. И. Ковтунова выделяет атрибутивные и субстантивные словосочетания, понимая под первыми конструкции типа «прилагательное + существительное», под вторыми – «существительное + существительное», и приходит к заключению, что в атрибутивных словосочетаниях более сильное ударение падает на имя существительное: белые лилии, на зеленых блюдах, слабый свет и т.д., а в субстантивных словосочетаниях «более сильное ударение несет на себе зависимая предложно-падежная словоформа: приклад ружья, загон для скота, куча листьев, вдоль берега реки» [Ковтунова 2002 : 100].

В иноязычной аудитории преподаватель сталкивается с определенными трудностями при появлении в тексте инверсии, характерной для экспрессивной речи. В случае возникновения инверсии член более сильное ударение возникает в начале конструкции, а более слабое приходится на конец фразы.

Особое внимание следует уделить изучению вариантов словорасположения с поэтической окраской – таких конструкций, «в которых члены инверсированы, но экспрессивная интонация (нисходящее расположение акцентов) отсутствует» [Ковтунова 2002 : 141]. Последние замечания нам кажутся исключительно важными, мы обратимся к ним позже при исследовании атрибутивных словосочетаний в поэмах А. С. Пушкина.

Традиционным по классификации В. В. Виноградова является деление словосочетаний на простые и сложные. Если применить эту классификацию только к интересующим нас атрибутивным словосочетаниям, то к простым словосочетаниям будут отнесены двусловные сочетания, состоящие из двух знаменательных слов, например: простые люди, зеленая трава и т.д. К простым словосочетаниям семантически примыкают и трехсловные словосочетания, в которых определительная часть представляет собой семантически неделимое словосочетание с целостным смысловым содержанием: человек острого ума, девушка скромного поведения. Особое внимание изучающих русский язык иностранцев стоит обратить на то, что даже трехсловные словосочетания типа человек твердого характера близки к простым только с семантической точки зрения; в синтаксическом же отношении они ничем не отличаются от сложных словосочетаний.

Сочетания имен существительных с именами прилагательными, наиболее известные в лингвистической литературе как адъективные словосочетания, «представляют собой одну из самых регулярных и продуктивных конструкций в большинстве языков. Многие ученые разных направлений признают уникальность сочетаний существительных с прилагательными как единиц, обладающих особым, промежуточным статусом, связанным с формальной расчленностью состава и одновременной синтетичностью значений анализируемых сочетаний, выступающих довольно часто в качестве готовых комбинаций.

Н. В. Юдина обращает внимание на существование в сфере сочетаний «прил. + сущ.» особых структур знания, получивших название атрибутивно-субстантивных комплексов, отличающихся по ряду признаков от известных комбинированных языковых единиц» [Юдина 2006 : 8]. Эти словосочетания представляют собой промежуточные единицы, находящиеся между полностью свободными и устойчивыми сочетаниями. Они существуют в сознании носителей языка в виде целостной когнитивной структуры, имеющей скрытый смысл, как правило не выводимый из семантики составляющих компонентов, а основанный на фоновых знаниях носителя языка.

Субстантивные атрибутивные словосочетания привлекают внимание тем, что представляют собой случай, когда в качестве определения одной субстанции выступает другая. Такие словосочетания разнообразны и выражают различные оттенки смысловых отношений. Распространение имени существительного – главного компонента словосочетания – именами существительными в родительном падеже и в косвенных падежах с различными предлогами представляет собой живой, продуктивный способ сочетания слов для выражения определительных отношений. Такие словосочетания обычно выражают отношение принадлежности или владения: лицо женщины, дневники Пришвина, дом отца и т.д.

Р. О. Якобсон замечает метонимическую природу генитивных словосочетаний: в данном случае родительный падеж имеет значение исключения обозначенного им предмета из содержания высказывания или о том, что этот предмет представлен только частично. [Якобсон 1985 : 149].

Несмотря на то, что существует возможность обращения генитивной конструкции в атрибутивную, не всякая генитивная конструкция может быть представлена в языке как атрибутивная. Скажем, генитивный оборот ручка двери может быть представлен атрибутивным дверная ручка. Но, например, оборот ножка стула в атрибутивном своем виде в современном языке не представлен. С другой стороны, не всякая адъективная конструкция такого типа может быть трансформирована в генитивную: так, словосочетание оконная рама вряд ли может быть представлена в виде рама окна, хотя формальных оснований для этого нет. Ср. балконная дверь.

Существуют и другие формы синтагматической связи слов, которые носят семантически еще более сложный характер и психологическую структуру которых можно понять не сразу, на что указывает в своих работах А. Р. Лурия, который рассматривает эту особенность на двух примерах: кусок хлеба (родительный части) и брат отца (родительный атрибутивный). Кусок хлеба вовсе не выражает два понятия: «хлеб» и «кусок»; это словосочетание выражает простейшие отношения между одним объектом (хлебом) и его частью (куском). Конструкция брат отца является более сложной, выражающей не два изолированных объекта (брата и отца) и не один конкретный объект (кусок хлеба), а являющейся обозначением третьего, неупомянутого в данной конструкции объекта (дяди) [Лурия 1979 : 151].

Стоит учесть, что конструкция «родительного атрибутивного» появилась в русском языке значительно позднее конструкции «родительного части». Она имеет большую психологическую сложность, и понимание ее требует значительного числа промежуточных трансформаций.

Первая сложность восприятия иностранцем данной конструкции заключается в том, что в ней четко выражены иерархические, парадигматические компоненты: брат отца – это не просто два существительных и вовсе не «брат+отец»; данная структура выражает отношение брата к отцу, причем второе существительное, стоящее в родительном падеже (отца), выражает вовсе не объект, а лишь качество, которое семантически несет функцию прилагательного (отцовский брат). Поэтому, как бы проста ни казалась эта конструкция, на самом деле она сложна: два слова (брат отца) выражают на самом деле одного субъекта, а не двух, причем этот субъект открыто не обозначен (это не «брат» и «отец», а «дядя»). Вторая сложность связана с тем, что эта конструкция является «обратимой». Можно сказать брат отца (и это будет дядя), а можно изменить порядок этих двух существительных и сказать отец брата, но это будет уже не дядя, а отец (отец моего брата = мой отец). Совершенно иное мы имеем в «необратимых конструкциях». Так, можно сказать кусок хлеба или ножка стола, но нельзя сказать хлеб куска, или стул ножки. Таким образом, необратимость конструкции служит дополнительной семантической опорой, облегчающей понимание ее значения.

Атрибутивное значение слова, стоящего в родительном падеже и на самом деле имеющего значение прилагательного, противоречит обычному для русского языка порядку слов, в котором прилагательное, выражающее свойство предмета, предшествует существительному. Поэтому, чтобы понять подлинное значение этой конструкции (родительного атрибутивного), следует провести целый ряд дополнительных психологических операций или трансформаций: нужно отвлечься от вещественного, именного значения второго существительного, придать ему значение прилагательного, а для этого нужно изменить порядок слов, потому что в привычных формах русского языка прилагательное стоит на первом месте.

Понятие «комбинированные словосочетания» используется Н. Ю. Шведовой [см., напр., Грамматика 1970] по отношению к словосочетаниям, которые образованы на основе связей, исходящих от разных стержневых слов, и являются структурно неразложимыми. Из атрибутивных сочетаний это такие примеры, как судья республиканской категории, револьвер марки Смита. При делении словосочетаний по структуре на простые и сложные В. В. Виноградов говорит, что простые словосочетания обычно двусловны, сложное же словосочетание в большинстве случаев является продуктом распространения простого словосочетания: близкий друг Пушкина. К сложным относятся словосочетания, которые образуются на основе разных способов связей, исходящих из одного и того же главного слова. Так, словосочетание красивая лампа с абажуром в соответствии с этой классификацией является сложным, т.к. слова в нем связаны и согласованием, и управлением, исходящими от одного и того же главного слова лампа.

При обращении к поэтическим произведениям А. С. Пушкина внимание привлекают атрибутивные словосочетания, состоящие из нескольких (двух, трех, четырех) компонентов, например волн осенний хлад, в часы досугов золотых, свадьбы день ужасный. Приведенные примеры являются соединением двух атрибутивных словосочетаний (адъективного сочетания и генитивной конструкции) и могут быть разделены формально на отдельные составляющие единицы – осенний хлад и хлад волн; в часы досуга и золотой досуг; день свадьбы и ужасный день. Однако, даже не обращаясь к тексту соответствующих поэм, читатель чувствует, что при подобном разделении утрачивается особое звучание, особое содержание и прелесть приведенных выражений. Каждое из разделенных словосочетаний вполне может существовать в языке (и существует), тем не менее часто при подобном разъятии составных компонентов нарушается тонкое именование того или иного явления, ощущения, реалии художественного мира поэмы. Согласимся, что явления осенний хлад и хлад волн (даже не принимая во внимание стилистическую маркированность слова хлад) не создадут того представления в сознании читателя, которое появляется при обращении к словосочетанию волн осенний хлад.

Эти сочетания различаются по характеру синтаксической связи между компонентами, по позиции составляющих их грамматических форм: нормативной (толпа могучих сыновей, наслажденья дикой неги) или стилистически маркированной, когда атрибут может оказаться либо в препозиции (волн осенний хлад), либо в смешанном препозитивно-постпозитивном положении (свадьбы день ужасный, часы досугов золотых).

Словосочетание судьба твоих грядущих дней – одна из ключевых фраз мудреца финна, героя поэмы «Руслан и Людмила», оказывает сильное эстетическое воздействие: во-первых, благодаря неразложимости сочетания компонентов, во-вторых, из-за усложненной семантики слова судьба. При нарушении его структуры (исключении атрибута грядущие), указанное словосочетание теряет смысл (судьба дней), поскольку грядущие дни – перифраза будущего. Таким образом, судьба твоих грядущих дней трансформируется в судьба твоего будущего, или твоя будущая судьба. В таком случае, обнаруживается, что слово судьба реализует в этом словосочетании два своих значения: «предопределение» и «жизнь». В данном случае имеет место характерный для раннего периода творчества Пушкина прием расширения ассоциативного ряда «время». Ср., например, в стихотворении «Безверие», написанном в 1817 году:

Наш век – неверный день, всечасное волнение.

Когда, холодной тьмой объемля грозно нас,

Завесу вечности колеблет смертный час

Единственной объединяющей их формальной чертой оказывается наличие во всех них одного и двух существительных или одного и двух прилагательных; с содержательной же точки зрения их объединяет наличие коннотативного плана, что указывает на выполнение ими по крайней мере экспрессивной функции. Эту группу разнородных сочетаний нельзя определить с помощью какого-то общепринятого термина, но, поскольку между ними наличествует уже отмеченное формальное и содержательное сходство, мы будем рассматривать их в качестве комбинированных атрибутивных словосочетаний, независимо от того, исходит ли связь от одного слова или от разных слов. Среди них будут и структурно неразложимые сочетания, и формально свободные. Для нас существенно, является ли такое атрибутивное словосочетание неделимой единицей эстетической информации.


Литература

Ахманова О.С. Очерки по общей и русской лексикологии. – М., 1957.

Виноградов В.В. Поэтика русской литературы. Избранные труды – М., 1976.

Грамматика современного русского литературного языка. – М., 1970.


Ковтунова И.И. Современный русский язык. Порядок слов и актуальное членение. – М., 2002.

Лурия А. Р. Язык и сознание / Под редакцией Е. Д. Хомской. – М., 1979.

Юдина Н.В. Лексическая сочетаемость в когнитивном аспекте (на материале конструкции «прилагательное + существительное»). Автореф. дис….докт. филол. наук. – М., 2006.

Якобсон Р.О. Избранные работы. – М., 1985.




Каталог: conf -> docs
docs -> Электронно-образовательные ресурсы и их роль в повышении качества географического образования
docs -> Хито штейерль булахова Алина Игоревна
docs -> Визуальная самопрезентация личности в сети интернет (о некоторых гипотезах в развитии темы) Сергеева Ольга Вячеславовна
docs -> «нлп в политическом pr»
docs -> Ноздрина Н. А
docs -> Современная корпоративная пресса: традиции и инновации
docs -> Информационный бум охватил все слои общества, включая и детей дошкольного и школьного возраста. Нельзя жить в современном обществе, игнорируя такие явления, как телевидение, газеты, журналы, кино, радио, интернет
docs -> Эффективность телевизионной рекламы
docs -> «Евразия молодая-2015»
docs -> В. В. Лизанчук Национальная идентичность как содержательный фактор радиовещания


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница