Галигузова Л


КОГДА ВОЛК МОЖЕТ БЫТЬ ДОБРЫМ



страница14/35
Дата24.01.2021
Размер0,74 Mb.
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   35
КОГДА ВОЛК МОЖЕТ БЫТЬ ДОБРЫМ

Существует представление, что дошкольники очень наивны и доверчивы, что они легко верят взрослым, чтобы те ни говорили. Казалось бы, чем младше ребенок, тем доверчивее он должен быть. В самом деле, если малыш еще ничего не знает или знает очень мало, он должен верить всему, что говорят взрослые. И наоборот, приобретенные знания и опыт дают право на критич­ное отношение к сообщениям других, на собственное мнение.

Мы решили проверить это предположение. Детям 3, 5 и 7 лет предложили такую игру. Взрослый показывал картинки с изобра­жениями различных животных — знакомых или незнакомых детям (волк, лиса, заяц, носорог, жираф и т. д.) и при этом давал каж­дому зверю характеристику: добрый либо злой. Причем он спе­циально делал так, чтобы его характеристики зверей противоре­чили представлениям детей о тех или иных животных. Напри­мер, о зайчике взрослый говорил, что он злой, а волка, иду­щего по дороге в лес, называл добрым. Лиса тоже была доброй, а симпатичный пони оказался злым. Все это делалось для того, чтобы вызвать любопытство у детей и выяснить, полностью ли они доверяют сообщениям взрослого.

Вопреки ожиданиям оказалось, что самые недоверчивые — это младшие дошкольники (3—4 года). Они никак не могли смириться с тем, что заяц злой, а лиса добрая: «Заяц добрый,— утверждали они,— мы кино про него смотрели, он всем помо­гал, а лиса хитрая и жадная, нам сказку про нее читали». Млад­шие дети каждый раз возражали взрослому, когда он неспра­ведливо называл злыми их любимых зверюшек. Они соглаша­лись с ним только тогда, когда видели зверя впервые. Малыши не интересовались, почему взрослый говорит неправду. Их воз­ражения имели характер чистых отрицаний: «Волк не может быть добрым, потому что он злой». Это объясняется тем, что предмет и его свойства младшие дошкольники воспринимают в неразрывном единстве. В нашем случае слово, обозначаю­щее свойство характера, неразрывно и однозначно соединено с конкретным животным: волк — значит, обязательно злой, а заяц — добрый. Связь слова и предмета создает стабильность, прочность мира маленького ребенка. И если кто-то пытается эту связь разрушить, малыш сопротивляется, возражает.

Иначе ведут себя в той же ситуации дети постарше. В 5 лет почти каждое утверждение взрослого воспринимается с сомне­нием и любопытством: «А Почему волк добрый? Почему вы так говорите?» Это не протест, не возражение и в то же время не безоговорочное согласие со взрослым. Это любознательность, попытка получить объяснение, понять причину странного утверж­дения взрослого. Интересно, что любое, даже самое нелепое, с точки зрения взрослого человека, объяснение вполне удов­летворит дошкольников. Дети хотят знать лишь причину того или иного явления, а все остальное для них не так уж важно. На­пример, волк может быть добрым потому, что он ходит по до­рожкам и не мнет траву, а заяц злой, потому что у него острые зубы и он грызет морковку. И все-таки детские «почему?» — важный шаг в умственном развитии дошкольника. Вопросы означают, что свойство предмета уже не так жестко связано с ним: оно изменяется и это зависит от разных обстоятельств. Волк может быть и злым, и добрым, это зависит от того, как мы ответим на вопрос: «Почему он такой?»

А вот в 6—7 лет дети уже перестают задавать подобные воп­росы. Казалось бы, любознательность и познавательные инте­ресы с возрастом развиваются, значит, и вопросов должно быть больше. Однако ребята безоговорочно принимали все характе­ристики зверей, которые давал взрослый, не возражая и не спра­шивая его ни о чем. Почему же так происходит? Да потому, что старшие дошкольники понимают, что они участвуют в игре, где взрослый принимает разные роли, каждая из которых требует от него определенного поведения. Дети осознают условность той или иной ситуации и соблюдают определенные правила поведе­ния в ней: врачу надо показывать горло, продавцу — давать деньги, со знакомыми на улице здороваться и т. д. Есть правила и у нашей игры: взрослый дает характеристику животному, а ребенок ее запоминает. Эта игра чем-то похожа на игру в школу, где нужно принимать задания учителя и выполнять их. И не так уж важно, какой этот волк на самом деле — злой или добрый, но если мы играем в эту игру, значит, надо соблюдать ее пра­вила.

Способность понимать условность задачи очень важна при переходе к учебной деятельности. Без этого ни одна учебная задача не может быть понята. Помните, как Буратино, когда Мальвина учила его математике, никак, не мог согласиться с тем, что «некто взял у него два яблока». «Я не собираюсь отдавать этому некто целых два яблока!» — горячился он. Примерно то же самое происходит и с шестилетними детьми, которые не вос­принимают условность ситуации.

Итак, чем старше ребенок, тем легче и охотнее усваивает он новую информацию и лучше понимает условность конкретной ситуации общения.

Ответы взрослого на вопросы старшего дошкольника явля­ются для него не только источником информации. Взрослый, удовлетворяет одну из важнейших новых потребностей ребенка — потребность в уважении. На шестом году жизни ребенку уже не достаточно простого внимания и сотрудничества, он нуждается в серьезном, уважительном отношении со стороны взрослого и оби­жается, если тот считает его размышления глупыми или ругает за надоедливость и излишнюю болтливость. А всякая похвала или положительная оценка вызывает у ребенка радость и. уве­ренность в себе.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   35


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница