Хрестоматия


Горьковая И.А. Самооценка и самоотношение подростков



страница86/138
Дата06.10.2019
Размер2,47 Mb.
#79226
1   ...   82   83   84   85   86   87   88   89   ...   138

Горьковая И.А. Самооценка и самоотношение подростков

с устойчивым противоправным поведением

Несомненно, самооценка, являясь одним из регуляторов поведения деятельности, относится к центральным образованиям личности. Це­лый ряд авторов изучают различные факторы, определяющие формиро­вание «Я-образа» у индивида. При этом считается, что формирование «Я-концепции» ограничено присущими ей возможностями познания себя и саморегуляции, то есть она носит поэтапный характер. Самооценка как часть самосознания не строго фиксирована, а развернута во време­ни, т. е. может измениться в сторону завышения или понижения в зависимости от целого ряда обстоятельств. Актуальная самооценка является отражением степени развития самосознания и его специфики у данного конкретного индивида. Следовательно, самооценка, лежащая в основе формирования «Я-концепции», оказывает существенное влия­ние на социальную адаптацию индивида.

В данном исследовании изучалась самооценка и ее вариативность в зависимости от степени выраженности у представителей нашего обще­ства в одном возрастном периоде, но выходцев из разных социальных слоев - из криминальной субкультуры (59 воспитанников ТУ пригоро­да С.-Петербурга со строгим контролирующим режимом) и общечело­веческой культуры (65 учащихся средних образовательных школ С.-Петербурга в возрасте 15-17 лет). Следует сразу же отметить, что осознаваемость-неосознаваемость компонентов самооценки не рассмат­ривалась.

Уровень самооценки: средняя, высокая или низкая, - оценивался при помощи методики исследования «комплекса недостаточности» (G.J.Manasters, R.J.Corsisni, 1982). Самооценка, отражающая оце­ночное количественное ее выражение, которая здесь представляет со­бой субъективное сравнение по трем типам переменных: а) физические характеристики, б) социальные характеристики, в) личностные цели и нормы - определялась по первой шкале.

В результате обследования воспитанников Специального ТУ сред­няя самооценка выявилась у 54% испытуемых, высокая у 39% и низкая у 7%. При параллельном обследовании учащихся средних образователь­ных школ выявилась подобная картина: средняя самооценка у 55%, вы­сокая - у 39% и низкая - у 6%. То есть никаких различий по степени выраженности каждого варианта оценочного отношения к себе между экспериментальной и контрольной группами несовершеннолетних не обнаруживается.

Следовательно, можно сделать вывод о том, что самооценка у подро­стков, являющихся представителями различных культур, в одинаковой мере регулирует поведение и деятельность в рамках микросреды. Ины­ми словами, самооценка как один из основных копинг-ресурсов, в оди­наковой мере способствует социальной адаптации подростков с устой­чивым противоправным поведением и их законопослушных сверстни­ков, но в границах среды первичной социализации.

Указанная методика представляет возможность выявить, кроме оце­ночного отношения к себе, и более широкое положительное или отрицательное представление о себе, то есть самоотношение. По термино­логии же А.Адлера и его последователей, «чувство недостаточности» или «комплекса недостаточности (неполноценности)» соответствует, по сути дела, понятию самоотношения.

Вообще, еще в 20-30-х годах весьма серьезно рассматривался вопрос о существовании у индивида «чувства недостаточности» или «комплекса недостаточности (неполноценности)» и его роли в развитии личности. Несмотря на то, что исследователи в качестве критериев этого комплек­са использовали различные личностные черты и по-разному рассматри­вали точку перелома, указывающую на его наличие или отсутствие, все придерживались единодушного мнения о том, что этот комплекс на разных жизненных этапах присутствует у каждого человека.

Чувство недостаточности, или комплекс недостаточности, выявляе­мое посредством указанной методики, определялось по величине рас­хождения между оценками шкалы № 1 (общей оценки) и шкалы № 5 (где хотел бы быть). Комплекс недостаточности констатировался в том случае, если эта разница составляла 0% и более.

В итоге обследования воспитанников Специального ТУ и школьни­ков обнаружилось, что комплекс недостаточности наблюдается у 58% испытуемых в экспериментальной и у 55% в контрольной группах. Сле­дует отметить, что довольно негативное самоотношение может соче­таться с различными вариантами самооценки. Так, встречаются случаи в обеих группах испытуемых, когда высокая самооценка наблюдается наряду с комплексом недостаточности.

Обращает на себя внимание, что, так же, как и при исследовании самооценки, наличие комплекса недостаточности или его отсутствие у подростков с устойчивым противоправным поведением и их законопос­лушных сверстников совершенно идентично.

Становление мировоззрения и, в частности, отношения к себе и оп­ределения своего места в окружающем мире, что является одной из наи­более противоречивых и трудных проблем периода взросления, напря­мую связано с формированием жизненной перспективы. И если до этого описывалась самооценка, которая основывается на оценке удовлетво­ренности-неудовлетворенности тем, что уже имеется, то не менее важ­ным является оценка собственного потенциала. Используемая методи­ка также позволяет оценить отношение к собственному будущему. Оценка собственного потенциала, или будущего, производилась по показаниям шкалы № 4, которая направлена на оценку через 5 лет. Градация отно­шения к будущему производилась аналогично оценке отношения к себе на данный момент.

Собственная перспектива воспитанников Специального ТУ оценива­ется положительно в 35,5%, и в 36% случаев - у учащихся средних общеоб­разовательных школ. Эти подростки уверены в своих силах и возможно­стях наиболее эффективно осуществить жизненные планы. Довольно сред­не, не столь оптимистично оценивают свое будущее 52,5% подростков экспериментальной группы и 55% из контрольной группы. Негативно же оценивают свое будущее 12% подростков с устойчивым противоправ­ным поведением и 9% школьников. Причем отрицательно оценивается не интеллектуальный потенциал, а потенциальные, в первую очередь, материальные возможности родителей, без помощи которых вероятность достижения целей, по мнению этих подростков, резко падает.

Полученные результаты в видении своего будущего, своего потенци­ала у подростков, характеризующихся устойчивым криминальным по­ведением в течение ряда лет, и их законопослушных сверстников совер­шенно тождественны.


Психолого-педагогические проблемы развития личности

в современных условиях: Тезисы докладов межвуз. н./п. конф., -

СПб., 1999. – 462 с. – С. 249-252.

Грецов А.Г. Влечения как фактор психосоциального развития

и предпосылка психологических проблем подростков

Влечение определяется в психологии как первичное эмоциональное проявление потребности. Межличностное влечение имеет место в том случае, если потребности связаны с личностными проявлениями друго­го человека. Значение влечений в общении состоит в том, что они во многом определяют эмоциональный компонент взаимоотношений, пред­почтения в общении, круг общения индивида.

Межличностные влечения имеют особенно большое значение в под­ростковом возрасте, что связано с особенностями социальной ситуации развития подростков. Основанные на влечениях эмоциональные отно­шения имеют для подростков высокую субъективную значимость, а также существенно влияют на дальнейшее психосоциальное и психосексуаль­ное становление молодых людей. Кроме того, влечения имеют большое значение для благополучного прохождения подростками кризиса иден­тичности.

Проблема диагностики межличностных влечений разработана в пси­хологии очень слабо. Мы использовали для диагностики влечений не­формализованное наблюдение, беседу, социометрию. В настоящее вре­мя нами разрабатывается формализованная анкета, направленная на диагностику степени выраженности влечений у подростков, а также схема формализованного наблюдения.

Исходя из основных потребностей и новообразований подросткового возраста, мы разработали типологию влечений в общении подростков, а также проследили, какие психологические проблемы могут возникать на основе каждого из типов влечений, и сформулировали некоторые общие рекомендации по коррекции этих проблем. Рассмотрим основ­ные типы влечений подростков.

Влечение на основе идентификации возникает в связи с тем, что для подростков характерно явление идентификации как механизм поиска идентичности. Предпосылкой психологических проблем может являть­ся неадекватный выбор объектов идентификации, а также склонность к сравнению себя с объектами идентификации. Характерные проблемы - формирование асоциального поведения на основе идентификации с его носителями, а также нарушения самооценки как следствие сравне­ния себя с объектами идентификации.

Влечение на основе группирования возникает как следствие высокой значимости для подростка референтной группы, потребности в призна­нии, явления групповой идентификации. Предпосылки проблем - выбор асоциальной референтной группы и формирование зависимости от нее, а также возможность отвержения референтной группой. Соот­ветственно, у подростка могут развиться асоциальное поведение на ос­нове идентификации с группой или эмоциональные проблемы в связи с отвержением.

В основе возникновения влечения-аттракции лежит потребность в установлении тесных эмоциональных отношений, взаимопонимании, дружбе. Высокая эмоциональность близких отношений при низком уме­нии их поддерживать может приводить к резким эмоциональным пере­живаниям, социальной дезадаптации, утрате доверия к людям в резуль­тате нарушений таких отношений.

В подростковом возрасте активизируется сексуальное влечение как следствие полового созревания. Сексуальная зрелость на сегодня дос­тигается раньше социальной, а для подростков характерна повышенная возбудимость при недостаточной дифференцированности влечения и незавершенности полоролевой идентификации. В связи с этим для подростков характерна высокая распространенность и разнообразие сек­суальных девиаций.

Приведенные данные были получены на основании анализа литера­туры, собственного опыта работы с подростками в качестве психолога и обмена опытом с коллегами. Данная теоретическая концепция прошла проверку практикой, использовалась в психологическом консультиро­вании и показала эффективность в работе с подростками.

В настоящее время нами подготовлен план более детального иссле­дования, реализация которого даст возможность статистически прове­рить гипотезу о взаимосвязи особенностей влечений подростков со сте­пенью озабоченности проблемами, а также создаст предпосылки для разработки системы работы с влечениями в подростковых группах.
Психолого-педагогические проблемы развития личности

в современных условиях: Тезисы докладов межвуз. н./п. конф., -

СПб., 1999. – 462 с.– С. 280-282.

Ермолин А.В. Представленность в сознании структуры мотива агрессивного поступка у учащихся старшего подросткового возраста

В основу нашего исследования была положена концепция мотива как сложного интегрального психологического образования (Е.П.Иль­ин, 1995).

Эксперимент, состоявший из заполнения личностного опросника «Агрессивное поведение» (П.А.Ковалев, 1996) и «Неоконченные пред­ложения», был проведен на учащихся 9-11-х классов средних школ г. Вятки (N=67). Текст авторской методики «Неоконченные предложе­ния» приводится ниже: 1. Я огрызаюсь на замечания учителя для того, чтобы... 2. Я оттолкнул одноклассника для того, чтобы... 3. Я вступаю в потасовку только тогда...4. Я бываю груб с родителями, потому что... 5. Я обзываюсь для того, чтобы... 6. Я участвовал в групповой драке, так как... 7. Я оттолкнул лезущего вне очереди приятеля, так как... 8. Я нахамил наступившему мне на ногу пассажиру, потому что...

Согласно ключу теста «Агрессивное поведение» были получены ко­личественные данные уровня личностной агрессивности. По принципу дихотомии анкеты были дифференцированы на две группы: 1) лица с низким уровнем личностно-выраженной агрессии; 2) лица с высоким уровнем личностно-выраженной агрессии.

Для каждой из этих новых выборок составлялась своя классификаци­онная матрица распределения ответов в структуре мотива агрессивного поступка по результатам методики «Неоконченное предложение».

Далее осуществлялся анализ и сравнение структуры мотива агрессив­ного поступка у лиц с разным уровнем личностной агрессивности. Ко­личественные данные были проверены через равнение средних показателей и оценку достоверности их различий в представленности в созна­нии мотиваторов агрессивного поступка у лиц с разным уровнем лично­стной агрессивности (критерий t-Стьюдента; STADIA 2.6).

После обработки количественных данных было выявлено, что лица с низким уровнем агрессии в значительно меньшей степени, чем лица с высоким уровнем, склонны приписывать свое агрессивное поведение внешним стимулам, так как показатель «внешние обстоятельства» у них на 4,7% меньше. Отсюда ясно, что люди, сдержанные в проявлении агрессии, склонны в большей степени объяснять жизненные коллизии из своей активности и брать ответственность на себя. С другой стороны, «агрессоры» склонны часть своей ответственности перекладывать на плечи окружающих, что, видимо, особенно касается общественно порицае­мых действий. Таким образом, за счет такого самооправдания они из­бавляются от чувства вины за свои поступки.

Потребностный блок в структуре мотива агрессивного поступка у лиц с разным уровнем личностной агрессии очень отличается. Его доля среди ответов у малоагрессивных подростков составляет 20,1%, тогда как у высокоагрессивных - 15,4%. На первый взгляд, такая картина кажется почти парадоксальной, однако распределение ответов по мотиваторам объясняет ее. Если в первой выборке (низкоагрессивные подростки) компонент «потребность» собрал 5,9% ответов, то во второй - уже 7,7%. Значит, действительно, лица с высоким уровнем агрессии подчас дви­жимы в своих агрессивных актах потребностью в нанесении вреда или ущерба другим. Зато другие компоненты потребностного блока (дол­женствование и мотивационная установка) более выражены у предста­вителей первой выборки.

Соответственно, малоагрессивные люди в большей степени рефлексируют на ситуацию, сознавая свое нежелание поступать агрессивно, но в то же время сознавая необходимость проявить себя подобным образом.

Представленность в сознании мотиваторов «внутреннего фильтра» более выражена у лиц с низким уровнем личностной агрессивности, что подтверждает мысль о том, что такие люди больше руководствуются в совершении агрессивных актов своими личными предпочтениями. Значимость различий между двумя выборками в рамках этого блока осо­бенно высока по такому мотиватору, как декларируемый нравственный контроль. Если у лиц, сдержанных в проявлении агрессии, этот показа­тель равен 4,8%, то у вторых он менее выражен (2,3%). Таким образом, для малоагрессивных людей общественные нравственные ценности яв­ляются значимыми дополнительными факторами, позволяющими сдер­живать агрессивные импульсы. Зато «агрессоры» склонны проявлять агрессивность из внутренних нравственных убеждений необходимости именно таких действий. Часто такими нравственными ценностями яв­ляются ценность подростковой компании или личная дружба. Как те, так и другие сравнительно в равной степени случаев ведут себя агрес­сивно, исходя из оценки собственных возможностей или внутренних состояний. В рамках структуры мотива этот показатель является вто­рым после потребностной цели в обеих выборках. Отсюда можно утвер­ждать, что как низкоагрессивные, так и высокоагрессивные подростки часто проявляют агрессию в ситуации, когда сознают свою возможность добиться желаемого результата таким путем, то есть считают путь агрес­сии в такой конкретной ситуации наиболее результативным и с наи­меньшими потерями. Причем «конкретная ситуация» одновременно анализируется изнутри (состояние субъекта) и снаружи (конкретные диспозиции, провокации и другие). По остальным компонентам блока «внутреннего фильтра» значимых различий не наблюдается, то есть по ним обе выборки сравнительно сходны. Правда, в целом доля мотива­торов блока «внутреннего фильтра» у лиц с низким уровнем агрессии выше.

Наконец, целевой блок в структуре агрессивного мотива раскрывает перед нами значимую информацию. Во-первых, при совершении аг­рессивных актов подростки в первую очередь руководствуются потреб­ностной целью, то есть действуют в агрессивной форме абсолютно со­знательно, даже, можно сказать, умышленно. Другое дело, что высоко­агрессивные люди действуют таким образом чаще, чем низкоагрессив­ные (30% против 27,5%). Такие компоненты структуры целевого блока, как опредмеченное действие и процесс удовлетворения потребностей, не выявили значимых различий между выборками. Зато в целом ясно, что целевой блок в структуре мотива агрессивного поступка является ведущим, но его доля у высокоагрессивных лиц более значительна.

Психолого-педагогические проблемы развития личности

в современных условиях: Тезисы докладов межвуз. н./п. конф., -

СПб., 1999. – 462 с. – С. 282-285.


Расчетина С.А. Девиантные тенденции в подростковой среде

В настоящее время в науке широко исследуется проблема отклоняю­щегося поведения. Интерес к проблеме усиливается в связи с дестаби­лизирующими процессами, характеризующими жизнь общества в России последнего десятилетия. Нарушение равновесия между основ­ными институтами социализации, кризис традиционной системы цен­ностей, сложное положение семьи, криминализация молодежной суб­культуры — все это отражается на процессах социализации подрастаю­щего поколения. Практика же оказания социальной помощи со сторо­ны различных служб ориентируется на подходы, выработанные в усло­виях относительной стабилизации общества, и поэтому такая практика непригодна для решения проблем подростков-девиантов.

Девиантность - особая сторона жизни общества. Ведущие социоло­ги в области теории девиантности определяют ее как явление, идущее вразрез с институционализированными ожиданиями, форму проявле­ния нарушений нравственных императивов, устоев и норм, сферу от­клонений от социальных норм, принятых в обществе. Понятие откло­няющегося поведения включает в себя также и делинквентность, под которой подразумеваются отклонения, представляющие собой уголовно наказуемые действия. Понятие девиантности неоднозначно. Согласно мнению авторов, исследующих проблему, девиантность относится к числу многоликих, подвижных, способных модернизироваться явлений, ха­рактеризующих способ поведения человека, как со знаком «плюс», так и со знаком «минус». В качестве положительных девиаций рассматрива­ют экономическую предприимчивость, политическую активность, ху­дожественную и научную одаренность. В этом смысле, человек - субъект девиантного поведения может опережать время, выступать про­тив догматизма в вопросах нравственности. В качестве отрицательных девиаций рассматривают формы поведения, относящиеся к нормам пра­ва и к нормам морали. Последние носят устойчивую отрицательную морально-этическую окраску в любом обществе, ориентированном на общечеловеческие ценности. В современной литературе существует множество подходов к раскрытию феномена девиантного поведения и его причин, разработаны научные модели, позволяющие раскрывать сущность этого достаточно сложного явления. Криминологический под­ход рассматривает отклоняющееся поведение как несоответствующее, идущее вразрез, противоречащее заданным обществом нормам и ти­пам. Криминологические рамки отклоняющегося поведения включа­ют, главным образом, правонарушающую деятельность. Социологичес­кий подход расширяет рамки отклоняющегося поведения и включает поступки, «одновременно относящиеся к действию морали и права (пра­вонарушения и преступления)», и поступки, относящиеся лишь к дей­ствию морали. Имеется в виду отклонение от морально-нравственных норм общежития, проявляющееся в различных нормах социальной па­тологии, под которой подразумевается такое проявление образа жизни, которое противоречит социальной нормативности. Согласно психоло­гическому подходу, девиантное поведение можно рассматривать как яв­ное или скрытое отклонение от психической нормы. Сюда относят формы поведения, провоцируемые психическими отклонениями в пре­делах нормы и за ее пределами. Культурологический подход акцентиру­ет внимание на взаимосвязи культуры и девиантных форм поведения, на конфликте культурных норм, лежащих в основании поведения инди­видов, на специфике норм, принятых в разных субкультурах. В рамках культурологического подхода исследуются субкультуры, характеризую­щиеся групповыми правонарушениями. С точки зрения педагогическо­го подхода девиантное поведение выступает как показатель дисгармо­нии в развитии ребенка, сигнализирующий о необходимости усиления социальной и педагогической поддержки.

Перечисленные подходы дают возможность делать срезы разных сто­рон девиантного поведения и анализировать данный феномен как слож­ное, целостное явление на интегративном уровне. Феномен девиантно­сти тесно связан с явлениями: социальной депривации, под которой подразумевается обеднение социального опыта личности вследствие без­духовности отношений с матерью в детском возрасте; социальной дезадаптации, причины которой усматриваются в нарушении значимых для социального становления отношений индивида в микросоциуме. Каче­ственно своеобразный подход к анализу девиаций обнаруживается в ра­ботах известных социологов Э.Дюркгейма, Р.Мертона, Т.Парсонса, К.Бея, объясняющих процессы девиации на основе различных версий аномии общества, Ф.Танненбаума, Г.Беккера, Э.Лемерта, исследу­ющих проблему в рамках интеракционистского подхода, Г.Зиммеля, Л.Козера, рассматривающих вопрос в логике теории конфликта и со­циальной дифференциации.

Подростковый возраст и возраст ранней юности, характеризующий­ся в целом противоречиями развития и неопределенностью социально­го статуса, является восприимчивым к экстремальным ситуациям, воз­никающим в обществе, выступает как условие повышенного социаль­ного риска, провоцирующее формы отклоняющегося поведения. На­личие девиаций в поведении подростка объясняется с помощью ряда понятий. Локус контроля - под ним подразумевается склонность при­писывать ответственность за результаты своей деятельности и поступки либо внешним силам (экстернальный локус контроля), либо внутрен­ним обстоятельствам (интернальный локус контроля). Доказано, что подростки первой группы более склонны к депрессии, чем подростки с интернальным локусом контроля. Исследованиями уровня самоуваже­ния доказано, что пониженное самоуважение коррелирует практически со всеми видами девиантного поведения, при этом акцентуации харак­тера - предрасполагающий фактор для развития невротических реак­ций, неврозов, патохарактерологических особенностей. Современные классификации акцентуаций включают в себя множество типов поведе­ния, осложненных формами девиации. Личностные расстройства - особые состояния, сопровождающиеся различными формами девиации: отчуждение как дистанция между человеком и окружением в травми­рующей ситуации, характеризующаяся формами избегающего поведе­ния; деперсонализация как утрата собственного «я»; депрессия как со­стояние аффекта, сопряженное с чувством отчаяния. Личностные рас­стройства могут быть усилены бредом физического недостатка, фобия­ми, суицидальными мыслями и др.

Исследование социальной ситуации развития подростка-девианта осуществляется на основе использования разных концептуальных схем. В настоящее время поиск идет в рамках исследования молодежной суб­культуры. Молодежная субкультура достаточно дифференцирована. Ее составными частями являются особая девиантная и делинквентная суб­культуры, в которых формируются устойчивые, социально одобряемые контингентом сверстников аморальные и противоправные формы пове­дения. В поле зрения исследователей находится феномен ранней биографизации ребенка, формирующийся на фоне сложных процессов раз­вития современной семьи, связанный с увеличением степеней его свободы в различных сферах жизнедеятельности. Наметившаяся тенденция более ранней биографизации выступает фактором напряжения в ситуа­ции свободного выбора и может дать всплеск девиаций. Исследователь­ский поиск обращен к формам группового поведения в сфере молодеж­ного досуга, осложненного девиациями. В литературе проанализиро­ваны формы молодежного досуга, органично включающего в себя эле­менты отклоняющегося поведения, связанного с алкоголизацией, упот­реблением наркотиков, процессы превращения просоциальных групп молодежи в асоциальные и антисоциальные на основе включения в де­ятельность, которая носит саморазрушающий характер.

Социальная педагогика, обращаясь к проблеме девиантности, ищет социальные ресурсы, способствующие решению жизненных задач, свя­занных с преобразованием процессов социализации подростка. Решаю­щую роль здесь играет теория посредничества и индивидуального со­провождения, раскрывающая характер связей подростка-девианта с системами социальной заботы, социальной защиты и социального раз­вития.
Психолого-педагогические проблемы развития личности

в современных условиях: Тезисы докладов межвуз. н./п. конф., -

СПб., 1999. – 462 с. – С. 434-437.

Личко А.Е., Битенский В.С. Аддиктивное поведение

Addiction - по-английски пагубная привычка, пристрастие к чему-либо, порочная склонность. Аддиктивным поведением (addictive behavior) стали называть злоупотребление различ­ными веществами, изменяющими психическое состояние, вклю­чая алкоголь и курение табака до того, как от них сформиро­валась физическая зависимость (Miller W., 1984; Landry M.,1987). С.А.Кулаков (1989) распространил этот термин и на случаи без индивидуальной психической зависимости.

Для подростков термин «аддиктивное поведение», возможно, наиболее адекватен. Вряд ли удачно называть наркотизмом случаи, когда злоупотребляют не наркотиками, а другими ве­ществами. К тому же по созвучию с алкоголизмом, морфиниз­мом и др. этот термин может навести на мысль о сформиро­вавшейся зависимости. Еще менее удачно назвать поведение токсикоманическим, когда токсикомания еще не сформировалась, а злоупотреблять могут наркотиками. Термин «аддиктивное по­ведение» указывает на то, что речь идет не о болезни, а о на­рушениях поведения. Лечение в этих случаях может быть на­правлено на дезинтоксикацию, если в этом имеется надобность. Психотерапевтические приемы используются в целях психопро­филактики. Главное же при аддиктивном поведении - не меди­цинские, а воспитательные меры.

В отличие от аддиктивного поведения, сам термин «аддикция» в США используется как равнозначный зависимости. Аддикция подразумевает рост толерантности к средству, кото­рым злоупотребляют, постоянную озабоченность тем, чтобы его раздобыть и употребить, несмотря на предвидение пагубных последствий, а также повторные усилия прекратить злоупот­ребление без заметного успеха (American psychiatric..., 1988).

В США опубликовано множество работ о злоупотреблении разными дурманящими веществами как проявлении аддиктив­ного поведения у подростков. Примером может послужить ис­следование L.Johnson и соавт. (1984), показавших, что в 1973 - 1983 гг. в штате Мериленд к окончанию средней школы 90% подростков испытали на себе алкогольное опьянение, 57% - курили марихуану, 27% - испробовали стимуляторы, 19% - ингалянты, 16% -кокаин, 15% - галлюциногены, 10% - опиаты, в том числе 1% - героин.

В СССР в 1989 г. 70% учащихся профессионально-техниче­ских училищ употребляли алкоголь (в том числе 16% чаще 1 раза в месяц), а 10% пробовали наркотики или другие дур­манящие средства (Глазов А.А. и др., 1989). У эстонских школьников старших классов спиртные напитки употребляли 77% (в том числе 33% не реже 1 раза в месяц), но с дейст­вием других дурманящих средств были знакомы только 3% (Муст Р. и др., 1989).




Каталог: ukr -> nmmateriali -> documents
documents -> 2 развитие высших психических процессов 6
documents -> Топчий М. В. – Зоопсихология и сравнительная психология
documents -> Гиппенрейтер Ю. Б. Введение в общую психологию, 2002
documents -> Теории власти в политической философии
documents -> Тесты для самостоятельной работы. Для студентов заочной формы работы в пособии представлены варианты контрольных работ, вопросы для подготовки к зачету и приложения с образцами оформления титульного листа "библиографического списка"
documents -> Книга для педагогов и родителей. М.: Изд-во владос-пресс, 2004. 272 с: ил.
documents -> Джемс (James) Уильям (// января 1842 16 августа 1910) американский философ и психолог, один из основателей прагматизма и функциональной психологии


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   82   83   84   85   86   87   88   89   ...   138




База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница