Актуальная, и хорошо бы и нам ее перенять, а то с мультикультурностью у нас сейчас немножко туговато



страница1/7
Дата08.04.2021
Размер23,9 Kb.
  1   2   3   4   5   6   7


Тема актуальная, и хорошо бы и нам ее перенять, а то с мультикультурностью у нас сейчас немножко туговато.

Ведущий 2: Кстати, Гамильтон была изображена на одной из 72 коллекционных карточек Supersisters, отпечатанных в 1979 году для популяризации персоналий известных женщин среди детей. В 2010-м ААБ (американская ассоциация библиотекарей) учредила премию имени Гамильтон и Коретты Стронг Кинг (вдовы Мартина Лютера Кинга) для чернокожих авторов или иллюстраторов книг для детей и подростков.

Ведущий 1: Сначала — это почти неосознанный ритм, какой-то неведомый подземный гул. Сначала — только глухая интонация страдания, только шорох шагов:

Ведущий 2: Заклинание слышится в этом повторе. Нам еще не понятно как мы относимся к тому, что видим и слышим. Но — с каждой повторной фразой, с каждой повторной строкой голос автора этих стихов крепчает, горячеет, будто приближаясь к нам:

Ритмы в крови, текущей из-под ногтей,

И все это ритмы…

Ритмы…

О, голоса истерзанной Африки!

Ведущий 2: Сурово глядели на белых пришельцев («людей без кожи», как называли белых африканцы) ритуальные маски. Они были величавы и загадочны, как этот континент. Они очень точно передавали самые мимолетные выражения человеческого лица. Скорбь, гнев, печаль, радость, страх, ненависть.

Крик этот дошел до наших дней, но сейчас мы слушаем его в прекрасных музейных залах, современных музейных залах, просторных музейных залах, где такая хорошая акустика…



Ведущий 2: Да, некоторые стихи антологии африканской поэзии надо читать, зажав уши. Так много крика в этих стихах! Крика яростного, надсадного, нечеловеческого. Крика, который переполнял и потрясал Африку. Крика, который полз по крутой лестнице столетий и никогда не умолкал, ни на миг не прерывался.

В этом крике — ее сердце. Огромное, доброе сердце.



Ведущий 2: Большинство стихов африканских поэтов похоже на гравюры. Где есть только два цвета. Два! Черный и белый. Но, в отличие от гравюр, эти два цвета не дополняют друг друга. И даже не контрастируют. Эти два цвета постоянно борются! Борются долго, страшно, непримиримо. И тогда возникает третий цвет. Цвет крови.
я — варвар,
и искусство мое — примитив,
и ты говоришь про меня: темный, жалкий дикарь…

Ведущий 2: Как вам это? Знакомо? Слишком грубо — считаете? Но вы узнаете: ведь почти этими самыми словами описывали «бесстрашные» завоеватели Африки ее жителей! Вспомните сногсшибательные миссионерские рассказы о дикарях, о примитивных людях. Вспомните экспонаты старых европейских зоопарков, где африканцев показывали в клетках. «Человекоподобное» — было написано на пояснительной дощечке. А ежели так, то «цивилизаторский долг» белых был просто необходим! И, естественно, охота на дикарей — никакой не грех, и торговля «человекоподобными» — вещь вполне нормальная! Не так ли? Ведь убивают горилл, и никому в голову не приходит протестовать против этого! Ведь торгуют макаками, — а эти чем лучше?! Дикари…

Эти стихи написаны об Африке, которая, казалось бы, навечно была поставлена на колени.



Ведущий 2: Это написано, это сказано, это провозглашено о континенте, где до сих пор идет борьба, до сих пор льется кровь, а названия некоторых африканских стран (Родезия, ЮАР) звучат как страшные символы нашего слишком разнообразного земного шара. Названия этих стран стали символами откровенного, неприкрытого расизма.

Ведущий 1: 21 век. Много ли изменилось в лучшую сторону для афроамериканцев, потомков завозимых в Америку рабов? (ВИДЕО



Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7


База данных защищена авторским правом ©psihdocs.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница