Болонский процесс один из наиболее обсуждаемых вопросов в области высшего образования в России



страница10/15
Дата10.02.2016
Размер3.37 Mb.
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15
Часть III. Высшее образование в США и мирополитическая функция высшего образования

А.И.Кубышкин

Американский фактор в развитии Болонского процесса
Как известно, стратегической целью Европейского союза является превращение его в единый, экономически и политически сопоставимый по мощи с Соединенными Штатами, конкурентоспособный центр силы. Важное место в этом процессе принадлежит и модернизации национальных систем высшего образования, призванных стимулировать развитие не только самих образовательных институтов, но, главным образом, развитие экономики, основанной на знаниях.

В условиях глобализирующейся экономики цена за отставание в развитии систем высшего образования становится чрезвычайно высокой. Как отмечает профессор Бостонского колледжа Ф.Альтбах: "В мире, поделенном на центры и периферии, центры становятся все более сильными и доминирующими, а периферии с нарастающей скоростью маргинализируются. Неравенство приобретает все более выраженный характер. У систем высшего образования и университетов все меньше возможностей для независимого развития в условиях все более конкурентной и быстро меняющейся среды глобального высшего образования, в которой преобладают вузы мирового класса промышленно развитых стран"(!).

Для европейских стран жизненно важной становится задача создания и конкурентоспособного рынка образовательных услуг, сопоставимого с американским. Таким образом, американский фактор становится одним из определяющих в стремлении европейцев укрепить свое экономическое и политическое влияние, в том числе и в борьбе за мировой рынок образовательных услуг.

Процесс интеграции европейского образовательного рынка начался задолго до принятия Болонского соглашения. Однако многочисленные соглашения еще со времен Римского договора (1957) главным образом затрагивали вопросы профессионального образования и обеспечения свободного перемещения рабочей силы внутри континента. Высшее образование рассматривалось в этих документах лишь косвенно.

Между тем, процессы глобализации, развитие международных хозяйственных связей остро обозначили к концу 90- гг. прошлого века серьезное противоречие между уровнем экономики, основанной на новейших технологиях и уровнем национальных систем подготовки кадров, особенно в структуре высшего образования. Все более актуальной становится задача приведения национальных систем высшего образования в соответствие с новыми качествами рабочей силы и с изменившимся международным разделением труда (2).

На совещании в Лиссабоне (2000 г.) европейские государства заявили о своем стремлении к 2010 г. сделать основанную на знаниях экономику Европы самой конкурентоспособной в мире. Болонский процесс, таким образом, превращает Европу в ядро международного процесса интернационализации высшего образования, в котором основными становятся факторы экономического порядка. Вслед за Канадой, Австралией, и Англией Европейский союз, становится еще одним конкурентом для США на мировом образовательном рынке.

В то же время в последние годы правительства многих европейских стран существенно сократили прямое финансирование университетов, хотя в процентном отношении оно все еще вдвое превышает размеры государственной поддержки, оказываемой университетам федеральным правительством в США. Одну из причин, по мнению австралийского ученого Г.Макбурни, можно найти в экономической философии неолиберализма, согласно которой рыночная ориентация и лозунг "клиент платит" применим и к правительственным услугам (3).

К 2010 г. Болонский процесс (в котором сейчас участвуют уже 45 стран) будет включать свыше 12 млн. студентов и 4000 университетов по всей Европе. Налицо определенные успехи и достижения в развитии интеграционных процессов в европейских системах высшего образования. Тем не менее, процесс этот идет не без трений и противоречий. Так, хотя 80% участников Болонского соглашения объявили к 2003 г. о переходе на двухуровневую систему подготовки (бакалавр + магистр), 11% в то же время заявили о своем отрицательном отношении к этой системе.

Наиболее активно перенимают основные принципы Болонской декларации, то есть двухуровневую систему обучения, Европейскую систему взаимного признания зачетных единиц (ECTS), систему акредитации как высших учебных заведений, так и отдельных программ обучения и программу студенческой и преподавательской мобильности - скандинавские страны, Нидерланды, Италия, Австрия, Германия также постепенно вводит двухуровневую систему, сохраняя при этом и традиционную одноуровневую.

Более осторожно действуют пиренейские государства (Испания, Португалия). В Швейцарии продолжаются дискуссии о правомерности введения двухуровневой системы, а Греция прямо ее отвергла (4).

Что касается Восточной Европы, то там в разной степени (более активно в Чехии и Венгрии, менее - в Болгарии и Румынии) вводятся элементы англо-американская модели высшего образования. В России процесс подключения к требованиям и принципам Болонского соглашения еще более противоречив, но эта тема для специального анализа.

Противники Болонского соглашения заявляют прежде всего о защите традиционных национальных систем высшего образования, делая упор на сохранении символов истории и национальной гордости, и выступая против маркетизированной импортной модели. "Достоинства европейского высшего образования в разнообразии взрастивших его культур" - пишет австрийская исследовательница Д.Шнайдер: "Попытки привести их к некоторому общему знаменателю несут угрозу существованию этого культурного многообразия и могут превратить европейские государства в колонии некоей призрачной империи" (5). Дополнительным аргументом является и тот факт, что практически ни в одной из европейских стран не существовало понятия "первая ступень высшего образования" и, за исключением Англии и Ирландии, никогда не существовало системы двухуровневого обучения в университетах.

Под "некоей империей" в данном случае Д.Шнайдер подразумевает, естественно, Соединенные Штаты. Именно в американизации европейского высшего образования противники Болонского соглашения усматривают его основной порок, пытаясь противопоставить академический подход к решению проблем университета рыночныому , свойственный для американской системы высшего образования.

Таким образом , американское влияние на европейскую культуру в целом и на европейскую университетскую систему проявляется в двух направления: как стимулирующее и как преобразующее начало. Здесь важно отметить и два основных аспекта влияния американского фактора на европейскую систему высшего образования: экономический и социо-культурный. Не случайно, что наиболее остро критикуется американская система высшего образования во Франции, борьба против американизации составляет важный элемент государственной политики в защиту национальной идентичности и где , тем не менее, заокеанские университеты открывают свои филиалы и вводят программы обучения

Как известно. несмотря на многочисленные проблемы национального и глобального характера Соединенные Штаты обладают не только самой мощной в мире военной, экономической, но и образовательной(особенно в области высшего профессионального образования) системами..ВВП США превосходит суммарный ВВП всех стран Евросоюза и растет на 3,5% в последние три года)), В 2006 г в федеральном бюджете было выделено 715 млрд. долларов на финансирование системы образования всех уровней (начального, среднего и высшего.) Притом в структуре высшего образования федеральные ассигнования в не превышают 30% от всех средств , выделяемых на его развитие и функционирование. В европейских же странах государственные инвестиции составляют в среднем более чем 60% всех финансовых вложений в высшее образование.(6)

Имея только 5% от численности населения земного шара, Соединенные Штаты используют труд почти трети всех ученых и инженеров в мире и тратят на исследовательские и инновационные разработки треть от всех мировых расходов на эти цели. Эта сумма равняется 300 млрд. долларов и превышает аналогичные расходы всех остальных стран "большой восьмерки" вместе взятые (7). Интеллектуальная собственность в США оценивается примерно в 5 трлн. долларов, то есть, равна половине всего американского ВВП.

Система высшего образования в США, на которую тратится 2,6% ВВП (для сравнения в Евросоюзе - 1,2% ВВП, в Канаде - 2,3%) охватывает более 3600 учебных заведений послешкольного обучения и 17 млн. студентов. Сердцевину этой системы составляют всего 250 крупных исследовательских университетов, обеспечивающих подготовку специалистов на трех уровнях (бакалавр, магистр, доктор) и ведущих широкую научную деятельность. Подавляющее же большинство американских университетов и колледжей (в том числе и 1,5 тыс. двухгодичных) нацелены, прежде всего, на обучение студентов. Заметим, что в странах Европейского союза сейчас работают около 2 тыс. университетов и практически все они проводят научные исследования и присуждают докторские степени.

Благодаря высокой концентрации финансовых ресурсов, чрезвычайно конкурентной среде функционирования и жесткой системе отбора преподавателей американские университеты занимают видные позиции в научном мире, а США контролируют почти 30% мирового образовательного рынка. Их ближайшие конкуренты - Англия, Германия и Франция имеют соответственно 13%, 10 % и 9 %.

Около 80% всех ученых, удостоенных Нобелевской премии, работают ныне в университетах США. Например, в Калифорнийском технологическом университете (Калтеке) преподают 11 нобелевских лауреатов, в Йельском университете -7. Характерно, что каждый третий из этих ученых с мировым именем - иммигрант.

Тот факт, что американцы смогли создать университеты мирового уровня, с практически с самого возникновения включив их в систему рыночных конкурентных отношений убедительно подтверждается и данными всех международных рейтингов. Так, из 100 лучших университетов в мире 75 являются американскими, а из 10 самых лучших - 7 тоже находятся в Соединенных Штатах (8). Именно поэтому для многих создание университетов мирового класса ассоциируется, прежде всего, с американским университетом.

Американская систем высшего образования в значительной мере была скопирована странами АСЕАН после второй мировой войны и успешно функционирует в Японии, Южной Корее, Тайване, Сингапуре, Индонезии. Внимательно изучают и перенимают американскую модель и в Китае, который посылает тысячи своих студентов для учебы в США. В 2002 г. в США обучалось более 267 тыс. студентов из Азии, в то время как во всех европейских странах их было только 178 тыс. (9).

Еще в 1998 г. руководство Китая выдвинуло амбициозную задачу - создать в стране не менее 100 университетов мирового класса и выделило нескольким ведущим университетам специальные трехлетние гранты в размере от 150 до 225 млн. американских долларов для повышения качества подготовки специалистов. Тем не менее, учитывая отсутствие многовековых традиций, присущих европейским университетам и ограниченные финансовые возможности в сравнении с США, "китайские лидеры признают, что на создание в Китае университетов действительно мирового класса уйдет жизнь целого поколения" (10).

Университеты по американскому образцу созданы на Ближнем (Израиль) и Среднем Востоке. "Мы ненавидим ваше правительство, но восхищаемся вашими университетами" - заявил, например, один ливанский университетский профессор своему американскому коллеге. А в странах Латинской Америки, где с ХYII в. господствовала европеизированная университетская система (смешанная испано-французская модель) делаются также серьезные шаги по введению двухуровневой системы подготовки специалистов и открываются филиалы американских университетов.

Соединенные Штаты принимают у себя почти 30% всех студентов, стремящихся получить образование за границей. В общей студенческой массе в США доля иностранцев составляет по разным данным до 20 %, а средняя численность иностранных студентов в ведущих американских вузах достигает 10-20% от общего числа учащихся (11). Только за счет обучения зарубежных студентов американская экономика получает более 12 млрд. долларов в год. При этом не стоит и забывать о том, что половина из иностранных докторантов, обучающихся в США, остаются работать в этой стране после завершения учебы (в точных науках эта цифра вырастает до 70%.).

По оценке экспертов объем мирового рынка образовательных услуг в 2005 г. достиг 90 млрд. долларов (12). К 2025 г. общее количество студентов в мире, получающих образование за рубежом достигнет почти 5 млн. человек (сейчас оно составляет 1,9 млн.). Многие эксперты говорят о тенденции к интеллектуальному переделу мира.

Однако инициаторы и сторонники Болонского процесса в Европе отрицают, что предлагаемые реформы приведут к созданию гомогенной системы высшего образования основанной исключительно на англо-американской модели. В условиях глобализации университеты должны и могут работать как рентабельные предприятия. Важнейшими преимуществами Европы в конкурентной борьбе с США, по их мнению, могут стать новые программы обучения, их высокое качество, а также сравнительно низкая стоимость образовательных услуг.

Тем не менее, и они признают необходимость дальнейшей конвергенции между североамериканской и европейскими системами, опираясь на опыт исторического взаимодействия и программ взаимного обмена. Своеобразным связующим звеном между двумя моделями служат университеты Англии и Ирландии, в которой двухуровневая система имеет достаточно давние традиции, в отличие от всех остальных европейских государств. В 2003 г. в США учились почти 65 тыс. студентов из европейских стран, то есть 14% от общего числа иностранных студентов (13). Растет интерес и самих американцев к получению образования в Европе, в первую очередь в Англии, Италии, Испании и Франции.

Характерно, что развитие американской системы высшего образования неразрывно связано с европейской традицией, хотя и противоречивым образом. Ранние американские колледжи и до революции (к 1775 г. в колониях действовали 9 колледжей) и после нее были организованы, как известно, по образцу Оксфорда и Кембриджа, и давали так называемое классическое (в первую очередь религиозное) образование. Латынь и греческий язык занимали в учебных программах американских колледжей доминирующее место, пока в 1748 г. в Иельском университете не была введена арифметика.

На протяжении почти двух столетий колледжи США находились под сильнейшим влиянием различных церковных общин (деноминаций), а профессора нанимались не за их научные и преподавательские заслуги, а исключительно за их соответствие религиозным установлениям того или иного колледжа. Почти до конца ХIХ в. практически все президенты американских колледжей и университетов являлись священнослужителями (14).

Реформы с целью создания национальной модели высшего образования начались в Соединенных Штатах в первой трети ХIХ века и заняли почти столетие. Уже в 20-30 гг. ХIХ столетия в программы американских колледжей были включены практические дисциплины, ориентированные на изучение промышленного производства, финансов, сельского хозяйства и т.д. В 70 годы усилиями реформаторов высшей школы США (Ч.Элиота, Дж.Гилмэна, Э.Уайта) в стране была введена элективная система, изменившая весь характер обучения и вызвавшая появление новых учебных институций (department), создание научных лабораторий и узаконившая введение двухуровневой системы подготовки, отделившей общее высшее образование (бакалавриат) от профессионального (магистратура, докторантура).

Напомним, что с момента своего возникновения американские колледжи были независимыми (автономными), в том числе и в финансовом отношении, и преимущественно частными. Конституции США 1779 года о высшем образовании, как и об образовании вообще, не сказано ни слова.

Роль государства сводилась в основном к поддержке немногих общественных колледжей (первым был создан университет Северной Каролины, затем по инициативе Т.Джефферсона университет в Виргинии) и к выделению для них земельных участков. Поворотным моментом для развития американской системы высшего образования стало принятие двух законов Моррилла (1862 и 1890 гг), следствием чего стало появление на свет более чем 100 университетов, в том числе и технических, призванных стимулировать развитие американской экономики.

Несколько тысяч американцев на протяжении полувека изучали в аудиториях Гейдельберга, Берлина так называемую "гумбольдовскую модель" немецкого университета, творчески применив на практике в своей стране лучшие качества и свойства немецкой модели (связь науки и обучения, введение аспирантуры, создание крупных исследовательских лабораторий, основание научных журналов и университетских издательств).

Все это привело к качественному изменению роли высшего образования в экономической и социальной жизни страны. Несмотря на то, что в условиях жесткой конкуренции в США только в ХIХ веке закрылись более 150 колледжей, общее их количество росло и достигло к 1932 г. тысячи, где училось более 900 тыс. студентов, в том числе 10 тыс. иностранцев из 111 стран. Количество студентов в стране за полвека увеличилось в 14 раз, в то время как население страны в целом лишь утроилось (15).

Европейцы, особенно из классических университетских твердынь вроде Оксфорда, Кембриджа или Сорбонны, посматривали на американские университеты в ХIХ - начале ХХ в. несколько снисходительно, полагая их провинциальными, и излишне коммерциализированными. Но лучшие черты складывающейся американской университетской системы были и тогда очевидны для наиболее проницательных европейских наблюдателей. В своих "Американских заметках" Ч.Диккенс писал: "Каковы бы ни были отрицательные стороны американских университетов, в них не насаждают предрассудков; не взращивают фанатиков и ханжей; не ворошат давно потухший пепел суеверий; не мешают человеку в его тяге к совершенствованию; никого не исключают за религиозные убеждения, а главное - на протяжении всего периода обучения не забывают, что за стенами колледжа лежит мир, и притом довольно обширный" (16).

Сами американцы, кстати, всегда чрезвычайно критически и с большим вниманием относились к проблемам высшего образования, поскольку человек с дипломом колледжа или университета, особенно известного и престижного, изначально обладал в этой стране высоким социальным статусом и пользовался уважением в обществе. М.Твен, например, остро критиковавший американскую школьную и университетскую системы за провинциализм, тем не менее шутливо именовал себя "профессором изящной словесности Аризонского ветеринарного училища, магистром свободных искусств". Известный теоретик и историк высшего образования в США А.Флекснер много писал о недостатках американских университетов и о преимуществах европейских, выступая против коммерциализации высшего образования в целом (17).

Даже в годы "Великой депрессии" 1929-1932 гг. в американской печати было опубликовано более трехсот журнальных статей по проблемам высшего образования.

Особенно кардинальные перемены в американском высшем образовании произошли во время и после второй мировой войны, когда в университеты пришла фундаментальная наука (Манхэттенский проект) и в студенческие аудитории в результате принятия специального закона (JI BILL) в 1944 г. вошли более 2,5 млн. ветеранов войны. Эти события вызвали чрезвычайно экстенсивный рост системы высшего образования, растянувшийся почти на полвека. Счет университетов и колледжей пошел на тысячи, а студентов на миллионы (18).

Последующие решения, связанные не в последнюю очередь с ростом политического и экономического влияния США в мире и обстановкой идеологического противостояния времен "холодной войны", такие как "Закон о национальной обороне" (1958) и "Закон о высшем образовании" (1965) способствовали дальнейшей диверсификации американской модели высшего образования и ее адаптации к новым условиям.

Достигнутые успехи давали основание американским политикам и руководителям в сфере образования утверждать, что к началу ХХI столетия Соединенные Штаты обладают лучшей системой высшего образования в мире (19). Ее отличают высокая степень конкурентоспособности и совершенные методы управления (менеджеризм), "Американская система, - отмечает польская исследовательница Ю.Яблоцка - уже не одно десятилетие работает в условиях доминирования рынка, в то время как еще в 80 г. ХХ века европейские системы исходили из комбинации государства и олигархии" (20). Ей вторит испанский экономист С. Айникес, сетующий на то что "европейские университеты не конкурировали между собой почти 800 лет" и что именно конкуренция является ключевым словом для понимания сущности американской модели (21).

Приметой экономического успеха американской модели высшего образования выступают и так называемые корпоративные университеты, деятельность которых распространяется далеко за пределы американского континента. Примером могут служить учебные и инновационные центры таких компаний как "Макдональдс", Форд , Моторола, Майкрософт, сочетающие обучение с обширной инновационной и маркетинговой деятельностью.

Активно действуют на мировом образовательном рынке и так назвапемые высокоприбыльные университеты типа университета Феникса, а также виртуальные университеты и колледжи (Эмпайр Стейт колледж в штате Нью Йорк, Международный университет Джонса и т.д.).

Особая тема - мировое бизнес-образование, где американские бизнес-школы по прежнему доминируют. Хотя европейские школы, прежде всего английские, швейцарские и итальянские, добились ощутимых успехов, тем не менее тот факт, что большинство из них пользуется разработками по постановке бизнес образования, подготовленными американской компанией GMAC, весьма примечателен.

Добавим, что, несмотря на высокую стоимость обучения (самую высокую в мире) американская высшая школа сравнительно доступна, и в этом смысле также вполне конкурентоспособна с европейской. Более половины всех выпускников американской школы поступают в колледж.

Насколько США готовы принять вызов Европы в сфере борьбы за образовательный рынок? Отметим, что Соединенные Штаты не только наблюдают за процессом европейской образовательной интеграции, но и достаточно активно в нем участвуют.

Еще в 1992 г. при ЮНЕСКО была создана рабочая группа по взаимному признанию документов об образовании стран Европы и Америки. В ходе работы этой группы, продолжавшейся до конца 1994 г, выяснилось что одной их главных проблем, стоящих на пути конвергенции двух образовательных систем стоит проблема принятия Европейской системы взаимного признания зачетных единиц (ECTS). Американцы резонно отмечали, что применяют более разнообразную и гибкую систему учета учебной нагрузки (система зачетных единиц(credits), подсчет суммарных оценок по критериям не только количества (GPA), но и качества (QPA), а также дополнительные баллы за успешную учебную и научную работу (Honors) (22).

Многие европейцы в свою очередь настороженно отнеслись к этой системе, как не способной обеспечить сближение различных образовательных структур по существу, поскольку "хотя она и не копирует американский опыт, она берет на вооружение его идею, делая упор на развитии формальных аспектов идеи" (23).

В последнее время американские исследователи выражают серьезные опасения относительно возможности приема европейских студентов в профессиональные школы США по окончании ими трехлетнего бакалавриата, как это предусмотрено Болонским соглашением. В США же программа подготовки бакалавра занимает четыре года и построена на совершенно иных принципах.

Тем не менее, учитывая усилия Евросоюза по созданию единой европейской образовательной зоны, всерьез могущей поставить под вопрос влияние американской модели подготовки кадров высшей квалификации, Соединенные Штаты не собираются сдавать позиции.

В мае 2006 г. секретарь по вопросам образования США М.Спеллинг объявила о формировании федеральной комиссии по вопросам будущего развития высшего образования в стране. Она отметила, что если в 1970 г. американские университеты выпускали более 50 % всех научных работников и инженеров в мире, то к 2010 г. эта цифра может снизиться до 15%. Только треть американцев трудоспособного возраста обладает степенью бакалавра. В то же время более 80% вновь создаваемых в настоящее время в Соединенных Штатах рабочих мест требуют квалификации и знаний на уровне колледжа. Особую озабоченность вызывают проблемы подготовки кадров в области математики и, естественно, научных дисциплин (24).

Проблемой подготовки высококвалифицированных кадров озаботился и президент Дж.Буш, выступивший с программой развития конкурентоспособной экономики (American Competitiveness Initiative). Уже в 2007 г.предполагается инвестировать 5,9 млрд. долл. в научные разработки и на улучшение системы образования как среднего, так и высшего. 10 тыс. ученых, студентов, аспирантов и техников будут привлечены к разработке инновационных проектов. За 10 лет предполагается подготовить 100 тыс. высококвалифицированных преподаваетелей в области математики, точных и естественных наук. 800 тыс. рабочих за этот же период должны пройти дополнительное обучение и существенно повысить свою профессиональную квалификацию (25).

Таким образом, американский фактор в развитии Болонского процесса является немаловажной составляющей общего процесса создания не только европейского, но и мирового образовательного процесса. В нем причудливо сочетаются элементы сотрудничества и конкуренции, стремление европейского ученого сообщества и всего общества сохранить самобытность и понимание им неизбежности и необходимости перемен.

Времена переменились и теперь уже американцы снисходительно смотрят на своих бывших европейских учителей. "Хороший университет не должен быть только хорошим музеем" - так сказал один американец о самой Сорбонне. Одна из наиболее характерных черт американской университетской системы заключается в ее способности трансформироваться и адаптироваться к новым требованиям и вызовам постиндустриальной эпохи, что и позволяет ей быть важнейшим элементом государственного механизма и мощным экономическим механизмом с годовым оборотом почти в 800 млрд. долларов.

Боясь окончательно остаться в прошлом, европейские университеты все чаще обращаются к опыту американских коллег, ищут возможности для внедрения новейших университетских технологий и в стенах древних европейских обителей мудрости, высокого знания, гуманизма и культуры. Пока же по замечанию редактора немецкой газеты "Ди Цайт" Й.Иоффе, всякий разговор европейца с американцем заканчивается сакраментальным вопросом: "А Вы не знаете кого-нибудь, кто мог бы помочь мне устроить дочь в Гарвард?"(26).

1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница