Герменевтика отношения личности к своим оппозициям


Личности европейской культуры



страница3/5
Дата17.07.2022
Размер132 Kb.
#162181
ТипСтатья
1   2   3   4   5
Личности европейской культуры имманентно спонтанное, свободное, мастерски вариативное обращение с оппозициями. В европейских сказках непрерывно сменяют друг друга череда жизнесостояний героев, ситуаций и обстоятельств. Этим сказкам характерны обращения объектов в свои противоположности и обретение ими новых оппозиций, решение проблемы через зарождение и обнаружение в объектах альтернативных свойств, еще большая контрастность противоположностей в объектах через попытки уравнять их, сплочение конфликтующих оппозиций в достижении единой цели, встречная активность оппозиций, динамика которой протекает в континууме отделения – развития – противоборства – гармоничного взаимодействия – воссоединения на более высоком уровне. Героем европейской сказки становится тот, кто способен различать оппозиции и обращаться с ними, - ему предстоит выдерживать противоречия и разрешать их, развивая до конфликта, вовлекать в противоречие других, вызывая их на развивающие поступки, доверять критической напряженности оппозиций и овладеть искусством парадокса. Активность действующих оппозиций настолько сильна, что роль Эго в одном сюжете может переходить от героя к герою, разбивая его линию на несколько восходящих к инициации героических путей. Европейская культура – это культура рацио, подпитываемого мощной интуицией. Европейская интуиция, запечатленная в народных сказках, обладает неисчерпаемым потенциалом всевозможных форм обращения с оппозициями жизни. В сказках народов Европы оппозиции динамично сменяют друг друга: богатые облачаются в бедняков, девушки одеваются в мужское платье, дочери уходят на войну вместо отцов, юноши забывают возлюбленных в материнских объятьях, провоцируя спонтанную женственность брошенной невесты, вселяющие ужас создания бросаются на помощь людям, и ради простого крестьянина солнце взойдет с севера, если так распорядится его судьба.
Распространенным «мотивом» европейских сказок становится активность Эго, направленная различение противоположного, гармонизацию оппозиций и достижение единой целостности через их обоюдное развитие. В сказочных текстах находит свое отражение и традиционная европейская любовь к парадоксам, как, например, игра мышления оппозициями и тождествами в «антиномиях абсурда» французской сказки: «Жили были три охотника. Два ходили голые, а на третьем не было никакой одежды. У охотников было три ружья. Два ружья были не заряжены. В третьем не было заряда. <…> Близ леса они застрелили трех зайцев и двух из них упустили. А третий заяц от них сбежал. Они положили его в карман тому охотнику, на котором не было одежды» [7; с. 358].
В качестве иллюстрации герменевтической процедуры реконструкции отношений личности к оппозициям приведем здесь анализ итальянской сказки «Обезьяний дворец»:
У короля было два сына-близнеца, чтобы определить наследника, он предлагает им жениться и получить корону тому, чья жена сделает ему лучший подарок.
Перед «Я» встает необходимость различить оппозиции, в тождественном найти противоположное, и тогда оно решает придать им активность, интенсифицировать их и развить.
Джованни возвращается с дочерью маркиза, а Антонио попадает в лесной замок, где царят обезьяны.
Разведение оппозиций происходит в самом начале сказочного сюжета, и становление первой быстро завершается, ко второй переходит роль героя – т.е. Эго, которому предстоит пройти путь изменений. Далее оппозиции сменяют одна другую: безлюдные поля – дремучий лес – мраморный дворец – хозяева-обезьяны. Эта смена оппозиций обеспечивается активностью Эго: герой скакал все дальше и дальше – прорубал дорогу мечом – стучался в двери дворца – и далее везде следовал за обезьянами.
В первую ночь Антонио соблазняет женский голос, и герой дает обещание жениться. Каждое утро из дворца отправляется письмо в королевство отца, гонцы-обезьяны заполоняют весь его город. В день свадьбы невеста оказывается обезьяной.
Перед героем встают оппозиции нежного женского голоса – скрытого облика, долгожданного обручения – тайны невесты, ожидания свадьбы – во дворце обезьян, но он идет навстречу им и каждую ночь подтверждает свое согласие. Активность оппозиции бессознательного достигает такой силы, что ее содержания начинают свою экспансию в сознание и встают в контрарные отношения с «Я». Говоря языком глубинной психологии, констелляции неинтегрированной анимы заполоняют сознание личности. Наконец, тайна вскрывается, и перед героем встает критическая оппозиция – его невеста – обезьяна, но и эту оппозицию он выдерживает, интуитивно доверяя ей.
В день свадьбы невеста-обезьяна превращается в красавицу, и все другие обезьяны обретают человеческое обличье. Подарком жены Антонио оказывается ларец с птичкой, в клюве она держит ящерицу, во рту у ящерицы орешек, а в орешке – сто локтей узорчатого тюля. Антонио побеждает в соревновании, но он получает в приданое королевство своей невесты, поэтому Джованни наследует королевство отца.
Критически интенсифицированная оппозиция «опрокидывается» в противоположность, обращая беду Антонио в богатство. Эта оппозиция оказывается намного активнее самого героя и претерпевает ряд обращений одного в другое: затаенность – эмансипацию в сознание – раскрытие тайны – обезьянью свадьбу – превращение обезьяны в принцессу – воссоединение с царством Эго. В то время как герою предстоит выдерживать обостряющееся противоречие и идти к своей цели. В соревновании за царство побеждает мастер оппозиций, совместив несовместимое в одном ларце; но в итоге обогащаются обе исходные оппозиции – два брата – и воссоединяются в новую целостность, потенцирующую в себе способность к дальнейшему развитию и заключающую баланс различенных зрелых оппозиций.
Эта сказка является «классической» для европейской культуры, ярко высвечивая характерные для европейского человека приемы интуитивного обращения с оппозициями жизни:

  • найти в тождестве начала оппозиций и различить противоположности через их автономное развитие;

  • выдерживать до последнего оппозицию известного и тайного, позволив скрытому свободно проявить себя;

  • активно стимулировать нарождающиеся оппозиции и развивать их до открытой конфронтации;

  • удерживать критическую интенсивность конфликта до прорыва и высвобождения скрытых потенциалов оппозиций;

  • определять вновь возникающие тождества и противоположности в динамично становящихся оппозициях;

  • идти от подавления и взаимоисключения оппозиций к их продуктивному взаимодействию;

  • установить между развитыми дуалами новые отношения, потенцирующие возникновение новых оппозиций и противоречий.

Наиболее близка к европейской русская культура, однако, ей присуща своя специфика отношений личности к жизненным оппозициям. Основное отношение между оппозициями – это конкуренция, противоборство, противостояние, конфликт. Для русских народных сказок характерно извлечение самого богатого потенциала из самых слабых и не подающих надежд оппозиций, проявлять свою силу они начинают в отношениях борьбы и, как правило, в критических ситуациях. Героями этих сказок часто становятся девки-чернавки, нелюбимые падчерицы, дураки, заморыши, младшие братья; им предстоит различать доброе и злое, ресурсное и разрушительное, покрытое флером величия и обладающее тайной силой, способное к служению и опасное предательством. И если в европейских мифологических текстах все исходные оппозиции проходят свой путь развития и встают в единую целостность, оказываясь созданными друг для друга, то в русской сказке настоящим героем может стать только один, остальные будут изгнаны, погибнут или останутся ни с чем. Русский герой постоянно противостоит внешним обстоятельствам, пребывает в непрерывной борьбе за право инициации, и на этом пути руководящими принципами для него становятся позиции добра, истины, служения, справедливость и авторство подвига.


Русский герой – это Эго, овладевающее искусством обращения с сознательно – бессознательной оппозицией жизни. Он отправляется в глубинное путешествие, в котором ему предстоит встретиться с могучей первозданной природой – хранительницей тайны жизни и смерти, скрытых жизненных ритмов Бабой Ягой. Герой европейских сказок спасает из дома ведьмы братьев, сестер, жен и бежит сам, и только русский герой живет у Бабы Яги, служит ей и выведывает ее тайны. Во взаимодействии с бессознательными силами личности помогает интуиция – выраженная в символах говорящего коня или волка в «мужском» сюжете и куколки, оставленной матерью, в «женском» – которая требует активных вкладов сознания.
Таким образом, в русских народных сказках проступает яркая культурно-специфичная оппозиция сильных бессознательных связей личности с жизнью и активного социально-ориентированного рацио, баланс которой достигается овладевшим интуицией и бесстрашно рефлексирующим Эго. Результат различных соотношений этих «дуалов» также разворачиваются в сказочных сюжетах:

  • Глубинная динамика личности вовлекается в конфликтные отношения с сознанием в случаях возрастных кризисов, заброшенных социальных функций личности, нивелирования личностью роли глубинной жизни, обостренных внутренних и социальных конфликтов.

  • Ресурсы индивидуального бессознательного открываются в одиночестве и страхе, в «темной ночи души», при интуитивном доверии личности к своей глубинной природе.

  • Интуиция нуждается в непрерывных вкладах сознания и в кризисных ситуациях оказывается продуктивнее рационального осмысления проблемы;

  • Нечуткость личности к противоречиям рациональной мысли и интуитивного чувствования в конечном итоге подвергает Эго деструктивным влияниям бессознательного.

  • Гармонизированные рациональные связи личности с жизнью активно подпитываются ее иррациональными формами.

  • Агрессивная рефлексия разрушает творческие связи личности с бессознательным, и они уходят в латентную форму.

Для русской культуры характерна провоцирующая оппозиции личностная активность – часто импульсивная или чрезмерная, несоразмерная объективным условиям жизни или опережающая время внутренних процессов личности. Героям русских сказок часто бывает трудно выдерживать напряжение оппозиций, и они сами порождают новые противоречия своим нетерпением, любопытством или желанием обладать. Например, в сказке «Царевна-лягушка» - русском аналоге «Обезьяньего дворца» - акт сожжения лягушачьей кожи символизирует вторжение сознания в таинство глубинных процессов – от нетерпения, и невеста героя – анима, создающая символические формы жизни – отправляется за тридевять земель [12]. И если в данном случае Эго возвращает себе эту часть души через глубинное путешествие, то в итальянском варианте этой сказки оно изначально проходит принципиально иной путь – выдерживания, принятия, познания и интеграции.
Для интуитивного отношения, запечатленного в русских волшебных сказках, характерна парадоксальная динамика обращений личности с оппозициями жизни:

  • В тождестве различаются оппозиции, где активная оппозиция подавляет более слабую, внешне ригидную.

  • В условиях конкуренции и противоборства, активная оппозиция начинает развиваться, слабая обнаруживает еще больший регресс.

  • Если расхождение развития-регресса оппозиций становится критическим, слабая начинает проявлять скрытые потенциалы в причудливых и самобытных формах.

  • Если эти проявления слабой оппозиции приобретают социально-продуктивную форму, она превосходит другую в своем развитии.

  • Рациональная имитация глубинных форм активности приводит к регрессу оппозиции.

  • Различаются оппозиции запущенных глубинных потенциалов и рационально поддерживаемых жизненных форм.

  • В соотношении возрастающей интенсивности первой оппозиции и истощающейся второй Эго решается на провокацию критически деструктивной ситуации; в ней полностью отмирает вторая оппозиция, а первая перерождается в новом Эго-сознании.

  • Оппозиция известного и тайного невыносима и разрушается активной экспансией мышления и рефлексии.

  • Слабая оппозиция уничтожает более сильную через различение и разрушение в ней ее противоположности.

В данном разделе раскрыт ряд интуитивных «приемов» личности в ее отношении к оппозициям жизни, укорененных в европейской и русской культуре. Рефлексия интуитивно-символических отношений личности к жизненным оппозициям, имплицитно запечатленных в мифологических текстах, делает возможным извлечение и моделирование развивающих и формирующих практик, основанных на конкретных приемах различения, понимания и обращения с оппозициями, в частности, элиминированных в культуре.

Каталог: data -> 2012
2012 -> Программа дисциплины [Введите название дисциплины] для направления/ специальности [код направления подготовки и «Название направления подготовки»
2012 -> Технология литографических процессов
2012 -> Программа «Стратегическое и корпоративное управление»
2012 -> Программа предназначена для преподавателей, ведущих данную дисциплину, учебных ассистентов и студентов для направления 030300. 68 «Психология»
2012 -> Программа дисциплины Теория и методология современной психологии для направления 030300. 68 Психология для магистерских программ
2012 -> Программа исследований (предварительная версия) Москва, лас, январь 2012г
2012 -> Возможные руководители: Шляго нн., Балашов А. И., Котляров И. Д., Тарасова Ю. А., Козлова Ю. А., Рання Н. А., Смирнова Е. Э., Корчагина Е. В., Чуланова Г. Ю.,, Соколова А. А. и др
2012 -> Программа дисциплины Политическая антропология России (курс по выбору) Для направления 030200. 62 Политология
2012 -> Программа предназначена для преподавателей, ведущих данную дисциплину, учебных ассистентов и студентов для направления 030300. 68 «Психология»
2012 -> Программа предназначена для преподавателей, ведущих данную дисциплину, учебных ассистентов и студентов направления подготовки 030600. 62 «Журналистика»


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5




База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница