Исследование функциональной асимметрии полушарий головного мозга у взрослых 22-30лет



страница1/3
Дата17.04.2016
Размер0.54 Mb.
  1   2   3

ХРИСТИАНСКИЙ ГУМАНИТАРНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ



Дипломная работа


Студента (ки) 6 курса гуманитарного факультета

Скорищенко Ольги Валентиновны

Учебная дисциплина:



Тема: Исследование функциональной асимметрии полушарий головного мозга у взрослых 22-30лет

Научный руководитель: Зотова И.Г.

Оценка:


«___»_______________20г _________

г.Одесса


Содержание.

Введение………………………………………………………………………

3

Глава 1. Теоретические исследования факторов функциональной ассиметрии головного мозга.

7

1.1 Межполушарная асимметрия, как фактор организации функционального состояния организма.......................................................



17

1.3.Особенности взаимодействия мозга и руки……………………………...

23

Глава 2.Эмпирическое исследование особенностей формирования леворукости, как фактора функциональной ассиметрии головного мозга…………………………………………………………………………….

32

2.1.Организация и методика исследования…………………………………



32

2.2. Результаты исследования………………………………………………..

43

Заключение…………………………………………………………………….

47

Список использованной литературы............................................................

48

Приложение……………………………………………………………………

52

Введение.

Функциональная межполушарная асимметрия (ФМА) один из наиболее загадочных феноменов. В самом деле, при очень скромных морфологических различиях между правым и левым полушарием имеет место значительная разница в функциях. Впервые четко эта проблема проявилась из клинических наблюдений Брока и Вернике, показавших связь небольшого участка лобной и височной коры левого полушария с речевыми функциями, и отсутствие такой связи с симметричными областями правого полушария. Однако  в то время большинство ученых рассматривало это явление скорее как некоторый морфо-функциональный казус присущий только человеку, чем общебиологическую закономерность. Значительная волна интереса, не спадающая до настоящего времени, была инициирована работами Майерса, Газзаниге, Сперри и др. выполненными на больных с расщепленным мозгом в 70-х годах прошлого века. В своих публикациях авторы показали, что не только речь, но также сенсорное восприятие, эмоции, аналитические возможности и многое другое различно в правом и левом полушариях. По существу, мы имеем дело не с одной, а как бы с двумя разными системами. Это вызвало большой интерес у специалистов разных специальностей, т.к. выяснилось, что изучение ФМА является по существу мультидисциплинарной биологической проблемой. Оказалось что функциональная асимметрия присуща не только человеку, но и животным, в том числе и беспозвоночным. Однако при этом выявились две удивительные вещи. Несмотря на наличие определенных признаков асимметрии у самых разных животных, постепенного усиления функциональной асимметрии в ходе филогенезе не наблюдается. По сравнению с животными, даже высоко организованными, только у человека присутствует значительная латерализация функций. И второе, имеет место как бы опережающая функцию морфологическая асимметрия мозга. Так у высших обезьян, как и у человека, так называемая височная площадка больше по размерам в левом полушарии, при этом речевая коммуникация этих животных весьма ограничена. Выяснился и другая интересная проблема. Долгое время ФМА определяли по рукости, т.е. по тем различиям, которые имеют место в функциях обеих рук. Потом к этим тестам добивались дополнительные моторные и сенсорные пробы, которые выявляли устойчивые, стационарные свойства ФМА. Действительно правша или левша остается таковым при самых разных условиях. Однако так происходит не со всеми функциями. Например, известно, что представительство положительных и отрицательных эмоций находится в разных полушариях.  Об этом свидетельствуют многочисленные клинические, физиологические и др. наблюдения. Однако мы знаем, что человек попеременно может испытывать и положительные и отрицательные эмоции. Таким образом, в отличие от жестко латерализованных некоторых сенсорных и моторных функций латерализация эмоций, а также многих других функций, является динамической. При этом возникает следующий вопрос, как происходит управление динамическими свойствами межполушарной асимметрии.

Систематическое изучение леворукости в связи с проблемой межполушарной асимметрии началось во II-й половине ХХ столетия. В 1970-е – 2000-е годы, как в нашей стране, так и за рубежом стали появляться многочисленные публикации (в том числе и монографического плана) по проблеме левшества (М. М. Безруких; Н. Н. Брагина, Т. А. Доброхотова; Э. Г. Симерницкая; С. Спрингер, Г. Дейч и др.). Сложность положения людей - левшей усугубляется тем, что зачастую при обучении письму им прививали доминирование правой руки. Это объяснялось, тем, что отсутствовали методики обучения письму левой руки. В 1980-е годы стали появляться данные о вреде переучивания левшей пользоваться правой рукой для выполнения повседневной деятельности (М. М. Безруких; А. П. Чуприков). Показано, в частности, что «традиционное» переучивание в раннем детском возрасте может привести к так называемому дистрессу, который оказывает негативное влияние на детскую психику. Еще в 1911 году Лиепман счел вмешательство в нормальное развитие леворукого ребенка, по меньшей мере, неуместным. В 1924 году Капустин А.А. высказался за то, чтобы правилом в обучении леворуких стало воспитание левой руки. В лаборатории психофизиологических основ диагностики и коррекции трудностей обучения Института возрастной физиологии РАО, разработана методика обучения письму леворуких детей, под руководством М.М. Безруких.

На первых неделях жизни новорожденные разделяются на левшей и правшей. Обычно у детей доминирующая рука окончательно определяется в течение первых 5 лет. Зачастую даже у явных левшей или правшей до 4-5 лет периодически меняется основная рука. Но бывают случаи, когда ярко выраженный левша, после того как доминирующая рука уже определилась, вдруг непроизвольно меняет основную руку. Как правило, это происходит под воздействием сильного стресса. У леворуких гораздо сильнее выражены конкретно - образные качества. Они более впечатлительны, возбудимы, подвержены эмоциональным всплескам и резкой смене настроений. Именно поэтому среди людей искусства (актеров, композиторов, поэтов и художников) очень много леворуких. А вот точные науки, как правило, левшам даются с трудом. Вопрос о леворукости в настоящее время считается достаточно актуальным. Причина такой актуальности заключается в неоднозначности и противоречивости литературных данных, относительно малым числом исследований по диагностике и изучению леворукости, как фактора функциональной асимметрии головного мозга и недостаточной разработке.

Объект исследования :– головной мозг взрослых.

Предмет исследования:Функциональная асимметрия головного мозга ее выявление.

Цель исследования: – систематизировать знания в области функциональной асимметрии полушарий головного мозга, изучить особенности формирования леворукости ,как фактора функциональной асимметрии головного мозга.

Гипотиза :-Функциональная асимметрия полушарий головного мозга определяющим образом влияет на формирование леворукости.



Задачи исследования:

1) изучить литературу по фнкциональной асимметрии полушарий головного мозга,

2) выделить понятие леворукости;

3) раскрыть причины леворукости;

5) Определить особенности взаимодействия мозга и руки

Ключевые слова: леворукость, левое полушарие, правое полушарие, головной мозг, функциональная асимметрия полушарий головного мозга.

Глава 1. Теоретические исследования фактора функциональной ассиметрии головного мозга.

1.1.Основные аспекты происхождения леворукости.

     Негативное отношение к леворукости имеет  давнюю  и  длительную  историю,  причем события, действия и отношения, связанные с правым  и  левым в различных  культурах, разделенных и  пространством, и временем, очень похожи. Как  правило, в различных  культурах положительные качества соотносились с правым, отрицательные – с левым. Возможно, это просто одно из проявлений отношения к правому – левому как противоположностям  разных  культур. Откроем, например, Библию. Противопоставление правого – левого находим в Евангелии от Матвея (глава 25: 31-34, 41, 46): «Когда же придет Сын Человеческий во славе своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и  соберутся  перед  Ним  все  народы, и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец  от козлов, и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов – по левую. Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: придите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира… Тогда скажет и тем, которые  по  левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный Диаволу и ангелам его… И пойдут сии в муку вечную. А праведники в жизнь вечную…»



     Существует  представление о том, что именно картина страшного суда повинна    в закреплении предубеждения против леворукости, в формировании негативного отношения к левше как человеку негодному, не принятому Господом, однако это весьма спорно. Но в древности люди еще не знали, что правой рукой заведует левое полушарие, а левой – правое. Таким образом получается (если исходить из тех же сомнительных постулатов), что именно левши и есть истинные праведники по рождению, так  как именно их мозг устроен самым что ни на есть правильным образом. Более того,  в библейском тексте есть и упоминание о ловкости, умелости левшей войска  Вениамина, в  котором  было  всего 26700 воинов, и в этом войске «…из всего нарда сего было семьсот  человек  отборных, которые  были  левши, и все сии, бросая из пращи камни в волос, не бросали мимо». (Книга Судей, глава 20:16). Можно посчитать долю леворуких в этом  войске, она  составляет всего 2,4%,  но следует учесть, что воины отбирались по  очень  жестким  критериям. Существуют различные    представления о  возникновении  того предрассудка. Одно из них – предположение американского ученого К. Сагана. По его мнению, левая рука могла  считаться «нечистой» из-за того, что использовалась для гигиенических процедур,  а  использование только правой руки для еды, приветствий в какой-то      мере предохраняло людей от распространения болезней, снимало неприятные ассоциации,  связанные  с  актами  выделения. Впрочем,  это  только  предположение.  Древность  происхождения этого предрассудка достаточно убедительно подтверждает  лингвистический  анализ. Во многих  языках  слово  «левый»  является  не только синонимом слов «неловкий», «неуклюжий», но и  «неискренний»,  «разбитый», «зловещий», то есть слов, имеющих, как правило, отрицательное значение. Так,  в  английском  языке  «правый»  означает  «прямой»,  «правильный»,  «честный»,   а «левый» - «слабый», «неверный». Left-handed (леворукий) кроме своего непосредственного значения означает также «неуклюжий», «неумелый», «уклончивый», «скрытный», «лживый», «подлый» и  даже «злобный интриган». Во французском языке слово  gauche (левый) также означает еще и «неловкий», «неуклюжий», «нескладный», «нечестный». Итальянское   mancino  имеет не только прямое  значение – «левый», но    и «утомленный», «дефектный»,  «испорченный»,  «лживый». Испанское  zurdo  значит  «левый», а  zurdas -  «ложный путь». No ser zurdo означает «быть очень умным»,              а  буквально – «не быть леворуким». Link по-немецки означает  «левый», а  производное  linkisch  – «неловкий» и т. д. [9].    Это предубеждение прошло через века и  не изжито до сих пор. И сегодня мусульмане считают оскорблением, если им протягивают при встрече левую руку      или  подают левой рукой  деньги, подарок. Они считают ее «нечистой». Так же относятся  к левой руке представители одной из народностей Нигерии – йоруба, которым категорически запрещено что-либо брать или передавать левой рукой. Это жестокое оскорбление и преднамеренная демонстрация неуважения  к человеку. Йоруба называют левую руку  «ово оси» - «негодной», а во многих районах, где живут представители этой народности, левшей вообще считают «ненормальными» людьми.    Не исчезают и попытки доказать, что у леворуких есть масса особенностей, свидетельствующих о более низком уровне их способностей, интеллекта, более низких адаптивных возможностях и т. п. В исследованиях канадских ученых последних          лет предпринимаются  попытки доказать, что левши имеют более низкую продолжительность  жизни. Причем считается, что одна из причин более короткой жизни левшей – несчастные случаи, увечья. Действительно, и автомобили, и всевозможные инструменты в основном предназначены для праворуких. Например, исследование,  проведенное  в  Британской Колумбии, показало, что левши чаще наносят себе раны, водители-левши  в  два раза чаще попадают в  аварии. Однако специалисты Гарвардского университета сочли эти данные преждевременными. «С  подобными заключениями нужно быть очень осторожными, - считает профессор А. Галабурда. – Они  лишь  затрудняют жизнь левшам. Чтобы выступать с такими данными,  нужно  обследовать  тысячи  людей.  Все  зависит  от  конкретной  личности». Негативное отношение к левшам в нашей стране также имеет  длительную историю. Больше семидесяти  лет назад в 1924году в журнале «Русская клиника» была опубликована статья доктора А. А. Капустина о детях, проходивших неврологическое обследование. Среди них оказалось всего 0,7%  левшей, но у большей части из них доктор Капустин отметил нарушения в развитии. Однако вывод, который он сделал, звучал просто как приговор левшам: «Дети-левши в своем большинстве являются дегенератами, отягченными грубыми клеймами  вырождения и слабо одаренными».  Еще несколькими  годами раньше  к  подобным  выводам  пришли некоторые   психиатры  мира. Так, по  мнению итальянского психиатра и  криминалиста Ч. Ломброзо, леворукости  сопутствует  склонность к  преступлениям. Е. Штиер в 1911 году писал о левшах, как о вымирающей дефектной части  населения, которая практически  не способна на какие-то достижения в социальной  сфере. В 1920 году      Г. Гордон, исследовав несколько пар близнецов, один из  которых левша, а другой правша,  пришел к  следующему выводу: «Левши более нервны, меньше ростом, отстают в развитии». [13]   

     Ситуация коренным образом изменилась лишь в последние два-три  десятилетия    XX  века. Но  к  сожалению, и сейчас бытует представления о связи между леворукостью и более  низкими  умственными способностями людей, несмотря на       то, что специальные психофизиологические  исследования не дают для этого никаких оснований. Действительно,  существуют  данные о  большом  проценте  леворуких  среди умственно  отсталых детей, среди детей с трудностями обучения  письму и чтению, но во  многих случаях сама леворукость является результатом патологии    в развитии  мозга, как и умственная  отсталость  и трудности в обучении, а  вовсе  не причиной этих нарушений. То есть и у леворукости, и у сниженных  интеллектуальных  способностей может быть одна причина – патология развития    мозга.

     С подобными  взглядами на леворукость и таким отношением к левшам мы сталкиваемся  не так  уж и редко. Отчего это происходит? От нашего всеобщего нетерпения  к  иному, не такому как все? От желания, чтобы ребенок ничем не отличался от «обычных детей» и был «как все»? Или это отголоски представлений  доктора Капустина и его предшественников? Вероятно, и то и другое имеет место, но все же решающим, на мой взгляд, является незнание, непонимание биологических механизмов леворукости, а главное – неприятие многообразия индивидуальных различий детей, разнообразия их способностей, склонностей, различия реакций при действии одних и тех же факторов, неспособность и нежелание принять эти индивидуальные особенности как данность, которую не нужно и нельзя переделывать, изменять по своему желанию. [13]   

     Но существуют  данные, и  их тоже не мало, что здоровые (психически) левши могут обладать блестящими умственными способностями.  Доктору Капустину  и  многим другим,  считающим, что леворукость и низкие умственные  способности, невысокий  уровень одаренности, ущербность  взаимосвязаны, легко  возразить, сославшись на  имена известных  всем  леворуких людей – Александра Македонского  и  Наполеона, Леонардо да Винчи  и  Джеймса  Клерка  Максвелла, И. П. Павлова и В. И. Даля,     Чарли  Чаплина и  Пола  Маккартни,  Джорджа Буша  и  Билла Клинтона, многих выдающихся  спортсменов,  которые  показывают,  что никакой  вид деятельности        не закрыт  для  левшей и они способны добиваться в своем  деле  больших  результатов.

      Мнения  ученых о  том, как и почему возникает  леворукость, не  только различны,  но  и противоречивы. Несмотря на значительное число работ, посвященных этой проблеме, нельзя сказать, что она полностью изучена и что есть четкие, доказательные подтверждения какой-либо одной гипотезы. Среди них есть курьезные и серьезные, никогда и никем не доказанные предположения и  доказанные многолетними исследованиями. По-видимому, это может служить доказательством возможности  существования различных причин, приводящих  к  леворукости.   Естественно, что в теориях происхождения леворукости за  основу  принимаются не только различные  факторы: социокультурные, патологические,  генетические,  но и их комплексное  сочетание.    Многие гипотезы  прошлого  века объясняют преимущественное  владение  правой рукой, а  леворукость  рассматривают  как  исключение.  Согласно одной из  таких  гипотез,  праворукость  объясняется  асимметричным расположением  внутренних  органов,  которые смещают  центр  тяжести тела  вправо. Необходимый  упор на  левую ногу делает более свободной правую руку,  она  тренируется,  мышцы ее  становятся более  развитыми,  движения – точными. Еще  более популярной  была так  называемая теория  щита и  меча, по  которой щит во  время сражений  должен защищать  сердце и  поэтому воин держит щит  левой (пассивной)  рукой,  а  оружие держит  свободной правой рукой. Многовековая  тренировка правой руки в бесчисленных сражениях и  определила  ее  преимущественное  использование.   Многие  исследователи  выделяют  социальные  факторы и  прежде всего  условия  воспитания  как причину  возникновения  леворукости, апеллируя при этом к  Платону, который  считал: «Руками  своими пользуемся мы как калеки, и покалечила нас  глупость матерей и нянек; равновесие, которое природа  соблюдает, создавая  наши  конечности, мы  разрушаем  скверной  привычкой». [4]   

   Одной  из первых теорий возникновения  леворукости была  социальная  теория  английского  ученого С. Джексона, считавшего  леворукость результатом  привычки, влияния социальных условий  среды. Однако Джексон     не считал,  что такая  «натренированная»  привычка работать левой  рукой передается из поколения в  поколение.

         Бывают  ситуации, когда праворукие  люди под  влиянием  внешних  обстоятельств, а  не  в  силу  биологических  причин,  становятся левшами. Наиболее частыми причинами  такой  леворукости (иногда называемой  вынужденной) являются  травмы  правой  руки (переломы, вывихи, растяжения  связок), перенесенные  в  раннем  детстве. Легко  представить себе  полутора - двухлетнего  малыша с переломом  руки.  С одной стороны, это  возраст очень активных  движений  руками, интенсивного  формирования  слаженности,  точности,   с другой – попытка  что-то  нарисовать, сложить кубики, пирамидку, но правая  рука  больна, недееспособна, и невольно более активной  становится левая  рука. Если  этот  период длится  недолго, то нет оснований  для беспокойства,  но совсем  нередко  бывает  несколько  травм  подряд, и  вот тогда внешние условия среды  берут свое. Левой рукой ребенку становится работать намного  удобнее, чем  правой, и  так  возникает  вынужденное  левшество. Есть вынужденные левши среди детей с  последствиями  ДЦП. Нарушения  нервно-мышечной  регуляции и  мышечного  тонуса  справа  делают белее  удобными  движения левой рукой.  Левая рука больше тренируется, лучше развивается.  Влияние  среды может быть и не столь жестким, но дать тот же  результат формировании уже  невынужденного левшества. Дело  в  том, что  деятельность ребенка. Формируется путем  подражания  деятельности взрослых или сверстников. Так возникает «ненасильственное»  переучивание и многие левши в окружении правшей  тоже  начинают более активно действовать  правой рукой. [10] 

  Нельзя исключить возможность обратной ситуации, когда  праворукий ребенок  оказывается  в  леворукой среде – у  него  могут  быть  леворукие  папа или мама, бабушка  или дедушка, брат  или  сестра. А самое главное – никто  не удивиться появлению  еще одному  левше, да и сам он будет  считать  себя левшой, разве только не очень умелым. Следует  заметить, что  случаи вынужденной  смены руки, как правило, сопровождается невротическими и эмоциональными нарушениями, а также  трудностями освоения сложных двигательных навыков и координационным дискомфортом.

    Итак, внешняя среда может оказывать влияние и при определенных  условиях приводить к формированию  леворукости. Но если быть более точными, это не  истинная  леворукость,  потому что рукость  сложным образом  связана с деятельностью мозга.      Тесная  связь леворукости и функциональной организации мозга не позволяет  нам согласиться с главным выводом  С. Джексона: если  под влиянием  среды можно сформировать  определенный  вариант  предпочтения  руки (правой или левой),             то нужно  тренировать  обе руки  равномерно. Стремление  натренировать  обе           руки -  голубая  мечта спортивных  тренеров.  Увы, она  оказывается недостижимой:  потому что  у левшей и правшей  свой специфический характер  функционирования  мозга. В течение  многих десятилетий  накапливались  данные о  значительном количестве левшей,  страдающих  нервно-психическими  расстройствами,  задержками  развития, нарушениями  речевого  развития. Это дало основание предположить, что возможен патологический   генез  или  патологическое  происхождение  леворукости. [10]   

     В настоящее  время есть  достаточное  количество  фактов,  подтверждающих  патологическое  происхождение  леворукости. Причем есть  сторонники крайних  взглядов, утверждающие, что любая леворукость,  даже  встречающаяся  у разных поколений  левшей в семье, имеет патологическое происхождение, связанное с дисфункцией головного мозга, а большая часть таких случаев  объясняется родовой  травмой. Действительно, исследования, проведенные в разных  странах, в том числе и нашей стране, показывают, что в историях  развития леворуких  детей очень  высока частота  патологии беременности  и  родов, родовых травм. Нельзя  исключить, что существует генетически  обусловленный  повышенный риск родовых  травм в определенных  семьях. И тогда действительно патологическая леворукость может  проявляться  в  разных  поколениях. [6]   

     Вероятность  появления леворукости ребенка  увеличивает  так  называемый   родовой стресс. Его  обычно  определяют  наличием  не менее двух  неблагоприятных  факторов,  среди  которых:  ниже  нормального  вес новорожденного, слишком  быстрые  или, наоборот, затянувшиеся  роды, применение  инструментов  при  родовспоможении,  асфиксия  новорожденного (сдавливание  дыхательных  путей при  патологических  родах,  в  результате  которого  возникает  кислородное  голодание)  и  ряд  других.

     Но  сторонников  таких  крайних  взглядов  немного,  большая  часть  исследователей  склоняются  к  мнению о  том, что  патологическая  леворукость  имеет  место,  и  важно понимать, что в этих  случаях  леворукость  может  сочетаться  с  комплексом  нарушений  или  задержек в  развитии  речи,  восприятии,  моторных  функций.  В то  же время следует  разграничить  леворукость  и  эти  нарушения,  выделив,  возможно,  как  единую  причину  возникновения  и  леворукости, и нарушений  в  развитии  ребенка  патологические  факторы,  связанные  с  течением  беременности  и  родов. Часто  встречающаяся семейная  леворукость  заставила  ученых  ответить  на  вопрос  о возможности передачи этого признака по наследству. Существует несколько концепций генетической обусловленности той леворукости, которая называется нормальной, или генетически закрепленной, не связанной с нарушениями в развитии. Значимость генетического фактора подтверждается данными о том, что леворукость особенно часто встречается в семьях,  где хотя  бы  один из родителей – левша. Леворукие дети упоминают  о  леворуких  родственниках  в  5  раз чаще, чем праворукие, семейное левшество чаще выявляется среди леворуких детей, чем   среди  праворуких  детей. Еще в двадцатых годах нашего века было доказано, что вероятность обнаружить леворукого ребенка у праворуких  родителей всего 2%, она возрастает до 17%, если один из родителей леворукий, и увеличивается до 46%, если  леворуки  оба родителя. В пятидесятые годы эти цифры уточнили, но они не сильно различаются: 50% детей становятся левшами, если оба родителя левши, 16,7% - если один  из  родителей  левша,  и 6,3% - если в семье не было леворукого. Достаточно четкая  генетическая  модель  наследования  леворукости , известная    как теория «правого сдвига», была  предложена  английской ученой М. Аннет . Ее модель  латерализации коренным  образом отличалась  от модели Дж. Леви и Т. Нагилаки. Согласно этой теории фактор « правого сдвига» (ген rs+) определяет вероятность доминирования  левого полушария как для речевых, так и для моторных функций (то есть определяет праворукость). [19]   Леворукость же объясняется  наличием рецессивной  формы  гена rs+ (ген rs-), то  есть  как  таковым  отсутствием  фактора «правого  сдвига», и  тогда  возможен  инвариативный  случайный  выбор,  зависящий  от  обстоятельств (например, от  условий внутриутробного  развития). Фактически, М. Аннет  предположила, что праворукость  наследуется,  а  леворукость – нет.     Одним  из противников теории М. Аннет  был  И. МакМанус. Модель  разработанная им  с  соавт.  соответствует  классическим   представлениям  менделевской генетики и  постулирует  существование пары  генов, из  которых  один  аллель гене  D предполагает  праворукость (направление, но не степень), второй ген С  определяет  не  леворукость,  а  ситуативный  вариант  становления  ведущей  руки. 

     Также  существуют  варианты  теорий, рассматривающих комплексное  сочетание патологических  и  генетических факторов, лежащих  в  основе проявления  факторов  латерального  предпочтения.

     Учитывая  все  эти факторы, по-видимому, более  корректным было бы представление о гетерогенной  (разнопричинной)  леворукости.  Можно  выделить  леворукость, обусловленную  различными патологическими  факторами,  а  также леворукость, имеющую  в  основе смешанный  генез. Нельзя  исключить  и  вариант  вынужденного  предпочтения  ведущей  руки (вынужденное  левшество)  вследствии  утраты, дефекта  конечности, патологии  периферического  отдела анализаторной  системы  и  других причин.[19]    Итак, фактически  можно выделить три  основных фактора, определяющих предпочтение  левой руки:  генетическую латеральность  или генезную наследственную  основу; патологическую латеральность, обусловленную в значительной  мере пре-  и перинатальными  нарушениями  в развитии головного мозга;  вынужденную латеральность. Причем  возможны  различные  варианты  сочетания  этих  факторов, что значительно осложняет  выделение природы их  происхождения  и  требует  разработки  специальных  методов диагностики  причин  и  степени  предпочтения  руки.



1.2. Межполушарная ассиметрия, как фактор организации функционального состояния организма.

   Асимметрию рассматривают как общебиологический принцип развития, являющийся одним из факторов адаптации к окружающей среде. Считается, что асимметричное строение и функционирование организма ведет к ускорению развития и адаптации к среде и действует как принцип развития всего живого, в том числе и человека. С момента деления людей на художников и мыслителей, предложенного И.П. Павловым, изучение функциональной асимметрии мозга приобрело четкую организацию и направленность на поиск психологических и физиологических характеристик человека, связанных с данными типологическими свойствами. Знания о структурно-функциональной организации полушарий и закономерностях их взаимодействия в интегральной деятельности мозга способствуют пониманию организации сложных психических процессов и индивидуальных психофизиологических различий. Согласно современным представлениям, мозг работает как парный орган, то есть при осуществлении любой психической функции задействованы оба полушария головного мозга. В науке сложилось представление о межполушарной асимметрии как факторе, жестко обусловливающем функциональную асимметрию периферических органов в самых разнообразных физиологических проявлениях. При этом асимметрию периферических органов изначально связывали с функциями больших полушарий, предполагая взаимосвязь праворукости с левополушарностью и леворукости с правополушарностью. Данный подход, начавший свое развитие с исследованием Г. Хемфри (1861), в последующем перерос в самостоятельное научное направление, разрабатывающее функциональную асимметрию как самостоятельный феномен. Ключевым моментом в формировании этого направления явилось доказательство Дж. Бирфли-том (1897) совпадения выраженности различных функций организма в рамках лево-или правосторонней локализации. Наряду с общепринятой точкой зрения о наличии жестких взаимосвязей между структурными и функциональными проявлениями также существует мнение об отсутствии таковых связей. Таким образом, межполушарные отношения рассматриваются как важная нейрофизиологическая детерминанта индивидуально-типологических отличий, так как они обнаруживают корреляции с различными физиологическими и психическими процессами организма. В соответствии с этим представлялось целесообразным рассмотреть возможные предположения о причинах леворукости.

Существует много предположений о причинах леворукости. Наиболее распространенной является межполушарная асимметрия. Есть указание на раннее проявление сенсорных асимметрии. У новорожденных и младенцев в ответ на звуки отмечено большая активация левого, а в ответ на вспышки света правого полушария. Уже в первые сутки у новорожденного, поддерживаемого вертикально согнутыми ножками, первый шагательный рефлекс осуществляется чаще правой ножкой. В первые недели после рождения преобладают повороты головы вправо, и у этих детей в последующем отмечается праворукость. При дихотическом предъявлении числительных, одиночных пар слов дети младшего школьного возраста начинали воспроизводить те из них, которые были предъявлены на правое ухо. С возрастом достоверно увеличивается преобладание правого уха по числу правильно воспроизводимых стимулов, а левое ухо преобладает в восприятии бытовых звуков только у детей 11,5 лет. Асимметрия функций полушарий мозга более отчетливо проявляется в обеспечении речевых процессов в детском возрасте. [14]    Объем воспроизведения дихотически предъявляемой вербальной информации уменьшался у детей при поражении только левого полушария. У детей до 10 лет в слухоречевой памяти уменьшается объем воспроизведения, а после 10-летнего возраста присоединяется повышенная тормозимость следов, которая, однако, не достигает “взрослого” уровня. У детей с поражением правого полушария, такое воспроизведение, изменяется с обеих сторон: уменьшается для предъявляемых на левое и увеличивается для предъявляемых на правое ухо. Это свидетельствует о том, что процесс межполушарного взаимодействия в детском возрасте имеют направленность не слева направо, а справа налево и другой знак не уменьшения, а увеличения.

Нарушение перцептивных процессов при очаговом поражении мозга у детей более отчетливы, чем речевые нарушения. Нарушения зрительно-пространственных функций возникает чаще и выражены в большей степени при поражении правого полушария. Здесь у детей нарушается восприятие лиц, знакомых предметов. Эти данные Э.Г. Симерницкая рассматривает как свидетельствующее о раннем проявлении асимметрии функций мозга, о постепенном развитии признаков асимметрии, характерных для взрослых. Усложнение уровней функциональной организации мозга протекает в определенной хронологической последовательности, подчиняющейся закону гетерохронии, согласно которому структуры и соответственно функции формируются не одновременно. Результаты исследования учёными, детей методом дихотического прослушивания, свидетельствует о достаточно поздних сроках установления доминантности левого полушария по речи, правого в отношении невербальных стимулов. Результаты исследования детей разного возраста показали, что структурный способ обработки информации сформирован уже в возрасте 5 лет, в то время как классификационный окончательно формируется только к подростковому возрасту. Приведенные факты также указывают на опережающие формирования правого полушария по отношению к левому. [21]    По данным разных авторов, эти сроки колеблются от 4-5 до 12-13 лет. Признавая факт участия обоих полушарий в обеспечении любой сложно организованной высшей психической функции, можно констатировать следующие основные проявления полушарной специализации: доминирование левого полушария по речи у правши и большинства левшей; ведущая роль левого полушария в отношении двигательных функций у праворуких; доминантность правого полушария в анализе зрительной (прежде всего оптико-пространственной) и кинестетической информации; большая связь правого полушария с аффективными процессами по сравнению с левым.

Перечисление этих феноменов указывает на некоторое опережение в созревании правого полушария. И аффективная, и перцептивная сферы, несомненно, быстрее формируются на ранних этапах онтогенеза по сравнению с речью и движением. В целом специфика межполушарной асимметрии в значительной степени связано со сложностью церебральной организации и структурно-функциональными особенностями определяющих ее нейрофизиологических механизмов. Каждая церебральная функция характеризуется особыми проявлениями асимметрии, поэтому можно говорить о “множестве асимметрии”, хотя в действительности речь идет об асимметрии множества функций. Однако существует лишь одна причина (латерализующий фактор), способствующая приоритету левого полушария в отношении функций речи, праксиса и абстрактного мышления. Это обстоятельство позволяет обратиться к концепции “доминантности полушарий”, отдавая ей предпочтение перед концепцией “полушарной специализации”. Специализация полушарий имеет место, но является при этом вторичным механизмом (результатом) с одной стороны – конкурентных внутри полушарных взаимодействий между речевыми и неречевыми функциями, с другой постоянных культурных влияний.

Динамика функциональной асимметрии мозга в онтогенезе характеризуется нарастанием ее в начальной и снижением, нивелированием в позднем онтогенезе, максимально яркое проявление этой асимметрии у психически здорового взрослого человека. Имеются значительные различия в способностях двух полушарий. Учёными было обнаружено, что левое полушарие участвует в основном в аналитических процессах, оно – база для логического мышления. Левое полушарие обеспечивает речевую деятельность: ее понимание и построение, работа со словесными символами. Правое полушарие обеспечивает конкретно-образное мышление, имеет дело с невербальным материалом, отвечает за определенные навыки в обращении с пространственными сигналами, за структурно-пространственные преобразования, способность к зрительному и активному распознаванию предметов. С правым полушарием связаны музыкальные способности. Последние годы усиленно отстаивается точка зрения, что в функциях различных полушарий отражаются различные способы познания. Функции левого полушария отождествляются с аналитическим мышлением. Функция правого полушария – интуитивное мышление. По мнению Р.Орнстейна, принятая система образования строится исключительно на развитии способностей левого полушария, то есть языкового и логического мышления, а функции правого полушария специально не развиваются. Невербальному интеллекту не уделяется должного внимания.[21]   

Исследование функциональной асимметрии мозга у детей показало, что первоначально обработка речевых сигналов осуществляется обоими полушариями и доминантность левого формируется позже. Специализация правого полушария функции ориентации в пространстве возникает также не сразу: у мальчиков в возрасте от 6 лет, а у девочек – после 13 лет [3]. Дорин Кимура и ее коллеги объяснили процесс о причинах, которые привели к специализации полушарий. Исходя из того, что речевая функция левого полушария связана с движениями ведущей правой руки, она предполагает, что специализация левого полушария для речи является следствием развития определенных двигательных навыков, которые помогают в общении. Язык появился потому, что левое полушарие оказалось приспособленным для некоторых видов двигательной активности.

Связь левого полушария с определенными типами движения хорошо известно в клинике. Рука, соответствующая полушарию с речевым центром (чаще правая), обнаруживает большие способности к тонким движениям, чем рука, связанная с недоминантным полушарием.

Левое полушарие превосходит правое также в способности понимать речь. Речевые функции у правши преимущественно локализованы в левом полушарии. И лишь у 5% лиц речевые центры в правом полушарии. У 70% леворуких центр речи, так же как и у праворуких, в левом полушарии. У 15% леворуких центр речи в правом полушарии.

Функциональная асимметрия мозга обнаружена не у всех людей. Примерно у одной трети она не выражена, т.е. полушария не имеют четкой функциональной специализации. Е. Жариков и Е. Крушельницкий подчеркивают, что для специализации полушарий нужна активная умственная деятельность. Варианты различны: от гармоничного взаимодействия обоих полушарий до преобладания одного из них. Нейрофизиологические исследования выявили: ряд заболеваний у людей с разной ассиметрией мозга протекают по-разному. По доминированию полушарий решаются проблемы профессиональной ориентации молодежи и выполнения профессиональных функций.

Таким образом, гармоничное обучение ребенка возможно только при взаимодополняющей активности обоих мозговых полушарий, если образное мышление обеспечивает непредвзятость и многосторонность подхода, а абстрактно-логическое ограждает его потенциальную хаотичность и способствует критическому анализу.

1.3. Особенности взаимодействия мозга и руки.

     Рассматривая различные теории возникновения леворукости, уже упоминалось           о  двух полушариях и асимметрии мозга, о моторной регуляции, координируемой,           как правило, конртлатеральным (противоположным) полушариям, о различной функциональной  организации  мозга  у  правшей  и  левшей.   Мы привыкли говорить о мозге как о едином органе, но на самом деле единство  мозга складывается из деятельности двух его полушарий – правого и левого,            тесно связанных  друг  с  другом  сложнейшей  системой  нервных  волокон,  которые называются мозолистым телом. Каждое полушарие, несмотря на почти одинаковое (зеркальное)  строение,  имеет  и  свои  специфические  особенности,  и  свои  функции. Различия  правой  и  левой руки при выполнении движений являются прямым отражением неравнозначности  и  специфичности  двух полушарий  мозга – правого     и левого. Моторные пути, связывающие мозг и мускулатуру рук, почти полностью перекрещены. Движения  рук регулируются  преимущественно  контрлатеральным (противоположным)  полушарием. [21]   Однако следует понимать, что это очень  грубое  и  общее  определение. На самом деле оба  полушария  принимают  участие  в регуляции движений и правой, и левой руки.  В то же время показано, что из левого  полушария  в  мускулатуру правой стороны тела идет больше волокон и имеется большее число волокон от правого  полушария к правой половине тела, то есть оба полушария как бы  стремятся осуществлять больший моторный контроль над правосторонней мускулатурой. Возможно, эта морфологическая асимметрия может стать одним из объяснений преобладания  праворукой  активности. Потому следует уточнить: у праворуких людей преимущественно левое полушарие координирует работу мышц правой руки, а у леворуких людей эта функция принадлежит правому полушарию.

     Но разные полушария не  идентичны ни по организации, ни по функциям, и прежде всего правое и левое полушария имеют выраженные различия, связанные      с обеспечением  речевых  функций. В  середине прошлого века  французский хирург  Поль Брока  доказал  связь между нарушениями  речи  и повреждениями левой половины мозга и сделал вывод  – «способность к артикулированной  речи  локализована  в левом полушарии или по крайней мере зависит в основном тот этого полушария». Именно он впервые попытался связать предпочтение одной из рук    и полушарие, ведущее по речи. Он  предположил,  что «существует  определенное  число людей, у которых естественное  превосходство извилин правого полушария  изменяет  явление… на обратное», то  есть полушарие, ведущее по речи, всегда противоположно  ведущей  руке. Дальнейшие исследования показали, что левое полушарие «управляет» не только речью, но и другими высшими функциями, и это дало основание для развития представлений о  левом полушарии как о главном, ведущем (доминантном), а правое воспринималось   как  второстепенное,  подконтрольное  левому.

     Еще  долгие   годы  правое  полушарие так  и  оставалось  недооцененным.

     Постепенно накапливались клинические данные, показывающие, что у левого и правого полушарий есть «свои» функции. Было обнаружено, что у людей с повреждениями левого полушария  не только нарушалась речь, но страдали и другие функции – письмо,  чтение,  произвольная   регуляция   движений  и  др.

     Выявлены были нарушения деятельности, связанные с повреждением правого полушария – глубокие нарушения ориентации в пространстве, затруднение      в  выполнении  некоторых  самых  простых  действий,  например,  застегивание  пуговиц или шнуровка ботинок оказывалась непосильными, нарушалось представление о собственном теле. Оказалось, что поражение правого полушария приводит к снижению или потере музыкальных способностей и прежде всего способности к  пению, возникает «музыкальная глухота»,  в отличие от поражений левого полушария,  для  которого  характерна  «словесная  глухота».

     Установлено, что при поражении правого и левого полушарий нарушаются разные виды памяти, появляются или, наоборот, исчезают разные эмоции, по – разному нарушаются  процессы  мышления.

     Эти наблюдения практически легли в основу складывающихся в течение столетия представлений о межполушарной  асимметрии, неравнозначности роли правого и левого полушарий в организации и регулировании различных видов деятельности         человека.    Но  следовало учитывать, что судить о роли полушария по столь простой схеме - при повреждении определенной  части мозга нарушено такая-то функция, значит, именно  эта часть (или зона) мозга контролирует функцию – не возможно. [19]      

     Во-первых, потому что обеспечение  любой  деятельности, даже  самой  простой, связана  со  взаимодействием различных структур мозга. Кроме того, любая деятельность представляет собой сложный процесс, и может нарушаться не деятельность вообще, а лишь один или несколько ее компонентов, создавая эффект нарушения деятельности в целом. Во-вторых, мозг, особенно мозг ребенка, обладает колоссальными компенсаторными способностями, позволяющими ему приспосабливаться,  включать  в  деятельность  иные  структуры и механизмы, и поэтому выводы  о работе пораженного мозга  могут  дать неверные или  неточную  информацию. Еще одним  вариантом  изучения особенностей  каждого полушария  могло   бы    быть  исследования  разъединенных  полушарий или  расщепленного мозга. Клинические  наблюдения  за  больными с расщепленным мозгом  подтвердили, с одной стороны, функциональное различие полушарий, с другой – показали необходимость взаимодействия каждого из них для полноценной и целостной организации деятельности.

     Изучение  расщепленного мозга показало, что левое полушарие полностью сохраняет способность к речевому общению. Работа левого полушария позволяет человеку понимать обращенную  к  нему  речь  устную и письменную. Однако  не только левое, но и правое принимает участие в реализации речевых функций и дает возможность  понимать  слова.

     Все эти данные показали, что роль отдельного полушария  в  регуляции определенной деятельности не абсолютна, и каждое из них регулирует различные стороны деятельности. Без правого полушария левое становится «глухим» к интонации речи и модуляции голоса. Левое  полушарие, хотя  и реагирует на звуки и ритм, но        не   чувствительно  к  музыке.

     При  расщепленном  мозге  правая  рука, анатомически связанная с левом полушарием и функционально подчиненная ему, сохраняет способность к письму,        но теряет  способность к спонтанному  рисованию и  копированию  даже  самых простых изображений. Правая рука утрачивает способность сложить элементарную фигуру из кубиков, выбрать на ощупь геометрическую фигуру или определенный предмет. С  этими задачами  относительно легко справляется  левая  рука, однако назвать предмет выбранный левой рукой, не всегда просто. Все эти наблюдения относятся  к  правшам.

     А как же левши? Можно ли ожидать, что картина нарушений правого и левого полушарий   будет зеркальна? Клинический  опыт опровергает  эти  предположения,   еще раз доказывая, что мозг  левши – это  совсем не  зеркальная  копия  мозга  правши. «Самое  удивительное,  -  считают  отечественные  физиологи  Н. Н. Брагина и Т.  А. Доброхотова, - что характер нарушений деятельности у  левшей  не  зависит  от  стороны поражения мозга. Она не совпадает ни с одной из двух четко различных          (соответственно поражению двух полушарий) у правшей. Наши клинические наблюдения  вообще заставляют  усомниться в возможности того, чтобы левша повторил бы правшу, но  в  зеркальном отображении». По мнению  этих  исследователей, картина поражений для леворуких отличается тем, что характер нарушений деятельности  не связан со стороной поражения мозга, и это служит основанием для предположения об отсутствии у неправоруких  лиц четкой специализации полушарий мозга. Более того, картина нарушений практически не повторяется, она индивидуальна,  вариабельна и  изменчива. И  в то же время  по характеру нарушений  картина  одностороннего поражения  мозга  левшей не совпадает с правополушарной  симптоматикой  у  правшей. [5]   

     Эти данные требуют более глубокого и всестороннего изучения, но одно  несомненно, об этом уже говорилось:  мозг левши – это не зеркальное отображение  мозга  правши,   и было бы грубейшей ошибкой  приписывать левшам свойства, характерные  для  правого полушария  правшей.

     Теперь можно вернуться к клиническим наблюдениям, показывающим, что не             у     всех  левшей  речевые  функции  связаны с правым  полушарием, то  есть  зеркально,        как  это предполагал  Поль Брока. Однако наблюдения наблюдениями, а  представление,    что у левшей «просто  все  наоборот», по мнению американского ученого Пола Милнера, стойкость  представления о  том, что  правое полушарие  обычно доминирует в речевых функциях у левшей, представляет собой классический пример того,как ученые  могут  пренебрегать фактическими данными,  не  соответствующим  принятой   теории.

     Исследования, проведенные  в  60-х гг. двадцатого века, не только  подтвердили       эти наблюдения, но и позволили получить количественные данные о распределении речевых  функций  между  полушариями  у правшей и левшей. У 95% праворуких людей, не имевших ранних повреждений мозга, речь и речевые функции контролируются преимущественно левым полушарием, 5% - правым полушарием. Только у 15% исследованных левшей речь и речевые функции контролировались правым  полушарием, как  это предсказывал  Поль Брока, у  70% - центры речи выявлены  в левом (как у правшей) полушарии и  еще у 15% отмечен двусторонний контроль речи.        Особый интерес представляют данные о нарушениях письма у праворуких и леворуких людей и особенностях их проявлений. Еще до недавнего времени несомненным считался факт, что нарушения  письма  всегда связаны с деятельностью    и левого, и правого  полушарий и не зависят от того, какой рукой оно выполняется. Однако  специальные  исследования  нарушений письма правой и левой  рукой показали, что эти  нарушения могут избирательно проявляться только при письме правой или левой  рукой.

     Диссоциированный (то есть по-разному проявляющийся) тип нарушений письма правой и левой рукой, названный левосторонней дисграфией, был впервые описан          у больных с расщепленным мозгом в 70-х гг. Суть этого расстройства в том,                 что  в условиях  изолированного функционирования правого полушария мозга левая рука теряет  способность  писать. [5]   

      Диссоциированные  типы нарушений правой и левой рукой наблюдаются не только при хирургическом  повреждении мозолистого тела, но и при очаговых  поражениях головного мозга как у взрослых, так и у детей. Для поражений левого полушария характерны нарушения  копирования и написания букв под диктовку, однако сохраняется их  написание на автоматизированном уровне (подпись), но эти особенности проявляются лишь при письме правой рукой. В отличие от правой при письме левой рукой (у праворуких) повторение такого же задания левой рукой оказывается  невозможным,  и написание  привычных слов имеет те же нарушения, что и  при  копировании, и  при  письме  под  диктовку.

     При поражении  правого полушария  нарушается автоматизированное письмо, а при поражениях левого, наоборот, страдает осознанное, медленное письмо, и переход к быстрому  автоматизированному письму устраняет затруднения. Еще  важнее, что у леворуких  нарушения письма носят совершенно иной характер и они более разнообразны, чем у праворуких. Отличительной особенностью этих нарушений является  отсутствие корреляции со стороны поражения, с выраженностью речевых расстройств и нарушений письма. Диссоциированный характер нарушений письма левой и правой рукой  встречается и  у  переученных  леворуких  значительно чаще, чем у праворуких. Различия между праворукими и леворукими людьми  в процессах письма при поражениях головного мозга носят не только количественный характер. Самым существенным  является то, что все нарушения письма более отчетливо выступают при письме  правой  рукой.

      Механизмы,  лежащие в основе изменения природного предпочтения руки при письме у  переученных  левшей, не совсем ясны, однако не вызывает сомнения  тот факт, что даже при сформированном навыке письма у взрослых людей (во всяком случае, навык должен быть сформирован)  останется чрезвычайно высоким эффект осознанности, и этот эффект наиболее часто используется при письме правой рукой. Несоответствие между природным типом  латеральности и способом выполнения двигательного действия является, по-видимому, причиной нарушений структуры и стратегии деятельности. Одним из ярких проявлений таких нарушений является зеркальное письмо. Считается, что это объясняется зеркальным представительством зрительных образов в соответствующих центрах левого и правого полушарий, приводящим к тому, сто при поражении левого полушария копируется обратное изображение образа,  представленного в правом полушарии, что и приводит к нарушению  направления  письма.

     Изучение функциональной  организации  головного  мозга  у  леворуких ведется в разных направлениях, одно них – анализ характера и особенностей межполушарного взаимодействия. Изучение этих механизмов необходимо, так как теперь уже у кого не вызывает сомнения факт  совместной работы полушарий при осуществлении двигательной деятельности. Считается, что предпочтение правой и левой руки связано с различными вариантами функциональной организации мозга и предпочтение правой руки связано с несколько большим функциональным объединением корковых структур, т.е. более жестко «завязаны» не только  все зоны  каждого полушария, но и  полушария между собой. У леворуких – более автономны не только  полушария, но и выявлена меньшая жесткость взаимодействия корковых структура  каждом  полушарии. [5]   

     Вполне  вероятно,  что большая вариативность картины функциональной организации мозга в процессе деятельности, разнородность психофизиологических характеристик леворуких связано  именно с меньшей жесткостью функциональной организации, с большим количеством «степеней свободы»,  позволяющим  более  гибко, разнообразно и незапрограммированно выбирать варианты стратегии деятельности. Гибкость выбора и смены стратегий деятельности (не исключено, что и неустойчивости выбора,  и сохранения  этой стратегии) несут, безусловно, как положительные, так и отрицательные компоненты деятельности. Очень заманчиво связать эту противоречивость с известными психофизическими  характеристиками леворуких людей – повышенной лабильностью, эмоциональной чувствительностью, высоким творческим потенциалом, стремлением к нестандартным ситуациям. В этом случае вполне объяснимы характеристики крайних вариантов «чистых левшей», у которых отмечаются более низкие показатели интеллекта, работоспособности, переключения внимания.

     Особенности межполушарной асимметрии имеют свою специфику у леворуких взрослых и детей при  разных видах деятельности и зависят от характера задания.  В целом межполушарное  взаимодействие у  леворуких  детей  характеризуется  большей индивидуальной  вариативностью,  чем  у  праворуких.[11]   

     В специальной  работе  по  изучению  реакций двигательных областей коры головного мозга при реальном и мысленном движении выявлено, что у праворуких людей более реактивно, больше включено в деятельность левое полушарие лишь при движениях правой рукой, а при движениях левой руки активность полушарий у большинства была двусторонней. У леворуких более высокой была активность левого полушария  при  движении  как  левой, так  и  правой  рукой.

    Итак, перечислены отнюдь не все различия и особенности функциональной организации головного  мозга и  связанной с ней регуляции деятельности у праворуких и леворуких людей. В этих вопросах, как и во всем, что связано с леворукостью, еще много неизвестного, спорного, противоречивого, но то, что функциональная организация мозга не зеркальна и не симметрична организации мозга правшей, не оспаривается.             

 

 



 

 

 



 

 

  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница