Глаголы восприятия в казачьем фольклоре



Дата24.04.2016
Размер91,7 Kb.
И.А. Сафонова
ГЛАГОЛЫ ВОСПРИЯТИЯ В КАЗАЧЬЕМ ФОЛЬКЛОРЕ
Возрастание в обществе интереса к вопросам развития культуры в целом и проблемам сохранения национальной самобытности обусловило обращение языковедов к изучению лексики как литературного языка, так и территориальных разновидностей общенародного русского языка. Фольклорные тексты предоставляют возможность познать особенности мировосприятия и мировоззрения народа, говорящего на одном из многочисленных диалектов, которые составляют богатство родного языка.

Материалом для анализа в нашей работе стали глаголы восприятия, функционирующие в казачьих сказках. Источником для отбора языковых фактов послужили казачьи сказки, изданные В.В. Когитиным (1).

При описании глаголов восприятия мы используем классификацию, предложенную в работах Л.М. Васильева (2). В казачьих сказках представлены глаголы четырех подгрупп в рамках ЛСГ восприятия: 1) глаголы с общим значением восприятия и типовой семантикой «воспринимать кого-, что-либо тем или иным способом: посредством органов чувств, мыслью или интуицией» (встретиться, чувствовать = понимать, сознавать, отдавать себе в чем-нибудь отчет; чуять); 2) глаголы зрительного восприятия (взглянуть, видать, видеть, видывать, встремить (глаза), выглянуть, вылупить, глядеть, глянуть, завиднеться, замечать, заприметить, зыркать, любоваться, насмотреться, недосмотреть, оглядеть, оглядеться, оглянуться, отводить (отвести) глаза, повидаться, посмотреть, привидеться, присмотреть, проглядеть, развиднéться, разглядывать, разобрать, свидеться, смотреть, увидать, увидеть, читать); 3) глаголы слухового восприятия (наслушаться, послушать, прислушаться, слухать, слушать, слыхать, слыхивать, слышать, услыхать); 4) глаголы осязания (чувствовать = воспринимать, замечать органами чувств, ощущать что-нибудь внешнее). Глаголы обоняния в нашем материале не представлены.

При определении отнесенности глаголов ЛСГ восприятия к разновидностям общенародного языка мы опирались на концепцию, предложенную в работах С.П. Лопушанской (3). По мнению исследователя, в структуре общенародного языка выделяются: 1) ядерная зона, включающая лексику кодифицированного литературного языка, отраженного в академических толковых словарях; 2) ближняя периферия, в состав которой входит лексика языка художественной литературы и близких к ней жанров письменности (очерки, фельетоны, мемуары и др.); 3) дальняя периферия, включающая лексику, зафиксированную в ряде специальных словарей (областных, терминологических и др.).

Опираясь на выдвинутые положения, глаголы ЛСГ восприятия можно классифицировать следующим образом: ядро группы составляет большинство исследуемых нами глаголов. Например: видеть, встретиться, глядеть, слышать, слушать, читать, чувствовать.

К ближней периферии относятся глаголы, представленные в словарях современного русского литературного языка с пометой «разговорное»: видать, видывать, повидаться, привидеться, проведать, свидеться, слыхать, слыхивать, услыхать.

К дальней периферии относятся глаголы, зафиксированные в словарях с пометой «просторечное»: вылупить, заприметить, проглядеть (все глаза), развиднéться, чуять, а также диалектная лексика, представленная глаголами восприятия зыркать, слухать и глагольно-именным сочетанием встремить глаза.

Анализ употребления глаголов восприятия в казачьих сказках позволил установить следующую тенденцию: для констатации факта восприятия используется общеупотребительная глагольная лексика, а при описании ситуаций, связанных с выражением экспрессии, оценки или эмоций, – диалектные глаголы ЛСГ восприятия.

В трактовке терминов экспрессия, оценочность и эмоциональность мы придерживаемся точки зрения Н.А. Лукьяновой и В.К. Харченко, разграничивающих их в соответствии с разными семантическими или стилистическими оттенками, накладывающимися на основное значение слова.

Экспрессия (выразительность) рассматривается как свойство языка и – уже – как коннотативный признак в значении слова. В основе экспрессии лежит заведомое несоответствие каких-либо языковых или речевых средств языковым стандартам, то есть наиболее регулярным, устойчивым моделям (4).

Оценка представляет собой дополнительное свойство объекта речи в восприятии субъекта. Будучи выражена языковыми средствами, она становится свойством языковых элементов, которое Н.А. Лукьянова называет оценочностью (5).

Оценочность может быть языковой, то есть проявляться как потенциальное свойство слов, и речевой – выражаться всем контекстом или определенными синтаксическими конструкциями, которые сами по себе оценочными не являются (6).

Эмоции, оставаясь экстралингвистическим понятием, составляют основу эмоциональности как психологической категории, которая находит свое выражение в разных языковых средствах: междометиях, аффиксальных образованиях, в интонировании речи (7). Особую группу составляют слова, эмоциональность которых не предопределена особыми аффиксами, а сопровождает значение слова (8).

Установленная тенденция в использовании глаголов восприятия в изучаемых текстах обусловлена не только особенностями семантической структуры исследуемых глаголов, но и их функционированием в контекстах, выражающих коннотативные оттенки значения.

Проиллюстрируем выдвинутое положение примерами употребления глаголов зрительного восприятия.

[1]. Проснулся тут Якуня, вскочил, шашкой размахивает. Видит: чудище



лежит (Якуня и Матюша, 176) (9).

[2]. И глазами как зыркнет, из-за голенища сапога ножик вытащил

(Правда и Кривда, 233).

В первом случае констатируется факт восприятия с помощью органов зрения и употребляется нейтральный по своей окраске глагол видеть, значение которого определяется в Словаре русского языка под редакцией А.П. Евгеньевой и в Толковом словаре русского языка под редакцией Д.Н. Ушакова как «воспринимать зрением» (10).

В контексте [2] для обозначения зрительного восприятия используется глагол зыркнуть, не зафиксированный в словарях русского литературного языка. Рассматриваемый глагол не представлен и в Толковом словаре живого великорусского языка В.И. Даля. Однако в Словаре русских народных говоров глагол зыркнуть рассматривается как видовой коррелят глагола зыркать, имеющего значение «смотреть, взглядывать, бросать короткие быстрые взгляды» (11).

Глагол зыркнуть также не представлен в историко-этимологическом словаре П.Я. Черных и в этимологическом словаре М. Фасмера. Однако в словаре М. Фасмера зафиксирован глагол зырить в значении «смотреть, таращиться», который рассматривается в качестве однокоренного по отношению к глаголу зреть в значении «видеть» (12). Как свидетельствуют материалы словаря П.Я. Черных, глагол зреть имеет древнюю корневую морфему *zьr-, которая в результате качественных изменений гласного преобразовалась в зыр-.

Опираясь на сведения словарей, мы можем сделать вывод о том, что все три глагола (зыркнуть, зырить, зреть) образованы с помощью данной корневой морфемы. Различия этих глагольных лексем на фонетическом уровне связаны с изменениями характеристик корневого гласного в праславянскую эпоху.

Глагол зыркнуть в приведенном контексте [2] употреблен в качестве экспрессивного языкового средства. Значение экспрессивности привносит в значение глагольной словоформы суффикс -ну-, обозначающий быстроту и интенсивность совершения действия. Контекстуальным уточнителем значения экспрессии является частица как, подчеркивающая внезапность, напряженность действия.

Названная тенденция употребления глаголов восприятия в казачьих сказках прослеживается и на материале глаголов слухового восприятия. Например:

[3]. Только в песне и сходились. Бывало, как заиграют, вся станица



слушает (Своенравная жена, 155).

[4]. – Слухать тебя насточертенеет, напустила тут совести! (Правда и

Кривда, 236).

В контексте [3] констатируется факт восприятия с помощью органов слуха и употребляется нейтральный по своей окраске глагол слушать, значение которого определяется в Словаре русского языка под редакцией А.П. Евгеньевой и в Толковом словаре русского языка под редакцией Д.Н. Ушакова как «обращать, направлять слух на какие-либо звуки, чтобы услышать» (13).

Глагол слухать не зафиксирован в словарях русского литературного языка. Однако он представлен в Большом толковом словаре донского казачества в значении: «слушать» (14), а также в Словаре русских народных говоров в значении: «воспринимать слухом звуки, слушать пение, речь, разговоры и т.п.» (15).

И общеупотребительный глагол слушать, и диалектный глагол слухать обозначают в приведенных контекстах [3; 4] активно осуществляемое целенаправленное слуховое восприятие. Различия в употреблении данных глагольных лексем связаны с выражением в рамках контекстов эмоций и оценки.

В контексте [4] получают свое выражение негативные эмоции говорящего, что приводит к формированию отрицательной оценки субъектом действия воспринимаемой информации. Актуализации данного значения в рассматриваемом контексте способствует употребление глагола слухать в сочетании с эмоционально-оценочным глаголом насточертенеть, который определяется в Большом толковом словаре донского казачества как «очень надоесть, опротиветь» (16).

Исходя из всего вышесказанного, можно сделать вывод о том, что в фольклорных текстах глаголы восприятия являются одним из средств выражения дополнительных коннотативных значений и выполняют функцию характеризации образа казака.

Выявленная тенденция использования глаголов восприятия в казачьих сказках позволяет сделать вывод о том, что глаголы, относящиеся к периферии общенародного русского языка, употребляясь в экспрессивных, эмоциональных и оценочных контекстах, реализуют характерологическую функцию, то есть участвуют в формировании оценки персонажей сказок (17), а следовательно, являются одним из языковых средств создания образа казака.

ПРИМЕЧАНИЯ

1) Когитин В.В. Сказки-пересказки. Волгоград, 1996.

2) Васильев Л.М. Семантика русского глагола. М., 1981. С. 52–68.

3) Лопушанская С.П. Общенародный русский язык // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 2: Филология. Вып. 1. 2001. С. 7–19.

4) Харченко В.К. Разграничение оценочности, образности, экспрессии и эмоциональности в семантике слова // Русский язык в школе. 1976. № 3. С. 68.

5) Лукьянова Н.А. О соотношении понятий экспрессивность, эмоциональность, оценочность // Актуальные проблемы лексикологии и словообразования. Новосибирск, 1976. Вып. 5. С. 6.

6) Там же.

7) См. об этом: Харченко В.К. Разграничение оценочности, образности, экспрессии и эмоциональности в семантике слова // Русский язык в школе. 1976. № 3. С. 66–71.

8) Там же. С. 71.

9) Здесь и далее при цитировании указывается название сказки и страница по изданию: Когитин В.В. Сказки-пересказки. Волгоград, 1996.

10) Словарь русского языка: В 4-х тт. / Под ред. А.П. Евгеньевой. М., 1999. Т. 1. С. 173; Толковый словарь русского языка: В 4-х тт. / Под. ред. Д.Н. Ушакова. М., 2000. Т. 1. Стб. 289.

11) Словарь русских народных говоров. Вып. 12. Л., 1977. С. 315.

12) Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. В 4 т. Т. 2. М., 1986. С. 109.

13) Словарь русского языка: В 4-х тт. / Под ред. А.П. Евгеньевой. М., 1999. Т. 4. С. 146; Толковый словарь русского языка: В 4-х тт. / Под. ред. Д.Н. Ушакова. М., 2000. Т. IV. Стб. 285–286.

14) Большой толковый словарь донского казачества. М., 2003. С. 495.

15) Словарь русских народных говоров. Вып. 38. СПб., 2004. С. 315.



16) Большой толковый словарь донского казачества. М., 2003. С. 312.

17) Абрамова Е.В. Имена собственные как средство выражения характерологической функции в произведениях Н.И. Кочина // Теория языкознания и русистика: наследие Б.Н. Головина: Сб. ст. по материалам междунар. конф., посвящ. 85-летию проф. Б.Н. Головина. Н. Новгород, 2001. С. 3–5.

Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница