Гениальность и помешательство



Скачать 230,38 Kb.
Pdf просмотр
страница9/12
Дата14.02.2021
Размер230,38 Kb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   12
«Эврика!»
(«Нашел!»). Вообще, сильные умы обладают и сильными страстями, которые придают особенную живость всем их идеям;
если у некоторых из них многие страсти и бледнеют, как бы замирают со временем, то это лишь потому, что мало-помалу их заглушает преобладающая страсть к славе или к науке.
Но именно эта слишком сильная впечатлительность гениальных или только даровитых людей является в громадном большинстве случаев причиной их несчастий как действитель- ных, так и воображаемых.
«Драгоценный и редкий дар, составляющий привилегию великих гениев, – пишет Манте- гацца, – сопровождается, однако же, болезненной чувствительностью ко всем, даже самым мел- ким внешним раздражениям: каждое дуновение ветерка, малейшее усиление жара или холода превращается для них в тот засохший розовый лепесток, который не давал заснуть несчаст- ному сибариту». Лафонтен, может быть, разумел самого себя, когда писал:
«Un souffle, une ombre, un rien leur donne la fievre».
4
Гений раздражается всем, и что для обыкновенных людей кажется просто булавочными уколами, то при его чувствительности уже представляется ему ударом кинжала.
Буало и Шатобриан не могли равнодушно слышать похвал кому бы то ни было, даже своему сапожнику.
Когда Фосколо разговаривал однажды с госпожой S. (пишет Мантегацца), за которой сильно ухаживал, и та зло посмеялась над ним, он пришел в такую ярость, что закричал: «Вам хочется убить меня, так я сейчас же у ваших ног размозжу себе череп». С этими словами он со всего размаха бросился головой вниз на угол камина. Одному из стоявших вблизи удалось,
однако же, удержать его за плечи и тем спасти ему жизнь.
Болезненная впечатлительность порождает также и непомерное тщеславие, которым отличаются не только люди гениальные, но и вообще ученые, начиная с древнейших времен;
в этом отношении те и другие представляют большое сходство с мономаньяками, страдающими манией величия.
«Человек – самое тщеславное из животных, а поэты – самые тщеславные из людей», –
писал Гейне, подразумевая, конечно, и самого себя. В другом письме он говорит: «Не забы- вайте, что я – поэт и потому думаю, что каждый должен бросить все свои дела и заняться чте- нием стихов».
Менке рассказывает о Филельфо, как он воображал, что в целом мире, даже среди древ- них, никто не знал лучше его латинский язык. Аббат Каньоли до того гордился своей поэмой о битве при Аквилее, что приходил в ярость, когда кто-нибудь из литераторов не раскланивался с ним. «Как, вы не знаете Каньоли?» – спрашивал он.
Поэт Люций не вставал с места при входе Юлия Цезаря в собрание поэтов, потому что считал себя выше его в искусстве стихосложения.
Ариосто, получив лавровый венок от Карла V, бегал точно сумасшедший по улицам.
Знаменитый хирург Порта, присутствуя в Ломбардском институте при чтении медицинских сочинений, всячески старался выразить свое презрение и недовольство ими, каково бы ни было их достоинство, тогда как сочинения по математике или лингвистике он выслушивал спокойно и внимательно.
4
«Малейшее дуновение ветра, ничтожное облачко, каждый пустяк вызывает у них лихорадку».


Ч. Ломброзо. «Гениальность и помешательство»
19
Шопенгауэр приходил в ярость и отказывался платить по счетам, если его фамилия была написана через два п.
Бартез потерял сон от отчаяния, когда при печатании его «Гения» («Genie») не был поставлен диакритический знак над е. Уайстон, по свидетельству Араго, не решался издать опровержение
ньютоновской хронологии
из боязни, как бы Ньютон не убил его.
Все, кому выпадало на долю редкое счастье жить в обществе гениальных людей, пора- жались их способностью перетолковывать в дурную сторону каждый поступок окружающих,
видеть всюду преследования и во всем находить повод к глубокой, бесконечной меланхолии.
Эта способность обусловливается именно более сильным развитием умственных сил, благо- даря которым даровитый человек более способен находить истину и в то же время легче при- думывает ложные доводы в подтверждение основательности своего мучительного заблужде- ния. Отчасти мрачный взгляд гениев на окружающее зависит, впрочем, и от того, что, являясь новаторами в умственной сфере, они с непоколебимой твердостью высказывают убеждения,
несходные с общепринятым мнением, и тем отталкивают от себя большинство обычных здра- вомыслящих людей.
Но все-таки главнейшую причину меланхолии и недовольства жизнью избранных натур составляет закон равновесия силы, управляющий также и нервной системой, закон, по кото- рому вслед за чрезмерной тратой или развитием некоторой силы наступает ее чрезмерный упадок, – закон, вследствие которого ни один из смертных не может проявить известной силы без того, чтобы не поплатиться за это в другом отношении и очень жестоко; наконец, тот закон,
которым обусловливается неодинаковая степень совершенства их собственных произведений.
Меланхолия, уныние, застенчивость, эгоизм – вот жестокая расплата за высшие умствен- ные дарования, которые они щедро тратят, подобно тому как злоупотребления чувственными наслаждениями влекут за собой расстройство половой системы, бессилие и болезни спинного мозга, а неумеренность в пище сопровождается желудочными катарами.
После одного из тех экстазов, во время которых поэтесса Милли обнаруживала до того громадную силу творчества, что ее хватило бы на целую жизнь любому второстепенному ита- льянскому поэту, она впала в полуоцепеневшее состояние, продолжавшееся несколько дней.
Гёте, сам холодный Гёте, сознавался, что его настроение бывает то чересчур веселым, то чересчур печальным.
Вообще, я не думаю, чтобы в целом мире нашелся хоть один великий человек, который,
даже в минуты полного блаженства, не считал бы себя без всякого повода несчастным и гони- мым или хотя бы временно не страдал мучительными припадками меланхолии.
Иногда чувствительность искажается и делается односторонней, сосредоточиваясь на одном каком-нибудь пункте. Несколько идей определенного характера и некоторые особенно излюбленные ощущения постепенно приобретают значение главного стимула, действующего на мозг великих людей и даже на весь их организм.
Гейне, сам признававший себя неспособным понимать простые вещи, Гейне, разбитый параличом, слепой и находившийся уже при смерти, когда ему посоветовали обратиться к
Богу, прервал хрипение агонии словами:

Каталог: trial -> txt


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   12


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница